Глава 10

За завтраком я узнала массу удивительных и полезных вещей.

Всеми юридическими вопросами и тонкостями семьи Остервальд занимается поверенный, Эмма Готлибовна уже взяла на себя смелость пригласить его в Эльтенхас с деловым визитом.

Поверенный прибудет завтра, зовут его Яков Эммануилович, и он действительно хорош в своём деле.

В особняке в относительном порядке поддерживались лишь те комнаты, которыми пользовался молодой граф — его покои, библиотека и кабинет. И вот ещё Малая Жёлтая Гостиная.

Остальные комнаты закрыты и находятся в состоянии куда как худшем.

Сад одичал и зарос.

С продуктами пока беды нет — много ли надо на семь человек? Но муку, крупу, овощи и прочее поставляли из графских деревень, рыбу и дичь добывал Михал.

По деревням лучше ситуацию поверенный расскажет, чтобы ничего не исказить случайно.

По бытовым артефактам всё было ещё хуже — по сути, едва работал только ледник и водопровод. Всё остальное требовало где обновления накопителей, где зарядки, где мелкого ремонта. Малый стазис-ларь вот ещё работал, а большой разрядился уж давно.

Пробуждение духа-хранителя буквально вернуло надежду на то, что вот-вот всё наладится у всех обитателей поместья. Ведь с магией теперь проблем точно быть не должно, энергии хватит.

Особняк — не просто здание, это фамильное гнездо. Алтарь его центр, его энергия и его жизнь. Пока алтарь находился в угасающем состоянии, всё потихоньку старело и разрушалось. Но сейчас можно восстановить и наладить все системы, в том числе и охранную, и защитную, и вообще все.

Кроме алтарной комнаты, куда дверь открыть могут только Остервальды, в хозяйских подвалах есть ещё лаборатория, артефакторная и отдельно — химерологический корпус. Он прям отдельным зданием стоит, за особняком и за конюшнями. Химеролога в особняке нет, но если её сиятельство пожелает — конечно может осмотреть. Сам корпус закрыт ещё со времён совсем старого графа.

В графские владения входит лес, река, побережье, часть горной гряды, три деревни. Город рядом — сам по себе, но когда-то Остервальды давали ему покровительство и магическую защиту. Об этом скорее через поверенного лучше уточнить, или у губернатора, если на то будет воля её сиятельства.

В особняке есть оранжерея, но ей не занимались с той поры, как умерла матушка молодого графа, почти 25 лет тому уж минуло.

И зимний сад есть, в таком же почти состоянии.

Вокруг особняка есть парк, он же сад. В парке пруды и фонтаны, и прогулочные зоны, и беседки — но всё запущено, у Кузьмы Еремеича времени и возможности только так, совсем уж беспорядки убирать есть. Яблони вот удалось сохранить, и груши. И ягодных кустов некоторое количество.

На этом завтрак кончился, и мы договорились продолжить вечером. Бытовые артефакты, требующие зарядки, а также кристаллы-накопители экономка принесёт в кабинет.

Меня же в кабинет провел Эльтен.

В кабинете стоял роскошный деревянный письменный стол — не стол, а воплощённая мечта о столе. Огромный, с ящиками, с секретером для бумаг, с резными ножками и накладками. Сама солидность.

Жаль только, давно не чищенный как следует, в завитках резьбы скопилась грязь, дерево утратило блеск, выглядело местами залапано, местами потёрто.

Чернильница на столе заросла пылью, настенные лампы были грязными и нечищенными.

Окно не радовало, плотные гардины смотрелись уставшими и пыльными.

Кресло за столом, как и два стула попроще перед столом, выглядели примерно как и стол. Когда-то они являли собой образец хорошего вкуса, были удобными и роскошными. Сейчас же требовали хорошей чистки и, местами, реставрации.

Чистыми в кабинете были только пол и камин. И небольшой диванчик у стены.

Нет, в такой обстановке решительно невозможно ничего делать!

И я позвонила в колокольчик, предварительно взятый с собой в кармане платья.

Катти пришла вместе с Эммой Готлибовной, и у каждой в руках было по здоровенной коробке, наполненными всем подряд. Видимо, те самые бытовые артефакты на зарядку.

— Это очень хорошо, что вы обе одновременно пришли, — сказала я и максимально дружелюбно улыбнулась. Ну, я надеюсь, что это была дружелюбная улыбка, а не оскал голодной крокодилицы.

— У меня есть неостановимое желание привести кабинет в порядок — ведь завтра в нём нужно принимать поверенного. Поэтому я вас попрошу принести сюда всё, необходимое для полноценной уборки — давайте сделаем этот кабинет достойным местом снова! А после обеда займёмся графскими покоями.

Эмма Готлибовна удивлённо вскинула брови:

— И вы тоже будете… участвовать?

— Эмма, дорогая, конечно же буду, — настроена я была решительно, — вы только посмотрите, работы хватит на всех!

— Катти, организуй нам воду, ведра, щетки, тряпки и лестницы. Попроси помочь с ними Михала и Кузьму Еремеича, — велела экономка, — А мы пока рассортируем бытовые артефакты по мере надобности и накопители. Елизавета Андреевна поможет с их зарядкой и активацией.

— Да, м-леди, — и только юбки взметнулись, так шустро Катти исчезла из кабинета.

Я же подошла к коробкам. Коробки стояли на полу, и выглядели так, будто в них сложили все невыкупленные на маркетплейсах побрякушки и странные штуки разом.

— Скажите, Эмма, там же нет ничего хрупкого?

— Хрупкого?, — управляющая улыбнулась, — даже если это всё бить молотком, не должно ничего сломаться.

— Отлично!, — я улыбнулась в ответ и высыпала содержимое обеих коробок прямо на пол.

— Так, давайте в одну складывать накопители, а артефакты пока просто разделим на три кучки прямо на полу — нужны прямо сейчас, нужны завтра, нужны потом. Хорошо?

— Замечательно!, — Эмма Готлибовна откровенно улыбалась, — накопители выглядят как кристаллы, формы и цвета могут быть любого.

И мы сели на пол, в четыре руки выбирать из получившейся кучи отдельные кристаллы.

Из коридора донёсся шум, бряканье и шаги. И к нам вошла целая делегация — Михал нёс две высоченные раскладные лестницы, Кузьма Еремеич два ведра с водой. Марфа Васильевна несла тряпки и полотенца, у Катти в руках была куча щёток и веников, и какая-то длинная штука, похожая на копьё с крюком.