Глава 51

Пленник побледнел даже под слоем грязи и сажи. Упоминание графини подействовало на него, как ушат ледяной воды.

— Кадвал! — выдохнул он. — Барон Кадвал! Его управляющий… он нашел нас в таверне в Ротенбурге. Дал задание… и половину платы. Остальное — после дела. Сказал… — он глотнул, — …сказал, чтоб «эта колдунья и ее любовник-выскочка запомнили, кто здесь хозяин».

Рядом со мной Седрик напрягся, но не отпустил пленника.

— Подробности, — потребовала я, шагнув ближе. — Когда? Где встречался? Имена управляющего? Детали задания. Говори. Все!

— Три дня назад… — наемник зачастил, видя нашу непреклонность. — В охотничьем домике Кадвала, в лесу за его усадьбой. Управляющий — Генрих, толстый, с бородавкой на носу. Он дал нам схему мельницы… сказал, где лучше поджечь… обещал, что охрана подкуплена. И… — он умолк.

— И что? — поднажал Седрик, снова тряхнув его.

— И сказал, если попадемся… молчать. Что Кадвал нас выкупит или отмажет. Но… — наемник трусливо отвел глаза, — …но графиню он не учел…

— Запишем, — коротко бросила я Годфри. — Свидетели есть. Йенс, ты все слышал?

— Так точно, миледи! — Йенс кивнул.

— Забирайте его, — приказала я парням. — Посадите на замок в пустой ледник. Не забывайте кормить и поить. Он нам еще нужен. Живым и невредимым.

Когда наемника уволокли, я повернулась к Седрику. Он стоял, сжимая и разжимая кулаки, глядя на тлеющие развалины мельницы. Его ярость сменилась холодной решимостью.

— Лиана, — сказал он тихо, но так, что было слышно даже на фоне шипения тлеющих углей. — Ждать нельзя. Ни минуты. Он попытается замести следы. Уволить управляющего, подкупить или устранить свидетелей. Мы должны сейчас же ехать к графине. Со всеми доказательствами, что у нас есть.

Я кивнула. У меня мысль была та же.

— Годфри! — крикнула я. — Собирай все! Досье на Кадвала: отчеты о потравах с подписями старост, записи Фриды и других о слухах! Показания ткачих о шерсти! И этого наемника — мы берем его с собой! Коней! Самых быстрых! И повозку для пленника. Марта! Сухой паек нам в дорогу! Быстро!

Дом снова взорвался суматохой. Седрик схватил меня за руку.

— Я поскачу вперед, предупрежу графиню, что мы едем с чрезвычайным делом. У меня конь быстрее.

— Береги себя, — вырвалось у меня. — Кадвал мог подослать кого-то на дорогу.

— Не посмеет, — усмехнулся Седрик без юмора. — После этого? Он будет прятаться и молиться.

Он развернулся и побежал к конюшне. Я смотрела ему вслед, а потом рванула в кабинет — помогать Годфри собирать наше «оружие» — папки с аккуратными, неумолимыми цифрами и показаниями. Каждая страница — гвоздь в крышку гроба Кадвала.

Дорога к замку графини слилась в один мучительный кошмар. Мы скакали, сменяя лошадей на почтовых станциях, почти не останавливаясь. Пленник в повозке хныкал. Годфри бурчал. Я сжимала папку с документами так, что костяшки пальцев белели. В голове крутились планы, фразы, которыми я обрушу Кадвала. Седрик должен был уже предупредить графиню.

Замок Лорвик возвышался мрачным силуэтом на рассвете третьего дня. У ворот нас уже ждал конный отряд во главе с…Седриком. Он выглядел усталым, но его глаза горели.

— Вперед миледи, — только и сказал он, разворачивая коня. — Графиня ждет. В тронном зале. Сейчас.

Нас провели без задержек. Тронный зал был пугающе пуст и тих в этот ранний час. Только факелы трещали на стенах. И на высоком кресле сидела графиня Лорвик. Не в парадном облачении, а в дорожном плаще, наброшенном на плечи. Рядом стоял Седрик, прямой и неумолимый.

— Баронесса Ольденхолл, — голос графини прозвучал гулко под сводами. — Барон Айхендорф. Вы просили срочной аудиенции. Говорите. И это должно быть очень веско.

Я шагнула вперед. Усталость как рукой сняло. Осталась только холодная решимость и четкость мысли. Я положила толстую папку на стол перед графиней.

— Ваша светлость. Сэр Кадвал, ваш вассал, объявил нам войну. Грязную, подлую войну. И последняя его атака — поджог ветряной мельницы в Ольденхолле, построенной с вашего благословения и ставшей символом процветания ваших земель. — Я открыла папку. — Вот доказательства его преступлений, накапливающихся месяцами. Потравы на спорных землях — свидетельства старост, оценка ущерба. — Я выложила листы. — Умышленная порча имущества — клевета, распространяемая его людьми, показания жителей. — Еще стопка. — Хищение имущества — пропажа шерсти, предназначавшаяся барону Седрику. — Я посмотрела графине прямо в глаза. — И вот — поджог. Умышленный поджог ценного объекта. Схвачен с поличным один из поджигателей — наемник. Он дал показания. Вот они. Заверены мной и бароном Седриком, есть ещё свидетели. И вот — плата наемнику.

Я выложила последние листы и кошель с монетами. На столе перед графиней выросла стопка неопровержимых улик. Графиня Лорвик медленно подняла голову.

— Где наемник? — спросил она тихо, но так, что мурашки побежали по коже.

— Под стражей внизу, ваша светлость, — ответил Годфри.

— Привести, — приказала графиня. — Сейчас же.