Глава 5 · Я горы разведу руками! Развод и девичья фамилия!

– Грет! Посвети!

У терла не было такой связи с Карой, как у меня, поэтому он воспользовался кольпом. Также, как и смартфоны, эти устройства могли подсвечивать в кромешной тьме грузового отсека портативным фонариком.

– Поближе! – скомандовала я, и Грет послушно подошел практически вплотную. Я даже слышала его сбивчивое дыхание за спиной. Наверное, так же, как и я, взбесился из-за ситуации на Каре. Вредная гора стала домом и для терла. Грет долго искал себя после того, как его страна более-менее угомонилась и перестала совершать варварские набеги на соседние державы.

Я знала это из досье помощника. Надо представлять, с кем имеешь дело. Что у него за душой и какие грешки за ним водятся. Идеальных мужиков не существует. Это утопия! Есть женщины – настоящие ангелы… когда спят зубами к стенке и пилу кладут на полочку – временно, чтобы передохнуть от пиления мужа. Но мужчин ангельских не существует! У каждого на лбу написано «Виновен» и многоточие. Продолжение строчат недовольные женщины. Мало ублажает, много ублажает – утомляет так, что ходить сложно, мало зарабатывает, много зарабатывает, но редко бывает дома, и так далее…

Гретлих Олсин сотни лет крошил других в мелкую капусту, делал на два корпуса даже аппарат для шинкования овощей. Правду сказать, в честных битвах. Но сам факт многое о нем говорил… Даже я бы сказала – кричал!

Багажный отсек Кары выглядел, как облагороженный грот. В принципе, все залы, комнаты и прочие помещения тут когда-то были именно пещерами. Просто багажные отсеки, склады и другие хозяйственные помещения не особо старались изменить до неузнаваемости. Так чтобы даже намек на пещеру не угадывался.

Вдоль стен шли длинные ряды полок, на которые сумки и чемоданы грузились из самолета при помощи специальных магических «лягушек». Так мы их называли. Устройства заставляли вещи подскакивать до полки с заданным номером, едва багажный отсек самолета стыковался с нашим складом для пассажирских сумок.

Сейчас, между рейсами, помещение пустовало и полки тоже. Следов вещей чиновника не обнаружилось. И я уже было решила, так же, как и Олт, что их украли прямо из самолета перед вылетом из Ландураса. Что и говорить – этот вариант видился мне самым симпатичным. Можно даже сказать – желанным. Тогда получается, что происшествия на Каре, теракт и предательства, никак не связаны с пропажей багажа высокого чиновника. Просто сложилось. Говорят, неприятности никогда не ходят по одиночке. Видимо, им скучно в одиночестве. Всегда прихватывают друзей, приятелей, знакомцев…

Однако кое-что на полке для багажа министра экономики Ландураса меня задержало.

Большинство чисто магических устройств, без примеси технологий, обыватели не видели. Для их установки на заводах и фабриках семимирья применяли специальные очки и микроскопы. Я же могла обнаружить все! Любую магию. И не только… Еще я распознавала следы магических устройств. Едва заметные, они не всегда определялись даже при помощи специальной новейшей аппаратуры. Я же их не столько видела, сколько чувствовала…

И вот возле полки меня словно обдало слабой прохладой. Мурашки выступили на коже.

Такие ощущения вызывали только устройства ликвидации магического воздействия или антимаги. Все остальные, напротив, чувствовались теплом, жаром, ощущением горячего ветра и так далее…

Я пригнулась, изучая полку и стену за ней.

Провела пальцем.

Каменная пыль! На внешней части полки, но не внутри! Значит, багаж нашего министра тут лежал! И украли его уже отсюда, после посадки элитного транспортника из Ландураса на одной из самолетных площадок Кары!

Сомнений быть не может! Багажный отсек вычищал техномагический моющий пылесос, похожий на многорукого и многоногого муравья. Но каменная пыль скапливалась за считанные минуты. Чем дольше пустовали полки – тем больше ее на них оседало.

Выходит, багаж «прихватизировали» буквально за несколько минут до выдачи! Недавно!

Вот же твари!

Я невольно выругалась – довольно смачно и грязно – и даже сплюнула.

Ладно! Грет и не такое от меня видел! Он охранял кустики, когда мне срочно требовалось по-маленькому во время одного нашего затяжного похода по Каре. Мы тогда изучали безопасность маршрута для соревнований портальщиков. Была недавно тут Олимпиада… После такого я уже не стеснялась терла ни капли.

– Чемодан тут стоял! И это факт! Рядом лежало что-то поменьше – видимо, дорожная сумка! Мужик приехал на три дня! Как же без смены гардероба каждый час!

– Халомцы, – рыкнул за моим плечом Грет. – Терпеть их не могу!

– Да кто б сомневался! А какую расу вы, терлы, любите?

Я даже ни секунды не удивилась ответу.

– Свою!

Грет немного подумал и добавил, на сей раз уже слегка меня поразив.

– Еще людей.

– В семимирье очень мало людей. Всего одно, хотя и большое поселение на планете Сепа. В основном, там попаданцы с Земли с магическим даром, их дети и внуки. И пара городов в государстве Эдемия. Айны приютили соседей с родной планеты.

– И всех людей я уважаю!

Он сказал горячо, прямо даже почти пылко, с придыханием.

– Неожиданно, – задумчиво произнесла я, продолжая исследовать полку на предмет чужеродной магии. Устройство определенно ждало тут несколько дней, поэтому и оставило очень заметный энергетический след. Это подтверждало гипотезу Олта о том, что на Каре завелась крыса или несколько крыс, и диверсии готовились некоторое время. У меня аж зубы скрипнули так что сама передернулась. Вот сволочи! Ну я покажу вам, где раки зимуют! Даже если вы не знаете, кто такие раки и зиму ни разу в жизни не видели. Вот и будет вам экстренное адреналиновое просвещение.

Я принялась медленно водить рукой вдоль полки. Остаточная магия «лягушки» чувствовалась, как теплые воздушные подушки. Упругие и какие-то вибрирующие. Что же до другой, привнесенной диверсантами… То, кроме антимага, я ощущала что-то еще. Но определить, что же это, не выходило. Уж слишком странно проявляли себя остаточные чары.

Проводя ладонью практически по полке, я ощущала, будто мокрые комки снега прилипают к коже. Тают, образуя холодную воду. С подобным я еще ни разу не сталкивалась и поэтому затруднялась определить вид магии. Но, если почувствую снова, узнаю наверняка.

– Ты не знаешь, что это за странные чары? Ощущаются, как снежки, тающие в руках? – спросила я у Грета.

Ответа не последовало. Кольп терла светил как надо, я слышала его шумное сбивчивое дыхание, поэтому не сомневалась – помощник стоит за спиной. Почему же молчит? Чем занят этот громила в такой важный момент?

– Грет? – позвала я. – Я задала вопрос!

– Какой вопрос, хозяйка? – растерянно уточнил он чуть хрипловатым голосом.

– Ты там задремал, что ли? Я тоже, между прочим, почти не спала этой ночью. Но работа прежде всего! Это ведь не первый раз, когда нас поднимают с постели, и потом приходится решать сложные задачи!

– Да, хозяйка! – прозвучало уже более бодро. – Простите, задумался.

– На службе надо думать о службе! – сделала я решительный выговор помощнику.

– Стараюсь…

Он ответил так странно. Обычно на подобные штуки Грет рапортовал «Да, хозяйка!» А тут… «стараюсь».

Да что это с ним?

Я резко выпрямилась из полусогнутого положения, в котором изучала полку, и ударилась о грудь Грета. Терл торопливо отступил. Я оглянулась и потрясенно вздернула бровь. Выглядел помощник так, словно побывал в бане или пробежал марафон. Светлая кожа великанов Терлии так заметно краснела, что даже в полутьме багажного отсека это определил бы любой. Грудь помощника ходила ходуном, ноздри раздувались. От него разве что пар не валил…

Я крутанулась на пятках и окинула терла внимательным взглядом – с головы до ног полоснула. Грет напрягся и запустил руку в карман, кажется, даже сжал ее там в кулак. Второй рукой он все еще держал портативный кольп, похожий на смартфон, и светил на нужную полку.

– Ты в порядке? Может, сходишь в медпункт? После встречи с Веркрестовым бывают всякие недомогания…

Терл мотнул головой.

– Я в норме, – сказал и хрипло прокашлялся. – Даю вам слово, хозяйка. Я более чем в порядке.

Я покачала головой и вернулась к изучению полки. Буркнула в сторону Грета.

– Все равно завтра принеси мне справку о здоровье из нашего медпункта! И чтобы там значилось всестороннее обследование, а не только обычный осмотр!

– Да, хозяйка!

– Все, начиная от анализа крови и заканчивая гормонами.

На последнем слове терл закашлялся.

Я оглянулась.

Грет выглядел все также.

– У тебя не температура? – уточнила я.

Вместо ответа терл нажал на кольпе режим самообследования и провел им возле своего лба. Показал мне результат. Сорок градусов. Норма для расы с Терлии. Ну ладно…

Я еще раз осторожно черканула рукой по полке, и в нос ударил странный запах. Как будто смутно знакомый. Я напряглась, замерла, прокручивая в голове воспоминания. Однако нить мыслей все равно ускользала. Вроде бы вот-вот поймаю ее, как птицу за хвост, но она все равно взмывала над головой, издевалась прямо-таки.

Черт! Я знаю этот запах! Где-то его точно слышала!

Ну давай же, давай, Линея… Ну, что тебе стоит?

Знаете это ощущение, когда в голове крутится вроде бы слово, но вспомнить его окончательно не выходит. Я еще раз мазнула рукой по полке. То же ощущение… Какие-то тонкие нити энергии, как будто клубок и этот запах…

Проклятье!

Внезапно за спиной послышалось рычание голосом Эльриха, затем шорох и грохот. Ну, как грохот? Гул падающего огромного тела на пол пещеры.

Свет от кольпа пропал, и багажный отсек погрузился в привычную полутьму.

Я растопырила пальцы, и помещение осветилось почти полностью.

В дальнем углу пещеры сплелись в узел два тела: Грета и… Эльриха. Они всерьез мутузили друг друга: рычали и одаряли ударами.

– Это еще что такое? – возмутилась я. – Эльрих дель Хассаль! Вы таким образом собираетесь помогать мне в расследовании? Такую роль вы играете в супергруппе, что направил ко мне Олт? Я немедленно свяжусь с ним и потребую убрать вас из команды!

Варвары не среагировали. Ни один даже не приостановился.

Кажется, у меня уже не оставалось ни шанса достучаться до айна. Поэтому я взялась за Грета.

– Гретлих Олсон! – наверное, впервые за последний год я назвала его полным именем. – Да что же это такое? Мы с вами занимались важным делом! Какого лешего вы тут устроили?

– Вы просто не понимаете, Линея, что этот занкурт тут устроил!

Мало того, что за помощника ответил Эльрих, так он еще и назвал терла аналогом мата на языке айнов. При этом Грет промолчал, даже не счел нужным объясниться.

Да что же это такое творится-то? Диверсии, Эльрих на мою голову, а тут еще и помощник впервые за нашу совместную работу промолчал на мои претензии. Не извинился, не остановился!

Кажется, уже не красный снег и сизо-буро-малиновый град пойдет на Каре сегодня. По-моему, с неба посыплются лягушки или что-то еще более экзотическое. Айны? Град из голых варваров?

А Эльрих добавил:

– Еще раз позволишь себе такое в ее присутствии, я тебе, похотливая маргулия, все бубенцы поотрываю!

Маргулия… Склизкая рептилия с планеты Иу. Пахнет тухлым мясом. Слегка коснулся – и весь измазался липкой жижей.

Та-ак… Что-то начинает проясняться.

…Я вообразила сцену в багажном отсеке глазами терла. Брутального варвара, в котором тестостерона больше, чем в целом племени викингов.

Я, стою спиной, выпятив… простите, пятую точку и едва не упираюсь ей в Грета… Чуть пониже пупка. Ну где-то так… Ему ведь пришлось слегка присесть, чтобы светить мне в нужное место.

Причем, я еще этой попой кручу, чтобы найти удачный ракурс для разглядывания находок.

Мда… На счет «похотливой маргулии» и «поотрываю», я, пожалуй, буду участвовать. Но и терла понять можно. Когда в последний раз он был с женщиной? В библейском смысле? Конечно, я не слежу за личной жизнью коллег и подчиненных. Но учитывая, что мы вместе почти двадцать пять часов в сутки на Каре… Расстаемся, только чтобы немного прикорнуть – и то, ненадолго…

Ладно… Все понятно с этими варварами. Им бы только одно. Мужики – одним словом!

Однако если кто и прибьет Грета за его скабрезные фантазии, так это я.

Я собрала побольше магии Кары – прямо не пожалела.

Два богатырских тела как раз покатились вдоль стены. Камушки начали собираться между ними и медленно так разъединять драчунов. Миллиметр за миллиметром.

Конечно, мужики оказались сильные. Заметив, что их разнимают самым креативным способом в семимирье, начали быстро месить друг друга, уклоняться. Я добавила мощи магии, энергии влила – хоть всю Кару питай месяцами.

Камушки собрались в такие толстые слои, что Эльрих и Грет совершенно не могли дотянуться друг до друга. Варвары вскочили, решив поменять дислокацию и способ атаки.

Однако я вырастила между ними каменную стену.

Крикнула:

– Да прекратите вы, бойцовые петухи! Иначе, клянусь вершинами Кары, я уволю тебя, Грет, за непристойное поведение на работе, и любой медосмотр это подтвердит. Хоть сейчас! А вас, Эльрих, отстраню от работы на Каре за самоуправство и драку на службе!

– Еще раз увижу такое… я подожду, пока рабочий день у тебя закончится. И на части порву! Слышишь?

За неимением возможности пообщаться на языке кулаков, Эльрих перешел на общий язык семимирья.

– Тебе сказать, куда засунуть свои угрозы, или сам догадаешься? – рявкнул в его сторону Грет и тихо добавил в мою, не глядя в глаза: – Линея. Простите меня, пожалуйста… Я сожалею…

Звучало очень искренне и проникновенно. Я пожала плечами.

– Мужчины такие мужчины. Если ваш пол еще имел шанс упасть ниже в моих глазах, считайте, что дело сделано.

– Пол упал ниже… в подвал? – уточнил Эльрих, явно чувствуя себя более уверенно, чем пунцовый и пыхтящий Грет.

Я отмахнулась.

– В планетарную магму! А теперь давайте серьезней! Эльрих! Где остальная группа, которую грозился прислать Олт?

– Скоро прибудет. Там собирают мощную команду профи. Стихийники, криминалисты, специалисты сыскного дела. В общем, в ближайшие дни персонал Кары вырастет гуманоидов на пятьдесят. Не меньше… А я решил рвануть побыстрее, чтобы поддержать вас в расследовании. И не зря…

– Спорный вопрос! – перебила я айна. – В том, что мужчины – похотливые животные, я не сомневалась ни секунды. За редким исключением вы все совершенно одинаковые…

– Я – исключение! – громко произнес Эльрих.

– Проверим…

Я сказала так, что айн прищурился и хмыкнул.

– Жду с нетерпением… – сказал уже куда менее уверенно и твердо.

– У вас есть магическое чутье, Эльрих? – перешла я к делу с констатации бесспорных мужских недостатков.

– Нет. Но есть новый йонорский прибор. Сверхчувствительный. Для определения остаточной магии.

– Ну попробуйте свой прибор! Попытайтесь удивить меня не только своей наглостью и бесцеремонностью!

– Еще я удивил вас своей смелостью и благородством… Там, в районе действия Веркрестово… И не спорьте!

Я развела руками.

– Даже не собиралась. Вы действовали, как настоящий командир. Было бы глупо это отрицать.

Грет тихо ругнулся на своем языке. Но больше ничего не сказал. Эльрих обменялся с ним взглядами «мы еще встретимся» и подошел к моей полке.

Описанных айном приборов я еще ни разу не видела, но слышала о них немало. Устройство оказалось гораздо меньше, чем я думала, глядя на снимки в сети. Эльрих вытащил что-то из кармана, раскрыл ладонь, и на ней обнаружился небольшой прямоугольник, размером с лесной орешек. Устройство поблескивало металлическими гранями и походило на нечто, спрессованное из множества слоев, хаотично скрученных друг с другом. Эдакая головоломка. Однако уже спустя секунду она начала разворачиваться буквально на глазах и покрыла руку Эльриха, как тонкая металлическая перчатка.

– Подходит под любую ладонь – жидкий металл адаптируется, – показал мне кисть айн. – Сделана по типу вашей магии. Но не совсем.

Эльрих поднес руку в «перчатке» к полке и провел – в точности, как я. Однако спустя секунду перед нами выскочил виртуальный экран, вроде монитора небольшого кольпа. На нем замелькали буквы, символы.

После чего прибор выдал ответ:

«Остатки редкой смешанной управляющей магии».

Точно! Я уже сталкивалась с подобным однажды! Тогда президент Парласса – чемер Ин Дель Хоу проявил свой, как мы их называем, «нестихийный дар». Такие чары в семимирье – ужасная редкость. Больше я ни у кого их не встречала. Магия Хоу позволяла частично менять работу ряда заклятий или корректировать ее как нужно хозяину.

Мы тогда еще смеялись: мол, управленцу – управляющая магия.

Кесарю – кесарево.

Та-ак… Мозаика в голове складывалась постепенно.

Что мы имеем? Похищенный багаж, где, по словам владельца, ничего особо ценного не было.

Антимаг, управленческие чары… Зачем?

Чего-то в этом уравнении не хватало. Одной, двух переменных или констант.

И это мне определенно не нравилось. Боюсь, что сборная команда семимирья по расследованиям нам очень даже пригодится. Как бы я ни злилась на то, что чужаки станут проникать во все укромные места Кары и там копошиться, как красные муравьи, что завелись в доме. «Лягушка» явно сработала – багаж оказался на нужной полке. Значит, антимаг позволил отключить специальный техномагический якорь, чтобы забрать вещи.

А управленческие чары? Они для чего потребовались? Подобная магия крайне дорогая и энергозатратная. Зачем использовать столько ценных чар всего лишь для кражи чемодана и сумки? Что в них такого?

Либо наш зеленый министр – халомец во всей красе – что-то недоговаривает, либо он сам чего-то не знал про собственный скарб… Возможно и то, и другое. Но для выяснения придется пообщаться с этим чиновником… Брр-р… Как же я их не люблю! Еще с земной реальности.

Вот отправил ты почтой России посылку. Тебе пишут – придет тогда-то. А потом работники почты ручками, ручками меняют дату получения и отправляют посылку в Москву через Владивосток. Вот она приехала в ваш город, а вот – следите за руками – уже в соседнем. Оттуда в другой. Зачем? Да потому что чиновники почты неподсудны и недоступны простому гражданину. Плевать им на установленные государством сроки.

Про некоторых чиновников министерств и мэрий вообще уже молчу. Эти – особый вид, можно выделять как новую расу. У всех один талант – ничего не делать для людей, много чего для себя и все равно удерживать должность.

Ладно. Ради того, чтобы установить покой на Каре и вернуть нормальный порядок работы вредной горы, я и с чертом лысым готова поговорить. Не то что с ящерицей в брендовых шмотках!

– Мы тут закончили? – уточнил Эльрих. – Пойдемте опросим свидетелей. Пока не прибыли остальные помогаторы…

Я вскинула глаза на айна. Он, что, смотрел детские земные мультики про фиксиков?

Да ладно! Неужели мужики настолько предсказуемы и сродни детям? Когда мой муж в сорок лет до слюны изо рта зависал перед телевизором, глядя каких-нибудь смешариков, это еще куда ни шло. Но когда о детских мультиках вспоминает варвар лет эдак шестисот, если не больше, который и города штурмом брал, и женщин пачками, надеюсь, брал штурмом, а не силой… Это уже, ну, как бы совсем изрядно.

– Да я нашел это слово в сети, когда рыскал на тему земных аналогий и фразеологизмов! – вернул мне веру в мужской род Эльрих.

Грет молчал. И слава богу. Я лишь косилась на него взглядом: «Я потом тебя зарежу. Не больно. Может, даже тебе понравится. Ну, как понравится? Ты должен радоваться, что я получу удовольствие. Это хоть как-то компенсирует мои нервные затраты».

Я вышла из багажного отсека прямо сквозь стену через очередной естественный портал Кары. Грет – тоже. Эльрих воспользовался дверью – большой, тяжелой из камня-пластика. Я с огромным трудом открывала подобные, когда того требовала ситуация. Старалась «врасти» в пол – каждый камушек в семимирье соединял меня с чем угодно, делала руку каменной… В общем, применяла всяческие уловки.

Эльрих лишь слегка толкнул – и этого хватило, чтобы дверь не просто распахнулась, но и «чокнулась» со стеной снаружи. Уж не знаю, за здравие стены или же за упокой себя самой. Потому что дверь дребезжала весьма красноречиво и грозила вот-вот слететь с петель.

На мой осуждающий взгляд через плечо, айн развел руками, скроил совершенно невинную улыбку и медленно закрыл многострадальную дверь.

Из багажного отсека мы попали прямиком на площадку мини-аэродрома.

Под ногами оказался гладкий, как стекло, камень. Получше любого дополнительного покрытия. Еще одно чудо магии Кары. Каменное зеркало под ногами само восстанавливалось, если шло трещинами или скалывалось. Не сразу, но пары суток хватало, чтобы никто даже не понял, где были изъяны.

Вдалеке выстроились местные железные птицы, скорее похожие на летающие тарелки, чем на привычные мне самолеты. Округлые, шляпообразные, правда, с хвостами, как у скатов.

Вертолеты гораздо больше напоминали земные.

Чуть дальше взлетных площадок выстроились летающие поезда и автобусы.

Они походили на привычный мне транспорт, с той лишь разницей, что не ездили по земле и колес не имели. Местные поезда и автобусы двигались на воздушных и силовых подушках довольно высоко над землей. Хотя намного ниже, чем самолеты и вертолеты, что взмывали под облака.

К тому же «наземный транспорт», как его тут почему-то продолжали называть со времен колес и рельсов, ездил куда медленней воздушного и имел гораздо меньшую маневренность. Здешние самолеты благодаря техномагии, что управляла воздушными потоками, давлением и даже температурой снаружи, могли выписывать любые фигуры в воздухе. Любые! Почти без ограничений! Земные спортсмены летчики с их фигурами высшего пилотажа выглядели бы рядом с самыми обычными местными как дилетанты рядом с асами виражей.

Зачем кто-то выбирал поезда и автобусы при их медлительности и неповоротливости? Причин было несколько. Кто-то, в принципе, боялся летать на самолетах и вертолетах. Кто-то экономил. У нас бытовала пословица «чем выше и быстрее, тем дороже».

Я нашла взглядом погрузчик и двинулась в его сторону. Эльрих поравнялся со мной и зашагал почти в ногу. Грет пока держался, как и всегда, как я его учила – позади на три шага. Хотя дышал весьма красноречиво – возмущенно и нервно.

Пусть! Нечего на работе непристойностями заниматься! Даже в фантазиях. У нас тут не кинотеатр для показа взрослого кино.

«Внимание! Внимание! Всем, кто не хочет делиться богатым внутренним миром с окружающими, следует отойти на безопасное расстояние от стартовых площадок самолетов, поездов и автобусов! В противном случае, вскрытие вам уже не потребуется! Все органы и системы и так окажутся разложены по стартовым площадкам, как по музейным полочкам».

«Уважаемый технический персонал! Помните! В ваших же интересах четко отслеживать передвижения друг друга по сканерам! Все знают, как эпично выглядят два погрузчика или уборщика, столкнувшиеся друг с другом. Мы можем привыкнуть и требовать больше зрелищ! А уж что потом от вас останется – дело десятое. Лучше не доводите дело до того, чтобы в технических секторах появились киоски с поп-корном и чипсами».

Кара была в ударе, и меня это радовало. Дарило ощущение все не так плохо, большая часть систем и отсеков вредной горы все такие же рабочие, вредные и гористые. Да и сама Кара прямо бодрячком.

«Внимание! Внимание! Уважаемые диспетчеры полетов! Произошла замена нескольких маршрутов. Столкновение самолетов и поездов – зрелище фееричное, апокалиптически захватывающее. Но вы же понимаете – обломки упадут прямо на вас! Кроме того, спасенные пассажиры, что сразу после аварии угодят в непроницаемые силовые коконы с кислородом, обязательно получат доступ к вашим рубкам. Ну, чтобы сказать спасибо за пережитые удивительные эмоции».

Очередной техномагический монстр, размером примерно с КАМАЗ, смахивал на паука с большим полупрозрачным телом-кабиной. Легкими движениями «лапок», которые гнулись, кажется, во все стороны и под самыми немыслимыми углами, разве что в спиральки не скручивались, погрузчик касался багажа в большой тележке с «двойным дном». Она, как и моя кружка-термос, вмещала в разы больше сумок и чемоданов, чем можно было предположить. Часть вещей, естественно, находились в других измерениях.

Чемоданы одного пассажира или семьи сцеплялись специальным силовым полем и будто находились в общем невидимом коконе. Двигались только вместе.

Одно прикосновение «лапки» погрузчика – и багаж будто прилипал к ней. Дальше еще интересней. «Лапка» вытягивалась, удлинялась в несколько раз и погружала сумки-чемоданы либо в багажный отсек самолета, либо в специальную тачку, где к каждому кокону липли «лягушки» с нужным номером. Тележка тоже была не простая – техномагическая. Оператор рейса дистанционно направлял ее в багажный отсек Кары или же самолета.

Я приблизилась к погрузчику и скрестила руки в воздухе. Агрегат остановился, так и замер с двумя поднятыми лапками. Оператор орудовал почти всеми «конечностями» чудо-машины сразу, чтобы ускорить процесс.

Стеклянная крыша кабины открылась. Из нее вылез чемер Лен До Ин в темно-оранжевой форме рабочего аэродрома.

Ловко спрыгнул на землю почти с двухметровой высоты, хотя мог бы разложить лестницу и спуститься по ней. Впрочем, чемеры обладали удивительными физическими данными. Как и магическими, в принципе. Мало у кого из этой расы вообще были чары. Но всегда они оказывались очень редкими и полезными.

Лен До Ин был примерно с меня ростом, коренастый, широконосый. С раскосыми узкими глазами и довольно крупным ртом. Иссиня-черные волосы он заплетал в короткую косу. Как и у других чемеров, смуглая кожа До имела легкий желтоватый оттенок.

– Хозяйка? Вы по поводу пропавшего багажа? – уточнил До, как я его называла.

– Да. Собери мне всех, кто работал в этом и ближайших секторах. Буду ждать у себя в кабинете.

– Да, хозяйка!

Конечно, я могла вызвать весь погрузочный цех к себе через рабочие кольпы. Но чемеры любили, когда к ним приходили лично, проявляли своего рода уважение. После подобного общаться с ними куда легче и сведений получишь не в пример больше. Поэтому я и поступила так, как поступила.

Эльрих не возражал, хотя о моих возможностях был явно наслышан. Грет так вообще вел себя тише воды ниже травы. Вот и ладушки.

Я прыгнула порталом в свой кабинет. Следом появился Грет. Эльриха нам пришлось ждать минуты четыре. Тратить на такие вещи энергию портативных порталов считалось неприемлемым расточительством. Поэтому айн явно воспользовался резервными эскалаторами и лифтами. Они с невиданной скоростью доставляли с этажа на этаж большого корпуса управления Карой. Добравшись до моего рабочего кабинета, любой натыкался на табличку «Хозяйка Кары» и… сплошную стену. Просто каменный монолит от пола до потолка. Дальше, как водилось, если я ждала посетителя, его пропускали. Гость мог спокойно пройти сквозь каменную преграду. Кара считывала мои желания без лишних телодвижений и даже мысленных приказов. Если посетителя не ждали и видеть не жаждали, он мог хоть силовые бомбы взрывать – все равно внутрь не попал бы. Разве что камушками по голове получил бы – ну так, для ума.

Пока айн отсутствовал, я регулировала кольпы так, чтобы те записывали все, что скажут свидетели и одновременно выделяли самое главное. Дабы нам не пришлось потом слушать все минуты диалога. Только то, что, действительно, было полезно для дела.

Следующим этапом я скачала записи камер и аурных датчиков вблизи и внутри нужных багажных отсеков Кары и самолета, где летела наша «обиженная бо-ольшая зеленая шишка». Каждый из сотрудников погрузочного цеха, что трудился во время происшествия, имел свой кольп и, наверняка, мог отчитаться о том, что творилось вокруг. Но вот панорамно снимали только мои сканеры и датчики. Вслед за этим я включила регистраторы магии с тепловизорами и начала считывать данные.

Грет молча дублировал меня, как делал всегда. Заодно проверял все секторы и отсеки Кары. Следил за работой порталов, отправкой и приемкой транспорта. На всякий пожарный случай. В глаза не смотрел и старался действовать так, чтобы ни малейшего нарекания не вызвать у гневной хозяйки. Даже посадки – и те контролировал. Хотя обычно мы этим занимались только в самых крайних и экстренных случаях. Например, если самолет вез опасных преступников, поступил анонимный звонок о возможном теракте, или несколько билетов почему-то дублировались. Если же все шло гладко и по правилам, мы делегировали следить за посадкой служащих информационных отделов Кары.

Хороший мальчик. Похабник, конечно! Но исправляется знатно!

Эльрих появился внезапно и феерично. Прямо ворвался в мой кабинет, как варвар в захваченный город. Зыркнул на Грета. Великан поморщился и оскалился. Мол, это сейчас я лапушка, чтобы хозяйка не злилась. А вот в свободное от работы время с радостью, нетерпением и… кулаками встречу тебя в неформальной обстановке. То есть, в темном проулке. И пообщаемся мы без лишнего формализма – на языке ударов и захватов. Айн ответил взглядом «жду не дождусь, считаю секунды».

Я оценила эту пантомиму – дружелюбность просто зашкаливала, и расставила все точки над «и».

– Значит так! Эльрих и Гретлих! В последний раз предупреждаю. Если узнаю, что вы снова сцепились, пусть даже в привокзальном баре Кары, где регулярно дерутся разные варвары, одного отлучу от расследования и возможно работы на горе, второго уволю. Разбираться не собираюсь. Поэтому извольте надеть благожелательные лица и осветить часы друг друга улыбками.

– Что делать, если благожелательное лицо забыто в служебном кабинете? – изогнул бровь Эльрих.

– Вы всегда можете вернуться туда. И больше здесь не появляться – посылать подчиненных! Дабы ваше лицо не расстраивало служащих Кары. Гретлих-то ладно. Судя по всему, культурное общение для него как японский язык. А вот такое – прямо родным чем-то повеяло. Вандализмом, мордобоем… ностальгирует, мужик, не остановить… А если, не дай бог, зайдет, например, девушка из отдела связей с общественностью или просто связистка? Или, например, продавщица няшных сувениров? Всяких плюшевых зверушек, амулетов, кулончиков… Мы тут психиатров не держим, как-то раньше не требовалось. Звукоизоляция здесь так себе. Объяснять потом всем, что звучала не сирена, а просто восхищение вашими зверскими лицами… Это как-то не по мне! Не говоря уже о том, чтобы выковыривать служащих из разных углов, где они спрятались и занимаются фейсбилдингом – бешеный нервный тик ведь тоже тренировка для мышц. Отправлять их в отпуск в чудесный пансионат. Где все двери заперты наглухо, а стены отделаны так, что, даже штурмуя их головой, не повредишься ни капли. Там еще добрые санитары с улыбками Чикатило и смирительными рубашками в карманах. Плюс занимательные таблеточки, после которых кататоники по сравнению с тобой – интеллектуалы каких поискать. Нет! Так мне никаких сотрудников не хватит! Да и дурдомы не поблагодарят за то, что регулярно добавляем работы.

– Я поищу! Поищу! Благожелательное лицо… Ага… Мало ли, вдруг завалялось…

Айн демонстративно принялся хлопать себя по карманам, и я хихикнула. Не сдержалась. Вдохновленный моей реакцией Эльрих добавил:

– А то может Грет одолжит запасное?

Терл рыкнул, а после моего опаляющего взгляда проворчал:

– У самого мало. Последнее благожелательное лицо использовал, когда ты появился.

– А че их у тебя так мало?

– Дак ты часто заходишь!

Как я и предполагала До явился ко мне подготовленный и более чем мотивированный тем, что «хозяйка» лично спустилась к нему и попросила о помощи.

Чемеры нужной мне смены дружной толпой вошли в командный пункт.

Если честно, я долго не могла запомнить, кто есть кто, когда сталкивалась с другими расами. У меня начиналась болезнь европейцев, что приехали во Вьетнам. Окружающие казались все на одно лицо. Чемеры же любили личное обращение, а знание имен и данных каждого давало огромные преимущества. Любой чемер в таком случае старался угодить и делал даже больше, чем просили.

Так что пришлось выкручиваться. И если охранников: терлов, ррохцев и айнов я до конца так и не запомнила – только часть из них, то с чемерами помогла Кара. Мы с ней сочинили крайне полезный стишок.

Теперь оставалось только вспомнить нужные строчки

Я всегда хорошо запоминала рифмованные фразы. Так что пока чемеры выстраивались и рылись в настройках кольпов, чтобы транслировать записанное во время смены, я прокручивала в голове эти строки.

Наконец, До кивнул мне: мол, все на низком старте.

И я начала потрясать воображение Грета и Эльриха, которые только глазами моргали, пока я обращалась к каждому чемеру по имени.

Вот так вам, варвары! Это вам не благожелательные лица друг у друга одалживать! Это высший пилотаж дипломатии! Вам до него, как неандертальцу до придворного этикета короля Людовика Солнце…

Не то что у вас – чуть что – сразу в глаз!

Ой… Это уже стишок про местные варварские расы.

Каждый чемер отвечал, иллюстрируя свои слова записью кольпа.

– Кто руководил сменой, До?

– Ду.

– Сен Ду Лин. Были какие-то происшествия?

– Вроде бы нет. Во всяком случае, я ничего не заметил. Работали в штатном режиме. Загружали, выгружали. Если случались сбои «лягушек», ставили новые. Я бы сказал – все как обычно.

– Мен Тех Скрон?

– Нет, ничего не заметил.

– Гес Аль Хор?

– Э-э-э… Нам с напарником при разгрузке кое-что показалось…

– Вы работали с Дей Ол Тохом? Или Эл Не Хором? Вы же братья, вас часто ставят в одну смену?

На заднем фоне варвары аж дернулись. Мало того, что я выговорила все имена без запинки. Так еще и такие подробности вспомнила…

Не аж поклонился и вышел из толпы вместе с братом.

– Да, мы тогда вместе работали.

– Что вам почудилось?

– Словно в какой-то момент в секторе находилось больше персонала, чем должно. Конечно, кто-то мог зайти к знакомому или еще что. Вот вы посещали наши пенаты. Но… Выглядело странно. Будто некто на секунду прибежал и тут же ушел. А скорее даже – появился на мгновение и пропал.

– Можете сказать, когда это случилось?

– Часа два назад…

– Как раз во время разгрузки пропавшего багажа?

– Думаю, что да. Вот, поглядите, я думал – это сбой кольпа…

Передо мной развернулось огромное изображение сектора, фактически – инсталляция. На секунду запись моргнула и показала еще одного служащего в поле съемки. Повторное моргание видео – и «лишний» гуманоид пропал из виду.

Та-ак. Кто-то двигался в слепой зоне. Причем, не только для моих кольпов – но и для кольпов чемеров!

– Минуточку!

Я подключила данные из этого сектора с магических, аурных и видеодатчиков. Ничего! Вообще ноль! Я даже и забыла про тепловизоры. Их запись врубил Грет. И… мы увидели, как нечто с температурой теплокровного гуманоида, мелькнуло на пару мгновений и снова исчезло. Грет без напоминаний нашел кадр и остановил его.

Фигура и размеры напоминали то ли человека, то ли чемера. Для халомца температура была слишком высокой, а для варваров – слишком маленькие габариты. Не говоря уже о проллах – у них настолько своеобразные необычные тела, что узнаются сразу и без колебаний.

– Э-э-э… – Не ткнул пальцем в изображение и поднял густые черные брови. – Думаете, техномагический отражатель? Я слышал с его помощью можно мимикрировать под окружающую среду, в том числе, и в плане температуры. Главное – правильно поворачиваться к сканерам. А в этом месте существо на секунду ошиблось?

Я развела руками. Предположение было хорошим, а точнее – самым рабочим. Назвать хорошим предположение, что кто-то из моего персонала работает против нас и общего дела как-то язык не поворачивался. Я только кивнула. Эльрих принялся переписывать себе нужные данные. Без моего согласия влез в наши устройства слежения! Боюсь, перевоспитание этого варвара займет не одну неделю и плавно перерастет в дрессировку… Ладно, я умудрялась найти общий язык с вожаком ульрий, чтобы убедить зверей изменить маршруты миграции. Правда, тот понял все гораздо быстрее…

Я бы сказала – идея Не наделала шуму. Очень фигурально выражаясь. Очень потому, что в кабинете повисла гнетущая тишина, которую я решила разбавить шуткой. Но на сей раз уже мне не хватило таланта.

– Ну что ж, Не, придется теперь тебя охранять. Наверняка спецслужбы захотят убрать такого осведомленного в их новейших разработках гуманоида.

Чемер аж вытянулся по струнке, словно шест проглотил и побледнел. Теперь его кожа совсем лишилась желтизны и казалась скорее уж сероватой.

Мда… Теряю квалификацию стендапера. Видимо, надышалась токсинами варварского юмора от Грета и Эльриха. Пора на срочную интоксикацию – почитаю юмористическую фантастику Ясмины Сапфир, что ли. Ибо мне еще никогда прежде не приходилось говорить то, что сказала сейчас:

– Это шутка была, Не! Шутка!

Чемер расслабился, лицо его приобрело прежний оттенок, изо рта вырвалось что-то среднее между «Кхе» и «Кху». Как будто он пытался смеяться, но скорее выдохнул с облегчением.

– Да, Хен Цо Дзи?

Чемерка разве что сигнальные ракеты не запускала, чтобы ее выслушали наконец-то. Тянула руку, как школьница, чуть подпрыгивая от нетерпения. Покашливала, давая понять, что пора бы обратить на нее внимание. Под конец – и вовсе слегка коснулась моего плеча. Невесомо. Но сам факт!

Обычно у нас работало правило: хозяйка вредной горы, как музейный экспонат – смотреть можно, но трогать категорически запрещается. А уж чемеры всегда жестко соблюдали субординацию и принятый у нас этикет.

После случая в багажном отсеке с Гретом придется ввести новый пункт в наш неписанный устав: класть глаза на выдающиеся части тела хозяйки нельзя ни при каких обстоятельствах. Приравнивается к поклаже рук и других частей тела!

– Я как раз заступала на смену, когда по внешней рации пробежал вопрос на счет разгрузки того самого багажного отсека самолета. Я еще подумала, вроде все работает в штатном режиме, откуда такие интересы у персонала, что не участвует в процессе непосредственно?

– Можете определить, кто именно проявлял интерес?

– Нет. Вы же знаете – на внешней связи все голоса меняются механически.

– Спасибо. Кел Ло Зит?

– Нет. Я ничего странного не заметил.

– Зен Ко Си? Это ведь ты разгружала багажи, начиная с сорокового по восьмидесятый?

– Да. Тот багаж разгружала именно я. И я его помню. Он был. Точно был. И абсолютно точно получил «лягушку».

Это я уже поняла, обследуя багажный отсек Кары.

– Было что-то странное во время погрузки?

– Я не заметила.

– Хорошо. Большое вам всем спасибо, что пришли и отчитались. Можете возвращаться к работе.

Я снова перечислила всех чемеров по именам. Внимательнейшим образом просмотрела представленные записи кольпов, сверяя их с данными своих сканеров и датчиков. Было ясно – ничего я больше не найду. Но эти жесты также означали уважение к служащим погрузки, которые оторвались от работы и постарались отчитаться как можно более детально и четко.

Эльрих вскинул брови, Грет покачал головой.

Когда чемеры вышли, я развернулась к варварам и прогулялась по кабинету.

– Кто-то был на погрузочной площадке. Кто-то что-то сделал, помимо установки антимага на полке. Но кто? И что?

– Кто-то из своих, – добавил Эльрих.

– Вы прямо капитан Очевидность! А то я не догадалась, что по внешней связи Кары могут общаться только свои – коды только у них на кольпах. Вы б еще про внутреннюю уточнили.

– Могу! – бодро сообщил Эльрих и отчеканил: – Для телепатической связи устанавливаются специальные датчики на висках. Только вам с помощником они не требуются. Каждый датчик индивидуален и пользоваться им может только владелец. Во избежание утечки важной информации и ложных сообщений под угрозами или давлением на хозяина, в случае сильного изменения кровяного давления, эмоционального фона, ауры или магии, устройство автоматически отключается. Внешняя связь – это нечто вроде общей сети по кольпам. Там тоже проверяют ауру, ДНК сканируют, эмоциональный фон… И пользуются ей только «свои».

– Бинго!

Я больше злилась на то, что в Каре предатель, чем на Эльриха, который уже второй раз глаголил «истину». Но срывалась на айне, и мне это совершенно не нравилось. Почему-то он вызывал какую-то давно забытую смуту внутри меня. И я инстинктивно то и дело рычала на Эльриха. Хотя, справедливости ради, по большей части он действительно сам подставлялся.

– Хорошенькое дело, – наконец-то подал голос мой порнушник, ой, помощник, помощник.

– Так. Мне нужен весь список сотрудников, которые дежурили вчера в момент смены камер.

– Весь? – удивленно поднял брови терл.

– Да! Включая ночных дежурных в сувенирных киосках и уборщиков! Всех, кто пришел на Кару и отметился, что заступил на смену.

– Сделаю! – Грет взял под козырек и метнулся к кольпам исполнять приказание.

– До какого момента смотреть? До утра? – уточнил он.

– До восьми пятнадцати. В это время некто отправил подельникам письмо, где упоминалось новое расположение камер и датчиков.

– Даже так? – Грет покачал головой.

Эльрих заметил, как я скривилась, не смогла «держать лицо» и дальше.

– Линея, – произнес он почти душевно. – Мы их найдем. Даю вам слово! И за вашу Кару, как и за вас, я их на части порву! Опознавать придется по ДНК и ауре!

Он сказал горячо, искренне и совершенно не по уставу. Но я почему-то вдруг на секунду зависла, как в нашу первую встречу. Было в этом мужчине нечто такое, что не оставляло меня равнодушной. То хотелось его убить, то поцеловать. А то поцеловать и потом убить за собственные желания и действия.

И вот, сейчас… я прямо подвисла, как неисправный кольп, ей богу! Эти синие глазищи, резкие, четкие черты лица… Губы… Жесткие, немного грубоватые, но одновременно по-гадски чувственные. По-мужски чувственные. Такие, которые заставляют акцентироваться, забывать о том, о чем раньше думал.

Зар-раза!

Айн облизнул губы и переступил с ноги на ногу. Сделал шаг ко мне – решительно так, буквально одним махом преодолел метра два. Что, впрочем, неудивительно, при его росте и физической форме. Грет оглянулся и привычно уже оскалился. Так, что тирранозавр позеленел бы от зависти и расписался в своей полной беспомощности в плане страшной улыбки.

Эльрих проигнорировал реакцию Грета так же, как игнорирует кот запрет заходить в дом от доброй хозяйки, что его постоянно прикармливает. Все равно чуть женщина отвернется – а зверюга уже как у себя дома, развалился где-нибудь в уютном местечке. В полной уверенности, что это его собственное логово.

– Линея… Может, мы после работы сходим куда-нибудь… Хотя бы в бар на Каре, если вы не хотите надолго покидать рабочее место.

Вот же чертов варвар! Понял, что зацепил, и опять подсекает! Это его предложение, во время которого Эльрих почти вплотную приблизился, обдавая мне щеки горячим, сбивчивым, шумным дыханием, моментально меня отрезвило. Кто о чем, а лысый о расческе! Варвару бы только… в общем, понятно, на что он нацелился. С такой отдышкой, румянцем и хрипотцой в голосе. Тут много ума не надо! Они с Гретом – одного поля ягоды! Что у Грета было на уме, то у Эльриха на языке. Пусть даже облаченное в более-менее культурную форму и завернутое в шикарную форму мужских мускулов. Женской ласки этим бруталам не хватает! Чешется…

Я отскочила и выставила вперед руку со сталактитом. Эльрих поднял руки вверх – картинно сдавался.

Грет хмыкнул, но на мой взгляд «тебе заняться нечем?» суетливо продолжил исследовать данные кольпов.

– Неужели вы, Эльрих дель Хассаль, генерал, по-моему… не смогли найти женщину, которая оценила бы вас по достоинству? Я думала, на таких крутых мужиков женщины вешаются гроздьями…

Эльрих усмехнулся, развел руками.

– Ну, что сказать? Не люблю, когда вешаются… Значит, цену себе не знают. Не люблю, когда гроздьями. Айны вообще большей частью однолюбы…

– Вы мне еще про истинную пару скажите…

– Про что?

Я хихикнула. До земного фэнтези он-таки еще не добрался.

Грет довольно усмехнулся. А вот он, похоже, добрался, и даже очень.

Впрочем, нас прервали. Наверное, оно и к лучшему. Кто знает, куда завели бы нас с Эльрихом зигзаги нашего диалога. Вдруг окольными путями, тихой сапой айн все же заставил бы меня заплутать и добраться до флирта?

Мне на кольп пришло сообщение: «Уважаемая Линея! Старший следователь спецотдела полиции семимирья Рренк Зор прибыл с группой специалистов для изучения вашей ситуации! Прошу дать нам доступ в ваш командный пункт. Обсудим, что и как. В информационном отделе мы все уже отметились».

Я вздохнула и позволила толпе мужиков, а это были, в основном, они, осквернить мою обитель – мой любимый рабочий кабинет, мою вотчину, мою крепость в Каре.

Старший следователь оказался рохцем. Причем типичным представителем варваров своей страны. «Поперек себя шире», темная кожа, иссиня-черные волосы, выбритые на висках и короткие на остальной голове. Рубленые черты, словно скульптор создал каменный набросок человека, а обтесать поленился. Непропорционально короткие ноги, по моим, земным, меркам.

Черная форма, как у всех из спецотдела. Тут я не удивилась. А вот когда рохец подошел к Эльриху и поднял ладонь вверх, по которой айн от души, аж со звоном, шлепнул своей, тут меня немного уже проняло.

– Вы знакомы? – уточнила я у Зора.

Тот кивнул.

– Воевали вместе, немного…

Грет покосился на варваров, что так быстро спелись, но мой взгляд остановил его на пути к очередным оскалам или словесной пикировке. Примерно, как красная кнопка сброса на смартфоне напрочь стопорит ушлого рекламодателя, что позвонил по личному номеру, дабы втюхать что-то ненужное.

– Ну, представляйте группу и давайте обсудим ситуацию… – предложила я, дабы закончить очередную пантомиму «встреча на высшем уровне», то есть, на самом высоком пике Кары. Больше ничего высшего я в варварах семимирья не видела. Разве что самомнение до небес.

Не хотелось наблюдать, как они подпрыгивают, стукаются бедрами, потом снова подскакивают и «чокаются» грудью… В общем, все эти танцы футбольных фанатов, что встретились «на гражданке».