Глава 7. Замки ставят не от воров, они для честных людей

Парни стояли в позах фехтовальщиков, наставив на Седрика длинные шампуры с деревянными ручками, и выглядели ну очень грозно. Два мушкетера, д'Артаньян и Арамис, не меньше. Особенно меня удивил Матти – обычно парень был тише воды, ниже травы. Он даже разговаривал шепотом, не поднимая глаз, а тут смотри-ка ты, раздухарился! – Убери лапы от госпожи Василины, – с угрозой повторил Жако и сделал выпад в сторону ухмыляющегося гостя. – Жако, Матти! Опустите ваши железки! – одернула я парней. – Господин Седрик наш гость. Он просто пообедал и принес в моечную грязную посуду. Про то, что кое-кто вроде как уволился и вообще не имеет права размахивать кухонным инвентарем, я решила не упоминать. – Не очень похоже, что он просто принес посуду, хозяйка, – своим обычным тоном еле слышно промямлил Матти. – Не похоже, – подтвердил Жако энергично. – Что у вас тут?! – рыкнул Броггл, появляясь на пороге моечной. Оглядел тяжелым взглядом нашу компанию и велел: – Жако и Матти, на выход. Бегом в погреб за пивом. Притащите четыре бочонка, потом оба ко мне, будете мясом заниматься. Матти при слове «мясо» заметно перекосило, зато Жако чуть не облизнулся довольно. Оба опустили свои «шпаги» и повернулись в сторону выхода. Правда, выходя, Жако наябедничал: – Он госпожу Василину лапал! – Вы передумали увольняться? – напрямик спросила я Броггла, когда «мушкетеры» вышли. Отстранилась от продолжающего держать меня за талию Седрика. Тот коротко вздохнул и не очень охотно, но опустил руки. – Да мы и не собирались, – сообщил повар и кивнул в сторону двери: – Там орк Грюмок притащился. Поговорить с вами хочет, хозяйка. – О чем? – насторожилась я. Под ложечкой засосало неприятное предчувствие. – Не знаю, – пожал могучим плечом Броггл и перевел мрачный взгляд на Седрика. Тот в ответ спокойно рассматривал повара и, кажется, ничуть не беспокоился по поводу его угрожающего вида. – Пойду, узнаю, что орку нужно, – вздохнула я и вышла вслед за парнями. Протиснулась сначала между Седриком и мойкой, затем между Брогглом и дверным косяком: ни тот, ни другой и не подумали освободить мне дорогу. Стояли и пристально смотрели друг на друга, точно два хищника, оценивающие силы противника. Грюмок сидел за столиком возле двери, разодетый, как будто на свадьбу собрался: в новенькие кожаные штаны, такую же жилетку и белоснежную рубаху. На огромных ступнях гиганта красовались начищенные до зеркального блеска черные ботинки. Увидев их нестерпимое сияние, я пригорюнилась – похоже, не зря у меня под ложечкой неприятно сосало. Уволиться орк хочет… При моем появлении Грюмок вскочил и, переступая с ноги на ногу, начал путано объяснять: – Василинка, я это… ну… того… короче… – Уйти хочешь? – спросила со вздохом. – Ага! Батяня весточку прислал, что для свадьбы моего младшего братишки все готово. Женим его на днях, вот я и поеду. Когда вернусь, не знаю. Ты уж того… не серчай. – Да чего мне серчать, – ответила я с деланным спокойствием. Повысила голос, злобно вытаращив на орка глаза: – Я всего лишь в бешенстве! Где я прямо сегодня сторожа найду? Да еще ответственного, как ты, и которого все боятся?! Пять ночей Грюмок, как и договаривались, исправно обходил таверну дозором. После моего попадания спала я плохо, ворочалась с боку на бок, беспокоясь из-за угроз старосты и его родственника. Так что каждую ночь вставала и выходила проверить, как орк несет службу. Всегда находила его на посту, вышагивающего вокруг таверны с огромной палицей на плече. Убедившись, что охранник честно выполняет работу, со спокойной душой возвращалась на свой чердак. И вот теперь он едет на свадьбу к брату! А гном, владелец «Розовой Цапли», за это время пару раз заходил к нам, между прочим. Ничего не заказывал, просто оглядывал зал и уходил. Явно прикидывает, как заполучить таверну! Я тревожно оглянулась на «свою» дверь: как же мне обезопасить тебя от всяких прохиндеев?! – и снова повернулась к Грюмоку. – Слушай, мы с тобой договорились на десять ночей. Ты отработал пять! Непорядок, слово свое не держишь. – Ну, так мне на свадьбу надо. Батяня весточку прислал, – повторил орк. – Договаривались на десять, а прошло пять, – упрямо повторила я. – Так свадьба… – Договор! – Батяня весточку прислал… – Ты обещал. – Братишка женится… Когда одни и те же аргументы пошли по третьему кругу, стало ясно, что переговоры зашли в тупик. Насколько я успела понять местные правила, пока я вслух и при свидетелях не дам согласие отпустить Грюмока, уйти он не мог. Если бы он так поступил, мигом обрел бы статус непорядочного парня. Весть об этом тут же разлетится по всему городишке и далеко за его пределы, и никто с таким орком больше не захочет иметь дело. Хорошее правило, между прочим, но в данном случае мне оно помогало мало. Я знала, что не смогу не отпустить орка на свадьбу «младшего братишки». Грюмок тоже это знал, вот и стоял на своем. В конце концов, я объявила: – Найдешь себе замену на эти пять дней и можешь быть свободен. – Да где я тебе сегодня найду охранника?! – возмутился орк. – Где хочешь. На свадьбе у братишки! – отрезала я. Повернулась и пошла, слыша за спиной одновременно возмущенное и жалобное сопение громилы. Ничего, пусть ищет. Мне, между прочим, вообще не улыбается остаться без охранника! – Злая ты девка, Василина! – прилетело от орка возмущенное. – Кто тебя такую замуж возьмет? Да никто, никому такая ведьмаха не нужна! На это я даже отвечать не стала. Хотя было желание сказать: вот начнешь от страха умирать, как я все эти дни, и не такой станешь. Вообще озвереешь. А замуж я и не собираюсь, по крайней мере, в этом мире. Нашел чем пугать! Но вопрос охраны нужно решать в любом случае, и срочно. Даже если Грюмок найдет кого-то себе на замену, пять дней пролетят быстро, и таверна снова останется без защиты. А если не найдет, то и не знаю, как быть. Сама, наверное, буду охранять. Возьму у Броггла самую большую скалку и пойду вокруг таверны ночным дозором. Или Матти с Жако и их шампурами в сторожа по совместительству устраивать придется. Конечно, самый страшный и больше всего похож на секьюрити у нас Броггл. Но кто тогда готовить будет, если повар охраной займется? Он же не может совсем не спать, ночью сторожить, а днем у плиты стоять! В общем, новая мега-проблема, по сравнению с которой вопрос уборки – это сущий пустяк. Поняв, что я не реагирую на его обзывания, Грюмок быстро сменил тактику, бросился за мной следом и снова жалобно заныл мне в спину: – Ну, Василина, ну свадьба же! Братишка. Папаня письмо прислал… родня собралась… Нет, ну что за настырный товарищ! Представив, что в ушах у меня беруши, не пропускающие орочий скулеж, я пошла к своему кабинету, в надежде скрыться в нем от липучки. Между прочим, у меня дел полно! С расчетными книгами надо, наконец, разобраться. Заказы на продукты посмотреть. Подумать, с чего завтра уборку начать, чтобы главное до вечера успеть отмыть. Сейчас закрою дверь на ключ и займусь всем этим. Увы, ничего у меня не вышло. Едва я шагнула на порог кабинета, как входная дверь таверны дрогнула от мощного удара: кто-то начал колотить в нее с силой стенобитного оружия. – Открывайте! – закричали с улицы. – Именем короля! Никто из присутствующих не успел и шевельнуться, как дверь сама с грохотом распахнулась, и в таверну ввалилась целая толпа народу. Первыми ворвались несколько вооруженных мужчин в военной или в похожей на нее форме. Быстро и профессионально рассредоточившись по залу, они перекрыли проход к лестнице на верхние этажи, черному ходу и заблокировали центральный вход. Вид у мужчин был весьма угрожающий, а на боку у каждого висели ножны с оружием. В общем, глядя на них, было ясно, что шутить с ними не стоит. Оказывать сопротивление тем более нежелательно во избежание проблем со здоровьем. Следом за вояками в таверне появилась бесформенная туша квартального старосты Пуруша. Товарищ неспешно дополз до середины обеденного зала и остановился. К его боку, едва доставая макушкой до потной подмышки, прилепился гном Хорек. Хозяин борделя обшаривал таверну оценивающим взглядом и гадостно ухмылялся. За их спиной стояли еще трое, тоже с оружием, но одетые в форму другого вида. Похоже, толстяк собрал все воинство, какое у него было, чтобы явиться сюда без страха. Пока я и все присутствующие приходили в себя от неожиданности, староста неспешно развернул плотный лист пергамента, который держал в руке. Поднял его повыше и провозгласил: – Предписание на проверку таверны «Сердце дракона»! Сопротивление проведению мероприятия будет расценено как преступление против королевской власти! Кто тут называет себя хозяином? Тоскливо вздохнув, я поплелась к незваным гостям. Остановилась напротив старосты и приготовилась держать ответ за все содеянное мной и не мной, но в чем виноватой сделают меня. Протянула руку к документу: – Я хозяйка. Василина Константиновна Верховцева. Давайте сюда ваше предписание. – Чем докажешь, что хозяйка?! – издевательски ответил староста, поднимая бумагу повыше, чтобы я уж точно не дотянулась. Он что, думает, я буду прыгать, как цирковая собачка, и пытаться выхватить у него документик? – Пока не увижу, что в вашем постановлении написано, ничего доказывать не обязана, – покачала я головой, буравя недобрым взглядом одутловатое лицо старосты. – Значит, сопротивление оказываешь?! Мы тебя за это арестуем! – обрадовался толстяк и зычно скомандовал: – Схватить ее! Из-за его спины вышли трое и двинулись ко мне. О-хо-хо, а я-то думала, что отсутствие охраны в таверне – моя самая большая проблема… Я попятилась от надвигающейся стражи и уперлась спиной в какое-то препятствие. Поверх моего плеча протянулась мужская рука и спокойненько выдернула из пальцев старосты пергамент. – Ну-ка, ну-ка, посмотрим, что тут у нас? Мужская рука и выдернула из ладони старосты пергамент. – Ну-ка, ну-ка, посмотрим, что тут у нас? – произнес за моей спиной гость по имени Седрик. – Ты кто такой? По какому праву документ хватаешь?! – вызверился на него староста. – Седариан Тивали, отвечаю за охрану таверны, – небрежно ответил мужчина, внимательно изучая документ. Я изумленно вскинула на него глаза: а почему я об этом не знаю, господин Седрик? Почувствовав мой взгляд, мужчина повернулся и лукаво подмигнул мне. Шепнул: «Потом поговорим». – Тивали?! Так ты же вроде… говорят, убили тебя! – удивился гном Хорек, пока его родственник пыхтел, соображая, как ему реагировать на неожиданное вмешательство. – Жив, как видишь, – ответил мой нежданный начбез и протянул документ мне. Я пробежалась глазами по тексту. С ходу запуталась в идиотски сформулированных фразах и вернулась к началу. Все равно ничего не поняла и начала перечитывать третий раз, буквально по одному слову – должна же я знать, что мне инкриминируют! Начинался текст весьма торжественно, ссылкой на власть короля и священную корону. Но дальше шла юридическая абракадабра, из которой я поняла только, что мне нужно показать лицензии, разрешения на торговлю и документ о праве собственности. Ну, то без проблем! Все эти документы, аккуратно подшитые прежним хозяином, лежат в сейфе в папочке. – Я мало что из этого поняла, – призналась я, возвращая писульку насмешливо улыбающемуся Седрику. – Но документы на право собственности показать могу. – Ты должна открыть сейф, и мы сами все найдем! – взвизгнул староста, ткнув в меня пальцем. – Права на обыск у вас нет, – ответил за меня Седрик с угрозой в голосе. – Госпожа Василина сама покажет вам документы. Староста открыл было рот, но один из стражников у него за спиной наклонился и что-то прошептал ему на ухо. Толстяк перевел на меня очень недружественный взгляд и процедил: – Ладно, неси документы, девочка. Посмотрим, что там у тебя есть. – Для вас «госпожа Василина». Следите за языком, староста! – одернул его Седрик. Я благодарно улыбнулась мужчине и пошла в кабинет. Когда вернулась, староста и его родственник с хозяйским видом сидели за одним из столов, а Лаяна ставила перед ними по кружке с пивом и тарелку с сухариками. Гном в своей мерзкой манере закинул на соседний стул ногу в грязном сапоге и, гнусно ухмыляясь, заглядывал девушке в вырез платья. Седрик не сводил со старосты напряженного, угрожающего взгляда. Интересно, это моя яичница так его впечатлила, что он чуть не в драку со старостой за таверну вступает? – Ты глянь, какие пухляши! – скабрезно хмыкнул в этот момент Хорек, не отрывающий взгляд от декольте Лаяны. – Иди лучше ко мне работать, красотка. Зашибешь деньжат поболе, чем здесь, таская за гроши кружки с пивом. Я со злостью шлепнула папку перед старостой. Рявкнула: – Вот! Здесь все лицензии. Проверяйте и, будьте любезны, покиньте мое заведение. А ты, – я повернулась к гному, – быстро убрал свое копыто со стула! В своем гадюшнике будешь так себя вести! – Что-о?! Да я тебя! – Хорек снял ногу со стула и даже привстал, уставившись на меня злобными глазенками. Седрик, положив руку на перевязь меча, сделал шаг к столу. Броггл у плиты со зловещим звуком провел лезвием мясницкого ножа по точильному камню. Жако и Матти снова вооружились шампурами и встали по бокам от Седрика. В зале повисла напряженная, звенящая тишина. – Уймись! – неожиданно одернул гнома староста и надавил тому на плечо, заставляя сесть. Зыркнул на меня, потом на Седрика, потянул к себе папку и принялся листать лицензии. Я их проверяла и была совершенно спокойна – все действующие. И правда, толстяк довольно небрежно перебрал их и отодвинул папку от себя. Поднял на меня тяжелый взгляд и велел: – Ну а теперь давай документ на право владения таверной, госпожа Василина… Без всякой задней мысли я подала ему дарственную – тут уж вообще придраться не к чему, все в полном порядке. Это я думала, что в порядке, но не староста! Прочитав документ, он бросил его на стол и поднялся с места. Ткнул в меня пальцем и рявкнул: – Документ поддельный! Ты мошенница и отправляешься в тюрьму! Стража, арестовать ее!