Глава 20
Стражники как по команде сделали шаг назад – и немедленно направили мечи мне в живот.
- Назад, госпожа, - проговорил тот, что постарше, с седой бородой и пышными усами. – И ключи верните. А ты, грязный сарацин, возвращайся на свое место!
- Он не вернется туда, - твердо проговорила я, медленно делая шаг вперед. – Мы сейчас уйдем, и вы нам ничего не сделаете. Потому что я – виконтесса Нарбоннская, племянница Рамона Беренгера и невеста рыцаря Бернарда Андузского. И если твой меч нанесет мне хоть малейшую рану, я лично прослежу, чтобы твоя жизнь закончилась на очень медленном костре, когда огонь пожирает сначала ступни, потом колени, потом поднимается выше. Как думаешь, ты умрешь от боли, или оттого, что твоя голова треснет от собственных воплей?
Говоря всё это, я продолжала идти вперед очень медленно, потому, что не имела ни малейшего желания напороться на меч. И хотя стражники, пятясь, опускали их всё ниже и ниже, получить тычок клинком в голень или стопу мне тоже было совершенно неинтересно.
- Что за дьявол вселился в нашу робкую и безответную Эрменгарду? – пробормотал второй стражник, тот, что был помоложе, с аккуратно подстриженной черной бородкой. – Идти на меч ради какого-то мавра...
- Он такой же человек, как и ты! - прорычала я. – И если ты не дашь нам пройти, то клянусь небесами, твоя голова сегодня будет торчать на острие копья возле ворот этого замка!
- Ты как хочешь, Матео, а моя служба на сегодня окончена, - проговорил чернобородый, вкладывая меч в ножны. – Я как-то не готов сейчас отправляться на тот свет. Не выполнишь приказ рыцаря Бернара – отделаешься плетьми. А вот за ранение виконтессы и правда голову с плеч снимут, или поджарят на костре, словно поросенка.
- Твоя правда, - отозвался пожилой стражник. – Пойду-ка я лучше посплю. А то сразу после марша Бернар в караул поставил, а я уже не мальчик, ноги аж трясутся от усталости.
Я же мысленно выдохнула, проходя мимо стражников, офигевших от моего напора. Сообразительный принц шел за мною следом не отставая. Думаю, на поле битвы он был отважным воином. Но, когда находишься безоружным в стане вооруженных врагов, лучше всё-таки не выпендриваться.
Мы вышли во двор крепости, где Мухаммад ибн Марданис сделал глубокий вдох – и зажмурился...
Понимаю его.
Воздух свободы всегда приятнее тюремного, даже если он пропитан запахом гниющей крови и нечистот.
...Принц выдохнул, открыл глаза, посмотрел на меня, и произнес, слегка поклонившись:
- Благодарю вас, виконтесса. Полагаю, ваш жених собирался прикончить меня вместе с моими людьми после того, как замок будет восстановлен.
- Полагаю, вы правы, - отозвалась я. – Только я не позволю ему это сделать, уж поверьте.
- Верю, - сказал Мухаммад ибн Марданис. – И не потому, что трясусь за свою жизнь. Просто почему-то... верю вам, а такое в моей жизни случается не часто.
- Надеюсь, что ваши люди тоже поверят и вам, и мне, - проговорила я. – Пойдемте, а то, боюсь, они скоро выломают двери своей тюрьмы, и тогда здесь начнется кровавое месиво...
Я оказалась недалека от истины.
Когда стражники, повинуясь моему приказу, отперли двери коровника и тут же отбежали в стороны, из темноты вонючего помещения наружу ломанулась толпа. Сжатые костлявые кулаки и глаза, горящие ненавистью, не сулили ничего хорошего. Многие узники успели разломать деревянные перегородки внутри коровника, вооружившись досками и палками. Думаю, охране замка не поздоровилось бы, ибо сарацин было много, а ярость людей, которым нечего терять, помноженная на неожиданность нападения - это всегда отличные бонусы в любом боестолкновении.
Но вместо закованных в латы стражников пленники увидели лишь меня, и человека, который, наверно, единственный в мире имел для них непререкаемый авторитет.
Своего принца...
Толпа, вывалившаяся из коровника, остановилась в нерешительности.
- На колени перед повелителем! – крикнул кто-то из пленников
- Падают ниц перед победителями, - отозвался седобородый пожилой воин со страшным шрамом через все лицо. - Я же вижу перед собой лишь военачальника, проигравшего сражение. Точно такого же, как и мы. А перед равными на колени не становятся.
- Ты прав, старик, - проговорил Мухаммад ибн Марданис, делая шаг вперед. – Я такой же, как и вы, человек из плоти и крови. И я тоже пленник графа Барселоны Рамона Беренгера Четвертого. Но виконтесса Нарбоннская обещала подарить мне свободу в обмен на один месяц работы по восстановлению этой крепости. После чего я получу обратно не только волю, но и свое оружие вместе со снаряжением. Потому сейчас я, как самый обычный человек, пойду восстанавливать стену замка Тортоса, так как свобода за один месяц работы – это хорошая сделка. Есть ли среди вас те, кто готов принять те же условия, не тая в душе мыслей об обмане? Потому что, сбежав, вы предадите не виконтессу, а меня, который готов поручиться за вас перед ней.
Да уж, принц всегда остается принцем... Думая так, я имела в виду не высокомерного мажора, получившего титул по наследству, а настоящего правителя, умеющего мудро и справедливо управлять людьми. Без сомнения, Мухаммад ибн Марданис был прирожденным руководителем, несмотря на его молодость. Потому, что пленники, потоптавшись в замешательстве, принялись один за другим опускаться на колени.
Последним это сделал старик со шрамом.
- Я принимаю условия, предложенные тобой, повелитель, - проговорил он. – Месяц честной работы в обмен на свободу, оружие и снаряжение – это и правда хорошая сделка. Но веришь ли ты словам этой девушки?
- Да, верю, - кивнул Мухаммад ибн Марданис. – И готов поручиться своим именем и своей честью, что она нас не обманет.
- Хорошо, - кивнул пожилой воин. – Мы тоже верим. Но не ей, а тебе. Этим утром между собой мы уже приняли решение победить, либо погибнуть, но сейчас ты, повелитель, дал нам надежду.
Что ж, я была полностью права в своих предположениях. Если б я понадеялась на слова, произнесенные этими людьми возле места казни, то сейчас внутри замка кипела бы новая битва. Но теперь, когда принц Мухаммад ибн Марданис поручился за меня своим словом, думаю, проблем с пленниками быть не должно...
Однако проблема возникла.
Но не с ними.
Ожидаемая проблема...
- Что тут происходит? – спросил Бернар Андузский, подойдя к нам в сопровождении отряда стражников, немедленно направивших на пленников копья и луки с наложенными стрелами. Я увидела, как неподалеку выстроились наемницы, тоже с луками наготове.
- Мне доложили, что ты, дорогая моя невеста, вопреки моему приказу забрала из-под стражи этого предводителя мавров! – прорычал Бернар. - Ты вообще отдаешь себе отчет в том, что делаешь?
Я заметила, как пленники один за другим начали вставать с коленей, при этом поднимая с земли палки и острые обломки досок. Они, конечно, не понимали языка, на котором говорил мой жених, но смысл его слов был ясен и без перевода – как и действия охраны, которой не хватало лишь короткой команды, чтобы начать бойню, которую я только что с таким трудом предотвратила...