Глава 15

Сегодня я принимала Мирале по всем правилам: в зале, за столом, где уже были расставлены закуски и дымился паром кофейник. По правую руку от меня чинно восседала Ниса. Обе мы нарядно оделись и приукрасились ко встрече. Старый лорд, однако, не выглядел польщенным. Он устроился напротив и смотрел на чашку так любимого им кофе и полное блюдце медовой пахлавы с таким кислым видом, будто ему предлагали пожевать лимон. Казалось, даже огромный тюрбан морщится, как вянущий инжир. – Леди Мелевин, мне невероятно приятно принимать угощение в вашем доме, особенно из рук таких прекрасных молодых девушек, как вы и ваша племянница, но мы договаривались о другом. В частности, что мы поедем на виллу Темерзин, чтобы вы могли ее оценить перед приобретением. Конечно, на полный желудок долгая поездка к морю, несомненно, будет протекать легче. И если вы намереваетесь взять с собой племянницу, чтобы показать ей ваши будущие владения, я тоже только рад такой чудесной компании… – Лорд Мирале, – мягко перебила я. – К сожалению, за несколько дней ситуация успела измениться. Пожалуйста, насладитесь хотя бы глотком кофе, прежде чем мы приступим к новым переговорам. Старик с сомнением посмотрел на густой черный напиток. – Я бы с удовольствием выпил с вами кофе уже на вилле. Заодно вы сможете распланировать, где на ней посадить кофейные деревья. – Кофе плохо растет так близко к морю, – заметила Ниса. – Все плантации не зря находятся у подножия гор. Мирале досадливо посмотрел на нее, а я, наоборот, спрятала смеющийся взгляд. Племянница с ее бесцеремонностью и прямотой, сама не зная о том, играла ровно ту роль, которая мне и требовалась. – У виллы есть и другие преимущества, – вкрадчиво продолжил лорд. – Поэтому мы и договорились, что вы посмотрите на нее воочию. Рассказывать о ее красотах и удобствах я могу долго, но ничто не заменит живого взгляда на нее. Эту виллу хотел у меня выкупить сам его высочество Элай… – И все же не выкупил, – опять встряла Ниса. – Мне было бы интересно узнать, почему же принц отказался от этой идеи, ведь он легко увлекается и тратит деньги. Старик изо всех сил старался сохранить бесстрастность, но сердитый взгляд его выдал. – Понимаю, у вас могло создаться впечатление, что у виллы есть некие неочевидные недостатки. Поэтому я и предлагаю вам оценить ее лично – чтобы вы убедились, что их нет. Что до его высочества Элая, то, к сожалению, на сделку повлияло именно то качество, о котором вы только что сами же и упомянули. Он так увлекся выбором разнообразных приморских вилл, что в итоге не смог остановиться вообще ни на одной. – Это правда, он об этом упоминал при мне, – подтвердила я, стараясь сгладить раздражение старика. – Лорд Мирале, смею вас заверить, что ваша вилла Темерзин, ее несомненные достоинства и вероятные недостатки не имеют отношения к тому, что наше мнение изменилось. В конце концов, вы совершенно правы: ни я, ни моя драгоценная племянница не видели ее. – Хотя слышали, что она очень красива, – быстро вставила Ниса, сообразившая, что перебрала с прямотой. Лорд не слишком искренне ей улыбнулся. – Все мои владения ухожены и красивы. У меня хватает денег на их содержание и заботу о них. Леди Мелевин, позвольте узнать, в чем же тогда дело? Что могло случиться, что такая женщина, как вы, уже зарекомендовавшая себя крепкой хозяйкой и человеком, с которым можно уверенно иметь дела, вдруг нарушила договоренность? – Мы не нарушили договоренность, ведь ее как таковой и не… – начала Ниса, но я остановила ее движением руки. Мирале расстроен. Споры о формулировках сейчас ни к чему не приведут. – Лорд Мирале, скажите, вы не слышали о недавнем нападении гашишшинов? Лоб старика сморщился – он напрягал память. Молчание затягивалось, и это меня удивило. Люди вроде Мирале стараются следить за слухами, чтобы использовать их для заключения выгодных сделок. Чем же таким он был занят, что пропустил новости о «визите» ордена в мой дом? Я не то чтобы трепала об этом языком на каждом углу, скорее наоборот. Однако были убиты три охранника, а такое не спрячешь. Кое-кто из знатных знакомых, встреченных мной на улице, уже останавливался, чтобы справиться о здоровье племянниц и посочувствовать мне, а также посетовать на то, почему король не выгонит из страны проклятый орден. Все, конечно, понимали почему. Хотя орден официально утверждал, что он исключительно религиозный, а не военный, это была готовая боевая сила, которую можно использовать против врагов. Да и пришли гашишшины по удивительному совпадению из той же страны, откуда и драконы. – Боюсь, я так старался подготовить виллу к вашему визиту, что упустил свежие новости, – наконец признался Мирале. Я кивнула. Если он не выезжал с побережья несколько дней, то действительно мог ничего не слышать. – На мое поместье снова напали гашишшины, как два года назад. Глаза старика расширились. – О боги, леди Мелевин! Я не вижу вашу вторую племянницу. Все ли с ней в порядке? – Ей нездоровится, но, по счастью, по другой причине. От рук гашишшинов никто из нас не пострадал – стража выполнила свой долг, хотя несколько человек погибли, противостоя наемникам. Умерло бы больше, если бы не одно обстоятельство. Вот об этом мне и хотелось бы сегодня с вами поговорить. – Что ж, понимаю, вилла Темерзин создана для отдыха и наслаждения морским воздухом, а не для обороны, – осторожно заметил Мирале. – Но у меня есть и более защищенные владения, которые могли бы вас заинтересовать. – Нет такого места, куда бы не пролезли демоновы гашишшины, – весьма резко вставила Ниса. – Мои родители считали иначе и поплатились за это. Старик прокашлялся. – Прошу прощения, леди Ниса. Конечно же, я сочувствую вашей потере, но тогда мне не совсем понятно, чего вы хотите. По вашим же словам выходит, что защититься от ордена невозможно. Я вновь шевельнула рукой, останавливая готовый вот-вот излиться поток слов от вспыльчивой племянницы. – Лорд Мирале, обстоятельство, о котором я упомянула, это небезызвестный вам раб по имени Аштар. Услышав, что охрана кого-то заметила в доме, он схватил выроненное погибшим стражником оружие и принял бой, чтобы защитить новый дом, – вдохновленно врала я. – Почти в одиночку он разделался со всеми врагами, не дав им добраться до нас. – Вот как, – Мирале начал мрачнеть, догадываясь, какие за этим последуют слова. – Да. Аштар показал себя как прекрасный боец, который далеко обходит возможности обычной стражи, – я поднялась. – Вы прибыли в удачное время – прямо сейчас охрана проводит ежедневную утреннюю тренировку. Пройдемте во двор. Надеюсь, они еще не закончили. Старый лорд встал с нежеланием, однако возражать не стал и последовал за нами. Я вышла в галерею и заняла почти то же самое место, где всего четверть часа назад встретила Нису. Слуги с прохладительными напитками уже были наготове. Мирале колебался недолго и взял серебряный кубок с холодным шербетом. Старик был не из тех, кто отказывается от удовольствий, если есть шанс их получить. Охрана на той стороне двора нас как будто бы не замечала. Солнце уже заливало лучами часть двора, становилось жарковато, хотя пока и не душно. Тренировка явно приближалась к завершению – два стражника достаточно лениво размахивали мечами. Аштар в серебрящейся на свету кольчуге направлял одного из них. Тот сделал какое-то неудачное движение, дроу нахмурился и взмахом руки его остановил. Последовал короткий разговор, затем Аштар вдруг начал раздеваться. Первыми на землю полетели наручи. Дроу согнулся, стаскивая с себя кольчугу. Другой охранник помог ее снять. Пока они возились, Мирале с приподнятыми седыми бровями повернулся ко мне. – И на что, простите, мы должны здесь смотреть? – Подождите немного, – попросила я. – Они нас не видят. Можно было бы подойти к Аштару и попросить продемонстрировать свое искусство, но, согласитесь, это будет не совсем настоящий бой. То, что происходит сейчас, не притворство, а подлинные боевые навыки темных эльфов. Мы с Нисой тоже взяли по кубку шербета с плавающими в сладкой жидкости кусочками льда и продолжили наблюдать за тренировкой. Аштар тем временем почти полностью разделся, оставшись в облегающих штанах. На темной спине блестели капли пота. Тугие мышцы сплетались в стальные узлы. В этом теле не было ни единой капли жира – воплощенные сила и гибкость. Однако у меня что-то сжалось в груди от того, какой дроу худой. Мы занимались любовью ночью, когда такие подробности стыдливо прячет тьма. Солнце безжалостно открывало правду. На спине и плечах виднелись шрамы от плетей и кандалов. Я предупредила на кухне, что Аштар должен питаться хорошо, и, если он действительно будет это делать, следы от нанесенных в королевских казематах увечий вскоре пропадут. Но как же сейчас вздрагивало сердце… Ниса, похоже, думала о чем-то другом. Не по-женски махом, не отрывая глаз от дроу, она выпила шербет и взяла у замершего рядом слуги новый кубок. Мирале с удивлением покосился на нее. Пришлось аккуратно оттеснить племянницу и занять старику обзор, мило ему улыбнувшись. Тот ничего не сказал и продолжил следить за тренировкой. Аштар взял в правую руку меч, а в левую – вытянутый сенавийский щит. Универсальный стиль боя – это знала даже я, абсолютно не разбиравшаяся в воинской науке. Выпрямившись, дроу подозвал трех охранников в полном вооружении и позволил им себя окружить. – Что он делает? – удивленно спросила Ниса. – Они же убьют его с первого удара. Я спокойно глотнула прохладного напитка. Мирале скрипуче рассмеялся. – Это же дроу, моя дорогая леди Ниса. Похоже, вы никогда не видели, как они сражаются. – А вы видели, лорд Мирале? – уточнила я. Он бросил на меня острый взгляд и промолчал. Любопытная реакция. За эти дни я успела разузнать, не участвовал ли кто-то из рода ан-Иршван в войнах с Берзаном. Однако ни сам Мирале, ни кто-то из его сыновей не бывал на границе и не занимался поставками туда. Я проверила даже ближайших родственников – семью его старшей сестры, но и там оказалось пусто. Откуда же в таком случае старик мог знать, как бьются темные эльфы? Раздался отрывистый выкрик. Тренировочный бой начался. Нет, не так. Началось избиение младенцев. Охранники синхронно двинулись к дроу, пытаясь зажать его в тиски. Тот выбрал из трех одного противника и обрушился на него с такой силой, что отшвырнул почти в середину двора. Окружение мгновенно разбилось. Пока упавший стражник вставал, Аштар успел скрестить клинки со вторым. Хотя светило солнце, за мечом дроу по-прежнему было почти невозможно уследить, настолько быстро он двигался. Подсечка – и упал уже второй воин. Поистине акробатический прыжок – и я даже не поняла, как эльф смог выбить меч у третьего противника, увидела только уже приставленный к прорези в шлеме клинок. Новый выкрик обозначил конец боя. Эльф опустил меч и отошел в сторону. На его обнаженной спине не осталось ни единого красного следа, означавшего, что хоть кому-то из соперников удалось его достать в бою. В то же время двое из противников повалялись на земле, а следовательно, в настоящей драке почти наверняка были бы убиты, ну а третий, с острием у лица, со всей определенностью тоже был бы не жильцом. Солнце, ползущее все выше по небосводу, коснулось лучами плеча Аштара. Тот, поморщившись, посмотрел на отсвет на коже, отодвинулся в тень и принялся одеваться. Тренировке подошел конец. Я посмотрела на Мирале. – Он такой днем – когда ослаблен. Думаю, не надо объяснять, каков он ночью. Лучше защиты от гашишшинов у меня нет и вряд ли когда-нибудь будет. Простите, лорд Мирале, но надеюсь, вы понимаете, почему я не готова сейчас думать о том, чтобы обменять Аштара на виллу, даже самую прекрасную в мире. – У всего есть цена, – сухо ответил он. Плечи словно обдало морозом. Я вздрогнула, нервно всмотрелась в старика, но тот как ни в чем не бывало продолжал: – И у Аштара, не сомневаюсь, тоже есть, пусть она для вас и стала выше с учетом приключившегося несчастья. Этот дроу по-прежнему мне нужен. Чего вы хотите? Я с демонстративной неторопливостью сделала глоток шербета. – Вполне очевидного. Если гашишшины перестанут угрожать моему роду, необходимость в услугах Аштара для меня отпадет. А чтобы угроза исчезла, я должна знать, кто стоит за нападениями и смертями моих родственников. Мирале тоже не спешил с ответом. Он облокотился на резные перила и, прищурившись, как хитрый лис, покачивал в руке запотевший кубок. Ниса, единственный нетерпеливый участник разговора, заерзала. Старик перевел на нее задумчивый взгляд. – Леди Мелевин, могу ли я поговорить с вами наедине? – Ниса – моя единственная наследница. Если со мной что-то случится, обязательства по договорам перейдут на нее, и вам все равно придется иметь дело с ней. Поэтому не вижу причин, почему бы ей не присутствовать при обсуждении. – Со всем уважением к леди Нисе, вас я знаю, договоры с вами уже заключал и видел, как вы их исполняете. Вы надежный компаньон. Насчет вашей племянницы я ничего подобного утверждать не могу. Если вы посчитаете правильным, то можете потом слово в слово пересказать ей наш последующий разговор, однако я настаиваю на том, чтобы мы сейчас устраивали переговоры только вдвоем, как главы наших родов. Черные глаза Нисы сразу заполыхали гневом, но она не осмелилась открыто возражать человеку такого высокого статуса, как у Мирале, и уставилась на меня. Я покачала головой. – Ниса, пожалуйста, удостоверься, что нашему гостю приготовили лучший кофе, что у нас есть. А то мне кажется, что зерна были пережарены. Пусть слуги подадут в зал новые напитки. Она с шумом втянула воздух в ноздри, но стерпела, легонько поклонилась по этикету, подчиняясь главе рода, и увела слуг из галереи за собой. Я поставила кубок на широкие перила. – Вы умеете заинтриговать, лорд Мирале. Что вам известно такого, о чем нельзя знать моей наследнице? Он пристроил кубок рядом с моим и глубоко вдохнул. – Здесь так приятно пахнет цитрусами… – Бросьте, лорд Мирале. Вы же избавились от Нисы не затем, чтобы восхищаться ароматами сада? Старик с осуждением глянул на меня. – Нет, конечно. Но я советую вам все же внимательно послушать того, кто прожил на этом свете значительно дольше вас. Ах да, как у меня могло вылететь из головы основное правило сенавийской торговли – ни в коем случае не спешить? Мирале поторопился в прошлый раз и, похоже, усвоил это. Теперь мой черед заново постигать азы. Один из них: даже если партнер решил поведать тебе совершенно бессмысленную, по твоему мнению, историю, надо внимать каждому слову – возможно, тебе на что-то намекают. Мы помолчали, наблюдая за тем, как с запотевшего хрусталя на мрамор перил стекают капли воды. – Так вот, я говорил о том, что здесь приятно пахнет цитрусами, – повторил Мирале скрипучим старческим голосом. – Так пахло в вашем доме еще до вашего рождения, когда ваши родители только поженились. Между прочим, я присутствовал на их свадьбе среди почетных гостей. – Они мне рассказывали об этом, – подтвердила я. – Хорошее было время. – Да, в ту пору сад выглядел почти так же, только деревья, конечно, были поменьше. Шли годы, родились ваши старшие братья, сестра и вы. Затем вы вдруг исчезли, хотя многие семьи Тайеза вынашивали матримониальные планы на ваш счет и расстроились их разрушению. Ваши родители ничего не хотели объяснять, только сердито отрезали, что вы где-то у дальних родственников. Затем трагедия, ваша семья гибнет, и с той же внезапностью вы вновь появляетесь в городе, но уже не слабая и своенравная девочка, а сильная женщина, которая твердой рукой управляет плантациями и обширным хозяйством. – Вы мне льстите, лорд Мирале. – Это чистая правда. Преображение было поразительным. Настолько, что некоторые роды, которые все еще лелеяли надежду на ваше возвращение и свадьбу с их наследниками, слегка опешили и стали искать других невест, более покладистых и… назовем это «без амбиций». А некоторые, наоборот, с гораздо большим интересом стали на вас посматривать. Однако знаете, что меня удивило? – Что, лорд Мирале? – покорно спросила я в соответствии с принятыми правилами игры. – Что ничего в этом доме не изменилось, – он обвел рукой сад. – Вы определенно не ваши родители, вы ведете дела иначе. В таких случаях новые главы всегда стараются обставить старые поместья на иной лад. Вы же как будто застряли в прошлом. Вас не угнетает жить в том самом доме, где ваши мать и отец истекали кровью, расставаясь с последним дыханием? – Их дыхание все еще где-то здесь, – сухо ответила я. – Оно поддерживает во мне не только жизнь, но и желание быть главой рода – играть роль, с которой меня никогда не готовили. – Зря не готовили, кстати, – заметил старик. – Вы гораздо цепче вашего старшего брата. Удивлен, как ваши родители это просмотрели. Но это уже другой разговор. Вы спросили, почему я предпочел продолжить нашу беседу без вашей племянницы. Пока вы несколько лет гостили у загадочной дальней родни, меня продолжали приглашать в ваш дом. Я наблюдал не только за вашим взрослением, но и за взрослением Нисы. Мне кажется, она может стать хорошей женой. А у меня есть неженатый внук примерно ее возраста, которому она интересна… – Лорд Мирале, прошу прощения, кажется, мы собирались обсуждать цену Аштара, а не брачный договор на мою племянницу. Если вы хотите получить с генералом дроу еще и Нису, то мне придется отказать сразу. Он, хитро прищурившись, склонил голову. – Вы опять не дослушали до конца. Вам вряд ли понравится, что я сейчас скажу, но у Нисы нет ни вашей целеустремленности, ни хотя бы хватки ее собственного отца. Капризная, избалованная девочка не будет хорошей главой рода, не сможет управлять плантациями и не справится с коршунами, которые мгновенно налетят, чтобы растащить по кускам ваше наследство. А ей придется этим заниматься, если вы продолжите упорствовать в поисках убийц вашей семьи. Я похолодела. – Кажется, я чувствую в ваших словах странный намек. Только не могу понять, это угроза или всего лишь предположение? – Никаких угроз, – старик покачал головой. – Грех сживать со свету таких красавиц. Я старательно намекаю вот на что: вы этого не замечаете, но ваш род уже исчез. Фамилию ан-Сафат носят трое женщин. Даже если каждая из вас выйдет замуж и родит по сыну, все они будут носить другие фамилии и принадлежать другим родам. Что вам даст месть, леди Мелевин? – Справедливость. – Хорошо, допустим, вы найдете виновников и накажете их. Что дальше? Выйдете замуж и будете нянчить пятерых детишек, а плантации передадите супругу? – Может быть, и так. Он вздохнул. – По вашему тону слышу, что нет. Пристройте хотя бы Нису, прежде чем совать голову в петлю. – Вы с такой уверенностью упоминаете петлю, будто что-то уже знаете об убийцах моей семьи. Мирале неопределенно помахал рукой и вновь поднял кубок, отпив потеплевшего шербета. – Знал бы я что-нибудь наверняка, вряд ли стоял бы здесь. Скажем так, я догадываюсь, в каком направлении вам надо искать. Я не прикоснулась к напитку, пристально глядя на старика. – И в каком же? – Сначала ответьте, что вы выяснили у гашишшинов. – А что у них можно выяснить? Ничего. Даже если им принести голову одного из их братьев и привести десять свидетелей, которые подтвердят, что этот человек ночью убивал честных невинных горожан, сразу находятся железные доказательства, что он давно уже не состоит в ордене и вообще никакого отношения к нему не имеет. Следовательно, орден не может отвечать за его действия. Каким-то образом повлиять на руководство гашишшинов, которое сидит в резиденции в Храмовом квартале, невозможно, и вы сами это прекрасно знаете. Королевская грамота с разрешением проповедовать веру в своего бога творит чудеса похлеще хелсарретских магов. А в ордене уверены, что боевые искусства – это способ чествовать их бога. – Но вы же все равно пытались штурмовать резиденцию ордена два года назад, – напомнил Мирале. – Да, одна против высоких орденских стен… Весь Тайез потом надо мной потешался, – я скривилась, вспомнив собственную беспомощность. – Ничего не получилось добиться ни угрозами, ни лестью. Орден не выдает заказчиков. В этот раз я и пытаться не стала. – А вы не задумывались, что бывает с теми, кто разочаровался в идеалах ордена или устал от сражений? – Полагаю, от них избавляются свои же, потому что я никогда не слышала о гашишшинах «в отставке». – В основном так и есть, но кое-кому удается выбраться из порочной системы. Так случилось, что я как раз знаю одного человека, который вдобавок был близок к руководству. Он вышел из ордена около года назад. Велик шанс, что ему известно, кто заказал вашу семью. Само собой, имя этого человека и сведения, где его искать, стоят очень дорого. Если раскроется, что он жив, к нему сразу отправят орденских убийц, и я потеряю единственного в своем роде осведомителя. – Полагаю, вы хотите взамен на имя получить Аштара? Неравноценный обмен. Сначала мне надо добраться до этого человека и выяснить, знает ли он виновников и искренен ли. Я слишком часто сталкивалась с тем, что люди говорят мне то, что я хочу услышать, а не то, что произошло на самом деле. Старик поколебался. – Что ж, справедливо. Но я смогу устроить вам лишь одну встречу с ним. После этого он исчезнет, и даже я не буду знать, где его искать, пока он сам не решит вновь объявить о себе. Вам придется сразу давать все вопросы. Учтите, я не могу гарантировать, что у него найдутся все ответы или что они будут верны. – То есть, если он соврет или ничего не знает, я останусь ни с чем, еще и потеряю Аштара, а вы получите все, что хотели, – я усмехнулась. – Вы интересно ведете дела, лорд Мирале. За что в точности я плачу? – Я рискую, вот за что вы платите. Вы ведь не пойдете на встречу с гашишшином в одиночку, верно? Если проговоритесь вы или кто-то из ваших сопровождающих и моего осведомителя убьют, еще хуже – если ордену станет известно, что я помогаю кому-то из отступников, я потеряю не только деньги и связи. Я могу приобрести таких врагов, как гашишшины, а никому в трезвом рассудке этого не захочется. Тогда телохранитель, подобный Аштару, понадобится уже мне. А вы, леди Мелевин, теряете всего лишь одну из ниточек, которые ведут к отмщению. Это неравноценный обмен, – повторил он мои же слова. Я стиснула зубы, прожигая взглядом безмятежно допивающего шербет старика. С ним слишком сложно спорить. Впрочем, было бы легко, он бы не попал в число богатейших людей Тайеза. Тогда я решила разыграть карту, которую откладывала на крайний случай. – Со всем уважением, лорд Мирале, но темный эльф нужен вам совсем не для того, чтобы защищать от гашишшинов, хотя бы потому что сейчас они вам ничем не угрожают. Если бы вы так их боялись, то давно сдали бы им осведомителя и вместо врагов обрели бы могущественных друзей. Следовательно, вы ведете какую-то иную игру. Мне, разумеется, нет до нее никакого дела. Все, что меня в самом деле беспокоит, это личности тех, кто виновен в смерти семьи. Но если первый принц Сенавии узнает, что игрушку, подаренную им любимому брату, старательно пытаются то выиграть в карты с помощью «счастливой руки», то перекупить, его высочество Хашим может взволноваться… Зубы Мирале, конечно же, не скрипнули. Он для этого слишком давно занимался торговлей и достаточно поднаторел в том, чтобы скрывать истинные чувства. Однако взгляд, которым меня одарили, все равно был красноречив. – Леди Мелевин, в следующий раз, когда мне взбредет в голову сесть с вами за игру в ладжин, пожалуйста, напомните, чтобы я ни в коем случае этого не делал. – Поверьте, я и сама предпочту избежать этого, – заверила я. – Давайте сойдемся вот на чем. Сначала я удостоверюсь, что ваш осведомитель сказал правду, затем передам вам Аштара. И мы, разумеется, забудем, что подобный договор в принципе когда-то существовал. Так будет честнее, вам не кажется? Старик оперся локтем о перила и несколько мгновений молча смотрел на меня. – Не поверите, но иногда меня радует, что Элай – дурак. Я вопросительно подняла брови, вновь не понимая, к чему он ведет. – Если бы у принца были мозги, он бы давно на вас женился, – пояснил Мирале, – берег как зеницу ока и ни в коем случае не пытался влить в вас опасное драконье семя, убивающее женщин. Если вы расстанетесь с идеей его обольстить, я буду настолько нагл, что предложу собственную кандидатуру. О нет, не улыбайтесь так. Годы наивной молодости у меня остались далеко, и разумеется, я не стану говорить о любви. Для супружеских измен я слишком стар. И даже не стану вам мешать проводить время с мужчинами, которые вам больше по душе в определенном смысле. Законных наследников у меня достаточно, ваши дети никак им не помешают. Лишь бы, если понимаете, о чем я, соблюдались некоторые приличия. – Зачем вам это, лорд Мирале? Вас послушать, так я получаю сплошные выгоды, а вы – один ущерб. – Ну почему же, – скромно возразил он. – Ваша красота – отрада для глаз, которая будет услаждать мое сердце каждый день. Но главное – ваш ум, Мелевин. Я давно вышел из возраста, когда воображение будоражат крутые бедра или пышная грудь. Намного больше меня волнуют мудрость и широта знаний, а подавляющему числу женщин не только вашего возраста, но и старше в этом до вас очень далеко. Гарантирую, что ни один мужчина не оценит вас так высоко, как я. Просто представьте, сколького мы могли бы достичь вместе – ваши ум и обаяние да мои хитрость и наработанные за десятилетия связи. – Вы и правда хитрый лис, – я не удержалась от искренней улыбки. – От таких комплиментов ни одна женщина не устоит. – А это и не комплимент, – сощурился старик. – Это чистая правда. На ваше предложение я согласен, а мое встречное предложение можете обдумать, не торопясь, – и он, направившись обратно в зал, как бы невзначай коснулся моей руки и прошептал: – Очень хорошо обдумайте все выгоды от нашего союза, Мелевин. Я мысленно хмыкнула. Будь Мирале хотя бы лет на тридцать моложе, может, он бы меня в самом деле соблазнил. А что? Ума ему тоже не занимать. Ясно, что на деле все оказалось бы не совсем так, как он говорит, однако это, пожалуй, лучшее брачное предложение из полученных мной за все два года. Затем, при воспоминании о гашишшинах и хелсарретских магах, улыбка медленно угасла. Как бы ситуация не развернулась так, что мне действительно придется ответить согласием.