Глава 41

Это было волшебно! Представляя часы, я не предполагала, что они будут настолько огромными! Сооружение восхищало, невольно вызывая уважение к Фентону, что он смог создать такое.

— Это невероятно, — глухим голосом прошептала, замерев в центре зала, осматривая удивительное место.

— Да, Фентон прекрасный учёный, — пробормотал Далер, проходя к ступеням, ведущим к часам, — я так часто здесь бывал, что запомнил всё до мельчащих подробностей.

— Ты хотел уйти?

— Нет, первое время мне было интересно, покинув поместье, я отправился путешествовать. Посмотрел мир, вернулся, но к этому моменту часы были сломаны, а сумасшедший старик стал призраком. Попытки исправить поломку ни к чему не привели, а Фентон отказывался помогать.

— Он знает, как их отремонтировать?

— Знает, но не говорит, — усмехнулся Далер, бросив неприязненный взгляд на часы, проронил, — сейчас я хочу лишь сдвинуть с мёртвой точки мои часы и состариться рядом с любимой.

— Кхм… идём, здесь довольно холодно, — сказала, обхватив себя руками, быстро направилась к выходу.

— Катарина, мне скоро потребуется уехать в столицу… я хочу, чтобы ты знала, что я вернусь.

— Мы будем рады, — улыбнулась Далеру, поднимаясь, по пружинистым из-за мха, ступенькам.

— А ты?

— И я, — неопределённо пожала плечами, с явным облегчением выдыхая, стоило покинуть подземелье.

К дому возвращались в тишине, не знаю, о чём думал Далер, мои же мысли были только об одном, как уговорить старика и отремонтировать часы. Проходя мимо полянки с клубникой, мы немного задержались, бросая друг на друга украдкой задумчивые взгляды, лакомились спелой, сладкой ягодой. После, набрав в платок Далера пару горсточек, двинулись дальше и только у самого дома, когда до крыльца осталось всего два шага, мужчина заговорил:

— Катарина, я прошу тебя не уходить до моего возвращения.

— Хорошо, — пообещала, поспешила к дому, почему-то после вчерашних новостей, меня стало немного нервировать общество Далера.

— Мама! Наташа сказала, вы ходили к часам? — встретила нас Алинка, сбежав по ступеням, — как там?

— Холодно, жутковато, но невероятно прекрасно! — воскликнула, окинув беглым взглядом холл, кухню и лестницу, проговорила, — Фентон ты волшебник! Я с трудом представляю себе, как ты смог сотворить такое чудо!

— Больше трёх лет строил, — проговорил старик, высунув голову из стены, — труднее всего было перенести части основания часов.

— Ты гениальный учёный! — торжественно заявила, подмигнув Алинке и замершей между кухней и холлом Наташе, добавила, — позже я вам покажу это величественное сооружение.

— Ура! — закричал радостный ребёнок, тут же спохватившись, протараторила, — я позавтракала, ягоду забрала и побежала к Парсонам.

— Передавай привет и долго не задерживайся, — напутствовала дочь, поворачиваясь к подруге, — а Чарлз где?

— Ушёл, но вечером вернётся, и мы сходим прогуляться, а сейчас мне тоже пора приступить к работе, — проговорила Наташа, подхватив перчатки и корзинку, со смешком сказала, — огурцы сами себя не соберут, а сорняки в моркови не исчезнут. И Кать, может, посолим пару баночек? Очень хочется солёненького огурчика.

— Ты… — невольно подалась к девушке, обеспокоенно всматриваясь.

— Нет! Вот ещё, — тут же возразила подруга, в одно мгновение успокоив меня. Всё же мир здесь отсталый и кто его знает, как отнесутся к такому родители Чарлза.

— И мне пора, завтра мне придётся уехать, но я постараюсь быстро уладить все срочные вопросы, — произнёс Далер, вдруг сделав всего лишь шаг, сжал меня в крепких объятиях — поцеловал. Это был удивительно нежный и чувственный поцелуй. В нём чувствовалась невыносимая тоска, мужчина словно утопающий искал в этом поцелуе опору. Изучая мои губы, ласково касаясь своими, он будто хотел доказать, убедить меня в чём-то. Не отрываясь и на секунду, Далер рассказал мне всё, что он сейчас испытывает, погружая мою душу в ещё большие сомнения.

— Прости, — прохрипел мужнина, несколько минут не сводил с меня свой пронзительный взгляд, продолжая удерживать в таких ласковых, крепких и надёжных объятиях. После коротко кивнув, резко развернулся, быстрым широким шагом покинул дом.

— Кать… Чарлз меня так никогда не целовал, — пробормотала Наташка, ставшая свидетелем этой странной сцены, едва слышно прошептала, — Далер так тебя любит.

— Наверное, — натянуто улыбнулась, находясь в полном раздрае. Необъяснимое волнение и тяга к этому мужчине боролись с обязательствами перед дочерью и родными. Впервые я не знала, как поступить, не знала, каким будет верным решением, уйти или остаться.

— Эээ… я вижу, ты ещё не пришла в себя, — усмехнулась подруга, прерывая мои тягостные мысли, махнув рукой в сторону выхода, проговорила, — я пошла.

— Удачной прополки, — кивнула девушке, медленно развернулась к лестнице, едва поднимая ноги, отправилась наверх. В комнате переодевшись в рабочую одежду, я решила сначала заняться обедом, ну или ужином, а после вернуться к наведению порядка в комнатах. Основную грязь мы давно отмыли, свисающие обои сняли, а вот деревянные панели не мешало бы хорошенько очистить и покрасить. За работой я немного отвлекалась, бегая между столом и плитой, бурча себе под нос незатейливые песенки, быстро управилась с ужином. И прибрав за собой форменный кошмар, бодрой рысцой рванула на второй этаж.

— Ты правда собралась уйти? — проворчал старик, преградивший мне путь в коридоре, — а как же мы?

— Я не знаю, правда не знаю! — устало выкрикнула, не желая больше думать об этом и злясь, что Фентон вновь напомнил мне о непростом выборе, — у меня есть дочь и там ей будет лучше! Там её мир! Там друзья! Родные! Там её ждёт будущее, а здесь? Что ждёт её здесь? Она мечтала стать врачом, какие знания она получит в этом отсталом времени?

— Идём! Я скажу, что сделать, — вдруг произнёс призрак, проплывая мимо меня, даже ни разу не взглянув в мою сторону.

— Ты скажешь, как отремонтировать часы?

— Да и скажу, как поставить стрелки, чтобы вы с Алиной смогли вернуться домой.

— Спасибо, — неверующе просипела, следуя за хмурым стариком, и вскоре мы остановились у двери, ведущей в подземелье под холмом.

— Спускайся, но будь осторожна, на пятой ступени выбоина, — проворчал Фентон, первый влетая в тёмный зев. Я не заставила себя долго ждать, ринулась за ним и уже через пару минут, снова с восхищением смотрела на невероятное сооружение.

— Здесь открой и аккуратно, она и в мои времена была тугой, — приказал дед, зависнув напротив узкой дверцы, — сильней дёрни, поди заржавела, почитай, лет сто сюда никто не заглядывал.

— Так... ещё раз, — пропыхтела, опираясь ногами о какой-то камень, с силой дёрнула, — Ура! Открылась!

— Теперь возьми ту бутылочку, там масло и смажь эту маленькую пружинку, — ткнул пальцем старик в нужное место, через минуту удовлетворённо проговорил, — молодец, теперь…

Больше трёх часов я провела в этом промозглом склепе, ремонтируя потрясающее сооружение, под внимательным взглядом Фентона. Порой было очень трудно добраться до узких мест, некоторые гайки отказывались проворачиваться, а грязь, ржавчина и мазута, наверное, навсегда въелась в мои руки, лицо и волосы. Но всё же под чутким руководством гениального учёного я справилась, стрелки сдвинулись с мёртвого места, громкими щелчками снова стали отсчитывать время. Фентон всё же сдержал своё обещание и показал, как выставить часы, чтобы я и Алинка вернулись в то же время и место, откуда нас перенесло в Ингвиль. Напомнив, что любое изменение времени влечёт за собой последствия, как всегда, не попрощавшись — исчез. Уже дома, приведя себя в порядок, сидя на крыльце, дожидаясь возвращения дочери и подруги, наблюдая, как солнце прячется за горой Хархэм, подумала, что возможно именно наше появление в Ингвиль, изменило ход времени жизни семьи Парсонов…