Глава 41. Такое странное признание

Вечером прибежал парнишка с запиской, и леди Данг сказала, что можно отправляться в тюрьму и что нас там ждут. Я тут же выбросила все лишние мысли из головы и приняла самый доброжелательный вид. Зачем ректору знать о моих терзаниях и сомнениях. Надо показать ему, что у нас все хорошо и все под контролем.

Но когда я вошла к мужчине, он сразу понял, что меня что-то тревожит. Усадил в кресло в гостиной и принялся расспрашивать.

Вообще то, где содержали лорда Готье, тюрьмой назвать язык бы не повернулся. Никаких решеток, цепей, холода, сырости и полумрака. Это была обычная квартира, только, по меркам Светлых маленькая, скудно обставленная, без окон и выйти из нее было нельзя.

Рассказала мужчине о встрече с его невестой. Он же должен знать, что его, по сути, оговорили.

– Линкс Найтшейд? Да, когда-то эта девушка действительно была моей невестой, – признался ректор. – Но я был уверен, что она погибла.

– Возможно, леди Данг обозналась, – предположила я.

– Эмиссхария? Сестра Темнейшего? Не думаю. Она хоть и кажется надменной и избалованной, на самом деле наблюдательна и далеко не глупа. В Академии она была одной из лучших, что для Темных леди вообще не свойственно. Но злопамятна, изворотлива, хитра и тщеславна, как большинство из них, – сказал Реойт Готье. – Так что обознаться она не могла, а вот подстроить все или просто соврать вполне.

Он сел в кресло напротив, налил мне чаю и рассказал, как было дело. Реойт встречался с этой Линкс, и планировалась свадьба. О большом и светлом чувстве речь не шла, у аристократов так в принципе не принято, скорее она подходила ему по ряду параметров.

Кроме того, девица была ему приятна и симпатична, он был доволен сделанным выбором, и они собирались объявить о помолвке. С этим была не согласна Лисавета. У девушки была подруга, влюбленная в ее старшего брата. Пусть Реойт и Лисавета не были родными, матери у них были разные, но мужчина сестренку любил, опекал, принимал участие в ее делах и был знаком с окружением.

Две малолетних дурочки решили избавиться от неугодной невесты и сорвать помолвку. Сначала они строили свои детские козни, а в день, когда собрались гости, чтобы объявить о помолвке, решили использовать последний шанс. Лисавета была убеждена, что Линкс редкая змея и если она проявит себя, то брат от нее непременно откажется. Они выманили девицу, чтобы спровоцировать и представь ее в невыгодном свете. Но Линкс была сильнее, умнее и опытнее в интригах. В ловушку она не попалась, просто сотворила заклинание, подвесила двух дурех вниз головой и сказала, что сейчас позовет сюда своего жениха. Для девиц сверкать панталонами показалось гораздо унизительнее, чем что-либо другое, и Лисавета сама не поняла как создала свое первое чудовище. Трехголового цербера. Тот кинулся на Линкс и по словам Светлых, выпил из нее всю энергию, после чего девушка погибла, лишенная и магии и жизненных сил.

Рейот прибежал на крики, перехватил контроль над цербером, но подойти к невесте, убедиться что она жива и оказать помощь он не успел. Его схватили и скрутили гости, приглашенные на помолвку. Единственное, что он успел, развеять Пушка и сказать, что это его было его чудовище.

Так его обвинили в нападении и смерти девушки. Семья не дала забрать у Реойта магию, да и Светлые опасались это делать, получившееся чудовище явно отдавало тьмой, и они побоялись “запачкаться”. Год он провел в похожей на эту тюрьме, а потом его и Лисавету выслали в Южную Академию.

Семья Реойта выплатила семье невесты огромную неустойку за сорванную помолвку и компенсацию за якобы смерть девушки.

– Ты знаешь, я даже рад, что так получилось. Не хочу думать, что мог бы быть женат, когда в моей жизни появилась ты, – закончил мужчина. – Оказывается, все это время я думал об Академии, адептах и о том, не обижают ли они тебя. Даже написал отцу, чтобы присмотрел. А еще я очень скучал. Одного не могу понять, почему мне сказали, что меня хочет видеть леди Форз?

– Просто… Я не знала, как защитить детей, а Хранитель замка предложил этот вариант. Я подумала, что это может сработать. Ниримаске сказал, что это ненадолго, пока нет других наследников. И… В общем, теперь я Форз, меня в род приняли, как Темную.

– То есть тебя принял и признал Хранитель рода. Давно ты с ним познакомилась?

– Сразу, как очнулась. Но я тогда не думала, что он настоящий. Все было странным. Я не знала, что умерла в своем мире…

Мы помолчали немного, а потом ректор принялся расспрашивать о делах. А я так и не поняла, как он отнесся к тому, что я теперь вроде как с наследством и хозяйничаю в его Академии. И не знала, как сообщить о том, что Создатели хотят, чтобы я на двадцать лет окончательно там поселилась. Еще получалось, что лорд Готье свободен с своих перемещениях, в смысле будет, когда его отсюда выпустят, а я нет. И он вовсе не обязан быть ректором…

– Карина, случилось что-то еще? Ты слишком погрузилась в себя, – спросил мужчина, внимательно глядя на меня.

Врать не хотелось, сказать правду, что похоже, я влюбилась, тоже не могла. И как быть?

– Я боюсь, что вы не вернетесь в Академию. Если ваша невеста жива-здорова, то ссылка отменяется. Остается только воров, которые магию похищают, поймать, чтобы вас отпустили, и все.

Улыбнулся, протянул руки и взял мои ладони в свои.

– Ты удивительная, Карина. Хочешь, чтобы я остался?

Кивнула. Конечно хочу. Я привыкла к нему. Он хороший и с ним я ничего не боюсь. Недоверчивый только, но оно и понятно, когда собственная невеста мертвой прикидывается, чтобы отступные получить, любой с оглядкой жить будет.

А если Реойт вернется к ней? Она же сказала, что они помирятся и ректор ее простит?

– Карина, ты молчишь. Что тебя тревожит? Не хочешь меня видеть? – мужчина присел передо мной на корточки и не выпуская рук, заглядывал в лицо.

Уткнулась взглядом в колени. Признаваться в своих чувствах, оказывается, очень страшно. Но набралась храбрости и посмотрела ему прямо в глаза:

– Лорд Готье, я не должна вам этого говорить, но скажу. Вы мне очень нравитесь и я боюсь, что после того, как мы найдем, кто ворует магию, вы не вернетесь в Академию. Или вернетесь, но с невестой. Она сказала, что вы ее простите.

Выдохнула и снова уставилась на колени. Стыдно смотреть на него.

– После такого признания я, как порядочный лорд, обязан на вас жениться, леди Форз, – сказал со смешинкой в голосе.

Покачала головой.

– Вы ничего не должны. Я понимаю, что мы не пара. Вы ректор, а я вообще не понятно кто.

– И все же я рискну. Леди Форз, не окажете мне честь стать моей женой? – мужчина опустился на колено и протянул кольцо. И где взял-то?...

Я молчала, молчал и ректор. Смотрел на меня с чуть заметной улыбкой и ждал. А мне… стало страшно. Я говорила, что рядом с ним ничего не боюсь? Это не так.

Страх беспомощности, смерти, одиночества оказались вовсе не такими уж сильными, как боязнь того, что я соглашусь, а он меня отвергнет. Довериться кому-то, когда ты привыкла быть одна, оказалось страшнее. Если ничего не получится? Что тогда? Смогу ли я жить дальше?

Но отказаться и смотреть, как он строит свою судьбу с кем-то еще? Я смогу конечно. Уйду в тень и стану прекрасным преданным работником. И всегда буду его поддерживать. Возможно, что именно для этого я здесь… Я набрала в грудь воздуха, чтобы об этом сказать, и…

– Я согласна, – произнесли мои губы.

Э-э-э? А как?

“Ты слишком много сомневаешься, девочка. Пора стать смелее. А еще мы всегда выполняем свои обещания”, – прозвучало в голове.

– Я рад, моя маленькая. Только пожалуйста не проваливайся так часто за грань, хорошо? – лорд ректор уже держал меня в объятиях, а я даже не заметила, как там оказалась. – Я знаю, что для рода Форз это нормально, но я боюсь, что однажды ты ко мне не вернешься.

– Вернусь. Обязательно вернусь. Я, кажется, люблю вас, Рейот Готье.