Глава 10 · Следствие ведут знатоки… зачеркнуто… варвары
Когда следующим утром толпа следователей, больше похожая на стадо зубров, ввалилась в мой кабинет, он как-то сразу вдруг показался тесным. Я сама разрешила Рренку Зору, руководителю группы вандалов, что привносили на Кару романтический дух анархизма, явиться в это время с докладом. Обещали много всяческих новостей. Так что я заранее выпила успокоительные. Двойную дозу уговорила, чтобы наверняка.
Следственная группа заняла все сидячие поверхности. Включая запасные стулья, что выдвигались из стен «командного пункта» при особой необходимости.
Грету мест уже не осталось, так что он пристроил свою мускулистую пятую точку на угол стола.
Эльрих умудрился под сурдинку занять кресло рядом с моим.
– Ну, начинайте! – распорядилась я в сторону Рренка. И тот начал…
Ррохец выглядел дирижером оркестра, который без палочек, одними только руками, подает знаки, какие инструменты должны зазвучать. По его «команде» то один специалист, то другой принимались рассказывать, что они выяснили. Выходило слаженно и, что удивительно, как некий общий доклад только разными голосами. Кажется, мне решили сообщить все неприятные новости скопом. Ну, чтобы не волновать лишний раз. Уж если добиться нервного срыва – то один раз. Так и на лекарствах получится сэкономить.
– Значит так, – по жесту Рренка начал руководитель группы техномагической экспертизы. – Диверсию на шестом портале совершили с наружней его стороны. Сбили настройку внешних погодных датчиков. Поэтому вы не поняли, в чем дело. Все системы портала и Кары работали исправно. Мы нашли слабые аурные следы на пульте. Точно определит, чья это была энергетика пока не получилось. Но можно сказать одно: кто-то вначале испортил настройку датчиков, а затем исправил ее.
– С потерянным багажом также не все просто, – вступил в диалог руководитель сыскного отряда. – Мы обнаружили его по очень слабым следам наночастиц в воздухе. Один из чемоданов сделан из шкуры земерра. Полуящера-полузмея. У него очень красивая перламутровая кожа, к тому же, довольно плотная и негнущаяся. При попадании жидкости меняет цвет с голубого на фуксию.
Видимо, последние пояснения давались из-за моего попаданства. Местные не верили, что землянка изучила этот мир получше, чем они сами. Ну, правда! Для тех, кто родился в семимирье, все эти вещи привычны и обычны с самого детства. Мне же все было в новинку и удивительно. Поэтому, как ни странно, я знала «новую родину» лучше аборигенов. Однако вклиниваться между «ораторами» не стала. Пусть себе… Учитывая, сколько на Каре завелось крыс, я едва ли найду маленькую дырочку от укола по моему самолюбию из-за расхожего мнения, что попаданцы не особо хорошо знают семимирье. Мое самолюбие после такого количества предательств и так больше похоже на губку для посуды.
– Кожу земерра часто используют для ограниченных серий украшений, ремней, перчаток и чемоданов. Но при этом она испускает особенные наночастицы, которые не без труда, но определяются некоторыми анализаторами. Нам повезло. Других багажей из этого дорогого материала на рейсе не было, так что…
– Вы нашли чемодан? – догадалась я.
– Да! Мы обнаружили его на воздушной парковке машин, что ездят на силовых подушках. Она расположена как раз напротив выхода из Кары, уже в общем измерении семимирья. Вот! – на наших кольпах появились снимки знаменитых чемоданов, за которые Кара уже заплатила министру халомцу. – Все сумки на месте. Вот опись содержимого багажа. Все вещи также присутствуют…
– Однако кое-чего в чемодане все же не достает! – включился специалист по секретным техномагическим разработкам. – Внутри багажа отчетливо видны следы техномагического устройства. И непростого! Мы еще не до конца изучили его остаточные чары. Но предполагаем, что заклятье позволяло подделывать как внешние признаки существа, так и его энергетику, и даже ДНК.
– Э-э-э… – заметив, как Грет судорожно моргает, словно гуманитарий во время лекции по пьезоэлектрике, я попросила: – Давайте уточним по-простому. В сумке, вполне возможно, перевозили устройство, которое позволяет подделывать внешность, голос, обманывать датчики ДНК, магии и ауры?
– Да.
Теперь Грет выглядел так, словно он все еще гуманитарий, но уже сдал экзамен по пьезоэлектрике.
– С помощью этой техномагии могли похитить рог Хербота, – задумчиво произнесла я.
– Да. Устройство было очень сложным, требовало огромного заряда и…
– Его дал ему шестой портал? – осенило меня неожиданно.
– Да! А еще портал, где застрял рейс 143!
– То есть, это была не обычная диверсия? Вернее, неполадки в пространственных туннелях не были целью злоумышленников. Они просто стали следствием их неосторожности и невнимательности? Кто-то высасывал энергию в тех местах Кары, где нет датчиков на добычу этого ресурса, и где это можно провернуть незаметно? Случайно сбил настройку погодных датчиков в одном портале и забрал слишком много мощности у второго. В результате чего шестой портал впустил на Кару погостить снежную бурю, а рейс 143 пришлось эвакуировать?
– Так точно! – отозвался уже Рренк Зор и жестом «включил» в беседу нескольких криминалистов. Они «передавали» друг другу слово, как эстафету. Если бы кто-то записал все на аудио, можно было подумать, что ребята либо долго и упорно репетировали, либо диктофон меняет тембр голоса и акцент одного человека. Настолько слитно и как единое целое звучали последние объяснения.
– Рог Хербота мы обнаружили!
Я аж сморгнула, когда амулет, похожий на обычный рог, присыпанный блестками, вытащили из специального контейнера для опасных магических артефактов и продемонстрировали нам во всей красе.
– Его спрятали на Каре, в одном из старых багажных отсеков, которыми долгое время не пользовались…
– Датчики не сигнализировали о том, что в стратегически важном помещении артефакт с особенной и мощной магией, потому что магии в роге почти нет…
– Ее выкачали для питания устройства. Мы предполагаем, что это был поддельный корректировщик маршрута портала. При помощи которого один из ваших поездов и очутился на Ате. После вашего распоряжения, чтобы обыскивали всех подряд, которое вы так разумно сообщили каждой собаке на Каре, злоумышленники побоялись выносить рог и просто «выбросили его».
– Анализаторы микрочастиц, оставшихся на роге, указывают на то, что им воспользовались те же существа, что и создали искусственные условия для вызова и управления Веркрестовой скруткой пространства в момент, когда туда угодили альпинисты. Наши приборы фиксируют клетки и ничтожные клочки энергетики, что выходят из существа при дыхании. Так что данные довольно-таки точные.
– Значит. Кто-то прятался на Каре не меньше трех недель. Отслеживал при помощи крысы в моем штате изменения расположения датчиков и сканеров. Вызывал Веркрестово, куда угодили альпинисты. Затем похитил багаж нашей «зеленой шишки», забрал оттуда устройство мимикрии. Напитал его от двух порталов, сбив их работу, слава богу, не до такой степени, чтобы пассажиры угодили, например, в космос. Затем похитил рог Хербота, и с его помощью зарядил устройство, чтобы переключить портал с Нирвала на Ату? И все это, чтобы немножечко поразвлечься? Что, в магических Академиях совсем снизили планку приема, а в студенческих братствах сезон поступления и дебильных проверок кандидатов?
– Выглядит, как глупая и опасная мистификация без особой цели и принципа, это правда, – снова взял слово Рренк. – Но, на самом деле, это искусно разработанный план для… – он оглянулся на Грета, на Эльриха и воззрился на меня с видом «я тебе сейчас такое скажу, что лучше не станет».
– Да говорите уже! Я привыкла к плохим новостям. Если относиться к ним с сердцем, схлопочешь инфаркт уже через пару дней работы на вредной горе!
– В общем, мы предполагаем, что некая держава или несколько держав семимирья пытаются подменить хозяйку Кары…
Я аж подскочила на стуле от удивления. Всего я могла ожидать. Кару хотят взорвать, захватить военным путем, не зря же с некоторых пор военных сюда не пускали ни под каким предлогом. Но подменить хозяйку… У этих заговорщиков с головкой совсем бо-бо?
– Вы не шутите? – уточнила я.
Рренк мотнул головой.
– Стойте! Стойте! – вмешался Грет. – Мне кажется, вы что-то не то намудрили! – и дальше сработал капитаном Очевидность, избавив меня от этой роли, ибо вопросы напрашивались сами собой. – Ведь все знают, что хозяйку выбирает сама Кара. Между ними неотрывная связь. Убить хозяйку нельзя. Если ее сильно травмируют, Кара начнет чудить так, что никому мало не покажется. Никаких диверсий не надо. И мало того, что нормально перемещаться внутри семимирья станет проблемой, так ведь еще и энергия, которой Кара снабжает все планеты, может перестать выкачиваться. Кара – универсальный источник энергии. Все производства, все приспособления для облегчения быта – начиная от электросетей и заканчивая водопроводами, все техномагические коммуникации и прочее – все это работает на энергии Кары. В отличие от той же Земли Линеи, она заменяет нам гидроэлектростанции, атомные электростанции и прочее… Если попытаться разорвать связь хозяйки и Кары… будут магические взрывы, аномалии и прочее такого масштаба, что Веркрестово покажется Новым годом…
Рренк терпеливо все выслушал и произнес такое, от чего уже многие подпрыгнули на месте:
– Именно поэтому, из-за энергии, которой снабжает Кара все семимирье, весь сыр бор, как мы полагаем. Тот, кто владеет Карой, может управлять семимирьем. Обычно хозяйка вредной горы этим не занимается. Но…
– Если во главе Кары встанет кто-то заинтересованный, то здравствуй энергетический шантаж всех планет семимирья… – задумчиво добавил Эльрих.
– Но это не отменяет того момента, что только Кара выбирает хозяйку… – не останавливался на достигнутом в роли Капитана Очевидность Грет.
– Кару можно попытаться обмануть, – включился по жесту Рренка начальник техномагической экспертизы.
– Это как же? – удивилась я.
– Как Кара отделяет вас от всех остальных? По магии? По ауре? По ДНК? По тепловым характеристикам тела?
Кажется, в эту минуту догадались уже все. Грет грязно выругался. Эльрих тоже. Я задержала дыхание, пытаясь привести себя в чувство. Нет! Тут нужны уже не успокоительные – как минимум, антидепрессанты.
– Но ведь может и не сработать, – сказала тихо. – Одно дело – наши датчики и сканеры. Совершенно другое – вредная гора. У нее куда больше магических возможностей…
– Думаю, ребята решили пойти ва-банк. Сработает – хорошо. Нет – скорее всего, это смертники. Их семьи, в любом случае, получат оплату за труды неправедные. К тому же, мы предполагаем, что преступникам не нужно постоянное владение Карой. Они планируют лишь временно переключить ее на другую хозяйку, дабы та дала разрешение на полную выкачку энергетических ресурсов… Далее «обесточенная» Кара разберется, что «хозяйка» не та. Но будет уже поздно. Вредная гора не скоро восстановит свой энергетический потенциал. А преступники получат огромный запас бесплатного и такого нужного всем ресурса. Который, к тому же, больше уже нигде не добыть… Во всяком случае, быстро, – слишком уж громкие слова рохца прозвучали как взрыв среди ясного неба. Не гром – именно взрыв.
Я аж передернулась, стало холодно. Словно враз очутилась на улице промозглой осенью, забыв зонтик и теплый шарф. Озноб пробрался под одежду, покусывая до гусиной кожи. Сердце… а что сердце? Оно остановилось? Я не могла определить. Но складывалось ощущение, будто все во мне в эти минуты замерло. Умерло или впало в кому… Включая мое чувство юмора, которое уже даже не рыпалось, не старалось подавать признаки жизни, как делало всегда в тяжелых обстоятельствах. Дабы подсластить горькую пилюлю сарказмом. Оптимизм и вера в хорошее будущее дружно так помахали платочками и удалились в неведомые края.
Внезапно теплая рука Эльриха легла на плечо. Он не делал ничего особенного. Не пытался перейти черту, что в нынешних обстоятельствах, в присутствии толпы незнакомцев и Грета, выглядело бы не только нахальным, но и губительным для моей репутации. Все же я – высокомерная стерва! Неприступная, как главная вершина Кары! На том и стою уже не один год. Поэтому меня уважают, боятся и со мной стараются считаться даже варвары семимирья.
Эльрих мягко погладил меня по плечу. А затем осторожно взял за руку. Переплел наши пальцы как тогда, в момент полета на силовом скейте. И… меня повело. Нет, правда! Как влюбленную дурочку! Я ощутила, как становился теплее, как холодные мурашки устремляются прочь, словно тараканы от дихлофоса. Как тяжелая ноша, что будто навалилась на плечи, начала давить и пытаться пришпилить к земле, куда-то пропала: сразу и неожиданно. Осанка сама собой стала прямой, почти балетной, а голова приподнялась.
А еще посетило это совершенно нелепое для женщины моего положения, политической и магической силы ощущение. Я в домике. Айн был моим «домиком», заслонкой от всего плохого. Я не хотела этого, не ждала и не просила подобного будущего. Но случилось то, что случилось.
– Мы разберемся, – произнес Эльрих твердо и добавил достаточно громко, чтобы я покраснела: – Я не дам тебя в обиду, Линея. Пока я жив, ты в безопасности. Даю слово боевого генерала айнов. Сдохну, но тебя выручу. Потому что ты мне дороже жизни! А это значит – все мои подчиненные, все мои связи и все, чем я владею, в твоем полном и безграничном распоряжении!
Как я не провалилась под землю? Как ему не захотелось туда провалиться? Как вообще так вышло, что признавался в неравнодушии ко мне айн, а краснела и смущалась до ужаса именно я?
У меня нет ответов. Нет объяснений. Нет, и все тут.
В комнате повисла напряженная тишина. Будто звуки вокруг просто выключили. Я даже дыхание остальных не слышала.
Орда крупных во всех смыслах этого слова специалистов по вандализму на Каре, можно сказать, готовых лекции на эту тему читать, замерла, глядя на нас с айном, как на нечто невероятное и невиданное. Видимо, очень нечасто варвары, подобные Эльриху, так открыто и без экивоков рассказывали о своих чувствах. Не варварское это дело – говорить женщине, как она ему дорога. Вот разграбить пару городов и вывалить ей под ноги богатство – это кошерно.
Однако я и сама не могла слова выдавить. Молчала, смотрела в ясные голубые глаза этой заразы, нарушителя моего душевного равновесия, и только глотала одну фразу за другой. Дабы те не сорвались с языка. Все казалось либо слишком личным, либо не слишком уместным, либо слишком нейтральным после такой речи Эльриха.
Грет недовольно сопел, скалился, но не комментировал. Смирился с тем, что в подобных случаях он всегда на вторых ролях, а иной раз и по шапке может схлопотать от хозяйки.
Внезапно в звенящей тишине громыхнул сипловатый бас Рренка Зора – такой громкий, что я аж вздрогнула, словно очнулась от грезы.
– Линея, мы все думаем, что у злоумышленников ничего не получится. На всякий случай руководители спецслужб семимирья поручили нам выделить вам охрану. Туда будут входить маги всех стихий, воины, полицейские. Военные, если вы разрешите…
– Нет! – я сделала резкий жест. – Военные – сразу нет. Представляю, как это будет. Она встала и упало десять стульев… Это просто охрана хозяйки рванула за ней.
В комнате вначале опять повисло беззвучие: практически осязаемое, какое-то вязкое, а затем взорвалось хохотом. Варвары гоготали, ухохатывались, прихрюкивали, держались за животы. Можно сказать, мне удалось разрядить обстановку. Примерно, как обойму пистолета. Все негативные эмоции разом наружу…
* * *
Сказать, что доклад шокировал меня, все равно что назвать Грета карликом!
Сказать, что он разозлил меня, все равно что назвать Эльриха скромником!
Сказать, что новости обескуражили меня, все равно, что назвать Кару шовинисткой. Но… времени на все эти эмоции уже не оставалось.
Следственная группа удалилась, пообещав найти злоумышленников «собственными методами». Хотелось надеяться, что после их применения на Каре останутся еще сотрудники, которые не сидят на успокоительных, и устройства, которые не требуют срочной калибровки.
Варварской массы в моем кабинете, наконец-то, стало всего раз в пять больше моей – остались только Грет и Эльрих. И я приступила к работе.
– Грет! Объяви красный уровень террористической угрозы на Каре! Все сотрудники прямо на месте, где находятся, должны пройти внеочередное сканирование. В том числе датчиками на «спящие мутации энергетики» и «отголоски энергий». Определим, действительно ли они те, за кого себя выдают, благодаря данным о магии, которую каждый может передать по наследству. Посмотрим, с какими чарами или энергетикой они сталкивались недавно. Запретить всем покидать рабочие места даже под предлогом сходить в туалет, пока сканеры не закончат работу. В конце концов, в каждом помещении есть мини-уборная. Фиксировать передвижения каждого на датчиках и сканерах. Предупредить, кто ослушается, увольнением не отделается, активируются магические аннигиляторы. Попытка бежать, улизнуть от сканирования – и виновник лишается чар надолго. Кроме того, блокируются все возможности его энергетики пользоваться магическими устройствами. Даже самыми элементарными. Не говоря уже о заклятье, что меняет внешность, голос, подделывает ДНК и видимую часть ауры. Охранников подними всех. Пусть следят. Но только те, кто не работал в дни, когда случались диверсии. Последние должны подвергнуться той же проверке, что и все остальные. Вперед! Чего ты стоишь?!
Грет покосился на Эльриха, но метнулся выполнять распоряжения. По общей рации прогремело его голосом: «Объявляется красный уровень террористической угрозы! Всем оставаться на местах!».
Дальше я слушать не стала – обернулась к айну.
– А вы можете отправляться домой. Думаю, справимся и без вас!
– Не знаю, как вас и благодарить за столь трепетное отношение к моему здоровью. Разве что продемонстрировать его в более неформальной обстановке? – отшутился он и вдруг посерьезнел: – Линея! Сейчас на Каре начнется опасная операция по розыску диверсантов. Вы подняли всех на уши. Рренк со своей командой – тоже. Думаю, мне лучше задержаться и проследить, чтобы ничего экстренного не случилось… Преступников загнали в ловушку. А загнанный в угол зверь бросается на всех без разбора…
Я разрывалась между желанием остаться под защитой айна, положиться на его силу, заботу и собственными убеждениями, что никакой мужик не поможет мне больше, чем я сама. И вообще – надеяться на мужиков – нервы на ветер.
Эльрих смотрел на меня и словно в книге читал. Приблизился в пару широких шагов и взял за плечи. А потом вдруг обнял. Просто взял и прижал к себе. Вот так: неожиданно и без разрешения.
– Ч-что вы делаете? – шепнула я, потому что сил на сопротивление и возмущение не оставалось. Их выпустили из меня, как воздух из проткнутого шарика, когда все новости свалились разом. Одинаково отвратительные и опасные. Я будто застряла между сиамскими близнецами, сверху начала сходить лавина, а внизу земля затряслась, оповещая о магическом гейзере. Даже еще и пальцы стало неприятно покалывать от ощущения – Веркрестово идет…
– Линея. Я люблю вас…
Наверное, ответ был совершенно не в тему. Вот уж о чем, о чем, а о его чувствах я совершенно не спрашивала. Не в такую минуту уж точно! Но мне почему-то вдруг стало легче. Вот так сразу, без причины и оснований.
– Боже… Что же теперь будет…
Впервые за все время работы на Каре позволила я себе слабость – раскрыть кому-то собственные сомнения, поделиться тревогами, опасениями.
Ноги стали ватными, колени подогнулись. Эльрих ощутил, подхватил меня на руки, поднял и присел на край стола.
– Линея… – теплое дыхание щекотало лицо, рваное и нервное. От Эльриха пахло мужчиной. Именно мужчиной, и никак иначе! Я бы солгала, сказав, как это любят в романтических книжках, что от айна тянуло корицей, молоком, апельсинами или чем-то еще. Нет! Он пах именно мужчиной! Но сейчас мне это и было нужно! – Я не позволю вам навредить. Пока я жив, никто ничего вам не сделает! Ну не надо так переживать. Ну что ты… Маленькая моя…
В горле вдруг образовался комок. И это «маленькая моя» сделало последнее дело. Черное дело, я бы сказала. Я расслабилась и заплакала. Вначале – всхлипывая и слегка вздрагивая, а затем – просто водопадом, что безостановочно льется из глаз. Эльрих молчал, гладил меня по голове, целовал в щеки. Горячо, часто, с придыханием.
– Девочка моя. Устала. Достали тебя эти… – он выпустил в воздух несколько ругательств, вполне себе называвшихся бы матерными, если бы речь шла о русском языке. – Да мы их враз скрутим в бараний рог! Ишь, взяли моду! Обижать мою Линею…
И мне было так хорошо от его близости, заботы, непрошенной ласки, и так плохо от свалившихся подобно камнепада на голову проблем, что я совершенно не могла противиться. Просто сидела на руках у Эльриха, вдыхала его немного терпкий запах, пропитывалась жаром его огромного, сильного тела… Боже! Как давно я не общалась с мужчиной вот так… Так чтобы он меня утешал, успокаивал, а я расслабилась в его руках? Я уже не помнила, когда это было. И, наверное, от этого ощущения казались одновременно абсолютно чужеродными, непривычными, но и долгожданными тоже. Все во мне их отторгало и одновременно жаждало с каким-то странным, еще незнакомым мне голодом. Эльрих словно снял тяжелый рюкзак с моих плеч – осторожно, но одновременно настойчиво. Предложил не то чтобы разделить проблемы и неприятности – забрать их себе…
– Не время… Сейчас другие срочные дела…
Я произнесла это неуверенно, очень тихо, и даже не дернулась. Эльрих прижал сильнее, будто отвечал «нет», только своим, истинно мужским способом. Четко, однозначно и безапелляционно.
Стиснул и снова поцеловал в щеку. А потом… коснулся губ. Осторожно, затем все более напористо. Наконец, впился поцелуем, раздвинул языком губы и… у меня голова пошла кругом окончательно. Небо и земля, право и лево – все вдруг перестало иметь значение. Секунды, будто капли декоративной смолы, замерли на полукаплях… В груди заколотилось, кровь забурлила в венах.
Я прильнула к Эльриху и прикрыла глаза. Да гори оно!
Это была минута слабости, моей слабости – недопустимой и неправильной. Но я ведь всего лишь женщина! Пусть даже одна из самых могущественных женщин во всем семимирье. И тем не менее…
Айн целовал жадно, напористо, с воистину варварским пылом. Но мне нравилось. Мне вообще все в нем нравилось. Даже то, что бесило, доводило до белого каления. И это открытие стало вторым, категорически неприемлемым и отчасти даже катастрофическим. Но честным. Я никогда от себя не бежала. И не планировала делать это теперь…
– Выходи за меня, а? – Эльрих оторвался от моих губ и теперь воззрился прямо в глаза. Глаза в глаза. Так, что ни отвести взгляд, ни спрятать. – Я без тебя больше не могу…
Он сказал это так искренне, просто и спокойно, что у меня по телу пронеслось стадо мурашек. И подобно стаду ульриев, что потрясало горы, потрясло меня до самого основания. Я только рот приоткрыла. Сморгнула от удивления.
– Что? Не ожидала? – он усмехнулся одновременно ласково и грустно. – Именно так. Больше не могу. Терпел, ждал, пытался… Но, как выясняется, я тоже слабый пол…
– Слабый пол – это гнилые доски…
– Давай, язви над бедным влюбленным варваром! – он почти возмутился.
Я собиралась что-то ответить. То ли пошутить, то ли всерьез. Но в эту минуту мне поступил запрос на вход в командный пункт от одного из руководителей охраны Кары.
Я вскочила с колен Эльриха, как ошпаренная, будто меня переключили тумблером.
Да проклятье! Какое замужество?! Какие нежности-ласки?!! Какие поцелуйчики?
Что я делаю?!! Чем я занимаюсь?!!
У меня на Каре творится невообразимое! Предатели! Заговор! Попытки забрать у меня связь с вредной горой! А я… я… Я веду себя, как обычная баба, что млеет на руках у шикарного мужика и плевать ей на все. Хоть мир вывернется наизнанку, вместо почвы выступит земная магма, а здания встанут на крыши.
Эльрих не мешал мне. По телепатической связи, которую я еще не отключила после совещания, он понял – что происходит. Я впустила охранника и… перед глазами мелькнуло нечто вроде паутины, сотканной из чистой магической энергии…
Мысли замелькали в голове так быстро, словно их перематывали, как в ускоренном видео.
Проклятье! Квархон Хен Зис Таваль руководил охраной в день, когда поезд застрял в портале, и когда похитили рог Хербота, и когда… Он всегда был на месте, когда случались диверсии…
Эльрих ругался на заднем фоне так, что покраснел бы даже артист мужского стриптиза.
Похоже, парализующее заклятье нашло и его тоже. Я безвольно висела в руках у квархона, который пах… Да черт побери! Я вспомнила этот запах! И поняла, что это не совсем запах!
Ощущение от заклятья подделки внешности, голоса, ауры и видимого изменения ДНК было именно таким. До свербения в носу, как будто какие-то специи нюхаешь и впечатления, словно в руках тают снежки…
То самое… Я узнала его!
Именно это я чувствовала, воспринимала, пыталась разгадать в багажном отсеке, когда искала похищенный чемодан.
Это не Хен Зис Таваль! Это кто-то другой! Злоумышленник давно ходил под личиной моего охранника, а мы ничего не заметили!!!
Я чувствовала, все мои инстинкты намекали! Даже тогда, в багажном отсеке! Но я так и не разгадала загадку!
Проклятье! Проклятье! Проклятье!
Пазл складывался, словно глыбы ледяного перевала, которые то и дело прокручиваются, чтобы соединиться в нечто более-менее слитное.
Продавщица-халомка, которая, на самом деле, вовсе не была продавщицей-халомкой. Это все он! Он! Он! Он орудовал на Каре! У него был допуск к информации о сканерах и датчиках, чтобы помочь диверсантам сбежать после того, как альпинисты угодили в вызванное нарочно Веркрестово!
Он – то самое связующее звено между заговорщиками и вредителями на Каре!
…Меня куда-то несли. В поле зрения плясали черные изгибы портативных порталов. Но они выглядели очень странно. Я с такими еще ни разу не сталкивалась. Обычно искусственные пространственные туннели внутри выглядели так же, как узкие коридоры с глянцевыми стенами, которые либо одномоментно, либо в несколько шагов перекидывали хозяев куда требовалось. Здесь же складывалось ощущение, что мы идем по таким порталам, как по коридорам какого-то разветвленного здания. Сворачиваем, спускаемся вниз, поднимаемся…
Такого даже я, хозяйка вредной горы, не могла себе прежде представить.
Сколько времени прошло, я не знала. Пошевелиться, чтобы хотя бы вывернуть шею и глянуть на кольп на руке, не получалось. Я почему-то знала, связь по кольпу блокирована. Но часы-то, наверняка, работают. Какой смысл тратить энергию на их отключение? Даже зная, сколько времени мы двигались, я бы никогда не определила – куда. Кара огромна и порталами можно оказаться в любой ее точке. От ущелья Забвения, где росли галлюциногенные грибы, до Пика Правосудия, откуда в стародавние времена бросали обвиняемых в случае, если суд не мог определиться с их причастностью. Под пиком плавали так называемые «летучие озера». Странные куски воды в воздухе, что поддерживались особенным давлением воздуха, магнитным полем и температурой. Если обвиняемый падал в воду, он выплывал и выживал. Если же ухал мимо «летучих озер» – разбивался вдребезги о камни у подножья Пика.
Мы могли с тем же успехом направляться в заповедную рощу Дружбы Планет. Там росли причудливые деревья-мутанты, собранные при помощи магии из разных растений всех государств и уголков семимирья.
Телепатия у меня все еще работала. Я понимала, что ее сначала заглушили. Но… не рассчитали усилия. Вообще, судя по всему, злоумышленники использовали новые технологии, еще не опробованные на хозяйке вредной горы. Потому что паралич быстро спадал. К концу путешествия я почти полностью владела телом, но пока решила не этого показывать. Мало ли… Вначале надо понять, что происходит и каковы планы у похитителя. Ко мне вернулась и магия Кары, которую в первые моменты воздействия парализующего заклинания будто отрезали ножом от моей собственной. Я начала слышать Эльриха. Он тоже очнулся, что меня удивляло. Видимо, Кара и тут постаралась. Не зря же она отвешивала комплименты айну.
«Линея? У тебя все в порядке? Ты где? Подай знак! Мы не можем тебя обнаружить!»
Ну еще бы! Для этого похитители и воспользовались коридорами порталов, о создании которых никто еще не знал в семимирье. Чтобы меня не засекли приборами, которые выявляют магию и ауру.
«Я внутри странных туннелей из портативных порталов. Как выйдем, подам знак!»
«Дар ластрих агррр! Каррах зар ласт сум! Мы ждем. Линея! Слышишь, мы ждем! Кара как-то привела меня в чувство и почти вымыла энергию заклятья… Я вызвал Грета! Мы ждем от тебя информации! Где ты?»
Я это понимала и без них. Оставалось лишь дождаться момента.
Мы вышли из портала в просторной, слегка облагороженной пещере из белого минерала, явно расположенной на дальней стороне Кары, вне транспортных секторов и рабочих построек. Я немедленно подала сигнал как могла. Дала выброс магии, аурный всплеск. Такие датчики Кары не могли не засечь.
Похититель устало сбросил меня на импровизированную кровать – матрас, водруженный на возвышении пола. Выдохнул и даже не сел – скорее рухнул на каменный стул, выбитый прямо в породе. Видимо, он был уверен, что магия все еще парализует меня. Датчиков, которые среагировали бы на мои выбросы магии и ауры, у злоумышленника, по счастью, не оказалось. Вообще выглядело все так, словно решение похитить меня и бежать самому было принято стихийно, без подготовки, которой прежде заговорщики не пренебрегали. Поэтому о многом гад не подумал. Не предположил, что я быстро избавлюсь от чар. Забыл или не уточнил у тех, кто в курсе, что я способна подать аурный и магический сигнал в виде всплеска. Судя по всему, он действовал на свой страх и риск, наугад, потому что не видел иного выхода…
Ну все понятно! Ясно, как дважды два!
За ним пришли, чтобы проверить на датчиках, как я велела. Обычные сканеры на входах и выходах Кары, а также на некоторых других участках вредной горы, заклятию изменения параметров тела и ауры, видимо, не вредили. А вот те, что я приказала задействовать…
Словно ответом на мои домыслы, все тело похитителя скрутило судорогой. Он замигал, натурально замигал, как картинка на старой, подернутой временем кинопленке. Закричал от боли, судорожно пытаясь достать из кармана что-то… Наверное, таблетки…
Я поняла, это мой шанс. Вскочила и рванула к ближайшему порталу. Почти прыгнула, когда меня схватили сзади и снова ударили парализующим все на свете заклятьем.
Похититель бессильно растекся по каменному стулу и превратился в квархона совершенно другой наружности. Четверо квархонов и два халомца, что подоспели ему на выручку, принялись сковывать меня «стальными путами». Это заклятье применяли для пленников в семимирье… и разработали его, конечно же, в Йонории. Жители государства, где сосуществовали квархоны и халомцы…
Ну да! Как же без них! Как я могла не догадаться?!
Йонория еще несколько месяцев назад направляла ко мне запрос о значительной скидке на энергию Кары, которую в семимирье и так покупали за гроши. Однако военные и прочие производства агрессивного государства требовали, по всей видимости, столько, что им все равно влетало в копеечку. Получив отказ, йонорцы решили попытаться завладеть всей энергией Кары, отключив хозяйку от вредной горы и передав ее связь с последней кому-то еще.
Я даже предполагала кому – одна из вновь прибывших к нам на огонек была женщиной. А Кара, как известно, всегда выбирала правителем именно женщину.
План был рискованный, совершенно не обязательно сработал бы. Но злоумышленники рискнули. Весь план, в итоге, строился на том, что вредная гора не узнает в подделке чужую женщину. Новая «хозяйка» позволит быстро выкачать из Кары много энергии, как-то ее «заморозить», дабы затем продавать страждущим семимирья. Кара способна отдать почти все. И такие случаи в истории уже были. Например, во время последнего восстания военных Ррохии. Тогда Кару атаковали со всех сторон. Вредная гора создала силовое поле, которое не мог пробить никто и одновременно подпитала все защитные пушки таким зарядом, что плазменный выброс уничтожил все вокруг на многие километры. Причем, проник даже сквозь грань измерения. Так что атакующие не смогли спрятаться, даже сбежав из измерения Кары. Потом вредная гора долго восстанавливалась, какое-то время от нее не поступало энергии в семимирье. Это было очень и очень давно. Все забыли, а может, предпочли не помнить…
Кару можно хорошенько «выдоить», если постараться. А затем… даже если она распознает «липовую хозяйку» будет уже поздно… Вредная гора без большей части собственной магии не сможет ничего сделать, дабы предотвратить энергетический шантаж Йонорцев. По крайней мере, лет двадцать, а может, и дольше!
План выглядел очень рискованным, там была масса «но»… Однако, если бы он сработал… Йонорцы долго правили бы семимирьем. А когда Кара восстановилась бы, могли попытаться повторить свой хитрый трюк.
Ну уж нет! Я не позволю!
«Вот именно! Они плохо нас знают! Технологии, магия… Вот женская ярость – вот это по-настоящему убийственная сила! И да, я тебя запеленговала, передаю команде поддержки… Пусть хватают помпоны, и бегут спасать тебя в шпагате!»
Кара была полностью со мной солидарна.
Пока я бессильно лежала на кровати, похитителя-квархона проверили медицинскими датчиками, и один из его сородичей констатировал: «Мертв!»
– Ну еще бы! Месяц таскать на себе заклятье изменения параметров тела и энергетики! – отозвался второй. – Нас предупреждали, что эта магия высасывает все силы из организма и отравляет его продуктами собственного распада. Он еще долго продержался…
Халомка опасливо посмотрела на говорившего.
– Не дрейфь! – рыкнул тот на нее и пригрозил пальцем. – Тебе не нужно будет столько времени! Достаточно суток-двое! Потом купишь себе путевку в больницу чемеров и на те средства, что мы тебе заплатим, сможешь не только поправить здоровье, но и улучшить его до максимума! Давай! Включай! Мы не успеваем подготовиться и предусмотреть другие варианты! Эти твари все выяснили раньше, чем мы закончили подготовку! Главное, что нашим удалось скрыться на Ате, благодаря изменению курса поезда. Это вам не Нирвал, где на каждом шагу полицейские, сканеры, датчики. Там дикая планета… Беги, куда хочешь…
Халомка еще сомневалась. Смотрела на посеревшее лицо поддельного охранника с Кары, его скрюченное в предсмертной судороге тело и едва дышала. Тогда говоривший варвар схватил девушку и с силой нажал на ее позвоночник. Видимо, именно там и располагалась кнопка активации заклятья. Девушку затрясло, она начала мигать, также, как и мой похититель и… меняться внешне.
Вытягиваться ростом, становиться чуть более фигуристой… Цвет кожи халомки начал приобретать человеческие оттенки охры, глаза стали раскосыми, похожими на мои…
В эту минуту что-то взорвалось, злоумышленники разлетелись в разные стороны, как картонные манекены от урагана. Несколько каменных плит обрушилось прямо на них. Одна прошила крупного квархона насквозь.
В помещении появился Эльрих, весь в каменной пыли, словно его обильно присыпали. Следом – Грет и еще целая команда во главе с Рренком Зором. Халомка, которая уже почти превратилась в меня, рванула в портативный портал. Часть спасателей метнулись за ней. Эльрих подскочил ко мне, но тут один из квархонов, придавленный плитой, странно хохотнул и… я ощутила, как под моим стулом что-то дрогнуло. В воздух взвились фейерверки.
Проклятье! Так вот для чего потребовалось все это представление с альпинистами! Они проверяли, можно ли вызвать Веркрестово таким образом!
Мгновенно нас Эльрихом словно вырезало из пространства пещеры. Влажный воздух ударил в лицо, ветер охватил, будто обдувал со всех сторон одновременно. Вокруг стало темно, словно все источники света разом погасли.
Меня схватили сильные руки айна, раздался тихий щелчок, и… меня выбросило прочь из объятий магической аномалии…
…Я очутилась на склоне одной из вершин Кары, ругаясь, как сапожник, кляня всех на свете и особенно – этого наглого, подлого, бессовестного самоуправца Эльриха!
Вот же сволочь! Вот же…
У меня слов не хватало.
Воспользовался заклятьем сдвига пространства! Средством, которое никогда не использовали ни спасатели, ни полицейские. Да никто! Потому что, спасая, оно одновременно убивает. Эта магия позволяла мгновенно убрать кого-то или что-то из зоны действия любой магической аномалии. Но активировалась она только на ДНК, ауре и магии живого существа. И… саму аномалию, вместе с тем, кто остался, моментально уносило неведомо куда. Сдвиги материи становились хаотичными, быстрыми и остановить их было уже невозможно. Эффект домино во всей его красе и неумолимости. Эффект карточного домика, сдутого ветром.
Никто ничего не смог бы предпринять.
Айна и Веркрестово, что его захватило, мотало по всему измерению Кары, туда-сюда, пока пласты материи не остановятся. Где и когда это произойдет, неизвестно…
Смог ли Эльрих избежать встречи с Веркрестовым, благодаря поплывшим пластам материи измерения? Спрятаться за ними, укрыться, оторваться от убийственной магической аномалии?
Теоретически это было возможно. Но практически… Практически никто никогда не пробовал совершить подобное. Смог ли Эльрих спастись из лап жадной аномалии, и где именно останется плененным внутри ткани пространства?
На эти вопросы я не знала ответа.
Я бессильно села на гору и заплакала, закрыв лицо руками.
Эльрих! Как же я тебя ненавижу! За то, что ворвался в мою жизнь без спроса, как фейерверк в глухой тихой ночи. Внезапно и бурно. Ярко так, что меня едва не слепило.
За то, что всегда умел меня рассмешить, даже когда бесил до невозможности.
За то, что никогда не отступал перед опасностями и всегда помогал, даже когда я пыталась отказаться, избежать твоего содействия и защиты!
За то, что признался мне в любви!
За то, что всколыхнул внутри меня то, о чем забыла, заставил снова чувствовать притяжение к мужчине! И… за то, что сейчас пожертвовал собой!
И я найду тебя! Я спасу тебя хотя бы для того, чтобы высказать насколько я возмущена, как я тебя ненавижу за то… что люблю тебя!
Эльрих дель Хассаль, я тебя достану во всех смыслах этого слова! В психологическом само собой и, конечно же, из плена пластов материи!
Кара! Помоги этому трогательному дураку!
«Да, хозяйка! Уже работаю. Многого не обещаю. Но жизнь и здоровье ему сохраню точно. На время… По крайней мере, выиграю вам часы… А дальше… Дальше все зависит от того, как быстро вы сможете его отыскать. Сама понимаешь, в ловушке из глыб материи, что составляет само пространство, долго не выживают».
Сколько у меня времени?
Я боялась задать вопрос, но не могла этого не сделать. И ответа ждала, как приговора врача после важных анализов на смертельное заболевание.
Кара ответила. Но легче не стало. «Я не знаю… Не смогу помочь в этом».
И добавила то, что меня совсем не обрадовало, а еще больше озадачило и встревожило.
«Пока есть время, поразмысли-ка вот над чем. Никто, кроме хозяек вредной горы и меня самой, не знал, как временно прервать нашу связь. Никто и никогда не знал! Вспомни! Даже если хозяйка в коме, на грани смерти, наша связь нерушима. Что там временный паралич тела, ауры и магии?! Даже клиническая смерть не разлучит нас… Хих… Но преступники как-то прочухали, что нужно сделать и как. И вот тебе еще вопрос на засыпку. А кто все это организовал? Это же кто-то очень влиятельный, богатый и явно имеющий серьезные связи. А это значит, что и планы у него ого-го какие! Не просто далеко идущие, далеко заводящие… Того, кто все это задумал. Тут речь, как минимум, о чем-то, что перевернет жизнь всего семимирья с ног на голову, если не хуже… И то, что злоумышленники пока потерпели поражение вовсе не значит, что у них нет плана Б, плана С…»
«Умеешь порадовать… – почти пожаловалась я. – Первый вопрос… просто наповал. Буду думать. Полиция ничего не знает и не узнает, пока я не захочу. А вот на второй разве они не найдут ответы? Там столько древних специалистов по пыткам и допросам! Почти вся команда – варвары!»
«Найти ответы можно, если они есть… Ты серьезно считаешь, что настолько продуманные организаторы не позаботились о том, чтобы исполнители ничего не знали и не сумели их выдать?»
«Мда… Если новости нерадостные, пусть их хотя бы будет много…».