Глава 3

Чем дольше он говорил, тем тяжелее я вздыхала. Из всего сказанного можно было сделать два противоположных вывода. Первый: я, как и мама, сошла с ума, и это лишь плод моего воображения. И второй: все, что со мной произошло, — правда. И если так, то у меня появился шанс на нормальную работу и жилье. И даже если я вдруг помешалась на почве последних событий, то это все же лучше чем ночевать на вокзале.

— Получается, лавка вытащила меня из моего мира и перенесла в ваш? — уточнила я, когда Жанер закончил рассказ о моей родственнице.

— Да. У лавки много секретов, о которых мы даже не догадываемся. Своими силами я бы не смог вас отыскать.

— А у бабушки было свое жилье или только лавка? — на всякий случай спросила я.

Если ничего нет, то во мне теплилась надежда, что можно будет переночевать здесь.

— Конечно. У миссис Морэ особняк.

Я затаила дыхание. Особняк! Звучало величественно и обнадеживающе. Надеюсь, в его понимании «особняк» — это не избушка, хотя привередничать не буду. Я не меркантильная особа, но когда в жизни мыкаешься по чужим комнатушкам, очень радуешься любой возможности обрести свой уголок.

— Все имущество принадлежит вам.

Он обвел рукой помещение.

— Бумаги заверены на высшем уровне. Необходимо лишь провести некоторые манипуляции, чтобы подтвердить ваше родство.

Я слегка насторожилась, мало ли какие «манипуляции» он собирается проводить. Но все оказалось совсем не страшно.

Мужчина направился к ящику, который чем-то напоминал сейф. Из него он извлек дощечку и подал ее мне, она чем-то напомнила укие-э*: так же непонятно, но красиво.

— Что это за ксилография? — рассматривая незнакомый предмет, спросила я.

— Это завещание, — спокойно объяснил новый знакомый. — Положите руку на середину магического документа.

Я послушно выполнила указание. Предмет засветился под ладонью. Не было ни тепла, ни холода, я просто на пару мгновений ослепла от яркости, пришлось закрыть глаза. Когда свечение прекратилось, посмотрела на завещание. Непонятные знаки на нем исчезли. Жанер с таким же удивлением смотрел на странную вещь. Мне показалось, он до конца не верил в то, что все сработало.

— Поздравляю, — спустя пару секунд сказал мой собеседник. — Все имущество миссис Морэ теперь принадлежит вам.

Мужчина вытащил из-под прилавка шкатулку и подал ее мне. Там лежала связка крупных металлических ключей.

— Ключи от дома миссис Морэ, — объяснил управляющий.

— Спасибо, — растерянно ответила, вытащила связку и положила ее в карман брюк. — А как же лавка?

Раз уж она принадлежит мне, то хотелось бы и от нее получить ключ.

— Лавка волшебная. Чтобы запирать ее и отпирать, вам не нужен ключ, достаточно сказать ей то, чего вы желаете.

Я хмыкнула. Как интересно!

На дощечке, которую я все еще держала в руках, начали появляться странные иероглифы, и, как ни странно, я их понимала.

— Откуда я знаю вашу грамоту?!

— Думаю, это первый сюрприз от вашей бабушки. Как только завещание вступило в силу, артефакт науки сработал. Вы обучились читать. Правда, несколько лет назад его запретили в школах, дабы дети сами постигали науку. Но, думаю, в вашем случае закон не запрещает использовать этот артефакт.

Я пораженно покачала головой.

— Выходит, я угодила в мир, полный магии и волшебников…

Мне начинало это нравиться.

— Волшебников? — Жанер засмеялся. — Нет, волшебников у нас нет. Магией обладают не люди, а предметы, и их великое множество в разных сферах, — он замолчал на несколько мгновений, а потом со вздохом добавил: — Поэтому и конкуренция огромная.

Я завороженно продолжала смотрела на дощечку. На ней появлялся перечень того, что теперь принадлежит мне. Заведение с названием «Волшебная лавка», особняк на улице Майтэро, магическая карета, шкатулка с драгоценностями… Дальше шел длинный список вещей, некоторые названия которых мне не были известны. Надписи появлялись и исчезали в зависимости от скорости чтения.

Получается, теперь я богатая наследница. Интересненько.

— Невероятно, что лавка меня отыскала в другом мире! — снова восхитилась я.

— Да, она действовала в своих интересах.

— В своих интересах? Но разве лавка не подчиняется хозяину?

— В какой-то степени, — неопределенно ответил мужчина. — Но это заведение намного больше, чем магический артефакт. Если так можно сказать, оно имеет свой характер и силу, которая зависит от многих факторов. Иногда она угасает или засыпает в ожидании своего часа. Так и эта лавка. В последние годы ваша бабушка болела, была очень подавлена. Ее состояние не могли улучшить даже магические средства. Она тосковала по дочери и жалела, что ей так и не удалось вернуть Ирен в наш мир. Лавка ощущала страдания миссис Морэ и, мне кажется, тоже грустила. Иногда она пыталась развеселить хозяйку, но в последнее время это становилось все труднее, — вспоминал мистер Ристон.

— И все заведения имеют такие способности? — я по-новому взглянула на стены необычного магазина.

— Только те, которые торгуют магическими предметами. Думаю, их магия со временем влияет на место, в котором они продаются, и такие места обретают собственную силу. Ведь «Волшебная лавка» — это очень старое заведение. Ему не одна сотня лет.

Наш разговор прервал звон колокольчиков на входной двери.

__________

*Направление в изобразительном искусстве Японии.

Мгновением позже внутрь вошла красивая дама. На вид ей было лет тридцать, выглядела она эффектно: черное платье с пышной юбкой, красные туфли, красная помада, и в тон к ней — сумочка и обувь.

Гостья посмотрела на меня и с широкой улыбкой захлопала в ладоши.

— Я так и думала! — воскликнула она и поспешила в мою сторону. — Артефакт не соврал! Лавка нашла тебя!

Удивленно посмотрела на незнакомку. Та тем временем сгребла меня в охапку и прижала к себе.

— Как же ты похожа на мою любимую Лусси! — отстранившись, сообщила она.

Женщина достала из кармана платок и промокнула выступившие на глазах слезы.

— Эм-м-м, — растерянно протянула я, не зная, как реагировать на такое панибратство.

— Ох, прости, милая! Где мои манеры? Забыла представиться. Я Жиджет, подруга твоей бабушки.

Она вновь заключила меня в кольцо рук. От нее приятно пахло цитрусовыми и ванилью.

— Думаю, я могу вас покинуть и отправиться домой, — прочистив горло, сообщил помощник.

— Да, можете идти, мистер Ристон! — Жиджет махнула рукой, не поворачиваясь в его сторону, будто была здесь хозяйкой. Меня это позабавило.

— Увидимся завтра? — спросила я, глядя на помощника.

— Да, мисс Морэ, до завтра, — улыбнулся он и покинул лавку, оставив меня наедине с новой знакомой.

— Мне так жаль, что нам приходится знакомиться при таких обстоятельствах, — вздохнула та. — К сожалению, в мире, полном магических предметов, ни один из них не смог призвать тебя и твою маму. Мне порой кажется, что эти вещи живут сами по себе, — тараторила она. — Они умеют намного больше, чем показывают! Вот как эта лавка, — она хмуро посмотрела на стену заведения и покачала головой, поджав губы. — Соизволила тебя призвать только тогда, когда Лусси не стало, — в тон ее голоса сочился сожалением и болью.

— Мне жаль, — совершенно искреннее сказала я.

Я действительно хотела бы познакомиться с бабушкой, хотела бы иметь хотя бы одного родного человека, но, к сожалению, осталась совершенно одна. Хотя лавка и собственный дом — это хорошее утешение, и все же семью не заменит.

— Мне тоже. Но ты тут, и это самое главное. Я смогу исполнить то, что пообещала Лусси. Уже и не надеялась, что доживу до этого момента.

Я скептически посмотрела на молодую ухоженную особу. Видимо, дружба со старой женщиной наложила на нее отпечаток. Со слов помощника бабушки, а теперь уже и моего, бабушке было далеко за семьдесят.

— Я ровесница Лусси, — словно прочитав мои мысли, сообщила она. — Мне семьдесят семь.

— В вашем мире все так хорошо выглядят в таком возрасте? — не поверила я.

Гостья засмеялась.

— Только те, кто этого хочет и может себе позволить тратить достаточные суммы денег на специальные магические предметы. А мне иначе выглядеть нельзя, ведь я актриса! Я прилагаю все усилия для создания идеальных образов. Да, порой меня не узнают, но это и к лучшему, — подмигнула она.

Я снова осмотрела стоящую передо мной особу. Ничего в ней не говорило о возрасте под восемьдесят.

— Я вижу сомнение в твоих глазах, — усмехнулась актриса. — Ты сейчас так напоминаешь мне Лусси! — она вздохнула. — Только рядом с ней я могла быть настоящей! А она всегда смеясь говорила, что не хочет забывать, как я выгляжу и чувствовать себя рядом еще старше, — вспомнила Жиджет. — Так уж и быть, я покажу тебе. Но знаешь, что я поняла? Хорошенько запомни это: мы такие, какие в душе. А в душе я никак не старше двадцати пяти.

Женщина сняла перчатки, обнажив дряблую кожу ладоней и предплечий с пигментными пятнами.

— Содержать в нужной форме все тело — дорогое удовольствие, — сообщила она, проследив за моим взглядом. — А это, — она обвела лицо и видимую часть шеи и декольте рукой, — чудеса магического гарнитура, омолаживающего крема и сумочки. Ты привыкнешь.

— Невероятно! — только и сказала я, глядя на контраст оголенных старушечьих рук и молодого лица.

— Я знаю, — засмеялась Жиджет. — Люблю менять образы и выглядеть всегда по-разному, — сказала она, снова натянув перчатки.

— Чудеса.

— Магические атрибуты давно стали частью повседневности, с ними жизнь разнообразнее.

— Так вы актриса? — переспросила.

— Да. И как только ты освоишься у нас, я обязательно приглашу тебя в театр.

— Мне предстоит еще многое узнать, — я обвела глазами полки с товаром и подошла к одной из них.

Ну вот, я хозяйка волшебной лавки, вот только понятия не имею, что в ней волшебного-то? Взяла в руки один из множества флаконов. Внутри жидкость без цвета. Открыла крышку и понюхала: никакого запаха. Создавалось впечатление, что это просто вода в одинаковых флаконах с различными надписями на бирках.

— Что в этой лавке такого волшебного, кроме того, что она перенесла меня в другой мир? — спросила я подругу бабушки.

Та удивленно посмотрела на меня.

— Магический продукт, конечно же. Мистер Ристон не сказал, что здесь продается?

— Не успел, — покачала я головой, продолжая рассматривать бутылочку. На бирке было написано: «Любовь».

— Эта лавка передавалась по наследству многие поколения. Когда-то твоя прапрапра-, в общем, много раз прабабка выиграла ее в кости. Хотя, мне кажется, лавка помогла ей стать хозяйкой. Очень желала избавиться от азартного хозяина, который любил ставить на кон товар.

Жиджет подошла ко мне.

— Во всех этих флаконах спрятаны эмоции, чувства и настроения, — ошарашила она меня известием.

— Это как?

— Ну, к примеру, человек, который грустит, приходит к тебе за счастьем. Или тот, кто страдает от безответной любви, покупает это чувство, — она указала на флакон в моей руке. — И применяет ее к объекту обожания.

— Так вот просто? — не поверила я.

Снова посмотрела на обычную на вид бутылочку.

— Не очень то и просто, — усмехнулась Жиджет. — Все эти эмоции, как и человеческие, имеют временное действие. И их нужно применять правильно, в нужное время.

— Их пьют?

Она засмеялась.

— Нет, — подруга бабушки показала на коробку под прилавком. — Там распылители в зависимости от объема жидкости. Ее наносят на кожу, поэтому на другом человеке средство крайне тяжело использовать без его ведома, не вызвав подозрений. Но многим это удается. Я знаю клиентку Лусси, которая постоянно использует «любовь», несмотря на высокую стоимость. Она наносит эликсир, когда ее муж спит, и вот уже несколько лет они живут счастливо. А до этого этот негодяй хотел ее бросить.

Я закрыла флакон и поставила на место. Все, что рассказывала новая знакомая, не вызывало во мне доверия. Эмоции? Серьезно?

— Кстати, есть примета, — подмигнула Жиджет. — Флакон с каким чувством возьмешь в руки при первом посещении лавки, то тебя ждет в ближайшем будущем.

Я хмыкнула. В приметы никогда не верила, хотя и в другие миры тоже, а тут вот как интересно получилось… Да и какая любовь? Сколько лет без нее жила и сейчас проживу. Когда приходится выживать, не думаешь о таких глупостях.

Чем больше я здесь находилась, тем сильнее росла моя уверенность в том, что я не сошла с ума, как и моя бедная мама. Она часто повторяла, что мы лишь гости в этом мире. Теперь я понимала смысл ее слов. Выходит, она вовсе не была сумасшедшей… И отсюда объяснение, почему она всегда жила одним днем: надеялась вернуться домой.

Домой. Теперь это и мой дом тоже. И эта мысль казалась весьма привлекательной.

— А как действует этот товар? — спросила я, переведя тему разговора. — Разве нельзя сделать так, чтобы эмоция действовала не на меня, а на окружающих?

— Можно, — улыбнулась Жиджет. — Для этого нужен двойной эффект. — Она показала на флакон внизу. — Самый дорогой продукт в этом магазине. И тоже популярный, как любовь и счастье.

— То есть если его нанести вместе с любовью, то получится что-то вроде приворотного зелья?

— Да, но только с двусторонним действием. Ты наносишь на себя два зелья, и человек, находящийся рядом, чувствует к тебе любовь, но при этом и ты сама ощущаешь к нему то же самое. Если рядом много людей, эликсир быстрее теряет свойства, — терпеливо объяснила женщина. — Тебе предстоит узнать много тонкостей и напоминать о них покупателям, чтобы потом они не приходили, недовольные результатами.

Я согласно кивнула.

— Дома ты отыщешь много книг об этом, в них можно узнать о действии эликсиров подробнее.

Жиджет посмотрела на часы на стене, они показывали почти восемь.

— О, прости, Полли, но мне пора, — она похлопала меня по плечу. — Увидимся позже.

— А как же я пойму, где мой дом? — растерянно спросила, ощущая невероятную усталость. Хотелось скорее лечь.

— Это легко. Пойдем, — она взяла меня за руку.

— Постойте! — подхватилась я. Кинулась к чемодану и вытащила оттуда видавшие виды кроссовки, тут же натянув их. Так гораздо лучше! Взяла чемодан и позволила женщине вывести меня на улицу.

— Вот твоя карета.

Недалеко от нас стояла очень красивая повозка, но без лошадей. Она была прекрасного золотистого цвета, усеянная мелкими камнями. Карета «ожила», словно увидела нас. Она с готовностью оказалась рядом. Сама! Без посторонней помощи!

— Привет, дорогуша. Я рада, что ты узнала новую хозяйку, — обратилась Жиджет к транспорту.

Повозка от этих слов засияла, словно кто-то внутри включил яркий прожектор.

— Ты отвезешь Полли домой?

Дверца приглашающе распахнулась.

— Ну, вот! Прошу, — Жиджет и сама засияла улыбкой.

Я растерянно смотрела на это чудо без мотора и лошади. Новая знакомая обняла меня и направилась к своей карете, которая чем-то напоминала мою. Ну и дела!

— Увидимся! Прикажи лавке не пускать посетителей! — крикнула она напоследок и села в повозку.

— Никого не пускай до моего прихода, — на всякий случай очень тихо сказала я, чтобы никто из прохожих не счел меня сумасшедшей. Самое странное, что мне показалось, будто лавка подмигнула. Не спрашивайте как, если у нее нет глаз. Сама не знаю.

Я с опаской села в волшебную повозку.

— Отвези меня домой, пожалуйста.

Карета тронулась с места. Было ощущение, что она даже чуть пританцовывала от радости. Ну и дела!

Что ж, да здравствует новая жизнь!