43

– Тихо, – шипит над самым ухом знакомый голос.

Низкий. Хриплый. Полный злой усмешки.

Беорн!

Сердце срывается в бешеный бег. Пытаюсь ударить его ногой, вырваться, но мои руки связаны. Беорн огромный и тяжёлый, как медведь. Он наваливается на меня всем телом, прижимает к полу так, что я не могу пошевелиться.

Его ладонь зажимает мне рот. Резкий запах чеснока, кислятины и пота ударяет в нос. Я задыхаюсь от отвращения и от паники, которая выключает разум. Не могу кричать. Только глухое, беспомощное мычание вырывается из моего горла.

В комнате полумрак, но я успеваю увидеть вторую фигуру. Тёмный силуэт стоит у двери, прислонившись плечом к косяку. Руки скрещены на груди. Он караулит, чтобы никто не вошёл.

Внутри всё сжимается, у меня начинается паника. Пытаюсь повернуть голову, найти глазами Эрика, понять, что с ним, но не могу. Беорн держит слишком крепко. Моя щека прижата к деревянному полу.

– Ты слишком долго возишься. Может, просто прирезать девку? – доносится от двери. – У нас слишком мало времени. Скоро рассвет. Люди проснутся.

Холод пробегает по позвоночнику. Я узнаю этот голос. Ульвар. Тот самый ярл, что предложил Харвальду идти в поход под покровом тумана. Он заодно с Беорном!

Мысль приходит с запозданием, но она объясняет всё: почему поход закончился так быстро, почему конунг погиб, почему Беорн так уверенно обвинил меня.

Они убили Харвальда. И теперь собираются убить Эрика.

– Заткнись, Ульвар, – рычит он. – Я хочу, чтобы Эрик всё видел.

Он злобно усмехается. Его рука сжимается на моей груди. Грубо, больно, нестерпимо.

Вскрикиваю от боли, но звук тонет в его ладони. Раздаётся только едва слышное мычание. Я снова пытаюсь дёрнуться из последних сил, пытаюсь укусить его ладонь.

– Она сопротивляется, – Беорн наклоняется ближе, почти касаясь моего лба своим Его глаза блестят. – Так даже интереснее.

Он наслаждается моей беспомощностью. Думает, что я его добыча, и никуда не денусь.

Паника накрывает с головой. Краем глаза замечаю Эрика со связанными руками. Он пытается встать, отталкиваясь плечом. Но верёвка привязана к тяжёлой массивной кровати и мешает ему подняться.

Его взгляд полон ярости. Они даже не потрудились завязать ему рот. Хотя какое это имеет значение?

Эрик не может говорить. Привязанный к кровати без оружия, без голоса, он может только наблюдать за нами. За тем, что Беорн собирается сделать со мной.

Он наклоняется ближе, его дыхание обжигает кожу.

– Смотри внимательно, – бросает он Эрику, – Ты спас её… а теперь ты увидишь её падение и смерть.

Он хочет не только избавиться от меня, но и сломать Эрика.

Меня трясёт крупной дрожью. Снова пытаюсь вырваться, но он только сильнее вжимает меня в пол. Грубо раздвигает мои ноги коленом.

– Веди себя тихо, – добавляет он, крепче зажимая мне рот.

Пожалуйста… кто-нибудь…

Я мычу в его ладонь что есть силы. Надеюсь, что кто-то пойдёт по коридору и услышит. Но сейчас глухая ночь. В доме тихо.

Чувствую, как его рука скользит вниз, задирает подол моего платья. Холодный воздух касается голых ног. Беорн долго возится, пытаясь одной рукой спустить свои штаны, сопит над моим ухом. А потом происходит то, чего никто не ожидал.

– Не тронь девку! – хриплый голос Эрика разрывает тишину, словно рычание разъярённого зверя. – Приказ конунга!

Беорн замирает на мгновение. Его рука на моём бедре останавливается. Пальцы расслабляются совсем чуть-чуть, но я чувствую это.

Я не верю своим ушам. Может быть, это галлюцинация, плод моего перепуганного сознания?

Но Беорн тоже слышал. Он напряжённо застыл, словно зверь, который почуял опасность.

– Конунга? – с насмешкой переспрашивает он. – Ты, что ли, конунг? Эрик, ты здесь никто! Калека, который не может и слова связать. Твой отец был конунгом, ты всего лишь его тень!

Беорн наклоняется ещё ниже. Я чувствую, как его нос касается моей щеки.

– И тени мы сотрём.

С запозданием до меня доходит, что Эрик может говорить. Поворачиваю голову насколько могу, и смотрю на него. В полумраке вижу его лицо, читаю по губам:

– Держись.

Его взгляд на мгновение скользит в сторону. Туда, где у двери стоит Ульвар. Я вижу это короткое, почти незаметное движение и понимаю, что у Эрика есть план.

Вспоминаю всё, что произошло за последние дни. Как Эрик отреагировал, когда Беорн обвинял меня. Он не пытался переубедить толпу. Просто поднял руку, и все замолчали. Он проверял их. Выяснял, кто свой, а кто – враг.

Не знаю, в чём заключается план Эрика. Но знаю одно, он ни за что не позволить Беорну сделать то, что тот задумал.

Держись, Арина. Держись.