Глава 16

Томаш не сказал Полине, что дожидался её в столице не только потому, что его интересовали её идеи об армии. Интересовали, да ещё как, но было кое-что ещё. Расставшись с ней на подъезде к деревеньке и возвращаясь в город, он приметил странно ведущих себя эльфов. Парочка лазутчиков сразу привлекла его внимание. Если бы они не пытались походить на людей, пряча в жаркий день под меховыми шапками уши, то на них глазели бы, а как же иначе — ведь эльфы, но никто не тронул. Горожане чтили законы и знали о худо-бедно начавшейся торговле с ними. Но эти двое маскировались под людей, и если бы не попались на глаза генералу в отставке, то на них все равно обратила бы внимание стража.

Томаш хотел привести их к герцогу, но изнервничавшиеся ушастые схватились за оружие, и ему ничего не оставалось, как бить по ним магией на поражение. Эльфийские стрелы, летящие одна за другой с молниеносной скоростью, успели ранить спешивших в город людей, прежде чем их хозяев накрыло огнём.

Раненых оказалось много. Томаш смотрел на бестолковую суету вокруг пострадавших и понимал, что королевству жизненно необходимы перемены, и начинать надо с создания армии, в которой всё будет упорядочено. А потом этот порядок надо вводить по всем направлениям, будь то служба городских стражей, которая сейчас мечется, не зная, что делать с попавшими в беду людьми или торговые гильдии, обладающие многими возможностями, но не использующие их из-за внутренних разногласий, или… да везде требуется порядок и чёткие инструкции!

Томаш даже зажмурился от посетившей его фантазии, в которой все люди живут по правилам в соответствии с инструкциями. Ах, какое бы их всех ждало процветание!

Он подошёл к старшему в группе стражу и велел отвезти раненых к лекарю, чтобы тот оказал необходимую помощь. Подкрепляя рвение командира, передал ему несколько серебряных монет и, пригрозив вечером проверить, отправился во дворец.

Томаш доложил герцогу о случившемся, но тот, как всегда, занял позицию наблюдателя. Если бы баронесса увидела многозначительное молчание его светлости, то сказала бы о нем, что он из тех, кто сидит на берегу в ожидании, когда враг сам свалится в воду и проплывёт мимо. Нэта не устраивала выжидательная позиция герцога, но изменить что-либо он пока был не в силе.

Самостоятельно обдумывая случившееся и пытаясь понять цели лазутчиков, он пришёл к выводу, что те впервые попали в человеческое общество с целью раствориться в нём. У эльфийского совета нашлись бы более опытные шпионы, как и у тех, кто послал под иллюзией провокатора во дворец на день рождения принца. Значит, неудачники исполняли волю одного из владык, причём мало контактирующего с людьми.

И все мысли интуитивно сводились к тому, что лазутчики пришли по душу баронессы, что охота за артефактом продолжается, а госпожа Скальная ездит без охраны. Безрассудство! Но оковы экономии ему были слишком хорошо знакомы. Вот поэтому он во что бы то ни стало собирался дождаться её, тем более ему есть, о чём поразмышлять.

Время ожидания пролетело незаметно. Да что говорить, этого времени катастрофически не хватало, как и бумаги для записей! Не успеешь выстроить ладную картину из разбросанных по королевству гарнизонов, как всплывают неучтённые факты, и приходится их учитывать, а ладная картинка становится кривобокой.

Томаш надеялся на помощь опытных и знающих людей, но они только больше запутывали его, уделяя внимания частностям, не видя проблемы в целом. Вернувшейся в столицу баронессе обрадовался, как родной!

И впервые в жизни дорога в имение показалась лёгкой и короткой. Он каждый день, час, минуту был словно бы опьянён ощущением своей необходимости обществу, возможностью делать важное и нужное.

Иногда ему казалось, что он ничего не соображает, но баронесса умело извлекала из него знания, опыт, наблюдения и заставляла удивляться, применяя их в жизни. В спорах с ней всё вставало на свои места, и все советы, которые он получил от опытных людей, легли в стройную систему инструкций. Да, теперь он имел представление о систематизации знаний! Необыкновенная дама! Потрясающая!

Радостное возбуждение прошло, когда Нэт увидел своё имение и лица своих родных. Контраст болью отозвался в душе. Теперь он на всё смотрел другими глазами. Его угрюмое молчание приняли за тоску по сбежавшей жене, и он был рад, что мать с сёстрами не лезли к нему с просьбами и дали ему время подумать.

И вот, спустя несколько недель со дня приезда граф Томаш стоял в тени старого дерева и наблюдал за медленно текущей жизнью в своём замке. Как так получилось, что на месте маленького неприступного замка, в котором росли многие поколения Томашей, воцарились нищета, грязь и строительная свалка без какого-либо нашествия врагов?

Надо иметь мужество признать, что во многом виной стала его сыновья любовь и безграничное доверие к матери.

Она из года в год твердила, что деньги, которые он посылал, неся службу во дворце, и собранные налоги ничтожно малы. Он ничего не понимал в ведении хозяйства. Когда он был мальчишкой, отец твердил, что ему быть графом, защитником сестёр, добытчиком для семьи, а учителя обтёсывали его непоседливую натуру, рассказывая о вещах, далёких от хозяйства.

Сколько себя помнил Нэт, он мечтал подарить матери и сёстрам много золота, чтобы они никогда больше не страдали. Это всегда было главным для него. Сначала семья, а потом он.

Его детская мечта сбылась, так почему теперь мать, сестры и он остались ни с чем?

Этот вопрос он задавал себе в городе, сидя в одиночестве в пустом доме, слыша из-за стены плач сына, брошенного матерью.

Этот же вопрос он задал себе сейчас, проделав путь в имение в компании баронессы, но теперь у него был ответ.

Ещё недавно он думал, что его жизнь перевернула война, в которой он нашёл свой путь и засиял, раскрыл свои таланты. Позже, он полагал, что его жизнь перевернулась тогда, когда в его жизни появилась Кэрита — и сбежала. Но теперь он знает, что первое было итогом его трудов, а второе — итогом ошибок.

Зато знакомство с удивительной соседкой действительно поставило его жизнь с ног на голову, а точнее, с головы на ноги. Он сейчас устойчив, как никогда, и по-новому оценивает окружающих его людей, обстоятельства, свои поступки и перспективы.

В этой переоценке многое горько осознавать, но именно живой пример госпожи Скальной не даёт ему впадать в отчаяние. Эта иноземка к любым трудностям относится с азартом и всё оборачивает в свою пользу!

Она считает, что самое обидное вовсе не возникающие на пути препятствия, которые мешают, рушат выпестованные планы, сбивают с ног. Вовсе нет!

По её мнению, самое обидно — это сдаться, упустить возможность стать сильнее, умнее, опытнее в преодолении проблем, а спустя время вдруг узнать, что проблема была легко решаема, и надо было всего лишь осмелиться, дерзнуть или просто не отступать, перетерпеть!

Нэт решил, что больше не подпустит мать к управлению имением, и это всем будет во благо.

И он прекрасно понимал, с каким противостоянием столкнётся. Ему бы раньше это сделать, но, к сожалению, раньше вряд ли у него хватило бы решимости и сил выдержать ответный напор, сотканный из ловкого манипулирования, злости, шантажа. Он слишком идеализировал своих родных, и только близкое знакомство с госпожой Скальной помогло ему разобраться во всём.

Невольно мысли забежали в область фантазий, и ему представилось, что если бы он вовремя взял управление финансами в свои руки, невзирая на обиду матери, то с Кэритой сложилось бы всё по-другому. Он же знает, что предоставь он ей другую жизнь, то она не рванула бы на Большую землю, как мотылёк на свет, рискуя сгореть. Мысль о Кэрите появилась и, отвергнутая, погасла.

На сегодняшний день он постыдно радовался тому, что она сбежала. Он ведь видел, что у жены вздорный характер, что она крайне эгоистична, но списывал эти качества на молодость и опьянение свободой от опеки властного отца.

Теперь он думает, как бы скорее получить развод. Если тесть… бывший тесть не упрётся, то развод неминуем. По закону королевства брошенному матерью младенцу нужна новая мать, а значит, мужчине требуется свобода, чтобы найти её.

Ему нужна эта свобода и как можно скорее!

Он боится, что обжёгшаяся о реальность, Кэрита вернётся к нему! Не потому, что не способен простить, а потому что уже простил и… ему банально плевать на неё.

Дочь лесного князя оказалась глубоко чужой ему женщиной, и если она вновь окажется рядом, то он возненавидит её. Пусть отец возится с ней, учит, пристраивает к более подходящему мужчине… А он сегодня же напишет Георгу с требованием более не затягивать оглашение развода, чтобы отрезать путь к возобновлению брака с княжной при любых обстоятельствах.

Нэт сложил руки на груди и, прижавшись спиной к стволу старого дерева, с грустью продолжал наблюдать за текущей жизнью имения и сравнивать с тем, что видел у соседки.

С момента приезда он не сидел дома. Ездил по своим землям, присматривался к жизни людей и, признаться, зачастил в гости к соседке. Иногда отвлекал её от дел и советовался по поводу того, что ещё нужно продумать для создания армии. Но чаще оставался в стороне и наблюдал. Перед его глазами раскрывалась абсолютно другая жизнь. Чем-то поместье баронессы напоминало военный лагерь, но в этом лагере жизнь кипела постоянно, и во всем чувствовался азарт, люди работали на подъёме душевных сил.

В первый раз Нэта поразило обилие цветов в крошечном городке. Красивые, но бесполезные, требующие заботы цветы росли повсюду. Ребятишки как пчелы зависали над красочными полосами, квадратами, кругами и отрывали увядшие соцветия, поливали землю водой и какой-то тёмной жидкостью из смешных маленьких леечек с чрезвычайно важным видом. Это было забавно, и губы Нэта невольно расползались в улыбке.

Для наблюдения он выбрал место в стороне на небольшом пригорке и издалека никак не мог понять, что вставлено в окна местных домов. Окна сверкали под лучами солнца, как драгоценные камни. Пока стоял, хозяйка Скальной гряды в мужской белой рубашке и длинной юбке вышла к дожидавшимся её мужикам и затерялась среди них.

Они окружили её, закрывая широкими спинами, и Нэту стало неспокойно. Вдруг обидят глупую девчонку, что так смело ходит среди незнакомых людей. Он хотел уже было подойти, но заметил Виляева, рычавшего на столпившихся, чтобы расступились и не дышали своим нутром на баронессу.

Нэт в тот раз не решился показаться, так как был слишком ошеломлён увиденным, да и баронесса оказалась сильно занята. Ей не давали покоя ни на минуту, и кто-нибудь обязательно тащился хвостом, дожидаясь своей очереди получить ответ на какие-то возникшие вопросы.

В следующий раз Нэт приехал пораньше, надеясь застать хозяйку Скальной гряды в доме, но она уже была на ногах и, активно размахивая руками, что-то доказывала тёмному, как ночь, капитану корабля. Он пытался надавить на баронессу, но она не только не отступала перед ним, чем-то разозлённая, а ругаясь, отважно прогоняла его.

Нэт вновь вспомнил, как обзывал её тихоней и мямлей, ставя в упрёк её мягкое обращение с сопровождавшими её людьми, в то время как его жена лупила девок по щекам, а женщинам постарше придумывала унизительные правила, чтобы те не забывали, кто у них хозяйка. Он тогда думал, что Кэрита поступает, как истинная княжна. Перебарщивает, но…

Живя долгое время во дворце, он по себе знал, как более знатные вельможи внушают или вбивают уважение тем, кто не сразу понял, кто тут сильнее. Нэт не задумывался в те времена, как устанавливают между собой иерархию дамы.

Но именно в юности он поклялся себе, что возвысившись, всегда будет снисходителен к тем, кто ниже по положению. Но жена была такой молодой, неопытной… и он понимал её способ самоутверждения. Дурак!

А тоненькая баронесса грозила нависающему над ней капитану, за спиной которого стоял пиратского вида помощник, и диктовала свои правила, которые запрещали обижать её людей, обязывали вести себя вежливо и честно платить за предоставленные услуги.

Фурия!

Капитан один раз даже отпрыгнул, боясь, что она грозящим пальцем ткнёт ему прямо в глаз. А люди… люди следили за происходящим и поддерживали хозяйку гряды. Взбрыкни капитан и не уйти ему живым отсюда!

Ещё несколько раз Нэт приезжал и не решался лезть со своими вопросами к Полине. Сам себе удивлялся, но робел. У неё всегда были дела, и он понимал, что будет только раздражать её, а ему хотелось других эмоций. Какой же был контраст, когда он возвращался домой!..

Его встречала вечно утомлённая ведением хозяйства и проблемами мать. У неё болела голова от скопившихся дел, ныло сердце за всех и вся, а бессердечные люди продолжали нервировать её своей тупостью и нежеланием угождать.

А как ей угодишь, если она сама не знает, чего хочет. Кухарка — дрянь, не понимает, что составленное меню надоело, потому что настроение хозяйки переменилось.

Дворецкий — бездельник, умеющий только ныть о задолженностях ему и другим. Он должен почитать за счастье, что работает в графском замке, род которого насчитывает множество поколений!

О девках, взятых в замок на разные работы, графиня ничего слышать не хотела.

Их кормят! Кормят!!! А за что? За то, что дома бесплатно делали бы, а графиня, благодетельница, их, почитай, задарма содержит.

Пусть благодарят, а то ведь и на конюшню можно отправить, чтобы розгами поучили. Не всё же собственные ручки утруждать, отвешивая оплеухи!

По причине редких приездов в родовое гнездо Нэт не успевал увидеть, как устроена жизнь в имении. Он замечал, что люди живут бедненько, ну так и его семья не шиковала. Маменька всецело забирала его внимание и жаловалась. Она жаловалась, сетовала, плакала, стенала, корила, молила, болела и умирала… потом злилась, что он потратил деньги на бездаря лекаря, которому оказали честь, позвав в столь знатную семью.

А Нэт переживал, что у матери нет денег даже на лекаря, не то что на целителя. Искал способы подзаработать, участвовал в незаконных делах некоторых вельмож, чтобы только переслать побольше денег.

Во двор выбежала младшая сестра, вырвав его из воспоминаний. Очаровательная девушка с милой родинкой над губой. Перескакивая через грязь, она помчалась к заброшенному фундаменту. Залезла на него и стала прогуливаться, как будто находится в королевском саду.

Раньше он умилился бы, а теперь смотрел на её платье стоимостью в годовое жалование королевского придворного и думал о том, что оно оплачено кровью его солдат, жизнями людей, попавших в руки эльфов.

Нет, он понимает, что живым надо жить и радоваться, но не скакать же по грязи в дорогом платье, а вечером плакаться брату на то, что необходимо новое, потому что на балу будут…

Младшая ещё не понимает, что полная блеска и довольства новая жизнь поманила… и закончилась.

Зато средняя сестра со злостью смотрит на мать и на него, уже зная, что семейное положение будут выправлять за счёт её замужества, как когда-то пришлось делать со старшей. Забыла, как несколько лет назад вторила матери, что это долг старшей перед семьёй и осуждала слёзы Марианы.

Не хочет вспоминать, как ещё недавно в ответ на увещевания умерить свои аппетиты, рыдала и устраивала скандал за скандалом, чтобы ей купили коня, как у баронессы Вишневской, чтобы у неё были платья не хуже, чем у внучки герцога, чтобы украшения были на каждый день недели.

Не принимает упрёка, что из-за её капризов во время ремонта дважды покупали шёлк для стен; не хочет вспоминать, что, соревнуясь с Кэритой, требовала от архитектора большее количество башен в будущем замке и рвала проекты один за другим, не считая потраченных денег.

А маменька ворчала, что больно дорого всё, но соглашалась и смотрела на невестку с видом победительницы. Мол, мы можем позволить себе тратить деньги не хуже тебя! И любая попытка ограничить женщин вызывала бурю негодования, уничижительных слов…

Он был дураком, когда думал, что его любят.

Любили подарки, привезённое им сэкономленное жалование, новости… То же самое было с отцом. Поэтому он так рано ушёл из жизни. Заболел и не хотел лечиться, невзирая на то, что младшая дочь ещё лежала в люльке. Ему надоело жить.

И если бы не странная соседка-чужестранка, то Нэт ушёл бы… возможно, чтобы повторить судьбу отца.

…Когда он понял, что баронессу нужно ловить, потому что у неё не бывает свободной минутки, то разработал целый план. Юному баронету привёз посмотреть книгу с оружием, Сундукова угостил дорогим чаем, а Виляеву преподнёс бутылочку вина. Остальные же и без этого не смели беспокоить хозяйку, пока он находился рядом с ней.

Не всегда они беседовали на интересующие его темы… нет, не совсем так. Иногда он забывал о своих вопросах, так как Полина категорически не желала соответствовать его представлению принимающей гостя хозяйки дома. Она излюбленным жестом брала его под локоть и, ведя беседу, носилась по всей территории.

Вместе с ним посещала мастеров, что-то подсказывала им, рисовала на ходу, создавала объясняющие суть каких-то процессов иллюзии, отвечала на возникающие вопросы, шутила с юными помощниками мастеров.

Сначала он обижался, а потом прислушался, присмотрелся, стал спрашивать — и не мог сам себе поверить, что ему интересно знать, как делаются некоторые вещи, на каких условиях работают мастера, с чего они начинали и что ожидают в плане оплаты…

— У вас же сильный дар огня? — как-то спросила она. — Вот бы поставить вас в кузницу! Вы бы смогли разогреть печь до нужной температуры и выковать потрясающе оружие!

— Я? — он был потрясён и обескуражен.

— Да, понимаете, магические вещества для обработки железной руды можно заменить силой огня. Я пробовала объяснить кузнецу, что при большой температуре можно смешивать разную руду и даже варить её, а на выходе получить совершенно новое сырье и делать качественные изделия, но он не увидел смысла во всём этом, так как качество его изделий при малых трудозатратах достигается за счёт магических пропиток.

— Но разве он не прав?

— В принципе прав, — нехотя согласилась она. — Но это ведь зависимость от мага!

— И вы думаете, что мне стоит заняться ковкой оружия? — скептически уточнил тогда Томаш.

— В качестве отдыха от других дел, — она небрежно пожала плечами. — Я вот по вечерам делаю украшения. Иначе спать не могу, голова гудит от разных мыслей, вроде тех, что сделала или не сделала, что надо срочно сделать, а что может погодить!

Когда Нэт возвращался домой, то ему хватало воспоминаний о том, что он увидел у баронессы, на несколько дней. Да, признаться, он эти сладкие моменты оставлял на особые часы отдыха. Всё остальное время он занимался составлением проекта о создании армии и втайне от матери просматривал отчёты управляющих за прошлые года.

Поначалу он думал, что непроходимо туп, так как многие числа не сходились, а должны были. Он видел подписи графини, показывающие, что она всё просмотрела и приняла, и надеялся на её опыт, но несколько консультаций у Сундукова убили мальчишескую веру в благоразумие матери. От того, что он видел в отчётах, волосы на голове вставали дыбом.

…Ещё раз окинув взглядом заброшенное строительство, изуродованный сад, он направился к дому.

Пора действовать, пока ещё что-то можно исправить!

На бал ни мать, ни сестры не поедут, а значит, им не понадобятся платья, украшения, карета, кони… Зато понадобится лекарь. Это он обеспечит.

Будет удачей выручить за барахло хотя бы треть потраченной суммы, но это позволит покрыть наиболее опасные долги. Лето они тут переживут, а осенью можно рассчитывать на собранный налог, но плохо то, что люди бегут.

Он их понимает. Рядом строится порт, и они в надежде на лучшую жизнь рискуют сменить хозяев. А значит, доходы графства уже в следующем году упадут, но это все равно приличные деньги, если не спускать всё на тряпки, кушетки, вазочки… Уму непостижимо, какой идиоткой надо быть, чтобы заказывать всякую бесполезную дрянь на Большой земле через столичных торговцев, когда под носом сидят свои мастера без работы!