16. Черная полоса

Томас

Неделя на размышления — всего лишь пять рабочих дней. И того меньше, ведь в пятницу Мира обещала прийти на ужин. Томас надеялся провести время с пользой, однако злодейка-судьба окончательно повернулась к нему задом.

Во-первых, устроиться на работу в клининговую компанию Томас не смог. Документы у него в порядке, но условия оставляли желать лучшего. Связываться с оформлением ради прикрытия? Проще делать вид, что работаешь.

Во-вторых, он совсем не видел Миру. То есть, он мог бы здороваться с ней, выходя на площадку, когда Мира уходила или возвращалась, однако не делал этого. Она ясно дала понять, что не намерена общаться с ним до пятницы. Придумала для него такое испытание? Или действительно так сильно уставала, что нуждалась в отдыхе? Mierda! Он мог бы помочь ей расслабиться!

Но Мира попросила не спешить, и Томас дал ей обещание.

В-третьих, позвонил Генри и велел не дурить ему голову.

— Используй то, что получил, — сказал он. — Как — твои проблемы. И мне плевать, как при этом пострадает твоя шкура.

Да, хороший намек на то, что его ждет за непослушание! Томас представил Генри, распятого на кресте в клубе. И Дэна, охаживающего его зад кнутом. Ненадолго полегчало.

В-четвертых, Томасу пришлось ехать к клиенту.

Mierda! Томас и представить не мог, что после знакомства с Мирой ему будет так сложно ублажать кого-то за деньги. Но от этого предложения он не смог отказаться.

Строго говоря, Генри договорился с хозяином агентства, где работал Томас: то ли оплатил его время, то ли еще как, но на месяц его полностью освободили от заказов. И все же Чарли позвонил ему.

— Томми, малыш, ты мне нужен.

Томас скрипел зубами, но позволял Чарли такое обращение. В конце концов, если бы не Чарли, где бы он взял деньги на лечение матери?

— Ты же знаешь, на кого я сейчас работаю.

— Да, да… Но этот клиент требует тебя.

Он назвал имя, и Томас закатил глаза — мужчина, один из его постоянных клиентов. И один из лучших, потому что никогда не причинял ему боль и платил больше, чем полагалось по тарифу.

— Прямо таки требует?

— Увы, да. Или, наоборот, к счастью. Томми, он согласен заплатить больше. Мне подумалось, что тебе все равно нужны деньги, а один заказ, да еще не самый худший, не помешает тебе… в твоей новой работе. А так как ты мне больше ничего не должен, твой процент выше.

Так и есть, Томаса не пришлось долго уговаривать. Его мутило от мысли о предстоящем, он никогда не любил мужские ласки, однако все, что нужно — это правильный настрой. Так он думал до того, как приехал к клиенту.

Наверное, ему еще повезло, что это не женщина. Mierda! Какого черта его так волнует факт «измены»? Это его работа, он давно перестал терзаться по поводу морали. У всего есть своя цена, и цена благополучия его семьи — это секс с теми, кто платит за удовольствие.

Изменил ли он Мире, позволив мужчине трахать его в зад? Нет! Хотя бы потому, что их с Мирой отношения — это игра в стиле БДСМ. Фактически, тот же заказ… за деньги… Да, изменил! Потому что он позволил кому-то другому прикасаться к его телу.

Томаса трясло от отвращения, когда мужчина целовал его обнаженную спину, и каждый толчок разрывал его внутренности.

— В чем дело, малыш? — шептали ему на ухо. — Тебе больно?

А он улыбался сквозь силу и уверял, что все восхитительно. Ему платили за удовольствие, а не за рефлексию. И клиент остался доволен, судя по щедрым чаевым, которые он отстегнул сверх оговоренной суммы.

Дома Томас долго стоял под душем, а чуть позже — перед дверью соседней квартиры. Мира уже вернулась, он видел ее машину на парковке. Томасу отчаянно хотелось каяться в своих грехах, останавливало только понимание, что он ведет себя, как придурок. И еще — просьба Миры не беспокоить ее до пятницы. Вывалить на нее свои проблемы — совсем не по-мужски.

Но если ничего не рассказывать? Просто услышать: «Как дела, медвежонок?» Ощутить запах и тепло ее рук. Увидеть едва заметную улыбку. Почувствовать, что есть кто-то, кому не все равно…

Томас вернулся к себе, так и не решившись постучать.

Жизнь — дерьмо. Неоспоримый факт.

Чтобы уснуть той ночью, Томасу пришлось напиться. А утром он проснулся от звонка в дверь.

Спросонья он не сразу сообразил, который час.

— Привет, osito. — На пороге стояла улыбающаяся Мира. — Угостишь кофе?

Томас булькнул что-то нечленораздельное, хватаясь за голову. Уже вечер?!

— Ты спал? Я тебя разбудила? — Мира нахмурилась и отступила назад.

— Д-да… Нет, не уходи! — Он отошел в сторону. — Пожалуйста, проходи. Я сейчас…

Он бросился одеваться, так как успел лишь накинуть халат.

Как и в прошлый раз, Мира устроилась на кухне, а не в комнате.

— Osito, ты еще и пьешь? — строго спросила она. — И часто?

Натягивая джинсы на голое тело, Томас с досады зашипел сквозь зубы. Mierda! На кухонном столе он оставил пустую бутылку из-под виски.

— Нет, Мира, нет! — Он ввалился на кухню, надевая футболку. — Не мог уснуть и выпил… немного… Там оставалось совсем чуть-чуть.

— Ты используешь виски, как снотворное? Каждый день?

— Нет же! — Ему отчаянно не хотелось выглядеть алкоголиком в глазах Миры. — Бутылка давно стоит, и она не моя.

— Брата? — Мира вспомнила еще одну ложь.

— Да…

— Я не вовремя. — Она не смущалась от того, что вторглась к нему без предупреждения. — Честно говоря, хотелось посмотреть, как ты живешь… когда не готовишься к встрече. У меня сегодня выходной, я взяла отгул.

Томас почувствовал тошноту. Мог бы и догадаться: если Мира не любит курящих, то и пьющих не жалует. Оправдываться больше не хотелось.

— Я могу угостить тебя кофе? — спросил он. — Или я так тебя разочаровал, что…

— О, нет, не разочаровал, — перебила Мира. — Наоборот.

Он растерянно на нее посмотрел.

— Ты казался идеальным, — улыбнулась она. — Я рада, что это не так.

— Да… — Он криво усмехнулся. — Я курю, пью и сплю до обеда. И все потому, что некому меня воспитывать, Diosa.

Мира закусила губу, и Томас чертыхнулся про себя. Вот что это сейчас было? Он недвусмысленно намекнул, что не прочь принять наказание? Да он просто нарывается!

— И наглеешь на глазах, — заметила Мира.

Томас облегченно перевел дыхание. Она не сердилась, а пыталась спрятать улыбку.

— Кофе? — Он открыл дверцу шкафа.

— Нет, сначала умойся, — попросила Мира. — Я не выношу запах перегара.

Кофе пили в тишине. Томас наслаждался обществом Миры, Мира наслаждалась кофе, и оба чувствовали себя прекрасно.

— Какие у тебя планы? — поинтересовалась Мира чуть позже.

— Эм… никаких. Я сегодня тоже свободен.

— Будешь готовиться к ужину?

— Ну-у-у… да, конечно. — Главное, не забыть заказать еду. И чем быстрее, тем лучше.

— Том, я завтра провожу мастер-класс в клубе. Могу взять тебя с собой.

— Да? Здорово! Я смогу посмотреть?

— В зал ты не пойдешь. — Она почти незаметно вздохнула. — Если только заполнишь анкету…

— Нет.

— Я не хочу неожиданностей.

— Их не будет, я усвоил урок.

— Да. Мне хотелось бы в этом убедиться.

— Как?

— Я свободна, ты тоже… Если хочешь, можешь стать моим нижним уже сейчас.

— А как же принципы?

И кто тянул его за язык? Нет бы порадоваться, что Мира может уделить ему внимание!

— А с принципами все в порядке. — Мира прищурилась. — Я не играю дома, но мы находимся у тебя.

Логично. И это означает, что она останется у него в гостях на весь день? Mierda! У него же бардак…

— С удовольствием, Diosa. — Томас встал и почтительно склонил голову: — Я в вашем распоряжении, госпожа.

— Отлично. Собирайся, мы едем в магазин. Уверена, что ты еще не купил продукты к ужину. И учти, что с этого момента все правила вступают в силу. Ты их помнишь?

— Да, госпожа, — ответил Томас.

Продукты к ужину? Он же не умеет готовить!