Глава 1

Сатьен

— Это как понимать? Вы что себе позволяете?! — я влетел в соседнюю лавку, размахивая одной из многих листовок, которые распространяли мои конкуренты. Стоило уехать на неделю, как снова бедлам! В последний раз старушка-соседка настроила стены своей волшебной лавки так, что та пестрела разными цветами, привлекая покупателей. И додумалась же!

Но сейчас она перешла все допустимые грани! Это же надо придумать: давать скидку в пятьдесят процентов на второй товар! Конечно, появилось множество желающих купить уникальный продукт за полцены. Судя по выручкам лавки в мое отсутствие, акция продолжалась не первый день.

Я просто обязан прекратить это безобразие! Вот только заготовленная гневная тирада оборвалась, так толком и не начавшись. И причиной тому стало это прекрасное видение. Возле одной из полок с товаром стояла девушка в странной одежде.

Слова так и застряли в горле, стоило увидеть эти стройные ноги и упругие ягодицы, которые четко выделялись в обтягивающих брюках. Мужскими их сложно было назвать, слишком идеально они сидели на ее фигуре. Стоило больших усилий оторвать взгляд от сего зрелища и перевести его выше.

Вверх ее одеяния тоже заставил разыграться и без того бурную фантазию. На девушке сидела белая рубашка с коротким рукавом, верхние пуговицы были расстегнуты, демонстрируя миру декольте. Собственный ворот стал мне тесен.

— И что я себе позволяю? — спокойно спросила она, и я наконец-то перевел взгляд на ее лицо.

— Вы кто? — слегка охрипшим голосом поинтересовался я.

Хороша, чертовка!

— Тот же вопрос я хотела бы задать вам. Вы кто? И как смеете заявляться в мою лавку, разговаривая на повышенных тонах?

— В вашу лавку? — спустя несколько секунд до меня дошел смысл сказанных ею слов.

Сложно воспринимать речь этой особы, когда мысленно я уже начал ее раздевать. И это не я испорченный, всему виной ее откровенное одеяние. Кто носит такие брюки? Я уверен, здесь половина мужчин просто приходит на нее поглазеть!

— Да. Мою, — подтвердила она.

Нахмурился, заставляя голову наконец начать работать.

— А где… миссис Морэ? — еле вспомнил имя владелицы лавки, потому что иначе как «старая карга» и «старушенция» за глаза я ее не называл.

— Бабушка умерла, — коротко ответила моя собеседница.

Это стало для меня шоком. Как — умерла? Почему-то мне казалось, что такие, как она, коптят небо долгие и долгие годы. Хотя в последнее время миссис Морэ действительно появлялась в лавке довольно редко, возложив дела на своего помощника мистера Ристона. Несколько мгновений потребовалось, чтобы привести мысли в порядок. Наследница, значит.

— Что-то я вас раньше здесь не видел, — запоздало среагировал. — Когда вы успели войти в право собственности?

— Это допрос? — она удивленно изогнула правую бровь.

— Нет. Знакомство соседей, — сменил тактику.

В голове прикинул выгоду от смены владельца. Нужно налаживать контакты. Ведь передо мной раскрывались радужные перспективы. Думаю, с ней можно обговорить продажу лавки и осуществить давнюю затею — объединить два заведения в одно. И не будет никакой конкуренции. Лавку Давиля я не брал в расчет, он еле держался на плаву.

Много раз предлагал старой карге по хорошей цене купить ее заведение, но она всегда отказывалась.

— Крайне странное у вас представление о знакомстве.

Девушка прошествовала мимо меня за прилавок. Еще раз отметил, как плотно облегает необычная одежда ее стройное тело.

— Прошу меня простить, — шутливо отвесил поклон — Слегка погорячился, увидев вот это, — помахал листовкой, которую до сих пор держал в руках.

— А что здесь не так?

Она вопросительно посмотрела на меня. Тяжело вздохнул. Узнал этот взгляд. Именно так ее родственница смотрела каждый раз, когда ставила палки в колеса в развитие моего дела и не давала нормально работать своими экспериментами.

— Видите ли, — терпеливо принялся рассказывать я. — У нас с вашей бабушкой был заключен договор. Так сказать, пакт перемирия, один из ключевых пунктов которого — не мешать работать соседу.

— Интересно, каким образом я мешаю вам работать?

Ох, этот жест! Она поставила руки в боки, готовая в любую секунду рвануть в бой! Внешне она создавала видимость спокойствия, но ее выдавали жесты и азартный блеск глаз.

— Своей…

Я не мог подобрать подходящее слово. Хотелось сказать «выходкой», но я сдержался.

— Маркетинговой акцией?

— Что? — не понял незнакомого словечка.

— Маркетинговые акции — это комплекс мер для привлечения внимания потенциальных клиентов, — заумно сообщила она, но смысл сказанного я понял, хотя и с трудом.

— Называйте свои бумажки, как хотите, — спокойно возразил я. — Но я повторюсь: в договоре прописано, что привлекать чрезмерное внимание к своей лавке, при этом мешая торговать другой, запрещено.

Новая соседка тяжело вздохнула и покачала головой.

— Послушайте, как вас там…

— Сатьен. Мистер Сатьен Лонг, — назвал свое полное имя, уже чувствуя какой-то подвох.

— Мистер Лонг, — повторила она. — Я не знаю, чем мои меры продвижения товара мешают вам, но ничего противозаконного я не делала.

— У нас есть договор, — напомнил я.

— У нас с вами ничего нет! — уверенно произнесла она. — Кроме, разве что, одинакового товара. Так что ваши претензии можете оставить при себе. Новый договор я подписывать не собираюсь, потому что считаю его пункты нелогичными. Конкуренция всегда была, есть и будет.

— Вот как? — я скрестил руки под грудью.

Договор был подписан неспроста. Этот пакт перемирия заключили трое владельцев эксклюзивного товара после долгих переговоров и обсуждений. Я был на этом собрании по настоянию отца. Тот говорил, что я обязан вникать в суть ведения торговли, так как это мое наследство. Причиной такого документа стала череда взаимных пакостей. Каждый из владельцев пытался навредить другому, порой и ценой собственной репутации.

Торговать в лавках, полных флаконов с эмоциями, нелегко, но тяжелее держаться на плаву, имея конкурентов с таким же товаром. Особенно когда дело переходит от обычных шалостей к поджогам и уничтожению чужого имущества. Между тремя владельцами развернулось жесткое противостояние. Особенно борьба обострилась во времена эпидемии болезни, когда люди, чтобы хоть как-то развеселить себя и отвлечься, пробовали новые эмоции.

— Да. Продукция должна продаваться, а не пылиться на полках, потому что о ней никто не знает. Обязанность каждого хозяина привлечь внимание к своему продукту.

— И вы, видимо, — окинул ее красноречивым взглядом, — решили привлечь клиентов своим внешним видом, — не удержался от ехидного тона.

— Не вам судить о моем внешнем виде, — она тоже окинула меня критическим взглядом. Да, вид у моей одежды, мягко сказать, был не очень. Мало того, что она во время поездки запылилась и измялась, так я еще умудрился разлить на себя зелье правдивости. И все из-за клиентки, которая пришла с листовкой моих соседей. Она уточнила, туда ли попала, вот тогда я и узнал о происках конкурентов.

На штанах у меня теперь красовалось зеленое пятно, которое свидетельствовало о том, что зелье испорчено. Невозможно перепутать, когда продукт просрочен, а когда только сделан, ведь у свежих эликсиров нет запаха и цвета.

Я хотел ответить очередной колкостью, но не успел. Послышался звон дверного колокольчика, который свидетельствовал о том, что пожаловал новый клиент. И каково было мое изумление, когда им оказался мистер Чарльз Дорси! А ведь он столько лет был моим постоянным клиентом! Вначале я решил, что он просто ищет меня. Но нет! Оказалось, мужчина намеренно шел сюда.

— Здравствуйте, — он галантно снял шляпу. — Сегодня чудесная погода.

На его лице появилась улыбка, чего я отродясь не видел.

— Не смею с вами спорить, — заулыбалась в ответ новая хозяйка лавки.

Кажется, моего присутствия мистер Дорси вовсе не заметил. Во всяком случае, ничуть не смутился. Я стиснул зубы. Вот, уже и старые клиенты предают меня! Так недолго и по миру пойти. Нужно срочно что-то предпринять, чтобы остановить это безобразие!

— Не смею вас больше задерживать, мистер Лонг,— обратилась она ко мне, непрозрачно намекая на то, что пора покидать ее территорию.

Я лишь зло сверкнул глазами и направился к выходу. Тем временем мистер Дорси, старый перечник, подошел к ближе к молодой хозяйке.

— Я хотел бы еще раз воспользоваться вашей чудесной акцией, — услышал слова гостя. — Прекрасно, когда на таком редком продукте можно сэкономить.

Не мог не отметить, что бутылочек на полках значительно уменьшилось. Ее задумка имела грандиозный успех. Вот же зараза! Но, возможно, ситуация не так и ужасна. Ведь, продавая товары за полцены, она скоро разорится. Очевидно, девушка глупа, или, возможно, я не все знаю. Если она не пойдет ко дну со своими безумными идеями, ей стоит помочь. Не хочет по-хорошему — устроим ей настоящую конкуренцию! Она в этом деле новичок, и я намерен этим воспользоваться.

— Что-то случилось? — как всегда невозмутимо спросил мой помощник, когда я, раздосадованный, вошел обратно в свое заведение. Иногда его спокойствие и флегматичность выводили меня и себя. И сейчас был как раз этот случай.

— Случилось! У соседней лавки сменилась хозяйка, а я узнаю об этом только сейчас!

Покачал головой и недовольно уставился на работника.

— Мисс Полина Морэ, — тот кивнул и спокойно продолжил: — да, она наследница лавки.

— И почему вы мне не сказали, что старая карга преставилась? — скрипнув зубами, спросил я.

— Жанер держал ее смерть в тайне по настоянию усопшей. Мисс Морэ лишь четвертый день как приступила к управлению лавкой, — все тем же умиротворенным тоном сообщил он.

— И сколько прошло времени со дня смерти миссис Морэ?

— Почти месяц. Лавка долго не могла отыскать наследницу, так она не из нашего мира.

Оставалось только поражаться осведомленностью моего помощника. Он всегда и со всеми находился в одинаково дружеских отношениях, если его флегматичность можно назвать дружеским отношением. Тем не менее каким-то непостижимым образом он был в курсе всех событий, это не раз помогало нам.

Месяц! Месяц старой перечницы нет в живых, а я даже не заметил! И всему виной внезапно появившиеся проблемы. Я так умаялся их решать, что совсем не обращал внимания на происходящее вокруг. Так и свое дело упустить можно, а это, между прочим, мой основной доход.

— Когда у нас следующая поставка товара? — пытаясь не злиться, сменил тему я.

— По графику. Через два дня.

Осмотрел полки. Да… эта неделя выдалась совсем неудачной. Нужно срочно что-то делать с соседями. Я даже знал что: заставить девушку продать лавку! Нужно предложить ей такие условия, от которых она не сможет отказаться.

Это идеальный выход из ситуации и прекрасный шанс. Тем более многие посетители, особенно новенькие, и так считали нас одним заведением, потому что мы находимся по соседству.

— В этот раз придет новый товар.

— Какой? — заинтересовался я.

— Эмоция восхищения.

Я нахмурился.

— Это же не новый продукт. Вот же, — кивнул на нижнюю полку. — Ему уже лет двадцать.

— Тот новый, на мануфактуре к восхищению решили добавить еще и заинтересованность.

— Снова смесь? — я скривился.

Соединять компоненты для двух эмоций получалось не очень, всегда преобладало какое-то одно чувство, а второе как-то совсем смазывалось. Потом клиенты жалуются! Например, чувство влюбленности так и не смогли соединить с восторгом. В итоге на некоторых клиентов зелье действовало странно, и несколько человек после его использования ощущали себя идиотами.

— Да. И мы не можем от нее отказаться. Новинка, так сказать.

Ох уж эти правила поставщика! Многие товары мы могли брать только в комплекте. И чаще всего этот довесок было очень трудно продать.

— Вы сделали переучет на складе?

— Как раз занимаюсь этим.

Мужчина взял бумаги и отправился в нашу каморку, а я некоторое время еще изучал книги учета доходов, сетуя на новую хозяйку, которая слишком рьяно взялась за дело своей покойной бабушки. Откуда вообще у миссис Морэ внучка взялась? Может, это какая-то проходимка? Но лавка не поддалась бы на обман, это все же волшебное заведение…

Звякнул колокольчик, и в помещение вошла миловидная девушка. Раньше я ее не видел, иначе точно запомнил бы такое лицо. Поспешно надел поверх испачканной одежды рабочий фартук, лучше уж так. Придется нести вещи в магическую химчистку.

— Здравствуйте, это у вас столь заманчивое предложение? — улыбнулась она, показывая мне злополучную листовку. Я хотел сказать, что нет, но вовремя прикусил язык. А почему, собственно, нет? Буду бить конкурентку ее же оружием!

— Да, у нас, — ответил приветливо.

— Как прекрасно! — она чуть не захлопала в ладони. — Мне нужно много флакончиков. Я в вашем городке проездом, а в моем такой чудесной лавки нет. А я очень нуждаюсь в «любви» и хочу подарить «радость» своим друзьям и близким.

Я уже успел заметить, что гостья была в дорогом наряде: платье, обувь, сумочка — все по последней моде, а брошь на груди явно магическая. Такие вещицы дорого стоят. Она явно могла себе позволить такие покупки.

— Это прекрасное стремление, — похвалил я.

Покупательница восхищалась лавкой, при этом успевая отсыпать щедрые комплименты и мне самому. По итогу она скупила все флаконы счастья и любви, а еще два каталога пробников, второй за полцены, конечно же. Осмотрел опустевшие полки. Да, побольше бы таких клиентов! Люблю тех, кто берет эликсиры оптом. Злорадно потер ладони. Пускай теперь эта мисс Морэ кусает локти!

Из подсобки появился помощник. Он сразу же заметил необычное запустение на наших полках.

— Вы куда-то переставили бутылочки? — уточнил Франч.

— Нет. Я их продал! — не без гордости произнес я.

Мужчина задумчиво посмотрел на полку, а потом перевел взгляд на листовку, которая гласила о скидке на второй товар.

— Вы продали товар по полной цене?

Кажется, помощник начинал догадываться, что я сделал.

— Нет. Я решил повторить предложение соседей, — готовясь пересчитать выручку, сообщил я.

— А какой товар вы продали за полцены? — не унимался он.

— Что за вопросы? Я продавал только «счастье» и «влюбленность». Они у нас по одной цене. Соответственно, восемь из шестнадцати проданных флакончиков пошли за половину стоимости, — немного злился, что приходится объяснять такие элементарные вещи.

— Тогда вы не повторили за нашими конкурентами, — все так же спокойно сообщил Франч.

— Это еще почему? — не понял я.

— Потому что за половину стоимости мисс Морэ продает товар, стоящий на определенной полке. А туда она ставит зелья, срок годности которых подходит к концу или которые совсем не продаются.

Мои кулаки непроизвольно сжались. Какой же я простофиля! И как мог поддаться эмоциям и совершить столь необдуманный поступок?!

С усиленной скоростью стал подсчитывать, сколько же заработал на такой объемной продаже. Итог меня не радовал. Я собственноручно практически за бесценок отдал самый продаваемый продукт! А его нужно заказывать за полмесяца! Две недели без «любви» и «радости» — это катастрофа для моего дела!

— Кстати, забыл сообщить, что поставщик поднял цену на каталог пробников, — «добил» меня помощник. — Они говорят, что цена не менялась вот уже столько лет, а ведь ассортимент с того момента стал более разнообразным.

Я обреченно хлопнул себя по лбу. Сегодня точно не мой день.