Глава 43

Серебряные монеты от купца Барта еще звенели в моей памяти, а в руках Марты уже шелестели страницы «Книги Доходов», куда она с благоговением вносила сумму, способную купить пару хороших волов или годовой запас соли. Мы сидели в кабинете, обсуждая, на что пустить эти деньги — закупить больше овец? Или потратить на новые инструменты для Фридриха? — когда дверь распахнулась, и внутрь влетел запыхавшийся, бледный Годфри.

— Миледи! — он едва перевел дух. —  Беда! Сигнал с вышки! Конный отряд! Знамя… знамя графини Лорвик! По большой дороге! Летят, будто черти на хвосте!

Теплая радость мгновенно испарилась, сменившись ледяным комком в животе. Графиня Лорвик. Наш сюзерен и человек, который мог сгубить моего отца. Человек, от чьей милости зависело очень многое. Человек, который, по слухам, считал Ольденхолл дырой на карте и обузой! И она сейчас ехала сюда. Без предупреждения.

— Сколько? — спросила я, вставая.

— Шесть всадников, миледи. Плюс повозка. Легкая. — Годфри вытер лоб. — Будет здесь через полчаса. Или того меньше.

— Марта! — я повернулась к ней. — Быстро! Приведи все в идеальный порядок. Подай лучший эль и пироги, что есть. Годфри, за тобой деревня. Предупреди Бертольда и Грету. Люди пускай сидят по домам. Никакой суеты на виду. Поля… пусть работают как обычно. Но чтобы все было чисто. Дети… в школе или дома. Иди! Быстро!

Они выскочили из кабинета, как ошпаренные. Я осталась одна. Зачем она едет? Почему сейчас? После зимы, после проблем Кадвала… Проверка? Изымание земель под предлогом «неэффективного управления»? Мысль о том, что все, что мы построили — безопасность, доверие, первые доходы — может рухнуть по воле одного человека, была горькой пилюлей. Нет, так просто она не может отнять землю!

Главное, не поддаваться панике! Я быстро поправила волосы, надела новое платье из тёмно-синего бархата и вышла на крыльцо. Пускай скромно, но со вкусом.

Они появились точно через полчаса. Шесть всадников в латах с гербом графини Лорвик — скрещенные мечи над дубом. И легкая коляска, запряженная парой отличных гнедых. Коляска остановилась у ворот усадьбы. Из нее показалась графиня Лорвик.

Она была не такой, как я представляла. Не тучной аристократкой, а подтянутой женщиной, лет пятидесяти, с острым, как у ястреба, лицом. Глаза — холодные, серые, оценивающие — сразу же скользнули по усадьбе, по двору, по мне, стоящей на крыльце. В её взгляде не было ни любопытства, ни доброжелательности. Была настороженность и… разочарование? Она явно ожидала увидеть руины или, на худой конец, унылое запустение.

— Баронесса Лиана Ольденхолл? — Её голос был низким, будто прокуренным.

— Ваша светлость, — я сделала глубокий, почтительный реверанс, опустив глаза. — Добро пожаловать в Ольденхолл. Для нас великая честь ваш визит.

— Честь? — Она фыркнул, оглядывая аккуратный, подметенный двор, покрашенные ставни, дымок из кухонной трубы. — Судя по донесениям, чести особой не должно быть. Поместье в упадке, крестьяне бедствуют, урожаи мизерные. — Графиня сделала шаг вперед, её взгляд упал на Годфри и Марту, стоявших чуть позади меня. — Удивительно, что вы выжили после зимы. А сейчас, просто привели в порядок фасад к моему приезду?

Её тон был откровенно колючим. Я подняла голову, встретив её холодный взгляд.

— Мы не просто выжили, ваша светлость. Мы работали. И работаем. Добро пожаловать в дом. Скромный, но чистый. Марта, эль, пожалуйста.

Я отступила, пропуская её внутрь. Она прошла мимо меня, окидывая холл, лестницу, открытую дверь в кабинет быстрым, цепким взглядом. За ней проследовали двое её людей — явно советники или охрана. Остальные остались с лошадьми.

В кабинете графиня села не сразу. Прошлась вдоль стены с полками, где стояли наши аккуратные «Книги» учета — «Расходов», «Доходов», «Запасов», «Людей». Потрясла головой, увидев аккуратные грядки ранней зелени за окном.

— Чисто, — пробормотал она, наконец опускаясь в предложенное кресло у камина. — Удивительно чисто для… такого места. И тихо. Никаких жалобщиков у ворот усадьбы. Или вы их прогнали?

— Жалобщиков нет, ваша светлость, — ответила я, принимая из рук Марты поднос с кувшином холодного эля и свежим, еще теплым хлебом с копченой курятиной. — Людям не на что жаловаться. — Я налила эль в кубок и подала ей. — Наш скромный напиток.

Она взяла кубок, отхлебнула, не сводя с меня глаз.

— Не на что жаловаться? — графиня повторила с явным недоверием. — После прошлогоднего неурожая? После такой зимы? Я проезжала мимо владений Кадвала. Картина… удручающая. Голод, болезни, разруха. А тут… — она махнула рукой в сторону окна, — …тишь да гладь. Как вам это удалось, баронесса? Даже долг свой погасили. Что вам помогло… колдовство? Или просто умело прячете проблемы?

Я почувствовала, как закипаю внутри от злости. Но показывать этого было нельзя ни в коем случае.

— Никакого колдовства, ваша светлость. Просто здравый смысл. И трудолюбие. — Я подошла к столу и взяла «Книгу Запасов», открыв ее на зимних записях. — Мы готовились к зиме. Закладывали дров с запасом. Улучшили печи — они дают больше тепла при меньшем расходе. Запасли достаточно зерна, благодаря… новым методам земледелия. И соблюдали строгие правила гигиены и карантина во время эпидемий. Это спасло нас от лишних потерь.

— Новые методы? — Графиня нахмурилась, отставив кубок. — Что за методы? Шарлатанство?

— Напротив, ваша светлость. Наука. Севооборот. — Я открыла другую тетрадь с планом полей, аккуратно расчерченным Бертольдом под мою диктовку. — Мы не истощаем землю, сажая одно и то же. Чередуем культуры. Злаки, бобовые, которые восстанавливают почву. Это дало нам урожай даже в неурожайный год. И позволило пережить зиму без голода. Хотите увидеть поля? Они сейчас в работе.

Её серые глаза сузились. Она молча встала.

— Показывайте.