Глава 14

Утреннее солнце расцвечивало двор в нежный персиковый цвет. С той стороны, которая прилегала к «хозяйственной» половине дома и в которой жили слуги, охранники обустроили небольшую площадку для тренировок. Я стояла в тени галереи, прислонившись к колонне, и наблюдала за тем, как один из них обменивается с Аштаром ударами затупленных мечей. Пока мужчины лишь разминались, но уже вот-вот должны были перейти к более серьезной тренировке. Бодро поднимающееся над городом солнце оставляло им не так много времени до той поры, когда настанет дневная жара, при которой упражняться станет слишком тяжело. Дроу двигался заметно медленнее, чем во время нападения гашишшинов. Солнечный свет еще оставлял двор в тени, но уже ослаблял эльфа. Хотя что значит «ослаблял»? Я невольно хмыкнула своим мыслям. Сложно говорить о слабости того, кто и без своего волшебного дара способен одной левой уложить прекрасно подготовленного противника. Это раз. Третью ночь подряд Аштар с особым усердием «патрулировал» окрестности моей постели, а не поместье, это два. Выносливости бывшего генерала оставалось только поражаться. Я не считала себя слабой женщиной – пусть я не могла по очевидным причинам соперничать с мужчинами во владении мечом, постоянное ожидание очередного нападения гашишшинов заставляло задуматься о самозащите. Сначала я нанимала учителя, который показал некоторые приемы, а потом в течение двух лет вставала по утрам и тренировала в одиночестве собственное тело. И вот уже третий день у меня на это не хватало сил. Почему-то мне казалось, что Аштар насытит первый голод и успокоится. Сейчас я уже начинала думать, что либо понятие «первый голод» у людей и дроу очень разное, либо эльф вообще ненасытен. Я ложилась плашмя, не способная даже на то, чтобы просто шевельнуться, а он все еще требовал ласк. Если Аштар таков в любви, каков же он на войне? Притворяясь, что слежу за тем, какое рвение проявляют стражники, поначалу не очень-то желавшие учиться у того, кто, по сути, был врагом Сенавии, я на самом деле любовалась крепкими, жилистыми предплечьями и гибким телом дроу. Сетка старых шрамов ничуть его не портила, а, наоборот, подтверждала, что их обладатель выдерживал множество не только любовных схваток. Невероятная ловкость – пока еще никому не удалось задеть Аштара – свидетельствовала, что противники, оставившие эти отметины на коже, были не четой простым людям. Я украдкой вздохнула, вспоминая о том, что эти исшрамленные руки вытворяли со мной ночью. Аштар не был у меня первым мужчиной. Я нарушила строгие правила еще до Хелсаррета, и это стало одной из причин, почему я в итоге сбежала из дома. Если не можешь выйти замуж за любимого человека, зачем вообще это «замуж» нужно? Ну а в обители связи между учениками даже поощряли – маг должен испытать все удовольствия и выработать к ним устойчивость, чтобы потом ничто не могло сбить его с пути. Там научили не стесняться своих желаний и при этом не терять голову от соблазнов. Мне казалось, я достигла успехов в этой науке. Невзирая на определенные потребности, которые есть не только у мужчин, я держалась от них подальше, помня о том, что для главы рода это может плохо закончиться. А сейчас я, как девочка-подросток, прячусь за колонной и томно вздыхаю, следя за мужчиной и трепеща от воспоминаний об удовольствии, которое он дарит. Может, Аштар меня приворожил? Или все дело в том, что я много лет, и в Хелсаррете, и после него, не позволяла себе думать о чувствах? Впрочем, о каких чувствах речь… Банальная похоть, охватившая раба, которого год держали взаперти, и одинокую женщину, которой давно пора бы замуж вместо того, чтобы тщетно искать убийц семьи. По меньшей мере один из нас скоро от этого устанет. В любом случае развития у наших отношений не может быть никакого. Рядом раздалось шуршание платья, отвлекшее меня от мыслей. Я оглянулась. В галерею вошла Ниса, уже одетая, в излюбленном красном наряде, с золотыми браслетами и ожерельем с гранатовыми камнями. – Куда-то собралась в столь ранний час? – приподняла бровь я. Племянница славилась тем, что любила поваляться в кровати и могла не вылезать из нее до обеда. Ниса бросила на меня тяжелый взгляд. Прошло уже два дня с того момента, когда я застукала их бродящими по дому среди ночи и здорово пропесочила поутру. Старшая племянница, конечно же, решила, что я пытаюсь ограничить ее законную свободу. Ну а младшая, как обычно, вообще ничего не поняла. – Хочу съездить к портнихе, обновить гардероб, – наконец снизошла Ниса до ответа. – После ночных грабительских набегов на кухню в старые платья почему-то не влезается? – хмыкнула я. – Отлично влезается, просто у меня давно не было ничего нового, – отрезала та. – Да и тебе не мешало бы последить за фигурой и лопать поменьше пахлавы перед стариками. Что ж, спорить сложно… – Останься. – Это приказ? – сразу взвилась девчонка. – Предложение, – поправила я. – Что, опять хочешь усадить меня за «кирпичи» учетных книг?! Я украдкой вздохнула. Когда мы дошли до того, что каждая реплика превратилась в нож, которым надо побольнее ранить противника? – Нет. Кидат перепроверил за тобой работу и остался доволен. – Кидат сразу мог всем этим заняться, – буркнула Ниса. – Управляющий не вечен. Ему скоро пятьдесят. Если он заболеет, нам понадобится новый, а он может подворовывать, подделывать бумаги… – …поэтому мы должны уметь сами все контролировать, – раздраженно закончила она. – Ты говорила это сто раз. Все, я уже разобралась в учетных книгах. Что еще от меня надо? – Следить за доходами и расходами лишь один из десятков навыков хорошего хозяина. Сейчас приедет Мирале. Он хочет перекупить дроу. Не желаешь поучаствовать в обсуждении сделки? Губы племянницы уже сложились в недовольной гримаске, и она начала набирать в грудь воздух явно для негодующего ответа, что я мешаю ей заняться покупкой новых безделушек, как вдруг до девчонки наконец дошел смысл сказанного. Она на миг нелепо замерла с раскрытым ртом и затем спохватилась: – А я смогу повлиять на что-то? Или мне придется молча сидеть и во всем с тобой соглашаться? – Мое решение, как главы рода, оспариванию не подлежит. Но ты сможешь высказывать свои доводы и задавать Мирале вопросы, если тебя что-то смутит в его предложениях. Если твои замечания будут ценными, я могу к ним прислушаться. Карие глаза Нисы сразу загорелись. Она бросила взгляд на дроу – мужчины в этот момент прервали тренировку, чтобы выпить воды. Ярко выраженный кадык Аштара дергался при движении. Я с трудом удержалась, чтобы не покачать досадливо головой. Переговорщица из Нисы выйдет плохая – у нее на лице написано, что эльфа она не отдаст и будет упираться всеми ногами и руками. Племянница и так считала, что генерал нам нужен, а когда он поубивал гашишшинов, то как с цепи сорвалась, доказывая мне, что мы не имеем права его куда-то отдавать. Он же рисковал жизнью ради нас! Доводы, что Аштар вообще-то рисковал ради себя самого, Ниса слышать отказывалась. Вот и сейчас она жадно следила за пьющим дроу, который вылил остатки воды себе на голову, чтобы освежиться. Один из охранников пошутил, все засмеялись, и Аштар в том числе, сверкнув белыми зубами и тряхнув буйной гривой волос, с которых капала вода. Ниса не отводила взгляд. Впору начинать сомневаться, что руководит племянницей – только ли желание наконец отомстить драконам с помощью генерала или какое-то иное чувство? Дроу красив и выглядит достаточно молодо, а Ниса уже не маленькая девочка. Я торопливо погасила вспыхнувший огонек ревности. Интерес племянницы к Аштару с самого начала был очевиден, но эльф наверняка не такой дурак, чтобы у меня за спиной крутить роман с моей же племянницей. Пока она ничего не знала о наших с ним ночных «бдениях», вот и пусть остается в неведении. Не хватало нам еще и из-за мужчины рассориться. В конце концов, может, все это закончится раньше, чем Ниса о чем-то догадается. – Хорошо, я останусь, – милостиво дала себя уговорить она. – Хотя, наверное, аристократа его ранга стоило бы принять в новом, более подходящем наряде… – И этот прекрасно сгодится, – отмахнулась я. – К тому же, кажется, времени переодеться у тебя все равно не будет. К нам спешил слуга. – Паланкин лорда Мирале ан-Иршвана уже показался из-за поворота улицы, госпожа! – Идем, Ниса, – я выпрямилась. – Есть буквально пара минут, чтобы я успела объяснить тебе, что к чему.