Глава 14. Сложности переговоров

Открыв глаза, Аннабель молилась Святым девам, чтобы все, что произошло накануне, было лишь кошмаром. Но, взглянув на дверь, которую подпирала вечером тяжелым комодом, Анна поняла, что ей ничего не приснилось. Она действительно затеяла перестановку, пытаясь хотя бы так обезопасить себя. Но все равно всю ночь просыпалась, чтобы убедиться, что комод на месте и дверь не открыта. Ведь эту ночь Маркус провел в хозяйской спальне.

Анна не слышала его шагов, но точно знала, что он там. Словно нутром чуяла опасность, затаившуюся за дверью. И никак не могла прогнать прочь поселившийся в ее теле страх.

Перевернувшись с бока на бок, Анна осторожно вытащила ногу из-под одеяла и взглянула на ушибленное место. В порыве чувств она с силой ударила комод и в немом крики выругалась. Пальцы болели, пока она не уснула, и наутро Анна ожидала увидеть разливающиеся синяки, ведь лечить свои раны она не умела. Но, к удивлению Аннабель, никакого синяка на поврежденных пальцах не было. Ровный цвет кожи, аккуратные ногти, которые еще вчера набирали бордовый оттенок. Словно она и не ударилась, с размаху пнув комод. Анна не верила своим глазам, поэтому торопливо ощупала сначала одну ногу, потом вторую. Нет, определенно никаких синяков. Ничего.

Удивившись, Аннабель присела на край кровати и свесила ноги. Стопы коснулись прохладного мягкого ковра, опять же никакой боли она не почувствовала. Что не произошло бы, но оно явно было на руку Анне. Улыбаясь, она приподняла и вытянула ноги, рассматривая пальчики, плюхнулась на спину, задирая ноги над собой. И опять любовалась стопами, поражаясь, что впервые с ней произошло настоящее чудо – ее пальцы излечились. И в тот же миг за стеной послышался глухой грохот. Будто кто-то что-то уронил.

Анна вздрогнула, опустила ноги и одернула ночную рубашку, которая задралась до пояса. Взглянула на запертую дверь, нахмурившись. Аннабель всегда просыпалась рано, но, видимо, Маркус вставал еще раньше. Не желая, чтобы лорд успел натворить дел и опять распугать слуг, Анна принялась за работу.

Вскоре она уже раздавала указы, контролируя, чтобы замок вернулся в прежнее русло жизни.

Мира сопровождала свою хозяйку, когда та намеревалась отправиться в деревню. Аннабель чувствовала, как Мира с любопытством посматривала на нее, едва сдерживаясь, чтобы не захихикать.

– Прекрати.

– Что? – удивилась Мира, поравнявшись с Анной.

– У тебя сейчас лицо треснет от смеха.

– Я не смеюсь.

Аннабель лишь покачала головой, отказываясь принимать слова Миры за правду. Та точно смеялась и едва сдерживалась, чтобы не сделать это громко, во весь голос.

– Комод? – шепнула Мира, и в ее глазах искрились смешинки. – Действительно?

Аннабель пожала плечами. Вчера она плохо соображала, от страха придумывая, как себя обезопасить. Сегодня она, конечно, уже поняла, что никакой комод не сдержит Маркуса, если тот решит войти в комнату, но накануне ей эта идея очень понравилась.

– Я хотя бы пыталась.

Мира присвистнула.

– Он тоже пытался?

– Что? – Анна вспыхнула, взглянув на помощницу.

– Войти к вам в комнату.

– О, нет, – покачала головой Аннабель. – Нет, и даже не думай!

– О чем, леди?

– О том самом, – Анна вновь закачала головой.

– Я ничего такого не думала, леди, – зашептала Мира, едва ли не касаясь плечом плача Анны. – Но если он все-таки решит сделать это?

– Сделать что? – изумилась Аннабель, путаясь в собственных мыслях.

– Войти к вам в спальню, чтобы потребовать исполнения супружеского долга, – отчеканила Мира, оглядываясь по сторонам. – Он же потребует рано или поздно.

Аннабель замерла на месте. Ее ноги будто вросли в пол. Медленно повернула голову и взглянула на Миру, которая вовсе не шутила.

– Этого не будет никогда.

Мира открыла рот, пытаясь что-то сказать, но Анна покачала головой, продолжив говорить:

– Никогда и ни за что на свете он не войдет в мою спальню и не потребует то, о чем ты сказала. Никогда.

Служанка кивнула и больше не стала спорить, хотя Аннабель понимала, что в словах помощницы есть доля правды. Теперь они женаты, и Маркус мог потребовать исполнения супружеского долга, хотя бы ради наследников. Но отчего-то Анне казалось, что Маркусу не нужны дети, и он не захочет, чтобы из ее чрева родились те, кто не нужен ни ему, ни ей. В этом, пожалуй, они были едины, пусть еще и не обсудили. Но думать об этом Анна себя не заставляла, пока в ее голове были другие мысли. Например, как убедить жителей деревни, что располагалась под островом, что им ничего не угрожает. Дурные вести сегодня принесла Мира вместе с подносом для завтрака.

– Идем. У нас нет времени ждать, пока жители не разбежались.

Мира кивнула и последовала за хозяйкой на почтительном расстоянии в несколько шагов.

В деревню они прибыли к полудню.

Аннабель огляделась по сторонам, понимая, что еще неделю назад жизнь здесь кипела, а сейчас все выглядело иначе. Тихо, пусто и даже не слышно домашнего скота. Огорчившись, что не успела, она поторопилась к дому старшего. Его звали Уэст, и этот мужчина не отличался покладистым характером. Анне с трудом удавалось найти с ним общий язык, а теперь все могли восстать против нее – ведь нового хозяина замка явно не принимали не только на острове, но и здесь.

Постучав в дверь, Аннабель оглянулась. Мира и еще двое слуг, выполнявших роль стражников, стояли позади нее и тоже хмурились. Кажется, никому не нравилось, что происходило в Высоком замке.

Дверь открыла угрюмая женщина по имени Мейси, которую Анна помнила как жену Уэста.

– Добрый день, леди Кроули.

Анна попыталась улыбнуться, но то, как прозвучало приветствие, ей тоже не понравилось. Словно Мейси осуждала Аннабель за то, что произошло.

– Добрый день, – она кивнула. – Я бы хотела переговорить с твоим мужем.

Мейси вздохнула и вышла из дома, отирая руки о фартук.

– Его здесь нет.

– А где я могу его найти?

Мейси взглянула за спину Анны, рассматривая слуг. Возможно, она опасалась увидеть там самого лорда Кроули, но, заметив, что все лица ей были знакомы, выдохнула и кивнула.

– Он в амбаре. Подсчитывает припасы.

Аннабель развернулась на невысоких каблучках сапожек для прогулки и увидела высоченное здание амбара, где хранился урожай. До него было несколько минут неспешной ходьбы.

– Тогда я пойду.

– Постойте, леди, – окликнула ее Мейси, складывая перед собой руки.

– Да? – произнесла Анна, поворачиваясь к женщине.

– Он не в духе.

Аннабель пожала плечами. Был ли Уэст в духе или нет, но он не должен забывать о том, на чьей земле живет и благодаря кому он, его семья и многие другие в деревне вообще обрели дом. Как бы Анне ни хотелось об этом напоминать, но если сюда явится сам Маркус, то Уэст и остальные не просто потеряют свои дома, а вовсе могут лишиться свободы, если Маркус подумает, что они затеяли восстание против своего лорда, а значит, и против короля.

– Ему придется со мной поговорить, – спокойно произнесла Анна, беря эмоции под контроль. – Иначе я уже ничем не смогу вам помочь.

Мейси нахмурилась.

– Лучше бы вы не выходили замуж за этого, – сплюнув, Мейси развернулась и вошла в дом, закрывая за собой дверь.

Аннабель ощутила приступ ярости. Они все были против нового хозяина замка, но почему-то забывали, что ее об этом никто не спрашивал. Анна исполняла приказ короля, потому что рисковала вернуться в Герант, а замок вовсе мог прийти в негодность из-за выходок Маркуса и его нежелания управлять островом. Он умел лишь принуждать, и если Маркус займется домашними делами, то в Геранте не останется мест.

Покачав головой, Анна вновь развернулась. Ее взгляд встретился с неспокойным взглядом Миры.

– Может, позвать еще подмогу? Мало ли…

– Нет, не нужно, – прошептала Аннабель, приподнимая подол своего платья. – Если узнает он, будет только хуже.

Мира пожала плечами, хотя идею Анны она не одобряла. У Уэста было больше уважения среди деревенских жителей, чем у пришлой хозяйки или у нового лорда вместе взятых. Но Анна не отчаивалась – она заставит людей вернуться к работе и перестать думать о том, что с появлением Маркуса их жизнь превратится в кошмар.

До амбара они добирались в полной тишине. Около здания Аннабель встретила нескольких крестьян, которые пусть и приветствовали ее, как положено, но делали это сквозь зубы. Уэст же вовсе сплюнул себе под ноги, завидев скромную процессию из замка.

– Ну надо же! – Он развел руками, при этом едко улыбаясь. Его светлые с проседью волосы были взъерошены, на впалых щеках проступили пятна ярости. – Сама хозяйка Высокого замка! Приветствую вас, леди Кроули. Опять и вновь леди Кроули!

Аннабель ощутила, как к ее лицу хлынула кровь – она разозлилась, но, выдержав паузу, когда тихие смешки в амбаре сошли на нет, заговорила:

– И я рада вас видеть, Уэст.

Он изобразил поклон. Анна мысленно пожелала себе удачи.

– И зачем же вы пожаловали, леди Кроули? Неужто решили навестить своих преданных поданных, которые дни и ночи готовят урожай к сбору?

И вновь попытка задеть ее. Анна считала, что ей удалось стать достойной хозяйкой, но Уэст, которого избрали несколько лет назад старшим, все чаще и чаще спорил со своим лордом. Бенджамин не лез в дела деревенских жителей, зная, что те делают свою работу превосходно и без нареканий, но Анна позволила себе большее, став интересоваться жизнью деревни. И, кажется, ее интерес здесь не понравился многим. А после появления нового лорда Кроули так и вовсе точили вилы и готовили факелы, поэтому, когда об этом заявила Мира, Анна сразу поняла, откуда ждать беды. Нет, жители самого замка, возможно, и были против Маркуса, но вот жители деревни могли требовать для себя больше поблажек, ведь именно они снабжали замок едой. Огромные поля, раскинувшиеся под парящим островом, обрабатывались крестьянами из деревни. И Уэст знал, как причинить вред замку, подняв жителей деревни против лорда Кроули. Вот только разговор у Маркуса с ним будет коротким, и лишь Анна понимала это. Пока лишь она.

– Я вижу, что дела идут хорошо. – Она взглянула на огромную гору пшеницы за спиной Уэста и его помощников.

– Да, дела шли хорошо, пока здесь не появился этот, – надменно фыркнул Уэст и вновь сплюнул.

Аннабель поморщилась, за ее спиной вырвалось ругательство. Это Мира была недовольна тем, как с хозяйкой говорил Уэст.

– Разве что-то вам мешает?

Старший засмеялся. Его хохот поддержали прочие крестьяне.

– Да, леди Кроули, мешает, – отсмеявшись, произнес Уэст и сделал несколько шагов к Анне. Та от неожиданности отшатнулась и попятилась, пока в итоге они оба не оказались за пределами ангара. Уэст задрал голову и взглянул на голубое небо. Аннабель проследила за его взглядом, чтобы наконец-то увидеть причину столь нелестного приветствия. В небе парил дракон. Его огромная туша с широкими крыльями, разрезающими облака, медленно кружила у замка. Анна ахнула, прижав ладонь к губам. Из замка она почти не видела дракона, а тот, оказывается, кружил под островом, наводя панику здесь, внизу.

– Если он продолжит и дальше кружить, – теперь Уэст говорил спокойно, но жестко, – то урожай собирать придется вам, леди Кроули. Усмирите своего мужа и его дракона, отправьте их куда-нибудь подальше, чтобы мы могли наконец-то выйти в поля, не боясь, что это чудовище  поджарит нас сверху или сожрет наш скот. Здесь им не место. Ни дракону, ни Лорду-Вершителю.

Анна могла бы проглотить слова Уэста, потому что отчасти была с ним согласна. Для Маркуса все это выглядело как игра в запугивание, а для Анны замок стал новым домом. Рано или поздно Маркус покинет замок, но Анне здесь жить, ведь пойти ей, по сути, больше некуда. Поэтому вместо того, чтобы уйти, Аннабель набрала полную грудь воздуха, медленно выдохнула и посмотрела на умолкнувшего Уэста. За его спиной уже столпились крестьяне, которым было интересно, чем же закончится противостояние хозяйки и старшего.

– Позвольте вам напомнить об одном событии, – произнесла Анна, поражаясь тому, как легко звучал ее голос. Словно в ней не клокотала секундой ранее ярость, смешиваясь со страхом, что все станет только хуже. Сейчас она была собрана и спокойна. – Прошлой зимой ваш сын, малыш Айл, приболел.

Уэст переменился в лице. Теперь дело касалось его семьи, и он не мог проигнорировать слова Аннабель.

– Местные лекари были бессильны, мальчику становилось все хуже и хуже.

Кровь от лица Уэста отлила. Кажется, он начинал понимать, о чем вела речь Анна, но она все равно продолжала говорить, да так громко, чтобы все крестьяне, которые столпились вокруг них, могли услышать ее слова и передать другим.

– Я отправила срочное послание в столицу, и к нам прислали лекаря, который излечил вашего сына. Ведь так?

Уэст резко кивнул.

– Лорд-Вершитель не будет этого делать, – покачала головой Аннабель.

Откуда-то послышались возгласы согласия.

– Не будет выслушивать ваши обращения, разбираться в ссорах, помогать, если что-то случится в вашем доме. Но он на корню уничтожит деревню, если вы посмеете поднять бунт против лорда. И этот дракон, – Анна подняла голову, чтобы увидеть вдалеке черную точку удаляющегося монстра, – спалит ваши дома. Я не хочу вас пугать, ибо мне понятен ваш страх, но хочу вас предупредить – я вам не враг. И лорд Кроули тоже. Здесь он ваш лорд. Здесь он хозяин Высокого замка и мой муж, а я его жена. Поэтому вам стоит принять нового лорда и заниматься своей работой дальше, и не заставлять лорда Маркуса Кроули становиться для вас Лордом-Вершителем.

Лицо Уэста исказилось от злости, но ненадолго. Вскоре он склонил голову и выдохнул. Толпа крестьян молчала. Все они были согласны со словами своей хозяйки и понимали, что поставить что-то против Лорда-Вершителя точно не смогут. Он власть. Он страх. Он глас.

Аннабель развернулась, чтобы встретиться с взглядом изумленной Миры. Она, к удивлению Анны, молчала, ошарашенно выпучив глаза.

– И еще, – произнесла Аннабель, вновь поднимая голову к небу. Дракон скрылся за облаками, где-то очень высоко над замком. – Оставьте мне лорда Кроули и его дракона. – И, сжав кулаки, Анна направилась обратно в замок.