Глава 29

Георг собирался вложить свои средства в земли Нэта и продолжить строительство нового замка, сделав его оплотом армии, но вряд ли граф Томаш сможет впоследствии передать по наследству своему сыну столь значимый объект. Формально король не забирал владения своего подданного, но это только формально.

И согласие Нэта на превращение своих земель в оплот королевства должно было доказывать, что он радеет за свой проект телом и душой и готов полностью доверить свою судьбу, благополучие всего своего рода королю.

Но вправе ли Нэт Томаш принимать решение за сына и всех потомков?

А вдруг Витольд не захочет быть военным и не станет продолжать дело отца? Что тогда? С чем он останется?

А что оставить другим детям, которые ещё не появились на свет? И самое главное: что скажет Полина? Нужен ли ей муж, вручивший свою жизнь и благополучие всего рода в руки короля?

Георг ждал ответа.

— Я должен быть уверен в тебе Нэт, — говорил он.

«Ты делаешь меня полностью зависимым от тебя!» — стонал в душе Томаш.

— Если ты готов пожертвовать всем ради своего проекта, то я во всём помогу тебе.

Королю сложно далось это решение. В былые времена армию всегда возглавлял король. Можно было бы поступить по старинке, выждать пять-шесть лет и поставить принца во главе проекта Томаша, но у сына полно других обязанностей, не менее важных, чем армия.

— Я должен обсудить это со своей невестой, — твёрдо произнёс Нэт.

— Госпожа Скальная — разумная дева. Скажи ей, что мне нравятся её предложения по многим вопросам, но не для всех них пришло время.

Нэт хмыкнул: Георг не понимал, что за вольная птичка залетела в его королевство. Если Полюшка узнает, что король через уступки ей пытался надавить на него, то она может всё бросить и уехать, а Нэт последует за ней. Он угрюмо посмотрел на его величество:

— Если я соглашусь, то кем я стану? Безземельным графом, не сохранившим землю для своих потомков?

— Титул графа останется за тобой, а за земли ты будешь получать пожизненную ренту, как и твои потомки.

Король ждал ответа. Он и сам всё ещё сомневался, и не знал, что будет лучше для его королевства: согласие Нэта или его отказ.

Вложения будут огромными, а вот отдача… быть может, не стоить торопиться с созданием постоянной армии и лучше действовать проверенным веками способом? Пусть с жалобами, но знать всегда предоставляла воинов по требованию своего короля!

Нэт молчал и не давал ответа. Он не лукавил и не тянул время, когда сказал, что ему необходимо посоветоваться с невестой. Ему требовалось не формальное её одобрение или отказ, а совет. Он сомневался, как и король, и не мог в одночасье решить судьбу всего рода Томашей. Можно ничего не делать на своей земле, но владеть ею веками, а он сейчас меняет землю на… что?

Стоит ли создание армии и полная преданность королю лишения права владения землёй?

Всю дорогу домой он обдумывал предложение короля, а потом у него состоялся трудный разговор с Полиной, в котором она обозначила свою позицию в отношении его величества, родового имения Томашей, паразитирующих на Нэте родственниц.

Начала с предложения короля:

— Времена меняются, и не стоит сейчас загадывать, что будет через двадцать-пятьдесят лет, — осторожно начала она. — Сейчас стабильность любому роду даёт владение землёй, а в будущем этого может быть мало. Да и по правде род Томашей — не очень хорошие землевладельцы, — корректно заметила Полина, но тут же решила, что сейчас мягкость может пойти во вред, добавила: — Город упустил из рук ещё твой предок, а леса с солеварнями не окупают потребности семьи, но вы этого упорно не хотите замечать. Так за что ты держишься? За иллюзию благополучия, которая кружит голову женской половине твоей семьи?

— Полюшка, ты понимаешь, что если я дам разрешение королю строить настоящий оборонительный замок, а это считай целый город, то обратно он уже не отдаст мои земли, — уточнил Нэт.

— Я понимаю, — согласно кивнула она, — но ты займёшься любимым и нужным королевству делом, за которое станешь получать неплохое жалование, а помимо него ещё ренту. И я уверена, что это не сравнится с доходом от солеварен.

— Но когда-нибудь королю надоест платить ренту… — тихо произнёс Нэт.

— Возможно, — не стала отрицать Полина, — и к этому моменту нужно подготовиться. Но именно сейчас не стоит загадывать наперёд, потому что есть разные варианты развития такого соглашения. Начнём с того, что сыну короля может быть наплевать на всё, что делает Георг, и ты спокойно объявишь свои земли снова своими. И заметь, на твоей стороне будет сила закона и армия. Король очень рискует, давая тебе столько власти.

— Я никогда не…

— Да, да… — перебила Полина. — Но давай говорить откровенно. Ты сомневаешься насчёт своего будущего и будущего своего рода, а король вправе сомневаться в тебе — и вы оба правы. Проект долгосрочный, и слишком многое основано на доверии, а ни он, ни ты не можете знать, как сложится будущее.

— Да.

— Но мы сами строим своё будущее. Король воспитывает принца и от него зависит, каким вырастет наследник, будут ли его уважать, и сумеет ли он наладить с тобой доверительные отношения.

— Принц — очень ответственный мальчик, и я уверен, что он будет хорошим королём, но Георг полон сил и здоров, и я надеюсь, что он ещё долго будет править.

— Конечно, — улыбнулась Поля, — я тоже на это надеюсь.

— А что я могу сделать для будущего Витольда и наших детей?

— Сейчас достаточно будет того, что ты заложишь основы для армии и будешь получать хороший доход ближайшие годы. Даже складывая золото в сундуки, мы надолго обеспечим своих потомков, а если не дадим закиснуть их мозгам в лености и праздности, то они сами выстроят свою жизнь: при желании купят землю или продолжат службу, или отправятся в путешествие…

— Значит, я дам им выбор, — задумчиво произнёс Нэт. — А если я откажу королю и оставлю всё по-прежнему… то есть, не совсем по-прежнему, а займусь развитием имения?

— Ну-у-у, можно поставить больше солеварен и прибрать город к рукам. Думаю, придётся построить корабли, чтобы торговать солью на Большой земле. Мы справимся. Вот только я бы хотела родить мальчика и девочку.

Нэт не удержался и обнял Полину:

— Я буду счастлив!

— Это хорошо, — она улыбнулась. — А какое наследство ты оставишь нашим детям? Девочке мы соберём приданое в сундуках, а мальчику?

— Хм, разделим имение пополам.

— А если у нас будет ещё мальчик? То, что достанется ему?

— Э-э, к сожалению, в нашем роду чаще рождаются девочки.

— И всё же…

— Ну, тогда разделим имение на три части.

— О, так и вижу, как дети графа Томаша вынуждено становятся владельцами десятка солеварен и половинки корабля.

— Ты преувеличиваешь…

— Ах, ещё им достанется по сотне корзинок, которые крестьяне каждое лето будут заполнять ягодами и грибами.

— Поля, ты… вот умеешь же ты… Так значит, ты не против королевского предложения?

— Я не против.

— Но мама…

— Думаю, пора исполнить её мечту и поселить её в столице, — осторожно предложила Поля.

Она уже собрала сведения об этой женщине, и редкие оговорки Нэта подтверждали всё сказанное людьми. Хотя кто-то сочувствующе высказался, что графине не попался на пути крепкий мужчина, способный объездить норов красавицы и, возможно, он был прав, но Полина не собиралась составлять психологический портрет этой женщины и работать над её счастьем, чтобы потом всем жить в мире и согласии. Пряники на пути капризной графини закончились.

— Назначь ей содержание, только прошу, не выплачивай годовую сумму сразу же, — взмолилась она, представляя, как потратившая за неделю все деньги графиня ставит перед фактом Нэта, и уже им вдвоём придётся работать на эту женщину. — Лучше через доверенного человека платить ей ежемесячно, тогда она быстрее научится планировать свои расходы.

— А сестры?

Полина не могла понять, одобряет ли он её предложение или нет.

— А что сестры? Им ведь тоже что-то положено? Они уже достаточно взрослые, чтобы распоряжаться своими деньгами, — продолжать разговор было трудно.

Поля не собиралась кого-то обманывать или обделять, но ей категорически не хотелось прицеплять к своей семье паразитов, а именно такими оказались родственницы Нэта.

— Но они могут всё растратить…

— Пусть потратят, — усмехнулась Полина. — Ты им выплачивай точно так же раз в месяц, и если они на все деньги купят себе ерунды, то ничего с ними не случится за этот месяц. Зато быстро начнут соображать и подсчитывать свои расходы-доходы. Ведь твоя старшая сестра научилась ценить деньги, заплатив за них своей свободой?

— Марианна… она изменилась. Я думал, что она как я будет помогать матери и младшим сёстрам, ведь её муж богат, но она…

— Быстрее тебя поняла, что сколько им не дай, всё будет мало, а жизнь у неё одна!

Нэт промолчал. Сейчас он уже понимал неприязнь старшей сестры к матери и сёстрам, а раньше упрекал её в изменившемся к ним отношении. Он ведь ожидал, что Марианна возненавидит его за то, что выдал её замуж по расчёту, но она жалела его, зато сестёр теперь на дух не переносила и наотрез отказалась помогать им.

— Я хотел выдать замуж среднюю сестру, но если я принимаю предложение короля, то в этом нет необходимости, — медленно проговорил Нэт.

— Дай ей возможность пожить хотя бы полгода в столице, а потом уже решишь, как быть дальше. Твоей маме и сёстрам придётся договариваться и содержать дом вскладчину, а остаток денег тратить по своему усмотрению. Думаю, это заставит их всех повзрослеть и стать более предусмотрительными.

Поля посмотрела на Нэта, стараясь понять, не коробит ли его её вмешательство в жизнь его родственниц, но он всё так же оставался задумчив. И тогда она решилась на ещё один совет, который мог быть понят двояко, но вообще-то был бы полезен:

— А если ты пару раз задержишь им выплаты, то они поймут, что нельзя жить одним днём. В столице не любят продавать что-либо в кредит, и наука экономии быстро доходит даже до самых нерадивых.

— Не будет ли это жестоко?

— Жестоко? Нэт, о чём ты? Ты же был придворным и должен был видеть, как выживают там дамы! Разве они менее знатны, чем твои сёстры? Или ты считаешь, что лучше откармливать твоих родственниц, как гусынь, чтобы потом выгодно продать их к столу обеспеченного вельможи? Не дать им познать жизнь, а пересадить из одной клетки, заваленной продуктами, в другую, делая вид, что это и есть настоящая жизнь?

— Я полностью с тобой согласен, — потирая лоб, признался Нэт. — Они возненавидели меня за то, что я взял управление имением в свои руки, так пусть получат свободу, а вместе с ней ответственность. Я выделю им содержание в равных долях, и пусть живут, как хотят.

Нэт замолчал, и Поля хотела заметить, что его кидает из крайности в крайность, но тут он тихо сказал:

— Полюшка, если бы ты знала, как они умеют ненавидеть! Я так устал от них! Но меня съедает стыд и вина за то, что я понял, что более не люблю их, и мне тягостно с ними.

Полина не ожидала такого признания. Она думала, что Нэт всё ещё жалеет и верит своим родственницам.

— Научатся самостоятельно жить — хорошо, — жёстко продолжил он, как будто только что не было ничего произнесено, — нет — выдам замуж по своему усмотрению.

— А мама?

— И маму выдам замуж.

— Ты суров, — хмыкнула Поля.

— И ещё, своих детей я ей не доверю. Пора прервать этот порочный круг воспитания бездельниц.

Нэт замолчал. Решение выпустить из близкого круга маму и сестер далось легко. Обязательства по отношению к ним остались, а в остальном… потребуются годы, чтобы в душе улеглась обида на них, так что в их интересах больше не привлекать его внимание.

— Полюшка, я хочу стать тебе хорошим мужем и отцом наших детей. Вот только боюсь сделать что-то неправильно!

— Так и я боюсь, — развела она руки в жесте растерянности и сразу прижалась к его груди, то ли ища поддержки, то ли даря её. После этого разговора они стали ближе к друг к другу, хотя дался он тяжело.

— Так как же нам быть? — он крепче прижал её и положил подбородок на макушку Полиной головы.

— Мне кажется, что в первую очередь нам надо стать счастливыми, — глубокомысленно заметила Поля.

— А что тебе для счастья надо?

— В том-то и дело, что я не знаю! — с досадой буркнула она. — Вот я смотрю на других — и всё мне кажется очевидным, а как только думаю о себе, то путаюсь, и к тому же мои желания меняются в зависимости от настроения. И всё это удручает.

— Давай тогда начнём с очевидного, — шепнул ей в ухо Нэт. — Скажи мне, в чём моё счастье?

Полина едва удержала себя, чтобы беззаботно и кокетливо не ляпнуть: во мне! Это свело бы серьёзный разговор в шутку и к поцелуям.

— Я вижу твоё призвание в защите королевства. Ты прирождённый военачальник. И раз это радует тебя, то я буду помогать тебе.

Нэт подхватил её на руки и, дождавшись, когда она обнимет его за шею, глядя в глаза, сказал:

— А ты мечтаешь об уютном доме, и я предлагаю начать с этого.

— Но… — Полина растерялась.

В последние дни ей довелось примерить на себя роль политической фигуры из несуществующей партии зелёных, ещё она выступила в качестве внедрённого инородного элемента, меняющего мировоззрение общества, помимо этого Поля оставалась деловой дамой и невестой графа. И заподозрить её в мечте иметь свой дом, свою крепость, где уютно потрескивало бы пламя в печке, колыхалась бы белоснежная тюль на окнах, а на столе лежала бы вязаная салфеточка под вазой с цветами, невозможно. Она об этом не говорила и старалась не думать.

На Земле отец построил для неё идеальный дом, в котором хотелось творить, но там не будет Томаша… и других. И Поля старалась не вспоминать о том доме, в котором сбылось всё то, о чем она мечтала ранее, потому что это ранило и вызывало досаду.

А попытки превратить особняк на Скальной гряде в дом мечты не радовали: то ли не хватало дизайнерского таланта, то ли из-за того, что всё делалось по частям и урывками. В результате думы о жилье были спрятаны, погребены под ворохом более важных и нужных дел. И казалось, что удачно; но Нэт умудрился затронуть именно эту мечту: потёртую попытками её реализации и отложенную, как неправильную, мещанскую.

— Подожди, Полюшка! — заметив, как изменилось её лицо, заволновался Томаш. — Мне-то с тобой хорошо всюду. Помнишь, мы ехали в столицу и останавливались в таверне?

— Мы каждую ночь где-то останавливались… — постаралась безразлично пожать плечами и улыбнуться. Напрасно Нэт переживает. Она же честно сказала, что сама не знает, чего хочет, так откуда бы ему знать?

— В той, где были смежные комнаты, и в одной стоял стол и диван, — напомнил он.

— А-а, помню, — и посмотрела на него, удивляясь тому, что запомнил он.

— Я составлял тогда докладную королю о том, что с нами случилось, а ты сидела на лавке и что-то рисовала.

— Да, ты был таким серьёзным, и я старалась тебе не мешать, — уже более открыто улыбнулась Поля, вспомнив, что она стащила на широкую лавку все шкуры и устроила себе логово.

— В те дни я был весь захвачен нашими ночами, но, как оказалось, я кое-что упустил, и понял это только тогда, когда оказался дома. Мы расстались, я освежился с дороги и сел в кабинете, надеясь закончить доклад — и не смог работать, потому что напротив стояла лавка, а тебя там не было. Дом, в котором я бегал ещё ребёнком, показался чужим и холодным. Я вдруг осознал, что если тебя нет рядом, то я не замечаю, что ем, мне без разницы, как обставлены комнаты, не так уж интересно заниматься делами.

Нэт говорил, посадив Полину к себе на колени и крепко прижимая к себе. Это успокаивало его в целом и рождало в теле лёгкое приятное возбуждение, которое очень нравилось повсюду следовавшему за ним элементалю. Тот оказался ещё тем гурманом, и подчас его присутствие обостряло эмоции: так он познавал физический мир.

— Я всё это говорю тебе к тому, что мой дом там, где ты! Я буду счастлив там, где ты улыбаешься и довольна. Но мне показалось, что дом для тебя важен.

— Хм, — Поля с любопытством посмотрела на любителя уюта и женщины под боком.

И ведь как всё преподнёс! После его слов хочется в лепёшку разбиться, но создать самое прекрасное и уютное гнёздышко — и одновременно хочется закатить скандал, напоминая о женской свободе и её роли в становлении государства.

Отец шутил, что все мужчины эгоистичны и в этом их слабость. Любая женщина может сплести сети из заботы и мягкой терпеливости, поймать в них матерого хищника и владеть им, превращая в покорного её воле хомячка.

Теперь Поля поспорила бы с отцом, говоря, что любовь непредсказуема и её можно долго искать, создавать условия, а она вспыхнет там, где не ждёшь… совсем как в песне. Во всяком случае, в её жизни получилось именно так.

И насчёт дома… ей очень хотелось иметь большой дом. Она устала лазать в птичий уголок для сна на Скальной гряде, надоели комнаты на постоялых дворах, как и комфортная повозка. Привыкла довольствоваться малым, но мирилась с этим только потому, что считала это временным. Ах, Поля сама занялась бы обустройством своего нового дома, с удовольствием бы вела домашнее хозяйство. Это всё занимает много времени и ей бы понравилось создавать пространство любви для себя, Нэта, Витольда и будущих детишек. Но начатые дела так просто не оставишь! К тому же они не в тягость, а в радость. И как быть? Что делать, когда хочется того-этого и вот этого, и побольше!

— Для меня дом — это важно, — после долгой паузы, согласилась Поля, а Нэт шумно выдохнул и потребовал немедленного доказательства их любви.

Уже потом, полураздетые и ленивые, они вяло обсудили своё будущее. Договорились о короткой дороге, соединяющей замок Томаша и порт Скальной гряды. Вот тут Полина настояла на закупке огромного количества пропитки для дороги.

Обсудили строительство большого замка, выбрали архитектора, и пришли к выводу, что имеет смысл перенести академию магии к ним.

А ещё они договорились, что будут стоять до последнего за земли Скальной гряды! Каким бы значимым для короля не стал порт и растущий там мэллорн, который возможно станет первым порталом на землях людей в волшебный мир, но пусть хоть этот кусочек территории останется в качестве приданого, которое можно передать по наследству детям.

И вот после всех этих договорённостей, произошла встреча со старой графиней. И если ранее Поля нет-нет да корила себя за желание отделиться от этой женщины, то сейчас она твёрдо решила держать дистанцию.

Графиня — умелый манипулятор, и если она войдёт в их дом с лаской и пониманием, то Поле с Нэтом не хватит опыта противостоять ей, и она может разрушить их жизнь.

Но не только с родственницами Нэта пришлось принимать трудное решение. Больше всего на свете Поле хотелось познакомить генерала со своими родителями. Однако после долгих размышлений она сделала выбор в пользу ранее принятого решения: оставить в тайне своё иномирное происхождение.

И тут была не только ответственность за Землю, но и забота о Нэте. Если он узнает, что она ходит на Землю, то не отпустит её одну и пойдёт с ней, а там столько информации… бери всё готовенькое!

Сейчас она Нэта всего лишь направила, указала направление, в котором ему стоит двигаться, а до всего остального он доходит сам, используя свой опыт и опыт древних полководцев, о которых оставили записи летописцы. Он активно интересуется наработками других рас и на основе всего составляет свой проект. А если он узнает, что уже всё придумали за него и не надо тратить столько сил… из деятеля и основоположника он превратится в исполнителя, а этого он не заслужил.

Поля даже помотала головой, отрицая возможность Нэта побывать на Земле. Может быть, потом, когда у него будет наработан свой опыт, а пока не стоит!..