Глава 14. Верное решение

Северин почти не дышала, когда руки леди Кроули касались ее чистых волос. От них пахло медом и яблоками, и Рин жмурилась от удовольствия, заставляя себя не думать, где она находится и что ей грозит в обозримом будущем. Возможно, это в последний раз, когда она может принять ванну, наполненную до краев чистой водой. В последний раз она приведет свои волосы в порядок и наденет свежую одежду.

Леди Кроули вернулась, как и обещала, с прислугой, внесшей в комнату, где теперь держали Северин, небольшую медную ванну, другие слуги наливали в нее воду, а сама леди Кроули наблюдала за Рин, не выпуская ту из виду. Ни на одну секунду. После того, как слуги удались, она прикрыла за ними дверь и приблизилась к девушке. Снять кандалы они не могли, и старую испорченную одежду пришлось срезать ножницами. Рин не стеснялась своей наготы, она росла среди других девчонок, когда ее мать решила, что дочь должна быть как все и определила ребенка в небольшой приют. Там, где растили не просто детей, а будущих воинов Рольтана. Но когда леди Кроули срезала с нее белье, Северин все же заметила переменившуюся в лице хозяйку Высокого замка.

– Эта рана выглядит ужасно, – ахнула и, прежде чем Рин что-то успела сказать, леди Кроули занялась обработкой потревоженного плеча. Рин не помнила, как получила эту рану, но после мазей ей определенно стало легче. А после чистой благоухающей воды еще лучше.

Теперь она, завернутая в широкое полотенце, сидела на низкой скамейке, позволяя леди Кроули вычесывать колтуны. Какие-то из них даже приходилось вырезать, потому что ни масла, ни расчески не справлялись с ужасом, творящимся на голове Северин.

– Обычно я расчесывалась чаще, – хохотнула она, блаженно зажмурившись.

Как долго продлится это? Как долго Рин будет чувствовать чью-то заботу? Ведь мать никогда не заботилась о ней так, как сейчас делала малознакомая ей девушка. Леди Кроули, которую они похитили, держали связанной и едва не погубили во имя чужих интересов.

– Осталось еще чуть-чуть, – пыхтя, отозвалась леди, и Рин резко открыла глаза.

Она позволила себе расслабиться и позабыть, что ее руки по-прежнему были скованы кандалами, а на ладони натянуты специальные защитные перчатки, не позволяющие маргу рисовать руны. Лорды-маги позаботились, чтобы их пленница была лишена возможности сбежать. Но ведь варианты были! Рин могла ударить леди Кроули, взять ее в заложницы, заставив снять перчатки. Несколько защитных рун, и никто не нападет на Северин. Еще несколько рун, и она покинет замок, прикрываясь леди Кроули. Но было еще кое-что, чего не могла позабыть Северин, думая о той, кто вычесывал ее волосы. Леди Кроули едва не уничтожила ее и остальных в том доме. Хотя, возможно, кто-то там и погиб.

И Рин надеялась, что это произошло с Мир-Дэй. О ней она печалилась бы меньше всего.

– Вот так, – проговорила леди Кроули, обходя Северин. – Намного лучше, чем было.

Та скривилась и пожала плечами. Конечно же, она выглядела намного лучше после нескольких дней, проведенных в темнице. Если Рин суждено умереть, она хотя бы сделает это в чистой одежде.

– И что дальше? – вымолвила Северин, гоня прочь негу, в которой прибывала последние полчаса.

Аннабель покачала головой и направилась к узкой кровати, на которой лежал сверток с одеждой.

– Нужно переодеться в это.

Северин горько усмехнулась.

– В красивые тряпки будете наряжать меня, леди?

Но та словно пропустила издевку в голосе пленницы и повернулась, показывая наряд.

– Я решила, что лучше всего подойдет вот это. – И Леди Кроули протянула Рин сначала простые темно-синие брюки свободного кроя, а после и рубашку, но, взглянув на кандалы, нахмурилась.

Рин заметила ее взгляд и пожала плечами, но все же позволила сначала надеть на нее брюки, а после застыла в молчаливом ужасе, наблюдая, как леди Кроули сняла замок с цепи, и руки Северин практически оказались свободны.

Вот он – шанс!

Стоит лишь ударить леди Кроули, заставить снять с себя еще и перчатки, и побег обеспечен. С остальными Рин как-нибудь разберется! Но она застыла, позволяя леди Кроули натянуть на голое тело рубашку из плотной темно-серой ткани. Завязав шнурки над грудью, леди Кроули вновь пристегнула цепь и отступила, с удовлетворением рассматривая проделанную работу.

– Я могла убить тебя, леди.

– Но не сделала этого, – парировала Аннабель, принимаясь собирать вещи в корзину.

Северин нахмурилась, а после расхохоталась, плюхаясь на жесткую, но все же кровать.

– Я сказала что-то смешное? – поинтересовалась леди Кроули, оглянувшись через плечо.

Продолжая хохотать, Рин отмахнулась. Казалось, ее смех был полон радости, но только она понимала, что ничего хорошего сейчас не произошло. Она могла убить леди Кроули. Могла бежать из замка. Она все это могла сделать, но приняла иную участь.

– Даже если мне удастся уйти, – отсмеявшись, Рин изменилась в лице, – то навряд ли Лорд-Вершитель позволил бы мне далеко сбежать. Его дракон подпалил бы мой намыленный зад.

Аннабель поджала губы, соглашаясь с заявлением марга.

– И даже если бы я все-таки сбежала, навряд ли меня где-то ждут.

– У тебя есть дом, – спустя минутное неловкое молчание произнесла леди Кроули, сложив руки перед собой. Рин взглянула на ее кисти, вспоминая, что совсем недавно она видела, как черное пламя расползалось по этой светлой нежной коже.

Покачав головой, девушка ядовито усмехнулась.

– Там меня ждет такая же участь, как и здесь. Смерть.

Северин ждала, что леди Кроули поспорит с ней, но в итоге они обе понимали, что маргу не простят предательства. Скорее всего, все уже знали, что ее забрали как пленницу и, скорее всего, госпожа Драконьей пустоши готовилась к битве. И даже если Рин однажды появится перед матерью, та не будет церемониться, и сразу же уничтожит предательницу-дочь. Ведь марг должен сражаться до последнего. До последнего вздоха.

– Я не буду благодарить тебя за помощь, леди, – прошептала Рин, стараясь больше не смотреть на девушку, которую совсем недавно она могла убить.

Леди Кроули молчала. Она все понимала.

***

Вечером Маркус вновь отказался от ужина, передав свои слова с Гансом. Казалось, он вовсе избегал встреч с Аннабель, хотя она не верила своим чувствам. Но решила, что не будет ему досаждать. Одно уже было хорошо – Маркус перевел пленницу в комнату в башне и не противился, когда Анна помогала той привести себя в порядок. Не желая более навязываться, она отправилась в свою спальню, где полночи прислушивалась к звукам. Но, кажется, Маркус так и не вернулся в свою комнату, как и не передал ей ни слова на следующий день, когда Аннабель завтракала.

Позаботившись о Северин и накормив ее утром, Анна отправилась заниматься домашними делами. Это все, что у нее получалось на данный момент. И все, на что могла тратить свои силы, время и мысли, лишь бы не думать, что что-то темное застилало горизонт. Не думать о войне, которую развяжут марги. Или лорды-маги.

После полудня Анна добралась до малой библиотеки, которая располагалась рядом с хозяйским кабинетом. Аннабель уверяла себя, что идет сюда лишь ради того, чтобы убедиться, что в библиотеке все в порядке и ничего не требуется отремонтировать, а не потому, что в соседней комнате второй день от нее укрывался Маркус.

Взглянув на двери кабинета с печалью, застывшей в глазах, она развернулась на маленьких каблучках и вошла в библиотеку, прикрывая другие двери. Здесь было тихо и темно. Приблизившись к окну, отодвинула тяжелые портьеры, впуская в комнату побольше света. После принялась тщательно осматривать комнату, которой раньше часто пользовалась. Но то были времена, когда еще лорд Бенджамин был жив. После его смерти Анна бывала здесь трижды и каждый раз уходила со слезами на глазах.

Теперь же она, отринув страхи и горести, начала наводить порядок, хотя все это должны были делать слуги. Но Анна не позволила бы кому-нибудь другому перебирать на полках книги, к которым ранее прикасался ее покойный муж. Человек, которого она любила всем сердцем. Как отца.

Вопрос Маркуса все еще беспокоил ее. Зачем же ему нужно было знать о чувствах девушки, если он сам предпочитал держать свои мысли и эмоции под замком? Так и не поняв Маркуса, она решила, что больше не будет думать о том разговоре.

Собрав несколько книг, Аннабель поднялась по невысокой лестнице. Протянув руку вперед, она попыталась поставить книгу на полку, но лестница под ее ногами задрожала. Аннабель, испугавшись, бросила книги и вцепилась обеими руками в полку. Падать было бы недалеко, но все же страх, вонзившийся стрелой в ее горло, парализовал. Зато кое-что другое ожило…

– Не может быть, – охнула Аннабель, наблюдая, как над ее головой под самым потолком парили книги, которые она собиралась поставить на полку.

Словно зачарованная, она смотрела на то, как медленно плыли, как по облакам, книги. Будто они ничего не весели. Аннабель не верила, что видела то же самое, что случилось с ее расческой днем ранее. Но раз – лишь случайность. А два раза?

Холодный пот заструился по спине, и Аннабель осторожно спустилась с лестницы, теперь уже с опаской посматривая на книги. И если расческу она могла вернуть на место, просто взяв в руки, то до книг, парящих под самым потолком, ей не добраться.

– Маркус… – прошептала Аннабель, встревоженная произошедшим. – Маркус!