Глава 25

Глава 25

Если бы не Лизонька и её отработанные манеры, стояла бы я сейчас с выпученными глазами и разинутым ртом. Но память была, и я всего лишь подняла брови и произнесла:

— Это очень внезапно…

— Нет-нет, не отвечайте ничего сейчас, - перебил меня фра Симон, - просто выслушайте.

Выслушать - это я могла.

— Я всё понимаю, вы…, - фра Симон помялся, подбирая слова, - крайне удивлены. Я мог бы рассказывать о внеземной вспыхнувшей любви, но не хотел бы строить отношения на столь эфемерном фундаменте, как ложь. Ничего хорошего на лжи не построить. И я буду честен с вами. Вы - удивительная женщина, рядом с вами мир становится лучше. Вы несёте в себе свет и щедро делитесь им с окружающими.

И вы…, - фра Симон слегка покраснел, даже так, бледно-порозовел на скулах, - Вы достойны самого лучшего. Забота. Стабильность. Безопасность. Защита. Поддержка. И я могу вам всё это дать. Я - не просто служитель Храма, я Слышащий. И это значимая, весьма значимая ступень во внутренней иерархии Храма. Не этого конкретного, а в целом. Я не говорю о любви - возможно, зря - но любовь бывает разная.Бывает та, что бьёт как молния, сжигая весь мир в своём огне.Бывает тихая, жертвенная, на всё готовая.А бывает та, что приходит после. После долгих отношений, полных заботы и поддержки.

Я готов дать вам всё, что могу, и не требовать от вас невозможного. И надеяться, что позже к нам придёт…, - он замялся, но продолжил, - что мы сможем построить брак на доверии и поддержке. Я многое могу дать вам - Храм это не пустые слова, и даже Корона не спорит с Храмом, почти никогда.У вас не будет проблем с деньгами, никогда. И вопросов со стороны Короны - Храм поручится за вас. Вы сможете заниматься тем, к чему лежит ваша душа.

Фра Симон замолчал.

— А где вы в этом уравнении?, - мягко спросила я.

— Я - рядом с вами, - твёрдо ответил фра Симон, - понимаете, я не могу просто взять и жениться. Я - Слышащий. И мою пару должны одобрить боги. Может, не все вообще, но те, которых я слышу - обязательно. Моя жизнь - служение. Кому многое дано - с того многое спросится, а мне дано многое. Многое, но не всё, - фра Симон глубоко вдохнул и посмотрел мне прямо в глаза, - мне нужны дети. И супруга, которая поддержит и не предаст. Вы - не предадите. И не нарушите своего слова. И боги вас одобрили.Я не прошу ответа сейчас - более того, сейчас отвечать точно не надо. Просто знайте, что я - здесь. И моё предложение в силе. Подумайте. Столько, сколько необходимо.

Фра Симон замолчал. Молчала и я. И тут наше молчание сломал чей-то радостный смех и звонкий девичий голос сказал:

— Благословите нас, фра Симон! Мы перед лицом богов и Параскевы-Ткачихи хотели бы помолвку свою подтвердить.

Мы повернулись. Перед нами стояла Одарка, первая красавица Отрадной, самая завидная невеста. И рядом с ней стоял молодой парень, чуть вихрастый. И глаза у обоих горели светом всех звёзд и луны разом. Они были счастливы, и сжимали руки друг друга так нежно и крепко, что было ясно - они нашли друг друга. Каждый из них - свет и воздух для другого. не наглядеться, не надышаться.

Фра Симон проговорил слова благословения, и с рук его слетело золотистое облачко искорок, чтобы осесть на сплетённых руках молодой пары сверкающими браслетами.

Я улыбнулась - невозможно было не улыбаться, глядя на сияющие глаза этих двоих.

— Как Владетель этих земель, я хотела бы подарить вам и своё благословение тоже, - произнесла я и достала из кармана юбки мешочек со сложенным внутри поясом. Назовитесь!

— Одарка!— Янек!

Два голоса прозвучали одновременно. И я достала из мешочка обережный пояс.

— Протяните руки, - попросила я. Откуда-то пришло знание, что так будет правильно.

Одарка и Янек протянули мне всё ещё сцепленные руки, на которых теперь посвёркивали магические браслеты. И я захлестнула лёгкой петлёй пояса эти сплетённые руки.

— Пусть Параскева-Ткачиха сплетёт две ваши судьбы в одну, и будет с вами благословение рода Остервальд на этих землях!

Пара повернулась друг у другу, Янек поцеловал Одарку в щёку, и потом они в один голос сказали “Спасибо!” и со смехом убежали куда-то вглубь ярмарки.

А к нам уже спешила вторая пара, и третья…

Праздник гудел, праздник шумел. Молодые пары получали своё благословение от меня и от фра Симона, и весь воздух дышал радостным счастьем, надеждой на счастливое будущее и просто искренним весельем.

Я отошла от помоста к торговым рядам - хотелось пить и хоть немного тишины. И подумать. В карманах остался последний неподаренный пояс.

Уже стемнело, но по всей ярмарке горели огоньки - как обычные масляные фонари, так и магические. Я уже почти дошла до торговки ягодным взваром, как меня окликнули.

— Елизавета Андреевна!

Этот голос я услышать ну вот вообще никак не ожидала. Я вздрогнула, сердце внезапно забилось как пойманная птичка.

Я повернулась.

Напротив меня стоял ненаследный князь собственной персоной и улыбался. Улыбался своей искренней мальчишеской улыбкой и у меня на лице невольно расцветала ответная.

— Я привёз вам ваши бумаги. Честное слово, я дрался за них как лев, нет, как два льва!, - этот невозможный мужчина смеялся и протягивал мне одной рукой кожаную папку. Вторую держал за спиной

— О, это подвиг на грани невозможного! Вы одолели дракона бюрократии в кратчайшие сроки и принесли мне сокровище, вырванное из лап чудовища!, - рассмеялась я.

— Да, я такой! И ещё я принёс вам это, - он вынул вторую руку из-за спины. В ней был горшок с каким-то растением, накрытый стеклянным куполом. Купол слегка мерцал - видимо, артефактный.

Я пригляделась. В горшке сидело нечто зелёное, слегка обвивающее опорную палку, с маленькими листиками и зелёными усиками.

Меня как молнией стукнуло озарением.

— Это же… Горошек?, - неверяще произнесла я.

— Для вашего зимнего сада, - произнёс князь и улыбнулся.