Глава 17

— Ваш нужно сменить гардероб, — между тем продолжил говорить Арнольд. — Если желаете, можете переехать до свадьбы во дворец и там пообщаться с портнихой. Или же она будет приходить сюда порталом в определенные дни.

Сменить гардероб? Я, конечно, за, но… Ох уж это «но»! И ведь понимаю, что Арнольд все равно станет моим мужем, и что денег у меня самой нет. Но вот как-то в подкорку въелось земное воспитание, учившее за все платить самой. Не можешь заплатить? Не покупай вещь. А тут получается, что за меня будут платить…

— Лучше сюда, — с трудом пересилила я себя. — Но я не представляю себе, где буду ее принимать. Не в спальне же. А остальные комнаты я ее не меняла.

— Не меняли? — в голосе Арнольда послышалось удивление.

— Магией, — пояснила я. — Каждая комната требует уйму физических затрат. Здесь все было в отвратительном состоянии до того, как я попыталась сделать все по-своему. Сделала, но потом Инга отпаивала меня настойками.

Пока я рассказывала, глаза Арнольда все больше расширялись.

— Так не должно быть, — заявил он. — Даже сильные маги умеют менять обстановку по щелчку пальцев, а что уж говорить о родственниках богов. Вызовите своего деда, спросите у него, в чем заключается проблема. А портниху я пришлю послезавтра, у вас будет время на подготовку сразу нескольких комнат, — на последних словах он улыбнулся.

Я улыбнулась вместе с ним. Да уж. Недомагичка из меня вышла. Но он прав: надо и деда вызвать, и комнату для портнихи подготовить…

Арнольд ушел, я снова осталась одна, минуту посомневалась, потом все же покрутила кольцо на пальце и представила мысленно деда.

Он появился буквально сразу же, одетый в домашний костюм в серую клетку.

— Рад тебя видеть, милая, — дед обнял меня без стеснения. Эх, мне бы его уверенность в себе. — Что-то случилось?

Я кивнула и вкратце рассказала о проблеме с магией и совете Арнольда.

Дед ухмыльнулся:

— А самой меня позвать? Не дожидаясь общения с женихом?

Я покраснела.

— В другом мире я пыталась делать все сама.

— Самостоятельная ты моя, — вздохнул дед.

Он взял мои ладони в свои, пристально посмотрел мне в глаза. Вроде бы ничего не произошло, но дед удовлетворенно улыбнулся:

— Пойдем в соседнюю комнату, посмотрим, что у тебя получится.

Мы перешли в небольшую комнатку рядом, нежилую, с остатками гобеленов на стенах и тусклыми магическими шарами под потолком.

— Пробуй, — дед отпустил мою руку и кивнул на центр комнаты. — Выходи туда и мысленно представляй то, что хочешь увидеть. Я в процесс вмешиваться не буду.

Ладно, как скажете. Я встала в центре комнаты, закрыла глаза, представила себе свежепобеленные стены, новый светильник под потолком, ковер на полу, небольшую табуреточку и диван для рулонов ткани, молочного цвета занавески на окнах.

Закончив, открыла глаза. Все получилось так, как я и задумывала. Усталости и чувства голода не чувствовалось.

— Отлично, — подал голос от входа дед, — так намного лучше.

Конечно, лучше. Кто же спорит.

— Спасибо, — повернулась я к деду. — Теперь и слабости нет.

— Ее и не было бы, если бы ты заранее предупредила, что собираешься еще до учебы магичить, — ворчливо ответил дед.

— До учебы? — удивилась я.

Это получается, меня собираются не только замуж выдать, но и учить?

Дед то ли прочел мои мысли, то ли увидел их у меня на лице, но хмыкнул и покачал головой.

— Не думаешь же ты, что останешься неучем? Преобразовывать пространство вокруг себя не так уж и сложно. А вот построить переход на большие расстояния — здесь надо уметь владеть магией. Так что сразу после свадьбы, когда ты будешь привязана к этому миру хотя бы избранным, я начну твое обучение.

Отлично. Теперь и к миру привязывают, и учить собираются. Какие еще планы на меня у деда? Не сказать, чтобы я была против обучения. Но вот так ставить в известность, не давать время на размышления… В общем, подобное отношение меня покоробило.

— Ира, — дед сделал несколько шагов, встал рядом и внимательно посмотрел мне в глаза, — ты вся в мать, услышала что-то и тут же накрутила себя. Только Миролава предпочитала скандалить, а ты держишь все в себе.

— Мне кажется, что ты обращаешься со мной, как с вещью, — пожала я плечами. — Делаешь что-то, не спрашивая моего желания. Играешь, будто с куклой.

— Желания, значит, не спрашиваю? — прищурился явно задетый моими словами дед. — Там, на Земле, ты жила, как хотела, многие годы. Ты была счастлива? У тебя имелся достаток? Ты точно рада была бы прожить ту жизнь до конца и умереть в одиночестве? Не нужно отвечать мне, себе ответь. И, желательно, не ври.

Открыл портал и исчез.

Я осталась в комнате одна, вздохнула и отправилась на кухню. После всех сегодняшних волнений мне требовались значительно подкрепиться.

Ингу я обнаружила у плиты. Она варила очередную тушку цыпленка.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Как у нас с припасами? — я уселась на свой любимый стул.

— На три-четыре месяца точно хватит, лейра, — откликнулась Инга.

Что ж, уже легче. За это время я успею выйти замуж и, скорее всего, перееду к мужу, во дворец. Такая перспектива меня, тихоню, не радовала, конечно. Но вряд ли я смогу остаться в усадьбе. А значит, Инге еды будет более чем достаточно. Да и я не собиралась бросать свою помощницу. Еще до свадьбы нужно будет обговорить с дедом этот момент.

Минут через пятнадцать, когда курица окончательно сварилась, мы с Ингой с удовольствием поели ее вместе с шартой и затем, сытые, разошлись по комнатам.

Я отправилась в свою спальню, улеглась на кровать с не дочитанными сказками, задумалась. Нет, дед, конечно, в чем-то прав. Я трусиха еще та. И мне проще жить так, как я привыкла, чем пытаться что-то изменить. Но это же не значит, что меня надо вытаскивать из моей норы за шиворот и кидать в водопад, чтобы научить плавать!

Следующие сутки меня никто не трогал. Я ходила по дому, меняла в нем обстановку и думала, что все же хорошо быть всемогущим существом. Захотел — щелкнул пальцами, и вот, пожалуйста, и новые шторы, причем обязательно молочного цвета, и гобелены на стенах, причем с определенными сюжетами. Да даже стулья, и те можно подобрать по вкусу, с выгнутыми или прямыми ножками. Могу себе представить, сколько денег, сил и времени я потратила бы, если бы меняла обстановку «вручную». Спальню Инги я тоже изменила, по ее просьбе, естественно. И к вечеру Инга наслаждалась обстановкой в нежно-салатовых тонах, с простой, но удобной мебелью.

К концу дня, с перерывами на еду, я закончила обустройство усадьбы. И теперь интерьер больше походил на обстановку какого-нибудь пятизвездочного отеля, чем не реальную усадьбу или дом миллионера. Но мне мыло здесь удобно.

Довольная собой и получившимся результатом, я улеглась в постель. Получилось, что на втором этаже пять спален, три гостиных и мой кабинет. На первом — исключительно подсобные помещения и кухня. В ней я мало что изменила. Печь осталась прежней, рукомойник — тоже. Разве что полочки и шкафчики приобрели цивильный вид, кухонный стол теперь красовался клеенкой, да посуда немного обновилась. В любом случае, находиться в кухне теперь было намного приятней, мне так уж точно.

На следующий день, сразу после завтрака, в усадьбе появилась портниха. Я проводила ее и двух ее помощниц в приготовленную для этого комнату и выжидательно взглянула на них.

Высокая, подвижная, худая, с голубыми глазами и идеальной укладкой, портниха представилась Альриной. Ее помощницы, невысокие девушки, брюнетки с карими глазами, были похожи на нее, как две капли воды. Дочери, видимо.

— Платья каких фасонов желает лейра? — почтительно осведомилась портниха.

Я посмотрела на тюки с тканью, принесенные тремя женщинами и сейчас стоявшие в углу комнаты, и крепко задумалась. Рисовать я не умела, чертить — тоже. Перед моим лицом появился толстенный талмуд с фасонами, услужливо положенный портнихой.

Я кивнула в знак благодарности и принялась листать страницы. Ничего короткого или чересчур вызывающего здесь, конечно, представлено не было. Впрочем, я отлично жила и без таких нарядов.

После недолгих листаний я выбрала классические местные фасоны: почти полностью закрытый лиф, украшенный обычно или нитями, или рюшами, и длинную, в пол, юбку, пышную или разлетающуюся, чаще всего с лентами. Кстати сказать, и портниха, и ее дочери носили наряды именно таких фасонов, только у портнихи не было лент на подоле. И цвет ее платья — темно-синий, в то время как у девичьих — ярко-оранжевый и светло-зеленый. Все три юбки были разлетающимися. Оно и правильно, как тут в пышных работать.

После выбора фасонов начался подбор тканей. Вообще-то, логично было бы принести лишь небольшие отрезы: приложил к телу, увидел, как будет смотреться, не понравилось — отложил в сторону. Как оказалось, далеко не всегда эта тактика срабатывала: нужно было завернуть модель в тот или иной рулон, причем в том числе и перед окном, чтобы посмотреть, как ложится на ткань свет, и только потом выносить вердикт. Меня заворачивали, осматривали, освобождали от ткани, брали другой рулон.

Освободилась я после обеда и чувствовала себя сильно разбитой.

Портниха пообещала подготовить первые наряды уже через пару дней и принести их для окончательной примерки. Я решила не скромничать и заказала весь гардероб, от белья до верхней одежды. Последнюю будут изготавливать не скоро, но до свадьбы гардероб точно обновится. Плюс обувь и аксессуары. И тем, и другим занимались браться портнихи, так что она сняла с меня мерки и пообещала принести полуготовые экземпляры чуть позже.

Остаток дня я пролежала в постели. Мое тело, не привычное к подобному времяпрепровождению, даже не намекало, а открыто заявляло, что каждую неделю так «развлекаться» не намерено. И я его понимала. Хотя, конечно, новый гардероб был необходим. Даже я, с моими чересчур скромными запросами, понимала, что при дворе надо одеваться «дорого-богато», тем более супруге кронпринца.

Ночью меня мучали кошмары — я проводила за примеркой несколько часов, а потом оказывалось, что вся одежда была или мала, или велика мне.

Проснулась я в отвратительном настроении, да еще и голодная — сказалось отсутствие ужина.

Переодевшись в ставшие уже ненавистными кофту, на этот раз темно-серую, и штаны, опять черные, я спустилась на кухню. Наверное, можно было бы поэкспериментировать и изменить одежде цвет и фасон, но мне было проще носить то, что уже сделали за меня, чем выдумывать что-то свое. С мебелью было проще. Там я просто вспоминала предметы интерьера, которые хотела приобрести себе на Земле. С одеждой же я особо не заморачивалась и теперь не хотела неприятных сюрпризов.

На кухне гремела посудой Инга. Она встала раньше меня и сейчас заканчивала готовить. На завтрак у нас были потушенный с травами и овощами свиной окорок и каша из норгары. Всю молочку и хлебобулочные изделия мы недавно успешно доели и снова перешли на злаково-мясную диету, изредка разбавляемую овощами.

— Этот снег когда-нибудь прекратится? — хмуро посмотрела я в окно.

За стеклом опять кружили снежинки, добавляя снежному пласту на подоконнике лишние сантиметры.

— Весной, лейра, — вздохнула Инга. Ей тоже надоела местная погода.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- И сколько осталось времени до такого эпохального события? Два с половиной месяца?

— Два, лейра, если весна ранней будет.

Отлично. Целых два месяца жизни взаперти — шикарная перспектива для ведьмы. Как раз успеет озвереть до нужной степени, чтобы соответствовать своему статусу.

Позавтракали мы с удовольствием. Мясо было нежным, с прожилками жира, а каша — густой и чуть подслащенной. Мой измученный вчерашней примеркой организм пообещал переварить и то, и другое в рекордные сроки.

Время до появления портнихи, целых двое суток, пролетело быстро. Меня никто не трогал, позволяя насладиться последними днями свободы. Я ела, читала, практиковалась в мелких изменениях, которые вносила в интерьер комнат, и беспокоилась, влезу ли я при таком образе жизни в подготовленные наряды.

А потом пришла портниха с первыми платьями, и я поняла, что моя пытка примеркой была не зря. Наряды оказались просто божественно красивыми.