Память поколений

Боли не последовало. Зато в моей голове одна за другой начали проноситься жизни моих предшественниц. Не полностью, лишь особенно яркие моменты: общение с верующими, редкие встречи с Богиней. И лорд Вьеренс.

С того момента, как я оказалась в этом мире, я не переставала гадать: почему именно я? В мире множество женщин, оказавшихся в тяжёлой жизненной ситуации и моливших Богиню о помощи. Почему же она выбрала именно меня?

Ответ оказался неожиданным и крайне неприятным.

Адалард. Богиня выбрала меня и перенесла в этот мир, потому что я была истинной парой его дракона, а значит и самого Адаларда.

Несмотря на то, что в моём мире Богиня именовалась Великой Матерью и считалась заступницей именно женщин, в этом мире она покровительствовала роду Вьеренс. И стабильно поставляла им «невест».

Только вот ни один из Вьеренсов так и не принял этого дара. Они мучились сами и мучили хозяек озера Хэико, но ни один так и не признался в своих чувствах. А кое-кто умудрился даже собственноручно убить свою пару.

Чужие боль и страдания ощущались мною, как свои собственные, и к тому моменту, как поток видений прекратился и я смогла открыть глаза, мои ресницы слиплись от пролитых слёз, а всё лицо было мокрым.

Мэрен всё ещё было здесь. Она стояла возле моей головы, и её призрачные руки лежали на моих плечах не то пытаясь удержать на месте, не то подбадривая и утешая.

– Вот теперь ты полноправная хозяйка озера Хэико, – с грустью объявила она. – Больше для тебя здесь нет секретов. Однако мой совет: воспользуйся открывшимся знанием с умом.

– Почему ты не ушла? – тихо спросила я.

– Я обещала тебе, что останусь.

– Я не об этом. Почему ты не ушла, когда твой лорд отказался от тебя? Почему осталась и помогала его внуку?

Губы Мэрен искривились в болезненной гримасе.

– Разве я могла оставить его мальчика без присмотра? – её голос был полон печали. – Кроме того, пока я оставалась, Богиня не могла призвать на службу новую несчастную, чьё сердце будет разбито, а чувства растоптаны.

– И всё же ты отдала свою жизнь, пытаясь спасти жену и ребёнка Адаларда.

– Он выглядел таким влюблённым и счастливым, – Мэрен тяжело вздохнула. – Я надеялась, что она и есть его истинная пара. Но сейчас, глядя на тебя, понимаю, что ошибалась.

– Я не люблю Адаларда, – заметила я.

Мэрен криво усмехнулась.

– Повторяй это себе почаще, глядишь, сумеешь себя в этом убедить.

После чего, не дожидаясь моего ответа, просто растворилась в водовороте сверкающих огней.

Я же ещё немного полежала на алтаре, позволяя чужим воспоминаниям и чувствам уложиться в моей голове и сердце.

«Как же всё это несправедливо, – подумала я, медленно садясь. – Мы всего лишь средство сделать членов рода Вьеренс счастливыми».

Внутри поселилось мерзкое чувство сродни тому, которое возникало каждый раз после того, как я вставала с брачного ложа, выполнив супружеский долг.

Однако я не позволила себе погрузиться в пучину жалости и самобичевания. Да, в очередной раз я оказалась лишь дополнением к мужчине и должна посвятить свою жизнь службе ему. Только на этот раз спутник мне достался в разы лучше. Да и у меня самой прав побольше будет.

«Как-нибудь справлюсь», – подумала я, решительно поднимаясь с алтаря.

Обратный путь к дому занял у меня совсем немного времени: густой чёрный туман сам расступался, дымчатыми усиками ластясь к моим рукам и ногам – я мимолётно оглаживала его пальцами, делясь своей силой, как делала это с Буно.

Эта Тьма была живой, со своими мыслями, чувствами и желаниями. Она, точно верный пёс, охраняла дом и алтарь от чужаков. И, безусловно, заслуживала всяческого поощрения за свою работу.

Стоило мне открыть дверь и переступить порог дома, как я сразу же ощутила тонкий, пронзительный звон на грани восприятия – кто-то бродил по берегу озера в надежде увидеть меня.

– Госпожа Диана! – возле меня, сверкая счастливой улыбкой, тут же появилась Кэйли. – Пока вас не было, мы с сёстрами внимательно следили за домом, озером и лесом и выполняли просьбы людей вместо вас.

– Вы большие умницы, – похвалила я. – Спасибо за помощь.

Я мимолётно потрепала Кэйли по голове, после чего переместилась на берег.

Возле кромки воды, хмурый и весь какой-то словно выцветший, стоял Адалард и мрачным взглядом буравил озёрную гладь.

– Пришла всё-таки, – мрачно проговорил он, даже не взглянув в мою сторону. – А я уж было решил, что насовсем сбежала.

– С чего бы мне это делать? – искренне удивилась я.

– А мне почём знать? – зло бросил Адалард. Он повернулся ко мне, и его лицо буквально перекосило от ярости. – Зачем-то же ты пряталась от меня целых два года, старательно игнорируя Зов.