Глава 18

Дворец больше напоминал растревоженный улей. Слуги жужжали пчёлами и летали с одного этажа на другой.

До отправления на праздник молодого вина оставалось не так много времени, а вещей, которые были необходимы придворным в дороге, меньше не становилось.

Только его величество был расслаблен и доволен. Вся эта суета во дворце его не трогала. Рикардо ждал отдыха, развлечения со свадьбой новой жрицы, и ничто не смогло бы его отвлечь от выбранного курса.

Но боги, как они это любят, посмеялись над уверенностью короля.

За две недели до отъезда, когда его величество вяло разбирал уже отфильтрованную секретарём корреспонденцию, в дверь постучали. Вышколенный слуга подошёл к королю и негромко доложил, что прибыл гонец с посланием от принцессы Иоланды, путешествующей инкогнито.

Только этого и не хватало!

Король поднялся с места. Кресло от резкого движения скрежетнуло ножками по натертому до блеска паркету. А Рикардо подошёл к окну, желая дать себе немного времени, чтобы успокоиться.

В дворцовом парке, куда выходили окна кабинета, прогуливались придворные. Их голоса и смех доносились до третьего этажа весёлым щебетом и неимоверно раздражали. Все эти придворные прихлебатели через два дня отправятся на Бино-Нуво. А их королю придётся разгребать капризы вздорной девчонки.

Принцесса Иоланда была дочерью короля Заревана, ближайшего соседа и соперника. Зареван и Лигурия постоянно из-за чего-то спорили и воевали. Последняя война закончилась при отце Рикардо. К большому счастью жителей обоих королевств, с тех пор получалось решать многочисленные монаршьи споры дипломатическими методами, но это все равно было непростым делом.

Рикардо какое-то время назад даже раздумывал, не женить ли на принцессе Заревана старшего сына. Этот политический брак позволил бы породниться двум королевским домам и лишил смысла притязания короля Эвана. Ведь его дочь в будущем стала бы королевой Лигурии.

Но позже Рикардо отказался от этих мыслей – у девчонки был вздорный и чересчур независимый характер. А его величество считал, что женщина должна быть послушной, весёлой, услаждать взор своей красотой и талантами, а не капризами и глупыми шутками.

Проблемные принцессы Лигурии были не нужны.

– Веди, – велел Рикардо слуге, возвращаясь в своё кресло.

Что бы ни натворила принцесса, ему придётся решать её проблемы, раз уж она обратилась за помощью.

Гонец, не успевший привести в порядок костюм, был запорошен пылью.

Король принял конверт, велел накормить и дать отдохнуть юноше, пока сам читает письмо и пишет ответ. В том, что ответ будет необходим, Рикардо уже не сомневался.

Вскрывая маленькую, изящную печать принцессы, его величество усмехнулся. Вот ведь нахалка, и не побоялась наплевать на все правила, сама написала монарху враждебной страны. В обход отца!

Хорошо, что у Рикардо не был дочерей. Боги спасли его от таких вывертов женского характера.

Пропустив велеречивые обращения и убеждения в своём самом искреннем почтении, король перешёл к чтению конкретно просьбы. Но, просмотрев лишь несколько предложений, в гневе отбросил письмо. Оно скользнуло по лакированной поверхности стола и опустилось на пол.

Рикардо встал и снова подошёл к окну. Интуиция его не подвела – праздника молодого вина в этом году ему не видать. Как и отбора женихов для новой жрицы.

Тяжело вздохнув, он вернулся к столу и подобрал письмо.

«Умоляю Ваше величество принять меня и позволить дождаться приезда моего отца…»

Ох уж эти женщины: и сами спокойно не живут, и другим не дают.

Иоланда, у которой точно в одном месте застряло шило, инкогнито путешествовала по соседним странам. Между строк Рикардо прочитал, что строптивица поругалась с отцом и убежала из дома. И эта девица явно была совсем лишена ума, потому что взяла с собой лишь компаньонку, горничную и кучера.

О чём она думала, можно было не спрашивать. Вряд ли эта синьорина королевских кровей способна рассуждать здраво. Но сам Эван… как он мог отпустить дочь без должной охраны? Пусть и тайной.

Далеко Иоланда не уехала. На одном из постоялых дворов у компаньонки украли кошелёк со всеми их деньгами. Заложенных украшений хватило, чтобы добраться до дворца. Точнее, почти хватило.

Сейчас Иоланда с компанией сидела в заложницах на постоялом дворце в десятке миль от столицы. А хозяин отказывался выпускать её без оплаты проживания и питания. Или же грозился забрать лошадей.

И теперь принцесса просила помощи у Рикардо, уверенная, что он не сможет отказать. И была права – не сможет.

Но какие же бабы – дуры!

Его величество кликнул секретаря и велел отправить слугу за капитаном дворцовой стражи.

Хозяина постоялого двора надо бы казнить за оскорбление дочери короля соседнего государства. Но тогда Рикардо раскроет инкогнито принцессы. Это уничтожит её репутацию. И Эван наверняка сразу же объявит войну в защиту чести дочери. Или потребует свадьбы с принцем.

Конечно, можно было бы оставить её во дворце, а самому отправиться на праздник. Но это будет неуважением к особе королевской крови. И Эван опять же может начать войну.

Иногда королю казалось, что сосед только и ищет предлог для нападения.

Какие же бабы – дуры, вновь печально вздохнул Рикардо.

За что боги так его не любят?

Капитан дворцовой стражи получил распоряжение выкупить долги принцессы и привезти её во дворец, сохраняя инкогнито. А секретарю Рикардо начал диктовать письмо, в котором сообщал Эвану, что его дочь жива-здорова, находится у него во дворце. И если сосед желает, то может приезжать и забирать свою ненаглядную дочурку. А в том, что король Заревана пожелает явиться за пропажей лично, Рикардо не сомневался. Дочь свою Эван любил и потакал ей безмерно.

Значит, поездка на пробу молодого вина отменяется. Надо готовить дворец к приёму высокого гостя. И придумывать, как и в какой момент вывести в свет Иоланду, чтобы это никаким образом не повредило её чести.

И за что ему это всё?

Может, и правда женить на ней наследного принца? Уж слишком Розан привык наслаждаться жизнью. А с такой женой придётся постоянно держать ухо востро. Глядишь, и посерьёзнеет.