Глава 21

Для обеих сторон нужен был шок!

Нечто из ряда вон выходящее, чтобы они отвлеклись и, забыв о взаимной ненависти, не бросились друг на друга.

Выдернув из ножен мизерикордию, я приставила ее острие к своей груди напротив сердца, и прокричала:

- Слушайте все! Если кто-то пошевелится, я убью себя!

Взгляды воинов Бернара и мавров, до этого яростно сверлившие друг друга, скрестились на мне. То есть, несколько мгновений до начала бойни у меня было.

И я продолжила:

- Бернар Андузский! Прикажи своим воинам опустить оружие, иначе мне придется применить моё против себя. И если я умру, ты останешься не только без моих владений, но и без денег, которые тебе должен мой дядя. А, возможно, и лишишься жизни, так как этим сарацинам терять нечего, и драться они будут насмерть!

В повисшей над нами тишине я услышала, как мой жених скрипнул зубами. После чего нехотя проговорил:

- Опустите оружие.

Его подчиненные повиновались, многие – довольно быстро. Оно и понятно. Одно дело, когда с сарацинами бьется профессиональная армия моего дяди, и совсем другое – малочисленный гарнизон и горстка женщин-наемниц. Соответственно, испытывать удачу никто не хотел... И сарацины – в том числе. Ярость, камни и палки – это, конечно, хорошо, но мечи, копья и стрелы всё-таки лучше.

- И чего же ты хочешь, Эрменгарда Нарбоннская? – хмуро проговорил Бернар.

- Единственное чего я хочу – это чтобы ты и твои люди не мешали нам восстанавливать этот за̀мок, - ответила я. - Внутренняя служба, караулы, охрана башен пусть будут на вас. Остальное я, как хозяйка за̀мка, беру на себя.

«Хозяйка замка» я специально выделила голосом, чтобы всем было понятно кто тут главный. Смешно это всё, наверно, смотрелось со стороны, но уж как смогла...

И, что интересно, моё слегка истеричное выступление сработало!

Бернар пожал плечами, закованными в сталь.

- Как пожелаешь, виконтесса. Но если эти обожаемые тобой мавры разорвут тебя и съедят на обед, я буду точно не при чем.

И, повернувшись к своим людям, махнул рукой:

- Все за мной!

Воины ушли за рыцарем, в том числе и те, кто охранял коровник...

Но не все.

Предводительница наемниц подошла ко мне, и, одобрительно усмехнувшись, произнесла:

- Неплохо, виконтесса. А что, правда вогнала бы в себя мизерикордию, если б Бернар решил показать характер?

- Не знаю, - покачала я головой, пряча в ножны оружие, которое выручило меня уже во второй раз. – Сейчас уже не знаю... Но тогда казалось, что смогу.

- В любом случае я впечатлена, - проговорила Элизабет Лотарингская. – Мужчины думают, что сила – это только их право и привилегия. Но они ошибаются. Женщины, конечно, уступают им в физической мощи, но порой превосходят их силой своего духа. И ты только что это доказала!

- Скорее, мы в истериках сильнее, - усмехнулась я. – Видя их, сильный пол теряется и предпочитает с нами не связываться.

- Ты сейчас шутишь как мужчина, - покачала головой наемница. – Не нужно смехом обесценивать свою победу. Только что ты спасла много жизней, и поверь, такое называется не истерикой, а подвигом.

На это я не нашлась что ответить.

Зато нужные слова отыскались у принца.

- Клянусь небесами, эта черноволосая воительница права, - с легким, едва различимым акцентом произнес он, пожирая глазами Элизабет.

- Ты знаешь наш язык? – в один голос удивились и я, и наемница.

- Знаю, - улыбнулся сарацин краем рта.

- А почему не говорил об этом? – поинтересовалась я.

- Потому, что знание – это тайное оружие, обнажать которое имеет смысл лишь по веской причине, - пояснил принц, не сводя глаз с Элизабет.

Интересно... Получается, черноволосая наемница это и есть причина, ради которой принц раскрыл свой секрет? Неужто любовь с первого взгляда? Или же этот брутальный сарацинский мачо, как многие мужчины с эффектной внешностью, быстро загорается – и так же быстро затухает ради того, чтобы вспыхнуть вновь ради очередной понравившейся красотки?

- Красиво сказано, - прищурилась наемница. – Кто ты, мавр? Не похож ты на обычного воина.

- Я принц Мухаммад ибн Марданис, - слегка поклонился предводитель сарацин. – А как мне звать тебя, прекрасная воительница?

- Ну, я пойду, пожалуй, - встряла я в беседу двух людей, похоже, заинтересовавшихся друг другом. Насчет Элизабет не уверена, а вот принц, похоже, запал на нее с первого взгляда. – Мухаммад, если ты прикажешь своим людям следовать моим указаниям, то я бы уже приступила к восстановлению Тортосы.

- Конечно, - кивнул принц. И, возвысив голос, произнес на арабском: - Все слышали? Отныне приказы Эрменгарды Нарбоннской для вас равносильны моим приказам. Бросьте свои палки, и следуйте за ней!

- Да, господин, конечно, как прикажешь, - нестройно отозвались пленники.

А я мысленно выдохнула...

Похоже, только что я совершила маленькую победу. Но почему-то ощущала не радость, а моральную опустошенность, словно мой эмоциональный порыв выпил из меня все силы. Всё-таки не простое это дело направить кинжал себе в грудь будучи твердо уверенной в том, что применишь его если дело зайдет слишком далеко...