Интерлюдия, Костадис

Боги, что за женщина!Если бы его свежеиспеченная супруга оставила его с долгами и всем имуществом в залоге, да ещё с потенциальным обвинением в убийстве! Он бы землю грыз, выискивая все возможные следы что супруги, что денег, по стенам бы бегал!А она! Спокойно делегировала тем, у кого больше возможностей в данном вопросе, и планирует в зимнем саду горошек садить!

И это удивительное равнодушие к демонстрации себя! Одно платье на один день. Никаких переодеваний к обеду, на прогулку и куда там ещё могут переодеваться девицы. По опыту Косты, девицы могут переодеваться всегда. И потом мучительно допрашивать, идёт ей больше утреннее платье для кофе или утреннее платье для прогулок в саду!

И школа… Какой молодой девице придёт в голову мысль открывать школу для детей в деревне? Теперь Костадис знал, какой. Вот этой.Вот этой невозможной златовласке с аквамариновыми глазами.Надо будет после обеда отправить вестника своим, в Седьмой Отдел - пусть поищут, куда Александр Фон Цур Остервальд вложил деньги. Такая сумма не может просто взять и исчезнуть.

Нога, конечно же, зверски разболелась, но будь он проклят, если покажет это графине.Да и обед был удивительно хорош - ему бы и в комнату принесли тоже самое, но здесь, в этой… Малой Жёлтой Гостиной, во. В общем, выйти на обед было приятно.

Вот сейчас он соберётся с силами, возьмёт трость и вернётся к себе - отлёживаться.Чтобы труды приглашённого целителя не пропали даром. Кстати, медицинский химероид, держащий ногу, был весьма хорош. Коста, правда, не увидел клейма химеролога - обычно их ставили на виду, чтобы все знали, кто создатель такого полезного инструмента. А тут почему-то на виду клейма не было.Тут химероид возмущенно пискнул, мигнул артефактными камнями и впрыснул в ногу инъекцию обезболивающего. Ооо, какое блаженство! Всего-то и надо для счастья, что вкусный обед и чтобы нога не болела.