Глава 19

— Повезло нам, да, мам? — выдал Тошка, не успели мы забраться в так называемый «гужевой транспорт».

— Чем же это? — скептически хмыкнула я.

— Всем! — с воодушевлением продолжил сын. — Так здорово сейчас поедем!

Я поначалу в этом сомневалась.

Когда дара Доада упомянула, что добираться нам придётся на гужевом транспорте, я наивно представила себе лошадь — ну или кого-то подобного — и телегу, но не тут-то было! На Вегге этим самым транспортом оказались неведомые зверушки: помесь верблюда, слона и кенгуру — лабоданы. От верблюдов они взяли длинные ноги и два горба. От слонов широкую спину и что-то, напоминавшее короткий хобот. Ну а от кенгуру — сумку. Большущую сумищу! Располагалась она на спине животного между горбами, имела жёсткую крышу и вообще напоминала кибитку. В своей нам с сыном, как самым худым и невысоким, предстояло разместиться вдвоём. Даурианцам достались индивидуальные лабоданы.

— Ох. — проворчала я и полезла вверх по верёвочной лестнице.

Нырнула в сумку и вздохнула с облегчением. Надо сказать, ожидала худшего. К примеру,

жуткого запаха. Но ничего! Обошлось. Внутри «повозки» пахло чем-то цветочным. Видимо, потому что лежанка, которая занимала всю площадь и подушки, валявшиеся в изголовье, были набиты растениями. Тошка забрался следом, и мы вполне вольготно на них развалились.

— Конечно! На Вегге так красиво! — продолжил искать хорошее сын. — Будем ехать и по сторонам смотреть.

— Каким образом, Тош? Горб весь обзор закрывает, — вынуждена была я разочаровать ребёнка.

— А боковые окна на что?! Вот, смотри, они открываются! Ты что, бабушку не слушала?

Признаться, не всё... Многое упустила из-за того, что не сразу пришла в себя от избытка впечатлений.

Сын ухватился пальцами за шерстяной продольный рубец, расположенный на стенке со своей стороны, и дёрнул его в сторону — появилась щель шириной сантиметров десять. Я проделала то же самое со своей стороны, но с большей силой, и «окно» у меня получилось шире. Ну надо же! Так уже веселее.

И да, Тошка прав. Вегга действительно прекрасна, и на ней есть что посмотреть.

— Отвлеклась, наверное, и не услышала. Но ты у меня молодец, что все внимательно слушал, — похвалила сына и подоткнула подушку повыше, чтобы смотреть в окно стало удобнее.

Скоро хозяин нашего каравана отправит животных в путь-дорогу, а мы с сыном будем лежать, глазеть и болтать.

— Я все слушаю и запоминаю, — важно согласился с похвалой Платон и подвинул свою подушку, чтобы быть ко мне ближе, — и ты, мама, слушай и запоминай. После Вегги мы полетим на Землю.

Мечтатель мой маленький! Обняла его за плечи и положила голову себе на грудь.

— А учится? Не думаю, что получится.

— Получится, получится, мамочка, — встрепенулся сын и выпутался из моих рук, чтобы заглянуть в глаза. — Бабушка сказала, что я богатый, потому что папин наследник, а ещё я за него страховку получу.

— Тебе такое сказала? — ахнула я.

Зачем она про это говорила с шестилеткой — непонятно.

— Не мне, я просто слышал, как бабушка с кем-то про это говорила через экран, — а, ну это такое. мог неправильно понять. — Бабушка ему сказала, что я гений и когда вырасту, то стану верховным даром, потому что унаследовал от всех все самое лучшее. Так что я решил, пока ещё не стал верховным даром — у них дел много — буду путешественником. Так что полетим на Землю...

Да нет. Похоже, всё правильно он расслышал, и мне это вообще не понравилось.

— Подслушивать плохо, Платон! — сказала я строго.

— Я не специально же, но зато видишь, как хорошо вышло. Мне не надо много учиться, потому что я гений и так.

Я потеряла дар речи и уставилась на сына во все глаза. Ничего ж себе пообщался с бабулей! За один вечер заразился даурианской заносчивостью и забыл всё, чему учили его я и дар Шииран.

— Нет, дорогой мой. Так дело не пойдёт. Учиться надо всем, иначе любой талант останется

пустым звуком, — терпеливо принялась наставлять сына на путь истинный. — Так что первым делом учёба, а путешествия только на каникулах.

Говорила максимально назидательным тоном, но Тошка, похоже, слушал плохо. Он смотрел мимо меня в широкое окно.

Караван как раз тронулся, и по восхищенно вытянутым зрачкам сына я поняла, что мы проезжаем мимо чего-то интересного. Обернулась к обзорной щели.

А там мимо нас в отдалении от дороги на большой скорости промелькнул круглый матовый пузырь. За ним второй, третий... Они летели со свистом метрах в двух над замлей.

— Жалко, мы не на них решили добираться, — с тоской проводил взглядом последний из пузырей сын.

Вот уж и не жалко ни грамма! Слава богу, Ра даже не стал рассматривать этот способ передвижения, который я бы назвала Мюнхаузенским! Эти пузыри чуть ли не из пушки запускали! И они летели по чётко заданной траектории в чётко заданное место.

— Мы бы не рассмотрели с тобой Веггу, — привела аргумент в пользу нынешнего транспорта и, вздохнув обречённо, решила на тему учёбы поговорить позже. — Расскажи лучше, о чем ещё вы с бабушкой говорили. Чем занимались?

Ехать на спинах лабоданов нам предстояло около четырёх часов — можно вызнать у Тошки все подробности, поглазеть в окно, поесть и даже поспать. А вот когда доберемся до джунглей, болтать и расслабляться станет некогда. Там от нас потребуется полная концентрация и готовность к пешему переходу по пересечённой местности. Мне было заранее страшно. Так что отвлечься на беседу с сыном — отличная идея.

— Ну-у-у, — протянул Тошка, — бабушка сначала тоже отвела меня к лекарю на обследование. Но у неё другое обследование, не как у дара Ли.

Могла бы и на слово поверить! Так обрадовалась внуку, что тут же давай его проверять.

— Тебе было неприятно? Больно? Страшно? — обеспокоенно уточнила, чмокнув сына в макушку.

— Нет, совсем нет, мам. Мне приклеили всякие присоски на руки, ноги, голову и туловище и задавали вопросы. И всё.

— И что потом сказали?

— Ну я же тебе рассказывал! Что я гений! Бабушка сказала, что мой папа был бы самым лучшим верховным даром, но слишком много взял от неё и не захотел власти. Хотел быть просто учёным. Но теперь она не допустит такой ошибки и будет сама наблюдать за моим развитием, обучением и воспитанием. Говорит, только ради меня организовала наш поход и тащится в глухомань, вместо того чтобы расшифровывать тламуд...

— Талмуд, — механически поправила я, переваривая информацию.

Похоже, бабуля решила воплотить в моем Платоне свои нереализованные амбиции. Мне не понравилось это. Надо будет при первой же возможности сказать Ра, что я не собираюсь стоять в стороне и наблюдать, как из моего ребёнка лепят какого-нибудь высокомерного высокоразвитого диктатора.

— А ещё бабушка сказала, что скоро у меня будет новый браслет, настоящий, даурианский,

— похвастался Тошка.

— Но ты же ей не сказал про наставника, да, сынок? — встревожилась я.

Эта скользкая тема. Про все, о чем стоит молчать, мы, разумеется, Платона просветили ещё до первой встречи с дарой Вииарой. Рабочая версия случившихся с нами событий включала в себя лишь то, что в плен к осколкам мы попали и браслетов лишились, а вот до их логова добраться не успели — Ра и его команда нас спасли. Но вдруг сын проболтался?

— Ну мама! Я не маленький! — возмутился Тошка и вытянулся на хрустящей ароматной лежанке в полный рост, чтобы казаться внушительнее. — Дар Шииран ведь тоже хороший, он мой дедо, а бабушке он не нравится. Зря. Хорошо, что она пойдёт с нами в поход. Сможет нас всех полюбить, правда?

Триста слов в секунду!

— Угу, — скептически поддакнула я, — ну так что ещё было интересного на «Ленте»?

— Про папу моего бабушка много рассказывала и показывала его фотки и видео.

Спрашивала, как мы жили на Земле и на Глизе. А ещё она сказала, что в месте силы передаст мне тайное знание своего рода. Ну и все, мам. Мы потом гуляли по звездолёту, потом поужинали, потом ещё немного посмотрели всяких фильмов про папино детство, и я лёг спать.

Мне очень хотелось спросить, а что говорила бабушка про меня? Но сдержалась. Скорее всего, высокоразвитая дара не стала опускаться до таких примитивных вещей, как принижение матери в глазах сына. А я своим вопросом могу вызвать у Тошки удивление и спровоцировать появление к этому моменту ненужного внимания. С него станется начать меня в глазах бабушки восхвалять, а та ещё заревнует... В общем, ну их, эти выяснения!

Вместо них я достала из рюкзака продукты и бутылку воды. Продовольствием мы разжились в посёлке коалиционеров и, к моему тихому счастью, еда оказалась натуральная и вкусная! Даурианцы, конечно, прихватили с собой свои капсулы, но дара Виара пояснила, что на Вегге лучше питаться натуральными продуктами и прислушиваться к потребностям организма.

Мы с удовольствием съели по большому бутерброду, сверху добавили по сочному местному фрукту — сладковато-терпкому, размером с грушу — и запили водой. А насытившись, завалились вздремнуть, под мерный цокот копыт... Животное плавно покачивалось, внутри сумки царила комфортная температура и полумрак — «окна» я закрыла — а от лежанки разносился умиротворяющий аромат скошенных трав и цветов. Я сама не заметила, как уснула, прижав к себе Тошку.

В атмосфере этой планеты и правду было что-то особенное. А может, из-за того, что сутки на Вегге длились дольше, и организм адаптировался к новому миру, мы продрыхли с сыном до самых тех пор, пока нас не разбудил Ра.

— Приехали, выбирайтесь, — заглянув в сумку, сказал он нам и сбросил вниз веревочную лестницу.

Тошка подскочил первым, похлопал глазами по сторонам, пытаясь понять, где находится, и, быстро сориентировавшись, пополз к выходу. Я же сначала полезла в рюкзак за зеркалом, чтобы привести себя в порядок: протерла глаза и поправила причёску.

Выбралась наружу последней. Все ждали только меня. Ра, как назло, придерживал лестницу, помогая спуститься, и приковывал этим ко мне лишнее внимание. Неловко вышло. Даурианцы, которые не с «Разящего», смотрели на меня как на слабое звено. Но я гордо задрала подбородок и огляделась.

Ра отошёл, и, пока они с матерью обговаривали что-то с хозяином каравана, я осмотрелась.

Погонщик лабоданов высадил нас на квадратной площадке у огромного поля высоких растений. Красные толстые стебли, выстроившиеся непроходимым частоколом, венчали квадратные коробки, похожие на маковые. Какие-то из них были розовые и закрытые, какие-то фиолетовые и приоткрытые, а какие-то — особенно крупные и чёрные — сморщенные и понурые. Таких было мало, но они вызывали у меня неприятные чувства. Сама не знала почему.

— Это для связи, — объяснил подошедший к нам с Тошкой секретарь Геен, протягивая наушник и микрофон, — лучше больше молчать и слушать.

Мы послушно закивали и надели почти незаметные приспособления на голову.

— Готовы? Идём за мной, не отстаём, руками ничего не трогаем, от тропы не отклоняемся,

— скомандовала телохранительница и шагнула между стеблями, раздвигая и укладывая их в стороны длинными палками, — они останутся в этом положении десять минут.

Поторопитесь.

Растения и вправду под воздействием палок послушно улеглись на землю, создавая проход. Мы быстренько выстроились друг за другом и приготовились к путешествию.

Нас с Платоном поставили в середине. Впереди шла команда дары Вииары, затем дар Ли, Тошка, дар Шииран, я, за мной Ра. Замыкал шеренгу дар Вахааш.

— Мы проходим самый первый и важный этап экспедиции. Привратники собирают о пытающихся пройти сквозь них сведения, а Вегга решает, пускать нас дальше или нет, — внезапно раздался в ухе тихий и ровный голос дары Вииары, — постарайтесь мыслить позитивно. Можно заняться медитацией и пустить энергию в ноги. Идти примерно час.

Я ошалела от этой новости. Никакой тщательной подготовки к этому важнейшему этапу проведено не было. Я могу допустить, что для даурианцев все это в порядке вещей, но ведь есть ещё и мы с Тошкой! Можно было предупредить нас заранее! Так, стоп! Я бурчу, а велели мыслить позитивно.

Вдох-выдох.

Ищу хорошее...

Эм-м.

Ищу, ищу.

Точно!

Видимо, нам не делают поблажек, потому что ставят на одну ступень с собой. Ага. Буду считать, что так.

— Привратники — растения, которые можно встретить в любой точке планеты, где нет следов цивилизации вегов. Мы не сразу разгадали их предназначение и поэтому потеряли много времени, — продолжила лекцию дара Вииара, — так как исследовательские отряды не могли преодолеть их заслоны. В какой-то момент все гуманоиды засыпали, а просыпались в начальной точке пути.

— Ого! Эти привратники — волшебники? У них есть руки и ноги, чтобы уносить людей подальше? — не удержался Тошка, и я невольно кинула взгляд на высокие красные стебли.

Стало жутко, вспомнились фильмы ужасов. Да что ж такое?! Меня сейчас точно усыпят и никуда не пустят! Радушно улыбнулась растениям и помахала им рукой — сзади раздался приглушенный смешок. С трудом сдержала рычание. Смешно тебе, Ра? А мне вот не очень.

— Нет, Таамн. Исследователей просто одурманивало, и они сами поворачивали назад...

— А в закрытых скафандрах проходить через них не пробовали? — вырвался у меня ворчливый, но логичный вопрос.

— Пробовали. Но судьба этих исследователей до сих пор неизвестна. Не стоит пытаться обмануть Веггу.

Ух ты, блин! Интересно, как планета отнесется к нашей затее с открытием врат?

Справа мелькнула тень, и я вздрогнула всем телом.

Удачно все же, что наши костюмы, в которые, как выяснилось, встроена система полного

жизнеобеспечения, решают проблемы с «вспотеть от страха», а то бы я уже вся мокрая была.

— Не стоит бояться обитающих в зарослях привратника грызунов, — как будто услышала мои мысли бабуля Ви. — Они питаются стеблями перезревших, готовых к увяданию растений и не нападают на гуманоидов.

Раздался треск, и близко-близко к нашей веренице упал привратник с чёрной вялой коробочкой — из неё поднялся в воздух столб пыли. Споры, наверное.

— Входим в центральную часть, — вклинилась телохранительница, — лучше замолчать и сосредоточиться на внутренней гармонии.

Мы до этого места шли минут пятнадцать, и ничего вокруг не поменялось: справа и слева по-прежнему высились красные высокие столбы. С чего она взяла, что эта часть центральная? Непонятно. Но раз сказали погрузиться в себя, значит, стоит попробовать найти шва и проверить её настроение.

В принципе, я достаточно легко сконцентрировалась на своем внутреннем мире. Над полем мелодично стрекотали невидимые глазу насекомые, шагали мы размеренно — самое то отрешиться от бренного. Вот только фею свою я застала в компании стоящей на хвосте и раздувшей капюшон змеи, которая сверкала на мою бедолагу изумрудными глазами, раскачиваясь из стороны в сторону. Змей я не любила, но эту почему-то вообще не испугалась. Видимо, мой мозг чётко идентифицировал её как нечто важное и эфемерное. Подозреваю, тут сказалось влияние австралийских аборигенов с их великой змеёй. Ну да ладно, не суть...

— А вот и она, — радостно сказала шва змее, — можешь сама убедиться в правоте моих слов: она у меня безобидная, как младенец.

Мамой клянусь! Так и есть! Подозреваю, что в этот момент сделала жалобно-придурковатое лицо. Хорошо, что у шедших впереди нет глаз на затылке.

Змея тем временем приблизилась ко мне и, обвив хвост вокруг тела, уставилась в глаза. Хоть ноги мои и продолжали двигаться в шеренге, не сбиваясь с шага, все же некоторое давление в груди я почувствовала и открыла рот, чтобы не задохнуться.

— Добрая, светлая и любящая, — в конце концов, заговорила змея человеческим голосом, — подходишь, пройдёшь. За мальчика не бойся, он под моей защитой.

И на этом давление пропало, как и сама змея.

— Это Вегга была, да? — спросила я у шва.

— Само собой, — деловито кивнула она и кинула свой серебристый клубок вниз. — Ноги устали, добавь-ка жару, дорогуша.

Я покорно отправилась за ним, а вот сколько бродила — понятия не имею.

— Хорошо, обошлись без потерь, — вывел меня из моего странного сна наяву голос секретаря дары Вииары.

Я вздрогнула, проморгалась и окончательно пришла в себя. Привратники остались позади, а мы стояли на берегу широкой реки и, судя по тому, что все смотрели на её другую сторону, нам предстояла переправа.