22. Прекрасный Алтай. Куда бы ещё сбежать?

Привал был через три часа. С Лохмашки я слезла сама. А вот Жанну пришлось добывать с седла практически насильно.

— Ты зачем в поводья вцепилась? — ворчал проводник, отковыривая по одному пальцы Жанны от кожаного ремня.

— Чтобы не упасть, — призналась кузина, стекая по боку лошади, — знаете, я уже впечатлилась природой. Поехали в отель? Отсюда же можно вызвать такси?!

Мы с Лохмашкой переглянулись. И она, фыркнув, подтолкнула меня под руку, чтобы я не останавливалась — как раз подавала ей воду в ведре. Даже у Ханта из пасти выпала добыча — сапог, который он зачем-то припёр из лесу. Интересно, хозяина обуви ждать следом?

Глупый вопрос — ждать, естественно.

Взъерошенный и хмурый, мужик вылез из кустов совсем рядом со мной. Даже бровью не повела. В отличие от Лохмашки. Нервная кобыла, не ожидавшая гостей, отшатнулась, и махнула хвостом по роже мужика. Копыто просвистело мимо уха — успел отвернуться.

— Тихха, стервь! — прошипел мужлан, который, как оказалось, умел бойко скакать в сторону, — Хант, опять ты, чучело?! Ты с прошлого раза, что ли, сохранился сбегал, когда у нас суп выжрал? Прямо из котелка?! Который не успели с костра снять?!

Судя по счастливому визгу пса, он просто играл. Поэтому сапог пришлось отнимать после активных догоняшек по поляне. Загнанный пёс, впрочем, не расстроился, облизав лицо Лунного.

— Бестолковый кобель, — признал очевидный факт наш проводник, не присоединившийся к нашей разминке на поляне.

Жанна, в принципе, тоже не бегала. Полировала ногти пилочкой, которую чудом успела запихнуть в сумочку. Остальной багаж пришлось оставить на разрушенной базе.

— Да тут всё не слава богу, — процедила кузина, — так, разворачиваемся. Симба, помоги мне забраться на мою кобылу. Мы уезжаем.

Лошадь, на которой она ехала, будто поняв, что речь о ней, помотала головой. Тащиться в ночь животное, глаза которого были поумнее, чем у Жанны, явно не хотело.

Как и Симба… то есть, Дима. Он откровенно отдыхал, вырвавшись из душного офиса и напористой Мариночки на природу.

Здесь, на Алтае, было виски и перспектива угоститься шашлыком. Там, в офисе — скучные бумаги и нескучная, но крайне изобретательная Мариночка. Воспоминания о некоторых идеях новой секретарши он старательно заталкивал в глубины памяти.

— Никто никуда не едет, — прохрипел мужик из леса, натягивая отвоёванный у пса сапог. Пожёванный, в слюнях. Но это была его единственная обувь, — вас ждёт ещё увлекательный вояж в горы, в сопровождении опытных проводников, свежий воздух девственной природы Алтая и… Кириллыч, что там ещё в этой методичке было?!

— Эээ… Питание в лоне природы? — напряг память наш проводник.

— В нём самом, — хмуро подтвердил мужик. И сплюнул на эту самую природу.

— Первая незабываемая ночёвка — здесь, — он ткнул пальцем в сторону скромного домика.

Мы покивали. Синхронно. Даже Лунный прекратил терзать телефон, и присоединился к нашей группе.

— Туалетные комнаты — там, — узловатый палец тыкнулся в сторону леса, — в смысле, девочки под сосну налево, мальчики — под дубок направо. И берегите обувь. Эта псина обожает таскать её прямо с ноги у писающего человека.

— У нас тоже хобби имеются, — сказала Жанна, сглотнув, — а после первой ночёвки, значит, обратно?!

Я предпочла уйти в дом.

Хм. Избушку.

— Для того, чтобы гости почувствовали всю красоту старинного Алтая, мы предлагаем им насладиться утен… атен… Какая зараза писала эти буклеты?!

Проводник отдал мне цветной лист, с которого старательно зачитывал текст. Я продолжила.

— «Насладиться аутентичным проживанием в наших лесных домиках. Которые воссоздают уют жилья древних алтайцев».

Жанна прекратила причитать над сломанным ногтем, и подошла, заинтересовавшись.

— Да они просто мастера своего дела, — восхитилась она интерьером, пнув ветхую тряпку, — это что, музей каменного века?

— Ну не настолько же древних, — оскорбился проводник, — всего лишь ээээ… вечером мамуле позвоню. Спрошу, когда они с батей особняк мастерили. Родовое гнездо Сабашкиных — это вам не хухры-мухры!

М-да. Для древних они слишком новые. Хотя умудрились из домика сотворить нечто, куда зайти можно, только спешно удирая от маньяка. При условии, что внутри не поджидает другой маньяк.

Я с трепетом занесла ногу над дряхлым порогом развалины. Не от благоговения. Боялась наступить на элемент декора натурального происхождения. Судя по запаху, там его было много. Жанна, в принципе, давно уже изучала интерьер. И даже что-то вытряхнула из окна, брезгливо поморщившись.

— Рыба! — хлопнул себя по лбу наш проводник, метнувшись мимо меня в дом. И торжественно вынес, спустя минуту, связку сухих рыбин.

Кажется, источник мерзкого запаха скоро уйдёт. Надеюсь, вместе с представителем рода Сабашкиных. Который был источником не менее мерзкого запаха, чем тухлая рыба.

Лунный, разобравшись со своей лошадью, подошёл позади меня и задумчиво протянул:

— Кстати о еде…

Вот у меня никогда бы не возникли ассоциации — еда и эта тухлая гадость на верёвке. В отличие от Лунного. Тот ещё извращенец, оказывается. На природе каждый, конечно, показывает своё истинное лицо. Но это уже как-то настораживает.

— Кажется, у нас в рюкзаках нет мяса на шашлык. Сухой паёк грызть три дня подряд будет грустно. Дима, отвязывай лошадей. Едем в деревню, купим продукты.

Лунный проигнорировал многозначительно протянутую бутыль, заново отвязывая недоверчиво покосившуюся на него лошадь. И то правда — только вознамерилась отдохнуть, как снова запрягают.

— Друг, поверь, это размягчит любой сухой паёк! Ты даже не заметишь, что жуёшь не шашлык, а гречку в брикетах..

— Чего?! — возмутилась Жанна, выпрыгивая из окна, — Симба, охренел? Сам грызи свою гречку. А Лунные пусть отправятся на охоту за мясом. Окорок не берите. Лучше шейку. И смотрите, чтобы была свинина, а не говядина. А то будет не шашлык, а жвачка «Орбит» со вкусом говядины. И на маринад — киви. Так быстрее мясо приготовится. Чего стоим?! Абориген шурует к мангалу. Симба шевелит лапками в левой спальне. Там грязища, не пройти, не проехать. Лунные, вы чего встали?! У нас тут ответственное мероприятие намечается!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Думаю, где тут в ближайшей деревне киви на деревьях растёт, — мрачно сказала я, глядя на свою уже настроившуюся на отдых кобылу. Та мстительно хрюкнула, оценивающе глядя на меня. И, похоже, прикидывая, в какой именно куст она меня скинет.

Дима ошарашено глядел на швабру, которую ему бесцеремонно впихнули.

— Жанна, а ты разве того… не гордая феминистка? — безнадёжно поинтересовался он, — разве ты позволишь себя унижать мужской помощью? Вдруг я подумаю, что ты слабая, беспомощная женщина?! Которая не может сделать уборку самостоятельно?

— Гордым феминистом назначаю тебя, — отмахнулась Жанна, сурово надзирая над сутулившимся под тяжестью дров проводником.

— Поехали за мясом… пока нас куда-нибудь тоже не назначили, — предложил тихонько Лунный, дотронувшись до моего локтя. Оказывается, уже успел отвязать обеих лошадей, которые едва успели выпить воды и немного пожевать после дороги.

Да я и не против была уехать куда-нибудь подальше от деятельной кузины. Дима, впрочем, рвался нам помочь. Ответственный феминист попытался вручить швабру проводнику, который возмутился.

— Собачьей подстилкой полы мыть? Я еле у мамули выпросил хорошее покрывальце для собачки. А вы его в грязную воду макнули.

Пёс согласно подгавкнул, мотаясь под ногами. И пытаясь выхватить свою собственность из рук Димы. Тот возражать не стал. Отдал и швабру, и тряпку. И хотел слинять следом за нами. Не тратя времени на то, чтобы отвязать свою кобылу.

Но мы-то с Лунным были уже в сёдлах. И, переглянувшись, направили лошадей в сторону дороги, откуда вышли.

Диму на развилке перехватила ругающаяся Жанна. Которая ткнула в него отобранной собачьей подстилкой, и указала в сторону дома.

Лошади рысили по заросшей дороге, виляющей между деревьями. Закрыв глаза, вдохнула свежий лесной, чуть влажный воздух. И вздрогнула от слов Лунного.

— Наша экскурсия сократится до трёх дней, Кукла, — спокойно сказал он, выравнивая кобылу рядом с моей. Которая, впрочем, соседке не обрадовалась. И попробовала её укусить за круп.

Успокоив животных и разведя их на узкой тропе так, чтобы идти хвост в хвост, нам удалось поговорить.

— Проблемы с новым бизнесом? — задала я вполне очевидный вопрос, который назревал, начиная с нашего гавайского встречающего.

— Проблем нет, — пожал плечами Лунный, — эти клоуны, которые попытались протолкнуть мне развалины под видом турбазы, пропустили один маленький, но важный нюанс. Идея купить бизнес на Алтае у меня была немного спонтанной. Возникла в ресторане «Рама-ра». На дне рождения делового партнёра. К которому приехали партнёры из Алтая. Тогда идея филиала «Золушек по вызову» в Барнауле казалась очень даже отличной. И турбазу по дешёвке предложили. Подписал предварительный договор. И забыл, честно говоря. Пока ты на день рождение Лизы не приехала. Вместе с толпой желающих на нас полюбоваться. Решил, что вместе посмотрим, что предлагают в глуши. Пункт о том, что в течение двух недель могу отказаться от сделки, и деньги на защищённом счёте до этого времени, бывший владелец как-то упустил… Долю в «Золушках» тоже восстановил. Хорошо хоть, в контракт тоже включил время охлаждения. И успел им воспользоваться.

Нужный пунктик, я так понимаю, владелец турбазы пропустил под большим градусом, и большой эйфорией от удачной сделки. И Лунный не просто так спокойный ходит. Уже дал команду отозвать договор. Я бы на его месте сделала бы точно также.

Лунный снова резко осадил кобылу. Я немного задумалась, и как-то упустила этот момент. Поэтому едва успела отдёрнуть морду своей Лохмашки, которая зловеще щёлкнула зубами, от крупа его недовольной лошади.

— Алиса, ты согласна принять нас с Лизой? — немного нервно спросил он, — ты единственная, кто понравился и мне, и ей одновременно. Просто дай нам шанс нам понравится. Давай после Алтая уедем куда-нибудь ещё? Без Жанны и этого… Симбы. Только вернуться надо до конца недели. Боюсь Лизу оставлять с этим чудовищем.

— С Лахудрой? — попробовала сообразить, кого он имеет в виду. С Ланой Харитоновной даже муж побаивается наедине оставаться. А тут ей настоящего ребёнка доверили.

— Да нет. Кот, которого Лиза купила на ярмарке… Лунтик. О чём я только думал, когда его из клетки разрешил вытащить? В общем, Алиса, нам срочно надо решить, когда свадьба, и возвращаться домой. Не хочу терять времени.

Помнится, давали мне время «на привыкнуть к семейству Лунных и, кстати, к фамилии», целую неделю. И так резко сократили до трёх дней?

А знакомство с мамой?!

А знакомство с его мамой?

Знакомство моей мамы с Лизой и Лунтиком, в конце концов. Хотя, уверена, что кота она одобрит. И девочку — тоже. Кажется, зря я так много говорила ей о боссе и его постоянно меняющихся девушках. Очень уж они были одинаковыми, как с одного конвейера. Выделилась только последняя. И то — губами-медузками. Как вспомню, так вздрогну.

— Дочь, кошак гулящий этот твой начальник, — экспертным тоном заявила она как-то за чаем, — даже не знаю, кто его может зацепить так, чтобы действительно чувства появились. Калейдоскоп клонированных девиц выдержать, и циником не стать — нереально.

Я знаю, как его зацепить. Переодеться в куклу. И приковылять на высоченных каблуках в офис. Лайфхак для начинающих, так сказать. Сколько у него работаю, всегда была невидимкой. А стоило надеть ядовито-розовое платье, как меня заметили. И он, и его дочь.

Вот только не останусь ли для них Куклой навсегда? Не хотелось бы.

Размышления прервал Лунный. Я не ожидала, что меня схватят в охапку. Прямо с седла. Лохмашка тоже не поняла, с какой радости ей такой подарок делают — стаскивают всадницу со спины. И, на всякий случай, цапнула кобылу Лунного, куда дотянулась. То есть, в бок. Та, в свою очередь, не ожидала двойной подлянки — мало того, что веса добавилось, так ещё и покусали вдобавок.

Вы никогда не скакали на лошади, вдвоём с женихом, потенциально любимым, упоённо визжа, и цепляясь за развевающуюся гриву? И не надо. Аттракцион на откровенного любителя. К которым я себя никак не могла отнести.

Когда Лунный смог остановить кобылу, злобно на него смотрела не только она, но и я.

— Девушки ведь любят неожиданные сюрпризы и романтичные поступки, — утвердительным тоном сказал бывший начальник, в полной уверенности, что поразил меня в самое сердце. Кстати, не ошибся.

— Коля…

Это у меня от неожиданности вырвалось. В короткое имя уместилась вся ругань, которая почему-то застряла в горле.

— Давай ты романтично купишь мясо, и неожиданно пожаришь шашлык, — предложила я свой вариант, как быстрее меня можно расположить к себе, — ужин меня больше удивит, чем утаскивание куда-либо. На чём-либо.

Лохмашка, что удивительно, никуда не убежала. И даже разрешила на себя сесть снова. Но от кобылы Лунного держалась подальше. Во избежание мести с её стороны.