ГЛАВА 21

Утреннее небо было затянуто свинцовыми тучами, дул прохладный ветер, заставляя кутаться, чтобы не замёрзнуть, и моросил дождик, наполняя землю влагой. Я всегда любила дождь, но сегодня мне отчего-то было грустно, и предчувствие чего-то нехорошего вновь дало о себе знать. Но я упорно гнала от себя пасмурные мысли и настраивалась на хорошее. Приехав в пекарню, мы первым делом повесили небольшую табличку «Морковный день», которую я приготовила вчера перед сном. Затем выгрузили выпечку, расставили всё по полкам и, вывесив вторую табличку «Открыто», принялись ждать первых посетителей на сегодня. Но минуты шли, а никто к нам не заходил. Люди проплывали мимо лавки, косясь на выпечку у широкого окна, бросали странные взгляды и уходили дальше по своим делам. Прождав так полчаса, я не выдержала и вышла на улицу, пытаясь понять, что происходит. Ответ нашёлся очень быстро. Мимо пробегал мальчишка со стопкой газет в руках и скандировал главные заголовки новостей. Я бы и внимание не обратила на него, но услышала свою фамилию: – Ещё одна грязная новость! Позор! Позор для семейства Холистен! Юная леди Вивьен Холистен была скомпрометирована своим женихом, а затем брошена им же! – кричал мальчуган, проходя мимо и тряся одной из газет. Я остановила мальчика, вручила ему монетку и, забрав газету из его рук, быстро вошла обратно в лавку. – Дорогая, что случилось? На тебе лица нет, – забеспокоилась Эльза, подходя ко мне. – Что за газета? Я ничего отвечать не стала, быстро отыскивая новость про себя. И та нашлась на второй странице. Несколько абзацев, в которых рассказывалось, как свидетелями, включая моего дорогого дядюшку, были застигнуты на горячем леди Вивьен Холистен и сын одного из самых богатых торговцев столицы Эльгуст Бушкли. Леди отдалась своему жениху до свадьбы, и после того как были обнаружены в неоднозначном положении, он её бросил, а опозоренная леди сбежала в старое, практически разрушенное поместье своей семьи замаливать свои грехи. Далее описывалось, насколько низко я пала, и что ни один приличный мужчина на меня не посмотрит, и ни одна уважающая себя семья не примет меня у себя даже на пороге. Конечно, последнее сильно утрировали. Эльза успела мне рассказать, что, конечно, это позор, но не настолько, чтобы от леди отвернулось всё общество и никто не желал более с ней знаться. Обычно семья девушки, если такое произошло, старалась как можно скорее выдать дочурку замуж хоть за кого-то, чтобы сплетни улеглись. Но если не удавалось, то уезжали на годик-другой, и история утихала. Но да, выгодной партии для такой опозоренной леди было уже не найти. Сейчас же всё очень сильно раздули насчёт меня, не говоря уже о том, что это была подстава. В газете уж сильно постарались сделать из меня едва ли не портовую шлюху. И я не сомневалась, что заказчиком этой статьи стал мой дядя. Гадкий лорд Холистен решил не ждать три обещанных мне месяца и поторопить события. – Сволочь! – прошипела я, сминая газету. – Вивьен… – едва слышно прошептала Эльза, хватаясь за сердце. К ней тут же подбежала дочь старосты и, подставив стул, отправилась за стаканом воды. – Как же он так мог? Со своей единственной оставшейся роднёй. У него совсем нет души. Я пыталась успокоиться, чтобы не заорать, пока Эльза рассказывала Висте и Колину о статье в газете. Дочь старосты заохала и села рядом с нянюшкой, опустив голову, а Колин так и вовсе выругался так, что даже у меня уши едва в трубочку не свернулись. – Так вот почему никого нет. Новость разлетелась, и никто не хочет ничего покупать у падшей аристократки, – заключила Эльза, допив воду. – Не будь у тебя титула, то и всем было бы не особо интересно. Так посудачили бы и всё. А тут же леди, да такой позор. Это хуже, чем если бы ты кого убила. – Как несправедливо, – едва ли не плакала Виста. – Леди Вивьен, я нисколечко не верю в то, что там написано. Я вас знаю, вы не такая. Да если бы и было, то и что с того? Будто больше никто не грешен? У нас, простых людей, к этому намного проще относятся. – Да в том-то и дело, что не было! – взъелся Колин. – Леди подставили её дядюшка, желающий получить деньги за племянницу, и жених, которому срочно нужно было жениться на леди Вивьен и получить титул. Мы тому свидетели! – Так надо обратиться в газету и написать это. А вы свидетелями выступите, – вскочила на ноги Виста, готовая прямо сейчас бежать. – Да что наше слово против слова лорда? Да и у отца Эльгуста столько денег, что он купит кого надо, и найдётся ещё десяток свидетелей, которые лично что-то там видели, – махнул рукой Колин и грузно упал на стул у дальнего столика. Тот жалобно скрипнул, но выдержал. – И что же нам делать? Теперь ни один покупатель не придёт. – Виста не выдержала и всё-таки разревелась. Какая нежная душа у этой девочки. Я прикрыла глаза, собирая в кучу разрозненные мысли, глубоко вдохнула, затем медленно выдохнула, успев приготовить речь, чтобы всех взбодрить, развернулась к своим людям, но сказать ничего не успела. Раздался звон колокольчика, и в нашу лавку вошёл гость. Гость, которого сейчас точно никто и никак не ожидал.