3.4.

Хруст, громкий противный звук ломающегося под ногами стекла. И почему мои последние минуты проходят под такой дурацкий аккомпанемент… Впрочем, чему я удивляюсь, если у стоящих напротив нас с Реватой мужчин лишь одна задача - избавиться от двух ненужных свидетельниц. Меня нужно убрать, поскольку я одна из оставшихся выживших после того подпольного эксперимента на планете-арене, а мою заклятую, как выяснилось, «подругу» уберут следом, чтобы не растрепала кому не надо. И судя по тому, как она нервно оглядывает помещение и активно принюхивается, девушка пришла к таким же выводам.

- Я не поняла, Зеро, что мы тут все делаем? Землянку я вам привела, как и договаривались. По нашему уговору, с вас пара царапин и выбросить меня поближе к маршруту «Тени» и той забытой богами планете, откуда нас забрали. - Несмотря на то, что гареша говорила спокойно, внутри нее все бурлило от страха и волнений.

А вот похитители наши, наоборот, были очень спокойны. Убийственно спокойны. Я еще раз внимательно осмотрела всех стоящих напротив, уверяя себя, что делаю это, чтобы запомнить как можно больше примет. А не для того, чтобы являться им потом посмертным призраком, проклиная до седьмого колена…

Кшурт, тинаец и неопознаваемый мужчина в черном матовом шлеме. Судя по отсутствию хвоста, не гареш и не половина других ящероподобных рас. Дефектов или особенностей речи тоже не было, так что вероятнее всего гуманоид. Я бы поставила на гидаша или тинайца. Первые были достаточно сильны, выносливы и хитры, вспомнить хотя бы мой последний роман - разведчика Астара. Тинайцы же вообще могли быть какими угодно, благодаря своим генетическим экспериментам.

Пока я мысленно прикидывала расу центрального похитителя, кшурт задумчиво изучал экран с браслета, периодически листая данные. Или пилот или навигатор, впрочем, не удивлюсь, если два в одном. Как я успела понять за недолгое время плена, у подобных контор особо ценились универсалы, способные совмещать две, а то и три специальности. Тинаец излучал злорадство и предвкушение, видимо, из тех самых неудачных генетических модификаций. Насколько я помнила из курса в училище, подобных убийц и садистов - считали отбраковкой и не выращивали дальше эмбриона. Но или у меня была устаревшая информация, или, как обычно, не все так радужно в Межгалактическом союзе. Ведь если подумать, это же отличные воины - физически выносливые и заточенные убивать. А если еще и болевой порог уменьшить, так вообще выходит идеальная машина для убийства.

Идеальнее разве что гареши, но таких поди замани в преступную группировку. Кодекс чести и верность клану для них не пустые слова.

Хотя гареш гарешу рознь - взгляд снова наткнулся на стоящую справа девушку, которая, судя по напряженной позе, была уже настроена прорываться с боем. А уж если это эмоционально нестабильная девица, возомнившая себя пупом земли, или уж скорее космоса, и вознамерившаяся уничтожить конкурентку на пути к нужному ей мужчине, пусть даже последняя если и претендовала на кого-то, то только в своих мечтах, то в итоге имеем, что имеем.

А именно, находимся черти где, - судя по пейзажу за окнами, что-то очень жаркое и влажное. Очередные космические тропики - что же этих гадов бандитских так привлекает в этом поганом климате? Наличие кучи разномастных хищников, не иначе…В подтверждение моих мыслей, какое-то гадкое насекомое тут же впилось в плечо, благо изрядно потрепанная в ходе последних «разговоров по душам» кофта позволяла добраться до кожи без всяких проблем. С одной стороны рукав был почти оторван и висел на плече на последней, неизвестно как уцелевшей застежке. Мда, знала бы я, что вместо короткой пробежки по кораблю попаду на очередную арену, оделась бы куда более основательно. А так, кофта с длинными рукавами, или точнее тем, что от них осталось, обтягивающие брюки с карманами и высокие ботинки на шнуровке - благо хоть из стандартной армейской обуви похитители меня не вытряхнули. И как только догадалась их надеть, сменив мягкие ботинки для передвижений по кораблю, ума не приложу, видимо все-таки хваленая интуиция менталистов смогла тогда пробиться сквозь туман в голове, наведенный явно какими-то наркотическими веществами. Уверена, нужные препараты мне подкинули или с печеньем или с морсом. Возможно, и перед этим подкармливали понемногу, чтобы в организме накопилось нужное количество отравы. До того злополучного вечера таких умопомрачений я за собой не замечала, чтобы на первом году службы, еще практически на испытательном сроке наплевать на прямой запрет капитана и броситься выводить с корабля малознакомую девицу… Эх, капитан, капитан, ты наверное бесишься как стая разъяренных гаштерс… А зная тебя, еще и волнуешься за двух малолетних идиоток, которые снова умудрились куда-то вляпаться в твое отсутствие…

«Да откуда же они летят», - дернула плечом, сгоняя очередное насекомое, решившее откусить от меня кусок побольше. И тут же скривилась от резкой боли, даже с усиленной регенерацией следы недавних побоев ныли так, что стояла я сейчас исключительно из упрямства. И понимания, что так я все-таки куда более маневренная, чем лежа кулем на полу.

Судя по зданию - мы то ли в богами забытом захолустье, то ли на одной из заброшенных военных баз, не удивлюсь если и засекреченной до кучи. Читала я о таких, разбросаны тут и там по обитаемому и не очень космосу, что-то законсервировано до лучших времен, что-то покинуто за ненадобностью. То ли планета или галактика себя не оправдали, то ли какие-нибудь несовместимые с постоянной жизнью и добычей ресурсов побочки вскрылись типа радиации или внезапно просыпающихся вулканов. В общем, причин могло быть достаточно много. Хотя судя по столам, сильно напоминавших операционные, скорее уж база была научной.

- Зеро, я простроил маршрут, - сообщил кшурт, схлопывая экран, а я мысленно похвалила себя за догадливость. И за привычку даже в обычной одежде хранить минимальный набор для чрезвычайных ситуаций. Потому как не будь у меня в карманах обычных штанов рассованы несколько мелких упаковок универсальных антидотов - быстро вернуть себе силы и собрать мозги в кучу, я бы не смогла. И скорее всего, последние минуты прошли в мутном наркотическом угаре. Ох, если выберусь, вообще не буду ничего пить или есть в компании малознакомых личностей. Впрочем, сначала надо выбраться.

Еще раз исподтишка осмотрела окружающее нас помещение - мы находились недалеко от центра круглой комнаты, с одной стороны заставленной металлическими столами и кушетками, которые образовывали непроходимые баррикады, с другой комната заканчивалась огромными окнами от пола до потолка.

Взззз - прожужжал мимо уха очередной местный комар… а в голове отщелкнуло, что не могло быть в этом помещении насекомых. Все то время, что нас здесь держали, я находилась где-то на нижних этажах. И там никакими насекомыми и не пахло: маленькая узкая комната с кушеткой без намека на матрас или одеяло, выезжающий доисторический туалет с умывальником, который на третьем использовании сломался, но на мое счастье застрял он в разобранном виде. И несколько отверстий под потолком, через которые в помещение попадал воздух. Там из меня тинаец какое-то время пытался выбить правду, о том, как много мне с дружками удалось накопать на их контору. И что мне известно о главном заказчике лагатиума-бета, того самого препарата, который испытывали на землянах на арене.

От мучительной смерти в той конуре меня спас кшурт с прибором, который подсоединялся к голове и фиксировал мою реакцию на вопросы. Этакий доработанный детектор лжи. Только помимо «лжет - не лжет», он как-то еще мог фиксировать состояние «не знает, о чем речь». Судя по тому, что ни о чем подобном я не слышала, это очередное подпольное изобретение, или разработки по нему велись на таком уровне допуска, который мне пока не светит.

Испробовав на мне этот прибор во время одного из допросов, похитители от меня отстали, а я, поняв, что вряд ли им интересно еще со мной беседовать, а значит можно начать потихоньку приводить себя в относительный порядок, не рискуя получить очередную дозу наркотиков, - в ту же ночь облепилась пластырями с антидотом. И поэтому сейчас могла оценивать ситуацию максимально ясно и сконцентрированно.

Итак, внизу комаров нет. Наверх меня притащили на лифте минуя несколько коридоров с герметичными дверьми. Откуда появилась Ревата с мужчинами, я не знала, но видя, как передернулась девушка, рассмотрев мое украшенное побоями лицо, мстительно порадовалась. Так-то, зараза избалованная, думаешь, настолько это легко сдать садистам знакомого человека? Видимо не все в тебе еще прогнило, раз ты усиленно отводишь от меня глаза.

Еще раз внимательно осмотрев окна, замерла на секунду, боясь невольной радостью привлечь к себе внимание похитителей и спугнуть последний шанс на спасение. В одном из дальних окон зияли дыры и трещины. Там же на полу валялись осколки стекла, видимо, покидали станцию совсем не в мирных условиях.

Стекло! Не стеклопластик, не углепластик, не ритановое прозрачное вещество - не все эти современные непробиваемые сверхпрочные материалы, из которых строились станции в последние пару десятков лет. А стекло, которое хоть и сложно, но возможно разбить. А разбитое стекло - это шанс, это выход. Пусть и неизвестно куда, пусть и шансов свернуть шею, свалившись с высоты многоэтажного здания немало - судя по тому, что на уровне нашего помещения виднелись самые верхушки деревьев - но за пределами этой станции, шанс выжить оставался. Здесь, наедине с тремя убийцами и сумасшедшей девицей, решившей, что ради Райста, можно пойти и на преступление, шансов выжить у меня не было.

Зачем мое похищение понадобилось Ревате, я поняла из обрывков разговоров мужчин, которые между очередными допросами периодически обсуждали что-нибудь интересное. То строили прогнозы относительно дальнейших заданий, то насмехались над гарешей, которая от гормонального взрыва потеряла последние мозги, и самостоятельно привела и меня и себя к ним в руки.

«Самки все-таки бесполезные существа: эмоций лишних много, гормональный фон нестабильный, никакой логики в поведении»,  - усмехался тинаец, любовно раскладывая на столе свой пыточный инструментарий, - «и чего остальные расы не перейдут на искусственное выведение потомства. Стольких бы проблем удалось избежать….Впрочем, в нашем случае, вся эта устаревшая ерунда с роковыми страстями - только на пользу! Как бы мы еще тебя вылавливали по космосу, а тут раз-два и готово. Получите, распишитесь».

Ментальные щиты, настроенные на впитывание всего окружающего меня фона, моментально уловили сменившееся настроение, вырывая меня из воспоминаний. Гареша сильно занервничала, уже в открытую выпуская когти и становясь в оборонительную позицию, мужчины, хмыкнув потянулись к оружию. А дальше все завертелось как в сумасшедшем торнадо. Ревата откуда-то достала короткий кинжал и метнула его в центрального похитителя, тот успел отскочить, но лезвие чиркнуло по плечу, оставив на комбинезоне кровавый след.

Кшурт и тинаец бросились на девушку, а я с неожиданной для всех окружающих прытью отскочила в сторону окна, на ходу хватая стул и с размаху, швыряя его в стекло. Сквозь грохот осколков и свист пуль, которые теперь казалось, лились отовсюду, я услышала полный крик боли Реваты, которой тинаец судя по раздавшемуся хрусту все-таки что-то сломал, и вопли этого Зеро, приказывающего немедленно прекратить пальбу и уничтожить в первую очередь меня. К крикам и суете добавился противный вой сигнализации, извещающей о критичной разгерметизации помещения, и я рванула в сторону окна, понимая, что медлить больше нечего. Тут же из потолка повалил какой-то газ, быстро наполнивший помещение дымом, так что к крикам и шуму боя, добавился едкий дым и кашель.

Впрочем до заветного пробоя в стекле добраться не удалось, на пути возник кшурт с взведенным пистолетом. Два резких прыжка, и ногу пронзила острая боль. Черт, зацепил все-таки, проклятая ящерица. Благо успела укрыться за баррикадой из столов, иначе бы одним попаданием не отделалась.

Быстро осмотрев рану, порадовалась, что попало по касательной. Ранение несерьезное, но крови можно потерять изрядно, если не перевязать чем-нибудь в ближайшее время. Только медлить сейчас нельзя, силы на максимум и быстрым ползком снова в сторону окон, только теперь противоположных. Дым разъедал глаза и легкие, ногу жгло огнем, вокруг орала сигнализация и кто-то куда-то стрелял. О том, что я последние минуты не слышу голоса Реваты, я старалась не думать. Беспорядочная пальба прекратилась, и туман расчертили лучи фонариков. Похитители оперативно взяли себя в руки и теперь планомерно обыскивали помещение. Сзади грохотала переворачиваемая мебель, гремели железные столы, скрежетало под ногами битое стекло. Поняв, что шансов у меня осталось всего ничего, подобралась и на последних силах рванула в сторону окна, посреди которого зияла приличных размеров дыра. До спасительного отверстия оставались считанные метры, когда вторую ногу пронзила боль, и я, распласталась на полу, проехавшись ладонями и коленями по стеклянной крошке.

- Не смей меня бросать, - прошипела лежащая на полу Ревата, не выпуская мою ногу из когтистого захвата, - тебе он не достанется.

- Отвали, идиотка психованная, я жить хочу, а не мужиков делить. - Попыталась оторвать от себя ее руку, но тщетно. В этот захват ушли видимо все последние силы гареши -  вторая рука сломанной плетью лежала сбоку, на некогда светлых брюках темнели пятна крови, из-под живота растекалась красная лужа, девушку очень серьезно ранили.

Шаги похитителей слышались уже совсем близко, лучи фонарей высветили руку Реваты, которая вцепилась в мою ногу.

- Они тут, Зеро, эта кошка сумасшедшая крайне удачно перехватила землянку. Сейчас я их обеих… Стоять, гадины!

Наверное, мне еще никогда не было так больно и так страшно. Рванув на себя полуживую гарешу, прыгнула в сторону окна, спиной вышибая остатки стекла, и мы с криками камнем рухнули вниз. Я даже не успела толком испугаться, как сильный удар о что-то твердое выбил из легких весь воздух, от второго удара я разомкнула руки и Ревату отбросило от меня куда-то вбок, а третьего удара я уже не помнила…