Глава седьмая. Встреча с Иодель

Это было странно: вновь оказаться на Земле. Вечером, я попросила богиню о встрече, и во сне осознала себя не в помпезном храме, не в гостиной с маленьким столиком, а в любимом кафе на Студенческой улице родного города. Пожалуй, это единственное место, в котором я с удовольствием проводила время и до той аварии, и после неё. Самое главное здесь – атмосфера. Уютная, неспешная, тихая.

Хозяйку – кругленькую, улыбчивую армянку среднего возраста – я знала хорошо. Она, в первый раз увидев меня после аварии, не стала охать, а уверенно заявила, что я обязательно встану на ноги. И в её тоне не было даже тени сомнения. А еще она варила чудесный кофе.

И сейчас я чувствовала непередаваемый и манящий аромат этого напитка. Казалось, что в кафе никого нет, но я знала, что в небольшом закутке рядом с кухней есть столик, сидя за которым так удобно наблюдать, оставаясь незаметным. Видно почти все помещение и часть улицы, но человека, который сидит за столиком обнаружить не так просто.

Именно здесь я застала Иодель, которая медленно цедила кофе. Рядом стояла еще одна белоснежная чашечка с этим напитком.

– Здравствуй, Мария! Присаживайся, – пригласила богиня.

Она была одета по-современному: в белую блузку с коротким рукавом и черную юбку. И, надо сказать, выглядела превосходно. Хотя ей и положено: богиня.

– Здравствуй. Извини, что отвлекаю, но мне нужна консультация и, возможно, помощь, – начала я, присев и пододвинув к себе чашку.

– Сразу к делу?

– А зачем тянуть? Ты ведь знаешь, что произошло, не так ли?

– Ты хочешь освободить Йонена от клятвы. Он перспективный маг, и владеет портальной магией на довольно высоком уровне.

На самом деле, основная причина была в другом. Я просто не могла пройти мимо. Мне было очень жаль сильного человека, который попал в безвыходную ситуацию. Он не заслуживает такого, и не важно, какой у него резерв и направленность магии.

– Ты сможешь сделать это?

– Нет, – слово упало, словно удар молота по наковальне. – Но я могу поспособствовать. Видишь ли, без желания человека, сильной веры и особой энергии этого не осуществить. Йонен сам должен сильно вложиться.

– Каким образом?

– Примерно так же, как Дхан. Когда он умирал, то искренне раскаялся в том, что совершал, и просил меня дать ему шанс, чтобы все исправить. Сила его молитвы, воля, вера были невероятны. Вообще многие люди, только на пороге смерти осознают, что завтра может не быть. Когда такое происходит, их молитвы становятся сильнее. Обычно это происходит из-за страха. Но Дхан не боялся посмертных мук, нет, он искренне сожалел и хотел все исправить.

– Поэтому ты ему помогла?

– Не только. При молитвах смертных выделяется особая энергия, которую я могу собирать, а потом направлять на какие-то дела. Так называемые чудеса. Чем очевиднее чудо, тем больше надо энергии.

– Что значит очевиднее?

– Представь жителей деревни, которые просят дождь. На следующий день после массовой молитвы их деревню накрывает ливень. Но дождь мог пойти и без моего вмешательства. Или другой случай: есть больной человек, он молится и просит излечить его от недуга. Все целители ставят неутешительный диагноз. Однажды ему становится лучше, а через пару недель все лекари разводят руками, признавая, что неизлечимая болезнь пропала.

– Получается, во втором случае нужно гораздо больше этой энергии? – предположила я.

– Верно. Есть и третий вариант. Представим, человек потерял ногу много лет назад. Он постоянно молился и постился, и это нога внезапно отросла на глазах у сотни наблюдающих. Как ты понимаешь в таком случае энергии нужно огромное количество. Невероятно большое. Так вот, чтобы снять клятву служения мне понадобится примерно тоже количество энергии как для того, чтобы отрастить давно потерянную ногу.

– Ничего себе!

– Да, и теоретически в последнем случае я могу рассчитывать на энергию веры, которая пойдет ко мне от сотни людей, которые видели чудо своими глазами. У Йонена другая ситуация, его освобождение от клятвы не даст мне притока энергии.

– Почему не даст? Рано или поздно Дхан разузнает о магах, связанных кабальной клятвой. Каждый из них захочет освободиться. Если я или Йонен расскажем о чуде, то эти люди начнут усердно молиться, и не один раз, увидев, как растет нога, а постоянно. Изо дня в день! – уверенно говорила я. – Подумай, избавив от клятвы Йонена, ты в будущем обретешь группу магов, которые обеспечат гораздо больше энергии в перспективе.

Иодель расхохоталась, я не могла не улыбнуться. У неё такой удивительный смех.

– Тебе надо работать в рекламном бизнесе, – сказала она, и тут же серьезно добавила: – Но все не так просто. Я попытаюсь помочь, но никаких гарантий дать не могу. Кроме того, Йонен будет испытывать сильнейшие боли. С Дханом было проще, он находился при смерти, я подтолкнула его за грань, быстро сняла клятву, и возвратила обратно в тело.

– Клиническая смерть?

– Да. Йонену же придется пережить чрезвычайно сильную боль, находясь при этом в сознании.

– И что нельзя никак ему помочь? Вколоть обезболивающее или там… отключить участок мозга, который отвечает за неприятные ощущения? – я пытливо посмотрела на Иодель, но она лишь отрицательно покачала головой. – Совсем нельзя ничего сделать?

– Некоторые мои храмы и монастыри увеличивают силу молитвы. Ты можешь попросить помощи у Тонии. Она знаете об особой комнате для ритуалов. Если Йонен захочет попробовать, то пусть она и Гаспар подготовят его к обряду.

– Спасибо тебе! Я уверена, что Йонен согласится.

Как и в прошлый раз, все вдруг застыло и поблекло. Я открыла глаза в своей комнате в монастыре. Солнце только поднималась из-за горизонта. Ох, пора вставать! Надо перехватить Йонена, пока он не уехал, и рассказать о том, что я услышала от богини.

Прежде чем сообщать новости ищейке, я поговорила с Дханом. Он работал всю ночь и не зря: среди документов Исхрема, удалось найти подозрительный список. Часть имен и фамилий в нем были зачеркнуты, кое-где неразборчивым почерком директор накарябал какие-то пометки.

Дхан не сразу обратил внимание на эту страничку, потому что список был написан на чем-то вроде салфетки, заляпанной чернилами. Однако, присмотревшись, он понял, что не вычеркнутыми остались только имена пропавших выпускников. Это была зацепка! Осталось расспросить директора и понять, что накарябано напротив имен.

Может быть, это имена возможных владельцев? По крайней мере, обозначения вроде Д.В. могли являться инициалами тех, кто взял у магов клятву служения.

Выслушав рекомендации богини и мои опасения относительно будущего Йонена, Дхан заявил:

– Не сомневаюсь, что он согласится попробовать. Я хорошо знаю людей, такого типа, как Йонен. Таким не нравится любая несвобода, но они помогают по собственному желанию. Поэтому я ничего не потребовал взамен освобождения и лечения детей, а дал ему выбор. Однако насчет самоубийства ты не права. Йонен знает много тайн своего хозяина и попытается навредить или убить этого негодяя. Да, при этом сам погибнет в муках, но, скорее всего, он считает, что таким образом обретет прощение за все то, что совершил под давлением обстоятельств.

– Или ему просто хочется отомстить, – добавила я.

Дхан прав, Йонен – человек сильный духом. Он сделает все, чтобы его смерть не была напрасной. Раньше ищейку держали жизни детей, но освобождение Луары и Шуаза развязало ему руки.

– Полагаю, правда, где-то посередине, – пожал плечами Дхан, – это сейчас неважно. Главное – убедить его в том, что есть шанс избавиться от клятвы служения.

– Что? – услышали мы голос Йонена с лестницы. – Вы…

– Знаем метод, который может тебя освободить, – перебил его теневик.

– Но будет очень больно, – предупредила я.

Еще почти час мы беседовали с ищейкой. Йонен согласился, правда, как мне показалось, ни на что не надеялся, а Иодель говорила о важности веры. Зато верила я. И Дхан, и Тония, и Гаспар, который хотел найти своего племянника. Мы все будем искренне молиться. Надеюсь, все получится.

Йонен попросил меня помочь: отправить парочку писем по заданным координатам, резерв мага так и не восстановится за ночь, а мне было не сложно.

Шуаз и Луара не отлипали от отца, и, узнав, что он должен посетить монастырь, чтобы вылечится (именно такую версию озвучил Йонен) увязались следом. Тониа одобрила такую экскурсию, а Дхан обрадовался. Ему нужна была тишина для работы с документами, а с детьми в доме стало довольно шумно.

Рано утром к нам заглянул целитель Фенсис и провел еще один сеанс очищения для Шуаза. В этот раз помогал ему Йонен. Потом мы все вместе позавтракали и выдвинулись в монастырь. Фенсису удалось заинтересовать детей и увести их на школьный полигон, где Шуаз и Луара хотели посмотреть на магическую тренировку. Йонена же повели в купальни, чтобы подготовить к обряду.

Согласно традиции, человек должен быть чист телом и душой, прежде чем пройти обряд. Пока ищейка отмывался, мы с Тонией и Гаспаром чаевничали. Мне рассказали о том, как все будет проходить.

Йонена запрут в обрядовой комнате, где он будет находиться в течение двух-трех суток. Все это время рядом будут дежурить монахи, чтобы, если что, помочь молящемуся. Йонен должен сначала раскаяться в грехах, а потом попросить богиню о помощи. Мы тоже можем поучаствовать: помолиться за него. Каких-то специальных слов нет, больше ценится искренность.

После чаепития настоятели показали мне обрядовую комнату. Чуть позже сюда должны были привести Йонена.

Комната находилась в подземелье чуть ниже общественных купален. Несколько крошечных артефактов создавали рассеянный свет, две стены и пол оказались каменными. По одной из стен стекал небольшой ручей, наполняя углубление посередине. Вода из этой каменной чаши отводилась куда-то в сторону. Здесь было прохладно, по ногам гулял сквозняк.

Осветительные артефакты создавали причудливые, таинственные тени, но я, честно сказать, ожидала большего. В воображении рисовался алтарь, таинственные знаки, а тут, конечно, необычно, но как-то… буднично что ли? Это ощущение усилилось, когда Тониа показала мне незаметную низкую дверку в комнатушку, где размещалась уборная.

Вскоре привели Йонена. Одежда для обряда была похожа на халат, в котором обычно выходят из ванны. Впечатление усиливала плотная ткань, напоминающая мягкое пушистое полотенце. Однако белый цвет делал эту вещь красивой и какой-то торжественной, что ли.

Йонен казался спокойным. Выслушав рекомендации, он попрощался с нами, попросил следить за детьми и запер дверь. Помоги ему богиня. Гаспар забрал меня на тренировку, а после я снова наведалась к Дхану. Уже в домике запустила разведчик по координатам защитного артефакта одного из подручных Исхрема, и увидела мирную картину.

Дэлор ехал в закрытом экипаже, на лавке напротив него полулежали связанные маги, служившие директору школы. Выглядели они не очень: посеревшие, кажется, частично обгоревшие, у одного на лбу красовалась огромная шишка. Значит, Дэлор их не убил.

К слову, сам генерал, как и Йонен, тоже почувствовал мой разведчик, но вычислить местонахождение не смог. Вообще, все сильные чародеи ощущали магическую слежку, однако пространственники узнавали о разведчиках даже при среднем и малом уровне дара.

Дхан был воодушевлен. Во-первых, удалось узнать хозяев примерно трети магов из списка. Во-вторых, детей забрал Фенсис и обещал привести только вечером. Пользуясь случаем, целитель отправил их на оздоровительные процедуры в горячих источниках.

– По этому списку получается, что магов, которые принесли клятву, двадцать шесть человек, – рассказывал Дхан.

– А разве не двадцать четыре? – перебила я. – Пропало двадцать четыре выпускника! Это я точно помню!

– Да, верно, но тут отмечены еще два преподавателя, – теневик аккуратно расправил страничку. – Полагаю, их могли шантажировать так же, как и Йонена.

– М-да. Надо их тоже найти.

– Надо… – Дхан полез в карман за платком. – Душно сегодня. Сложно работать.

На пол выпала записка.

– Что это? – удивилась я, поднимая сероватую бумагу.

– В следующий раз, прежде чем брать в руки любую вещь, проверь сначала на магию! – отчитал меня Дхан. – Ну-ка. Что тут?

Он заглянул мне через плечо. В записке было написано всего четыре слова: «Исхрем, слюна, поисковик, осторожно!»

– Узнаю почерк, – пробормотала я, вспоминая конверты, которые отправляла сегодня, – это писал Йонен. Но зачем?

– Слюна, поисковик! – повторил Дхан. – Он хотел нас предупредить, но так, чтобы не сработала клятва.

– Сообщники Исхрема будут искать его через поисковик! – сообразила я. – Конечно! У них должна быть его слюна и второй прибор.

Дхан кивнул, он понял это одновременно со мной.

– Илек, – крикнул он одному из дежурных, – вызови извозчика с закрытым экипажем. Сейчас возле дома очень много людей, не получится дойти с Исхремом незаметно. Сайден, подготовь заключенного к транспортировке. Маша, мы с тобой уберем все документы и вещи, что забрали из особняка директора.

Я забегала по комнате, выполняя задание Дхана.

– Какой же я идиот! – бормотал теневик, быстро рассовывая по папкам документы. – Должен был сообразить раньше! Исхрем совсем не боялся, наоборот, вел себя нагло! Я еще не мог понять, в чем дело, а, оказывается, он ждал, что его скоро найдут.

– А зачем мы собираем вещи? – вклинилась я.

– Вдруг среди них есть что-то уникальное? Нас могут обвинить в краже. – Сумку Дхан вручил подошедшему Илеку и приказал: – Бегом в монастырь, доложишь последние новости. Детей Йонена пусть настоятели куда-нибудь определят. Здесь стало опасно.

Молодой человек схватил сумку и помчался в монастырь. Дхан выглянул в окно, проводил его взглядом и вдруг выругался.

– Маг контроль! – воскликнул он. – Маша, твой резерв…?

– Двоих вытянуть смогу, – я сразу поняла, о чем он хотел спросить.

– Тогда забирай Исхрема, перенесешь его к «кухонному» входу в монастырь, – договаривал Дхан уже мне в спину. Я бросилась подвал.

– Что там? – второй дежурный по имени Сайден, уже выпустил заключенного из кладовки, которую мы переделали в камеру.

– Маг контроль! Дхан велел за… – сверху послышался грохот и чей-то визгливый голос.

– Я здесь! – одновременно заорал директор.

– Заткнись! – Сайден отвесил Исхрему размашистую оплеуху.

Надеюсь, нас не услышали. Пока я рассчитывала координаты. Сайден заткнул Исхрему рот какой-то тряпкой и стянул магическими путами. Более не мешкая, я втолкнула директора в радужную гладь портала.

Рядом с «кухонным» входом в монастырь было пусто. Повезло. Я ведь даже разведчик не запустила. Резерв почти опустел. Если б не тренировка с Гаспаром, осталось бы больше. Незаметно увести Исхрема в монастырь, я не смогу. В иллюзиях и отводе глаз пока недостаточно преуспела. Надо что-то придумать, но пока лучше где-нибудь спрятаться.

Пустынная улочка спускалась к речке, возле неё росли деревья и кусты. В них я затолкала слегка окосевшего от оплеухи и резкого переноса директора. На всякий случай спеленала его чарами пут (те, что наложил Сайден, развеялись при переходе) и тут же запустила разведчик в подвал. Зараза! Явно было видно, что в комнате кто-то жил. Дежурный тоже это понял и убрал подстилку, на которой спал директор, на нижнюю полку стеллажа. Туда же он пытался запихать одеяло.

Как же быстро сделать так, чтобы кладовка казалось нежилой? Точно! С проселочной дороги рядом я мгновенно собрала комок пыли и грязи и открыла окно портала в кладовку.

– Сайден, прикройся одеялом!

Парень не стал интересоваться зачем, а четко исполнил приказ. Небольшой воздушный взрыв, и вот уже пыль закружилась в воздухе.

– Надо её осадить, – пробормотал он.

– Ты знаешь как? – у меня ничего не придумывалось.

Парень просто кивнул, он сорвал фляжку с пояса и выплеснул воду вверх, одновременно с этим сплетя какое-то заклинание из раздела водной магии. Вода не упала на пол, наоборот, мелкими каплями она рассеялась по комнате, осаживая пыль, летающую в воздухе. Удобно.

По ступеням загрохотали шаги. Готова поклясться, что Дхан специально топал, чтобы предупредить нас о своем приходе. Сайден схватил ведро, которое Исхрему полагалось использовать в качестве туалета, и бросился к противоположной от двери стене, плеснув оставшуюся во фляге воду на пол, начал растирать её прихваченной со стеллажа тряпкой.

Дверь распахнулась. На ступеньках стоял какой-то полный рыжий тип с двойным подбородком и некрасивой родинкой на лбу. Почему-то он был в одежде… Ох, да это ж Дхан! Я забываю, что он профессиональный иллюзионист.

– Масте-ер, – пролепетал Сайден, чуть растягивая гласные буквы, как это делали жители ближайших деревень, – а я еще не закончил уборку. Тут только… вот.

– Посмотрите! Посмотрите! – визгливо начал толстяк. – Какая грязища! И эти монастырские дерут такие деньги!

За Дханом, отыгрывающим склочного толстяка, толпились люди в черно-алой форме. Похоже, это и есть маг контроль. Я быстро рассеяла заклинание. Хотелось убедиться, что этот маскарад обманет маг контроль, но… лучше не рисковать. Возможно, среди тех людей в черно-алом есть портальщик. Сейчас мне надо было довести Исхрема.

Директор меня порадовал, он корчил страшные рожи, но сидел в кустах, опираясь спиной на ствол дерева. Вытащить кляп со связанными руками он не мог.

Пока здесь не было прохожих, улочка тупиковая, однако в любой момент могли появиться ненужные свидетели. Я создала разведчик близ главного входа в монастырь, чтобы поймать тот момент, когда маг контроль выйдет из домика. Специально передвинула свои чары повыше. Их портальщик, если он есть, не должен ничего не почувствовать, зато мне было видно всю улицу. Именно поэтому я увидела, что к домику шел Илек – второй дежурный.

Надо его срочно перехватить, не факт, что он сориентируется на месте. Возле дороги парень притормозил, пропуская груженую повозку, и я открыла рядом с его ухом крохотное окошко.

– Илек, – позвала я, тот вздрогнул, – да не верти ты головой, люди смотрят! К нам нагрянул маг контроль. Исхрема и себя я перенесла. Мы у «кухонного» входа. Принеси плащ и артефакт сокрытия и сообщи о нас кому-нибудь из настоятелей.

Проследив, как Илек развернулся к монастырю, я развеяла заклинание и шумно выдохнула. Резерв растратила почти в ноль. Еле хватает на то, чтобы поддерживать путы на Исхреме. Хорошо, что магия у меня быстро восстанавливается.

Еще минут через двадцать нас нашел Илек. На шею директору мы повесели артефакт сокрытия, а потом обрядили в длинный плащ.

Разместили Исхрема в камере. Оказывается, такие были в подвалах келейных домов. Здесь стояла настоящая кровать, в закутке, отделенном куском занавески, находилось отхожее место с удобным сидением и сменным ведром. В общем, условия были явно лучше, чем в прежнем месте, да и сама комната просторней. Правда, тут гораздо холоднее.

Илек забрал артефакт и плащ у заключенного, втолкнул в камеру и запер дверь на замок. Я развеяла заклинание пут. Дело сделано. Исхрема тут никто не найдет.