Глава 2

Полина

Что вы знаете о плохих днях? А о плохих неделях? Хотя, скорее, у меня выдался сплошной черный месяц. Невезение буквально преследовало по пятам, начиная от порванных на ровном месте колготок и пролитого на белую блузку кофе, заканчивая увольнением с работы.

Это было не постоянное место, меня взяли на испытательный срок, но все равно обидно. А самое паршивое — это зарплата, которую я получила на руки. Ох, и знатно же я поругалась с директором из-за этого, но он оставался непреклонен. Противный тип под пятьдесят с выпирающим пивным животом, тонкими ногами и по-обезьяньи длинными руками. Показал все бумажки, обосновал вычет каждой копейки.

— Все здесь, Полина Валерьевна, — сказал он мне, показывая на стопку документов. — Все здесь. Двадцать четвертого вы опоздали на пятнадцать минут, за это с вас вычли премию…

— Но я в пробке застряла! Я же звонила вам и предупреждала! — отчаянно воскликнула, глядя на свою объяснительную. — Вы обещали, что это ни на что не повлияет!

— …а двадцать восьмого вы нагрубили клиенту, — неумолимо продолжал директор.

— Неправда! — возмутилась я. — Вернее, он сам в этом виноват! Он делал мне непристойные намеки!

— Клиент всегда прав, Полина Валерьевна, — чуть повысил голос мужчина.

— Да с фига ли?! — не выдержала я.

— Держите себя в руках, — пригрозил бывший начальник.

— А то что? Уволите меня?! — расхохоталась я, сжимая в руках приказ об увольнении. Хуже уже быть все равно не могло.

— Могу сделать так, чтобы вы в этом городе хорошую работу больше не нашли.

Ах, он мне еще и угрожает?! Ну, нахал!

— Это вы свою шарашкину контору называете хорошей работой?! — продолжала кипятиться я, краем глаза заметив, что другие сотрудники магазина парфюмерии, где я проработала последние пять недель, с интересом заглядывают в кабинет директора. Да уж, им будет что обсудить в ближайшие пару дней. Как же, неудачницу Полину выставили!

— Полина Валерьевна! — бывший босс поднялся из своего мягкого кресла на колесиках, видимо, чтобы выглядеть более внушительным, но весь его образ вызывал у меня лишь смех.

— Знаете что? Подотритесь этой бумажкой! — доведенная до белого каления, я смяла листок и кинула им в директора. Он застыл с таким удивленным видом, что я чуть не рассмеялась. Развернулась на высоких каблуках туфель, которые, между прочим, покупала на последние деньги, чтобы одеваться по дресс-коду магазина, и быстро зацокала от этого скряги.

Я ни на кого не смотрела, хотя, уверена, все взгляды других работников были обращены на меня. Шла, гордо подняв голову, а в уме считала, на что мне хватит тех крох, которые получила. Сумма выходила даже не в половину от той, которую мне изначально обещали. Обидно было до слез, но я сдерживалась, потому что не собиралась показывать здешним сплетницам, что эта работа стала для меня последним шансом не потерять комнату, которую я снимала у местной бабки. И так уже просрочила платеж на две недели, все время натыкаясь на недовольные взгляды хозяйки.

По всему выходило, что деньги, которые мне выдали при увольнении, не покроют даже долг, не говоря уже о том, чтобы заплатить еще хотя бы за несколько недель проживания, чтобы успеть найти новую работу.

Я тихо ковыряла ключом в старом заедающем замке, когда дверь распахнулась сама. На пороге стояла тучная хозяйка моего весьма скоромного временного жилища.

— А, явилась, — хмыкнула она, сильнее подвязывая пояс махрового халата.

— Здравствуйте, Мария Леонидовна, — натянула на себя милую улыбку. Бабка очень мне не нравилась, но дешевле ее жилья в городе я ничего не нашла.

— Здравствуйте и до свидания! — с этими словами она выставила за порог мой чемодан. — Все твои вещи здесь.

Я растерянно посмотрела на чемодан.

— Вы рылись в моих вещах?!

— Было бы в чем рыться! Три тряпки твои собрала! Выметайся, пока полицию не вызвала!

Комнату я снимала без официального договора, поэтому доказать, что я здесь живу, все равно не смогла бы.

— Но я принесла вам долг за предыдущие недели, — все еще не оправившись от шока, вытащила из кармана всю сумму, которую сегодня получила.

Старуха, словно коршун, выхватила купюры из моей руки. Никогда бы не подумала, что она может так проворно двигаться!

— Пожалуйста! Можно мне хотя бы пару дней еще здесь побыть, чтобы найти новое жи…

Я не успела даже договорить фразу, дверь перед носом захлопнулась. Вот же старая ведьма! Со злостью стукнула кулаком по двери.

— Полицию вызову! — завыла с той стороны хозяйка.

— Ну и черт с вами! — крикнула так, чтобы глуховатая бабка наверняка слышала и, подхватив чемодан, потащила его по лестнице вниз с пятого этажа хрущевки. Спускаться на шпильках было очень неудобно. Я только надеялась, что эта бестия не забыла положить мои кроссовки. Вышла из подъезда и, вытянув из чемодана ручку, повезла его на колесиках куда глаза глядят.

Итак, что мы имеем? У меня нет работы, дома, а в кармане всего несколько мелких монеток, которых не хватит даже на то, чтобы купить шаурму. При мысли об этом в желудке противно заурчало. Последние деньги я потратила на сегодняшний обед, рассчитывая, что получу зарплату. Получила… Ничего не скажешь.

Постепенно темнело. Я медленно шла по узкой улице, то и дело по пути попадались аптеки, банки, кофейни и небольшие продуктовые магазины. Но за красивые глаза еду не дают. Эх…

Взяла телефон, чтобы позвонить знакомой из другого города и попросить у нее перевести мне хоть немного денег, но не успела даже набрать ее номер, как телефон сообщил мне, что у него критически низкий уровень заряда, и экран тут же погас.

— Да чтоб вас всех! — в сердцах закричала я и в ту же секунду каблуком попала в трещину между плитками на тротуаре. Попыталась вытащить ногу, послышался противный хруст. Туфля оказалась без каблука.

— Да вы издеваетесь! — непонятно к кому обратилась я, глядя в небо, на котором собрались темные низкие тучи. По лбу меня стукнула крупная холодная капля. Я дернулась, и в ту же секунду небо «упало». Конечно, не в прямом смысле, но в такой день я не удивилась бы, если бы и в прямом. Пошел такой ливень, что искать укрытие было бесполезно: уже через пять секунд я промокла насквозь.

Из глубины груди рвались рыдания. Это все слишком для одной хрупкой девушки! Я положила чемодан плашмя и села прямо на него, всхлипывая. Кто-то как будто издевается надо мной! Тотальное невезение…

В одной блузке с коротким рукавом и в легких классических брюках я сразу же стала замерзать под ледяным дождем. И что теперь делать? На вокзале ночевать?..

Сзади меня как будто пахнуло теплом. Я обернулась и застыла, продолжая всхлипывать. Готова была поклясться, что пару минут назад в том месте находилась лишь голая кирпичная стена, но сейчас там был какой-то магазинчик. Он приветливо светился окнами, его дверь медленно отворилась, как будто приглашая меня внутрь. Я зажмурилась и помотала головой. Мне все это кажется! Открыла глаза, но светящиеся окна и раскрытая дверь никуда не делись. Что ж, что бы там ни было, хотя бы спрячусь от дождя.

С этими мыслями я встала, подняла чемодан и, западая на туфлю без каблука, медленно поковыляла к убежищу.

Я вошла внутрь, оставив чемодан рядом с дверью в небольшом тамбуре и, толкнув вторую дверь, прошла дальше. Здесь было тепло и очень тихо. Магазинчик оказался небольшим и довольно… винтажным. Старый деревянный пол, местами потертый, старинный прилавок с вырезанным на фасаде с узором, который напоминал солнце и расходящиеся вокруг него лучи. Интересное решение! Странно, что я раньше здесь не замечала эту лавочку, ведь по этой улице почти каждый день на работу ходила. Может, он только открылся? Но что здесь продают? Вывеску я не заметила, как и режим работы.

Внутри никого не было. Я тихо пошла вперед, оглядываясь. Вдоль стен стояли стеллажи со стеклянными бутылочками с прозрачной бесцветной жидкостью. Может, парфюм какой-то? Но здесь ничем особо не пахло, а в магазине парфюмерии запах стоит такой густой, что с непривычки через пару часов начинает голова раскалываться. Уж я-то знаю после работы в таком месте. Нет, это явно что-то другое.

Потянулась к одной из бутылочек, чтобы прочитать надпись на бумажном ярлычке. Подо мной скрипнула половица.

— Как вы сюда попали, мисс? — вдруг из-за прилавка донесся удивленный мужской голос. У говорившего был иностранный акцент, но я не могла разобрать какой.

От неожиданности отдернула руку от бутылочки, так и не узнав, что в ней за жидкость. Посмотрела на человека. Очевидно, он наклонился за чем-то под прилавок, и я его сразу не заметила. Сейчас на меня во все глаза глядел мужчина лет сорока пяти. У него были темные волосы, местами уже тронутые сединой, небольшой рост, он едва ли выше меня, а я уж точно не могу похвастаться длинными ногами. Но больше всего меня удивила его одежда. Серый костюм-тройка с зеленым шелковым платком вместо галстука. Наряд выглядел под стать всему здешнему интерьеру. Мужичок как будто сошел со страниц исторической книги.

— Через… дверь? — почему-то с вопросительной интонацией сообщила я, махнув рукой на вход, и поняла, что говорю с таким же странным акцентом, как и у мужчины. Потрясла головой. Что происходит? Сейчас еще подумает, что передразниваю его! Но мой акцент его вовсе как будто не смутил. А вот неожиданное появление — еще как.

— Дверь… там? — опять не понял собеседник.

— Вы что, не знаете, где у вас вход? — начала раздражаться я. Сегодня мне попадаются одни идиоты!

— Знаю, — серьезно сказал человек. — Здесь, — он кивнул на дверь совсем в другой стороне. — Только она сейчас заперта. Мы уже закрыты.

— Ну, значит, я вошла с черного входа, — пожала плечами. — Извините, тогда я пойду, — разочарованно хмыкнула и направилась туда, откуда пришла, готовясь снова попасть под дождь.

— Но, мисс… — только и успел сказать странно одетый человек.

Я распахнула дверь в тамбур, но, кроме своего чемодана и полок с ящиками и коробками, ничего не увидела. Это была кладовка! Кладовка, черт меня подери! С моим чемоданом внутри. То есть я ничего не перепутала. Я вошла сюда точно этим путем!

— …там подсобка, — закончил он свою мысль, когда я уже и сама в этом успела убедиться.

— А… ага… — только и смогла выдавить я, растерянно переводя взгляд с чемодана на мужчину с акцентом и обратно.

Он даже вышел из-за прилавка и подошел ко мне, чтобы тоже полюбоваться на мои вещи. Несколько секунд мы молча взирали на чемодан.

— А… — наконец подала голос я. — Как я тогда сюда попала?..

— Есть у меня одна мыслишка, — задумчиво почесал гладкий подбородок человек. — Ваша фамилия случайно не Морэ? — он сделал ударение на последнюю букву в слове.

— Нет, — покачала головой, не сразу сообразив, что он просто исковеркал мою фамилию из-за акцента. — Море, с ударением на о, — поправила я. Да, знаю, странная фамилия, в школе меня всегда дразнили, называя то рыбой, то русалкой, то еще какими-то морскими обитателями. Но фамилию же не выбирают, так ведь? — Погодите-ка, — вдруг поняла я. — А откуда вы ее знаете?!

— Эта лавка принадлежала, судя по вашему юному возрасту, смею предположить, что вашей бабке, — невозмутимо сообщил мужичок.

— Этого не может быть, — не поверила я. — У меня нет бабки.

— К моей глубочайшей скорби, теперь уже нет, — вздохнул собеседник, продолжая смотреть на чемодан, как будто ожидал, что у него сейчас отрастут ноги, и он куда-то уйдет. — Миссис Морэ, — он снова выделил последнюю гласную, — почила месяц назад, — вздохнул человек.

Как раз ровно месяц назад меня начали преследовать неудачи на каждом шагу. Эта мысль пришла ко мне невольно, но теперь я уже не была уверена в том, совпадения ли это.

У меня в родственниках вполне могла затесаться какая-то бабка, о которой я не знала, потому что, сказать по правде, кроме мамы, которой я лишилась четыре года назад, когда мне только-только исполнилось восемнадцать, у меня никого и не было. Мама родила меня очень поздно, ей было уже глубоко за сорок. Отца я не знала, а его отчество досталось мне лишь со слов мамы.

Свой конец она встретила в психиатрической больнице с диагнозом шизофрения. В последние месяцы мы редко виделись. Я ее очень сильно любила, но у мамы была навязчивая идея, она все время говорила о каком-то другом мире, о том, что нам нужно вернуться туда. Таблетки и психотерапия слабо помогали, а потом внезапный сердечный приступ отнял ее у меня, мы даже не попрощались…

— Мисс Морэ, слышите? — обратился ко мне мужчина, видимо, уже не в первый раз, но я так сильно ушла в свои мысли, что не слышала его слова. — Мисс Морэ?

— А? — наконец глянула на него я. — Что?

— Я говорю, что лавка выбрала вас своей хозяйкой. У миссис Морэ когда-то была дочь, мисс Ирена Морэ, но она пропала много лет назад.

— Как вы сказали? — посмотрела на него я.

— Мисс Ирена Морэ, — повторил мужичок.

Мою маму звали Ирина. Таких совпадений просто не бывает!

— Погодите-ка… простите, как вас зовут?

— Мистер Жанер Ристон, управляющий лавкой, к вашим услугам, — склонился он голову.

— Полина, — коротко улыбнулась я. — Мистер Ристон, — я решила обращаться к нему так, как он и представился, хотя это звучало дико непривычно. — Вы сказали, что лавка выбрала меня своей хозяйкой. Я не ослышалась?

— Отнюдь, — пожал плечами он. — Это же волшебная лавка.

Глубоко вдохнула и медленно выдохнула. Очередной сумасшедший в моей жизни... Горько было осознавать, ведь этот человек мне понравился. Он располагал к себе.

— Ага, волшебная… — кивнула я, решив соглашаться, чтобы не провоцировать его на агрессию. Сняла туфли, чтобы не хромать, подхватила чемодан и босиком потащила его к выходу. На улице переобуюсь.

— Куда же вы, мисс Морэ? — не понял Жанер.

— Было приятно с вами познакомиться, — сказала я и открыла дверь. Может, дождь уже закончился? Нужно найти себе место для ночлега. Наверное, все же придется спать на вокзале. Тоскливо вздохнула.

Мы с мамой жили в однокомнатной квартирушке в доме, где она работала вахтером. Зарплата была мизерная, едва на еду хватало, но зато она могла жить в служебной квартире. Пока мама болела, я ее заменяла, а когда она умерла, я поняла, что меня ничто не держит в этой сырой дыре.

Последние несколько лет я переезжала с места на место, а все мое нехитрое имущество умещалось в один чемодан. Работала то продавцом-консультантом, то официанткой, то раздавала листовки. Из образования у меня был только торговый колледж за плечами да парочка пройденных курсов: пыталась освоить СММ, но поняла, что это не мое, обучалась на пиццайоло, но так и не закончила, хотя пиццу теперь могла сделать по всем итальянским канонам, в моем арсенале есть даже курс парфюмера. Я выиграла его совершенно случайно, не знаю даже зачем сделав репост розыгрыша в соцсети. В общем, нахваталась понемногу отовсюду, но этого не хватало на то, чтобы устроиться на высокооплачиваемую работу. А пойти учиться в университет я тоже не могла, ведь приходилось крутиться как белке в колесе, чтобы покупать себе самое необходимое и оплачивать съемные комнаты, которых за последние несколько лет я сменила больше десяти. Зато я в совершенстве овладела наукой экономии на всем чем только можно. Поиск скидок и акций в магазинах — мой конек. И я говорю не только о еде. Мне удавалось находить довольно хорошие вещи почти за бесценок, так что мои знакомые даже не догадывались о том, в каком бедственном положении я пребывала. А рассказывать кому-то об этом я не собиралась, потому что трудно схожусь с людьми. О личной жизни в таких условиях и речи быть не могло. Да и с моим-то вспыльчивым характером! Мама посмеивалась надо мной, что я никогда не выйду замуж. Не очень-то и хотелось! Я сама по себе, и мне никто не нужен.

Все эти мысли промелькнули в голове за считанные секунды, пока я открывала дверь. Сделала широкий шаг на улицу и тут же отшатнулась, потому что меня чуть не сбила… лошадь!

— Смотри, куда прешь! — оглянулся на меня наездник в черном костюме с верхом типа смокинга и высоком цилиндре на голове, быстро удаляясь от меня.

Что за шутки? Откуда здесь лошадь?!

Растерянно огляделась вокруг. Я стояла на узкой мощеной булыжником улочке. Вдоль нее тянулись бесконечные лавочки и магазинчики на первом этаже, а вторые этажи походили на жилые. Каждый дом был разного цвета: от зеленых, красных и желтых кирпичных стен рябило в глазах.

— Мисс! Купите свежую газету! — подлетел ко мне мальчонка лет восьми, протягивая сложенную в несколько раз листовку.

Я ошарашенно на него посмотрела. Он был одет… совсем не так, как ходят современные дети. И тоже имел этот странный акцент.

Я продолжала осматриваться. Мимо меня шли прохожие: женщины в длинных старинных платьях, мужчины в костюмах, которые напоминали одежду управляющего.

— Иди, мальчик, не приставай к мисс, — отогнал разносчика газет Жанер.

— Что здесь происходит? — сглотнула я и посмотрела на мужчину, который вышел вслед за мной. — Где я?..

— Вы в Марикии, столице нашего королевства, — удивленно объяснил собеседник. — Где же еще?

— К-королевства? — только и смогла выдавить из себя.

— Мисс Морэ, давайте лучше зайдем внутрь, и я угощу вас чаем, — мягко сказал Жанер и взял меня под руку, снова увлекая в лавку.