Глава 36. Гостей все больше

Заклятие мы снимали долго и безуспешно. Пока не прибыла делегация Темных.

Они от души веселились и предлагали расставить Светлых по разным местам Академии, чтобы освежить интерьер. Успокоились только, когда я сказала, что их вообще-то тоже сюда не звала и время на них тратить не собираюсь. И ласково попросила покинуть мою территорию и больше никогда тут не появляться.

Извинились и помогли снять чары с одного Светлого. “Оживший” маг поведал, что у них в этот раз приказ изъять несколько детей и оставить тут других провинившихся “на передержку”. И что они планируют замок превратить в режимный объект по типу тюрьмы для тех, чья магия отклоняется от высоких стандартов Светлых.

Сказала, что никого забрать не позволю и что указ Светлого императора мне без разницы, поскольку они самовольно захватили мои земли. И потребовала компенсацию. Я не сама, конечно, до всего этого додумалась, Ниримаске шептал, что говорить. А еще Темные ни на секунду не усомнились, что я наследница Форз и охотно включились в переговоры. Вот у этих людей аппетиты, скажу я вам!

Светлый утирал пот и говорил, что он ничего не решает. Пришлось “оживлять” главного в делегации и начинать заново объясняться с ним. Но он не верил, орал и требовал немедленного исполнения приказа.

– Боги, пошлите мне терпения, а моим гостям – разума, – пробормотала я, устав от споров и возмущенных воплей.

На беду, в этот миг Светлый как раз набирал воздух в грудь, чтобы пойти на новый виток претензий, и мои слова услышали все. К тому времени в “переговорной”, под которую мы определили ближайшую свободную аудиторию, собрались все Темные, мои студенты-активисты, магистры и пара Светлых магов.

Они все и увидели, как в углах сгущаются тени и замогильный голос оттуда вещает:

– Твоя просьба принята к исполнению. Чем ты готова оплатить ее?

Я была уверена, что это Хранитель хочет произвести впечатление, потому решила поддержать его игру:

– Светлых магов в услужение примете?

Тут одна тень соткалась в подобие человеческой фигуры, только сильно закутанной во тьму на манер балахона и заявила:

– Готовы принять двадцать лет твоего служения на выбранном посту.

Я от наглости Ниримаске оторопела на миг.

– Шутите? Я не могу двадцать лет!

– Почему это? – Хранитель явно развлекался, хоть голос и был какой-то безликий, но нотки сарказма там явно присутствовали.

– В декрет хочу! – заявила я юмористу.

А что? Я снова на ногах, еще и хозяйка целого замка. Вот разберусь с претензиями Светлых и начну себе мужа искать. Не сразу, конечно, но лет через пять-десять я вполне к этому буду готова.

– Готова, значит, детишек родить. И от кого же? Признавайся! – грозным голосом продолжал валять дурака Ниримаске.

И одернуть бы его, но при посторонних неудобно. Но разозлил он меня порядком.

– От ректора нашей Академии, лорда Реойта Готье! – ляпнула я.

Тут же зажала рот рукой и перевела негодующий взгляд на фигуру. Не собиралась ведь говорить этого! Ну, Ниримаске, ну погоди! Поговорим мы с тобой.

– Просьба принята! Цена та же – двадцать лет служения на посту заместителя ректора Объединенной Академии Светлых земель. Согласна?

“Соглашайся” – шепнул рядом невидимый Хранитель, и я растерянно кивнула:

– Хорошо.

– Да будет так! – провозгласила фигура. – На всех присутствующих возлагается обязательство донести волю Богов до правителей и остальных причастных.

А потом от фигуры отделились светящиеся шары и один из них ударил меня прямо в лоб. Такой подлости от Хранителя я никак не ожидала! Как и того, что меня просто вырубит этой странной магией.

***

Снился мне Борис Сергеевич, мой начальник в училище. Только был он немного странный, как будто бы он и не он. Черты лица не разглядеть, а глаза все время меняли цвет – то карие, то вдруг голубыми станут, то фиолетовыми. И так они меня заворожили, что я обо всем остальном забыла.

– Что же вы, Карина Евгеньевна, в себе сомневаетесь? – выговаривал мне шеф. – Разве мало проверок мы с вами прошли?

– Много, – соглашалась я, потому как спорить с начальством вообще не привыкла.

– И кто лучше вас все знает? Разве не вы все программы изучили?

– Я, – снова поддакнула, с обожанием глядя на мужчину. Борис Сергеевич никогда во мне не сомневался, за что я ему была очень благодарна. Не то, что некоторые, которые во всем меня подозревают!

При мысли о Реойте Готье сердце тоской захлестнуло. Как бы я хотела, чтобы он тоже в меня поверил!

– Пора доказать делом, Карина, что лучше вас никто с это задачей не справиться. Вы же понимаете, что эти дети никому не нужны?

Кивнула снова. Ни эти дети, ни те, они не нужны даже самим себе. Во всяком случае, они так думают. И общество их в этом охотно поддерживает, окружающие постоянно твердят, что они неудачники, у которых нет ни ума, ни способностей, и что они ни на что не годятся. Много разных гадостей я слышала про наших воспитанников и про себя. А в чем наша вина? В том, что мы не такие, как все? То есть я так всегда и думала, что раз я инвалид, то неполноценна и не могут рассчитывать на то же самое, что могут получить остальные. Но это ведь не так!

Только вот поняла я это, когда оказалась в другом мире. В Объединенной Академии Светлых земель ко мне относились хорошо, пока я ходила на своих двоих, но максимум заботы я получила, когда оказалась в инвалидном кресле. Так может дело не во мне, а в окружающих людях?

– Поэтому вставайте и отправляйтесь работать, Карина. Не зря же мы вас сюда перенесли. Сейчас от вас зависит, насколько юные отверженные маги смогут поверить в себя, а пока они верят только в вас. Но вы же не будете всю жизнь их за ручку водить. Тем более, что ваше желание иметь собственных детей мы исполним в ближайшее время.

Я хотела, как всегда, согласиться и немедленно идти выполнять, что сказали. Только не совсем поняла, что именно от меня требуется сделать. А потом до меня дошло и все остальное.

– Что? Каких детей? Кто исполнит?

– Создатели Окенчара, разумеется. Вы же сами сказали, что хотите детей от Реойта Готье, – сказал мой собеседник, приподняв бровь.

Только сейчас я поняла, что в земном и привычном кабинете моего начальника, в его любимом рабочем кресле сидит совсем другой мужчина. Я бы даже сказала, что какой-то совсем невзрачный и даже щуплый. А я почему-то сижу и как завороженная со всем соглашаюсь.

– Нет, – сказала я. – Я не хочу этого.

– Чего не хотите, детей? – спросил собеседник.

Подумала и помотала головой. Потом кивнула:

– Нет, детей хочу. Но не так, – в горле пересохло, до меня опять с запозданием дошло, что мужчина за столом говорил о том, что он создатель Окенчара. То есть получается, Бог?

– Хм, – задумался творец. – То есть, вы не хотите замуж за Готье? Зачем тогда озвучили нам это желание?

– Хочу, – призналась. – Но не по вашей воле. Не надо его заставлять. Детям я и так постараюсь помочь. Вы только объясните, что конкретно требуется.

– Ну хорошо, – сказал собеседник, снова принимая облик, похожий на Бориса Сергеевича. – Итак, первым делом надо настоять на аттестации адептов…

Дальше мне давали инструкции, и я очень жалела, что в этом то ли сне, то ли беспамятстве со мной нет блокнота и ручки, чтобы все записать. Поэтому оставалось внимательно слушать и старательно все запоминать, по нескольку раз проговаривая про себя значимые моменты.

– Все поняли? – строго спросила меня божественная сущность. К концу нашего разговора это был уже не Борис Сергеевич и не мужчина с необычными глазами, теперь это была фигура, закутанная в тень, как в плащ или балахон.

– Да, – сказала я.

– Тогда возвращайся и помни: Хранитель принял тебя в род и ты, Карина Форз, теперь часть этого мира. На своей земле нет никого сильнее тебя, поверь в это и сама в себя. Если захочешь поговорить, посоветоваться, – приходи в храм, кто-нибудь обязательно придет на твой зов. А сейчас иди работать, потому что насчет твоего служения наша договоренность в силе. На ближайшие двадцать лет ты Хозяйка этой забытой всеми Академии. Но теперь ты не одна.

– Хорошо, я все сделаю, как вы сказали, – я поднялась на ноги и никакого затруднения при этом не испытывала. – Разрешите идти?

– Ступай, – повелела фигура и запустила в меня сгустком тьмы.