Глава 31

* * *

Изабель Ретель-Бор

Вот и началось изготовление дорожного покрытия. Так как битум взять мне пока негде, дороги будем делать бетонными. А что? Вполне себе хороший материал и при правильных пропорциях практически вечный.

Древние римляне так и вовсе делали его таким прочным, что наши до сих пор удивляются, как это они умудрились?

Всё просто, оказывается, во время химической реакции между бетоном и морской водой формируется редкий минерал, который и укрепляет материал. Волнорезы так и вовсе со временем становятся лишь крепче… Но нам волнорезы пока что ни к чему.

Самым сложным, оказалось, найти ингредиенты, но на выручку пришёл градоправитель Маркус Элфер. Его-то и озадачила своими требованиями, подробно напомнив, для каких целей.

Когда людям стало известно про золото в горах и отобрали самых крепких и сильных мужчин, я ожидала чего угодно, ведь это неожиданные вести. Золото в графстве — это сытое будущее всех, кто живёт тут рядом. Но никого сильно не удивило сие известие, потому что уже привыкли к сюрпризам от меня и решили, что обнаруженная жила — это благодать от Инмария за мои добрые дела. Ко мне и моей команде стали относиться ещё с более глубоким уважением и чуть ли ни как к святым. Да и видела я каждое дело насквозь, и не было никакой возможности у людей обмануть меня даже в мелочах, а хотя некоторые пытались, думая, что у меня глаз нету.

А некоторые из моей команды так и вовсе суровую работу прошёл, так сказать, собственным горбом.

Лентяев у нас никто не жаловал и быстро их уму-разуму научили. Безопасно и сыто нравится всем жить, так что бездельники в один миг излечились от всех своих надуманных недугов.

Поставили шахты. Готовился бетон. Люди работали. В деревнях начинался обильный посев. Урожай хороший будет.

В каждой работе, в каждом новом изделии— человеческий труд и пот. Тысячи разных работ ведутся в графстве Ретель-Бор. Это воистину чудо, что я смогла организовать и направить людей в нужном направлении. Гладко всё получилось. Люди послушно шли за мной. Верили, несмотря на то что я женщина вроде как. А вера стольких людей дорогого стоит.

Особенно это подтвердилось, когда ко мне стали приходить за решением споров. Я на своих землях в отсутствии мужа — и Хозяйка, и Судья, и прочая… кхм-кхм, в хорошем смысле.

На полях снег стараются удержать, чтобы быстро не стаял, а поил землю водой, дабы плодородная потом была. Но это всё часть, а не все работы. В деревнях земледелие, скотоводство, в графском замке — производство сложных изделий, подготовка к масштабному строительству дорог и добыче золота.

Но самое лучшее время в графстве — это когда люди видят результат трудов своих и моих. Результат этот как бы венчает и возвышает все усилия людей. Гордость за душу так и берёт. Даже, казалось бы, в мелком производстве.

Взять то же мыло.

Тут уже умеют его варить, но стоит оно бешеных денег и пахнет даже с ароматическими травяными добавками, как наше любимое хозяйственное.

И дело это тут называется «поташное ремесло» — по названию вещества «поташ», получаемого из древесной золы. Берётся поташ и жиры и варится самое настоящее мыло.

Простые же люди в качестве очищающего средства пользуются полусырой картошкой или ещё проще, кто совсем беден, как это было в моём графстве совсем недавно — золой. Но у моих людей порой и золы не было, грязные ходили, особенно если учитывать тот факт, что мыться-то часто не принято.

Но я быстро всех своих отучила от этой вредной привычки. Бани в особенности помогли. После хорошей пропарки сложно грязным из бани выйти. Такой почесун у многих случился, что отскребались люфой и мылом и скрабами на меду только так.

В общем, да здравствует чистота!

Мы коллективным мозговым штурмом вывели формулу и состав будущего мыла: шестьдесят три процента копрового масла (Маркус достал чудесный ингредиент!), девять процентов морской воды и двадцать восемь процентов обычной воды. А дальше уже наши дамы начали экспериментировать.

И так во всём. Мне особо не приходилось сильно выдумывать, главное направить, задать нужный вектор и люди сами творили новое!

Вот это действительно чудо.

Наступает утро. Едва солнце окрашивает небо, ещё деревья сонливо шелестят ветвями, роса с травы ещё не сбежала, а уже каждый спешит трудиться. Ведь день короткий, успеть охота каждому как можно больше.

Моей гордостью становится стекло — ещё пока хрупкое, кривое, всё в пузырях, но самое настоящее стекло.

Мастера, что трудились до седьмого пота каждый божий день и слушали мои причитания, недовольства, молчали, когда выносила им мозг, прыгали от радости и кричали так рьяно и счастливо, как даже на рождение детей не радовались. Ещё бы, стекло… А потом зеркала.

Маркуса и Антония я тоже порядком заклевала. Конечно, зеркала — это вам не металл начищенный и не серебро. Отражение такое, словно двойника видишь. Дико, страшно, но так захватывающе интересно.

Антоний взял на себя ношу донести до всех, что зеркала безопасны и это не изделие из мира Тинария.

Пока он этот вопрос не решит, в промышленных масштабах зеркала не делаем, но зато обеспечили ими всех себя в замке, а кто-то из деревень оплатой за работу себе взял. У меня нынче в деревнях люди хорошо живут, зажиточно. Кто воровать сначала пытался — свои же на путь истинный и вернули, кому и слова оказалось достаточно, а кого и мордой по земле пришлось повалять, да пару рёбер пересчитать.

В замке слюдяные оконницы заменялись на стеклянные. Я кривилась, видя их несовершенства, а остальные замирали от восторга.

Стеклянная посуда — второй этап, которым озадачила мастеров. Но те уже знали, что смогут. Однозначно смогут.

Керуш продвинулся в изучениях природы человеческого тела. Когда я поделилась своими скудными знаниями в области медицины, он и то был поражён, насколько многого не знает. Но благодаря моему разрешению изучать человека после смерти (после звонкого согласования с родственниками), он уже мог однозначно излечить многие болезни, которые до сих пор не знали, как хотя бы ослабить.

Всё-таки быть магом ещё не значит, что ты что-то сможешь. Для целителя важно знать, как работает человеческое тело изнутри, ка проходят его процессы, дабы можно было диагностировать, а потом уж и лечить недуг.

Керуш осознал силу диагностики. Оказывается важно не просто лечить, а ещё знать, что ты лечишь!

Эх, средние века, они такие порой дикие…

Но вернусь к быту.

Мастера по дереву тоже многое сделали для замка и людей. Новая мебель, более нарядная и лёгкая. Уродливые лавки заменялись креслами и стульями с резьбой виртуозной и обтягивались объёмными подушками, дабы седалищу мягонько было.

Ляпота. Астер, когда видел результат трудов моих, точнее не моих… вы поняли, осыпал меня такими комплиментами и искренне восхищался моими талантами, знаниями и умом.

Но самое главное, он не бычился и не говорил, что ты женщина — знай своё место! Ты не должна быть умом выше меня!

Мы обсудили с ним вопрос, что когда он вернётся, всё в графстве уже будет не так, как он привык. Люди привыкли ко мне, они считают меня Хозяйкой… Будет ли такое же почтительное отношение к графу?..

На что Астер сказал весьма мудрую вещь:

— Я понял, что ты точно такая же сила природы, как ветер или море. Усмирить — себе дороже. Но если быть рядом и помочь направить эту энергию на пользу — будет благо всем. Меня не страшит тот факт, что обо мне могут говорить как о втором человеке в нашей семье. Я познал тёмную магию, Изабель и мне всю жизнь придётся её удерживать внутри в жёстком хвате. То что ты рядом со мной и сильна характером — огромная радость для меня и моих земель… Благодарю твой мир, что он подарил мне и моему миру тебя…

Согласны? Идеальней мужчину просто не найти…

* * *

Астер Ретель-Бор

— Хеймд… ты так и не нашёл предателя Зеррана?

— Никак нет. Не чую его ни по крови, ни по магии. Словно сдох, как старый пёс.

— Этот не сдохнет так просто, — вздыхаю я, собираясь в путь.

— Ты уже можешь пробовать искать его своей силой, — говорит ворон. — Тьма легко обнаружит кого угодно.

— Согласен с тобой, но какую плату она потребует, не знаешь, — спрашиваю ехидно.

— Если хорошо усмирил силу, то напоишь её своей кровью. Резанёшь ладонь и позволишь ей напиться.

— Иссушит меня, — хмыкаю. — Так с женой и не увижусь никогда.

— Не иссушит. Нет в том тьме выгоды.

— Что ж, проверим. В пути на первом привале попробую, погляжу, что выйдет из этого… А теперь, в путь, Хеймд. Пора, наконец, домой.

— Давно пора. Говорил тебе, Изабель своей силой поможет тебе.

— Я не мог рисковать, но сейчас, когда тьма во мне уже усмирена, могу выйти к людям и быть уверенным, что сдержу её, коли решит порезвиться и взбрыкнуть.

Осматриваю дом друида, который стал и для меня временным приютом. Бережно вешаю на пояс кельранский меч и, улыбаясь, с лёгким сердцем покидаю это одинокое место.

Возвращаюсь домой.

* * *

Астер Ретель-Бор

Горы, леса, просторная долина, деревеньки, что тянутся поодаль — мои. Это мой дом, моё графство. Всё здесь такое же, как и было до войны, ничто не изменилось, и вода в речках горных такая же на вкус — сладкая, ледяная.

Иду по своей земле и чувствую радость от того, что я дома. Всё здесь просто и хорошо: аромат земли, запахи дыма и стряпни, насыщенный воздух полей, свежей зелени и животных. Всё как всегда, но не совсем.

Дома выглядят по-иному: статные и обновлённые; улочки чистые; домашний скот такой, словно за ними ухаживают и чешут, дабы шерсть у овец не свалялась, да моют, что шкуры даже у коров блестят на солнце, не хуже, чем шкура начищенного коня!

Люди много смеются, улыбаются, никто не ругается, говорят негромко и неспешно. Работа везде идёт на лад. Детишки играют или помогают.

Качаю головой и киваю деревенским, которые умолкают и глядят на меня с удивлением и любопытством, но пока ещё никто не признал в исхудавшем воине в кольчуге графа Ретель-Бор.

Ворон летит высоко, внимания не привлекает.

Глубоко вдыхаю, вбирая в себя запахи дома, и улыбаюсь.

Как же я рад вернуться.

Не думал, что аромат земли будет так остро возбуждать всё моё существо. Даже дышать сейчас одно наслаждение.

Но не только возвращение в сам дом радует меня.

Изабель… Она ждёт.

Кто бы мог подумать, что душа иного мира так поразит меня, откроется и доверит мне свою тайну, и станет такой желанной. Великолепная Изабель.

Вода…

Из каменного колодца парень воду набирает. Подхожу под настороженным взглядом людей.

А мне хочется домашней воды, холодной и плотной, и всласть ею напиться.

Вижу старика, что подходит к молодцу.

— Дня доброго, — говорит старик. — Откуда путь держишь, бравый воин и куда бредёшь?

— И вам доброго дня, отец, — отвечаю тихо. — Можно сначала мне напиться?

Старик подходит к колодцу, где стоит ведро с водой и набирает полную чашу.

— Пожалуйста, — протягивает он мне воды. — У нас вкусная вода. Вода с гор идёт, долиной напитывается. Самая лучшая из всех в мире! Так графинюшка наша говорит и хвалит нашу водичку.

— Значит, лучшая во всём мире? — улыбаюсь хитро и начинаю пить.

Да, наша вода это сама жизнь.

Нежный и сладкий вкус воды изумляет, я успел позабыть, какова она на вкус и как живительна она.

Великий Инмарий, как прекрасно и хорошо!

Чувствовую, как водичка течёт в моём теле и освежает. Напившись, возвращаю чашу и говорю:

— Да, вам всем здорово повезло с водой!

— Ещё хотите?

— Хочу.

Выпиваю ещё три чаши. Люди поражены.

— Вот это да… — тянет старик удивлённо. — Сильно-то вас жажда утомила. Сколько же вы не пили?

— Как на войну ушёл…

Старик глядит на меня, и во взгляде его вижу просветление и узнавание. Мотаю головой, дабы не выдавал:

— Тогда… с возвращением… бравый воин. Может, лошадку вам надо?

— А дадите? — улыбаюсь широко.

— А то ж! Эй! Химка! Быстро подай нашего конька воину, да поживее!

Хорошо тут.

Какая же Изабель молодец. Счастливые люди — это ж редкость невиданная. А они вон видно — сытые, мытые, хорошо все одетые, глаза добрые… И правда, нам её сам Инмарий послал.

Конь относит меня домой быстрее самого ветра.

Вскоре я скачу по долине и вижу стены своего родного замка.

А потом…

Потом вижу фигурку, что бежит мне навстречу… Алое платье развивается на ветру. Распущенные длинные волосы летят следом блестящим тёмным плащом.

Изабель…

— Астер! — звонкий голос.

Спрыгиваю с коня и бегу к ней, чтобы подхватить, прижать наконец к себе и ощутить её всю: её тело, её тепло, запах и понять, что она реальна и я не придумал себе сказочную женщину…

Нет, не придумал.

Настоящая…

— Изабель… — выдыхаю имя любимой женщины, которую встретил в святой обители.

— Наконец, ты дома…

Крепкие объятия и желанный поцелуй, который был нам недоступен так долго…

Эпилог

* * *

Изабель Ретель-Бор

— Ты уверен, что это Зерран? — переспрашиваю мужа в сотый, а то и тысячный раз. — Может, стоит ещё раз убедиться? Вдруг, он так всё обставил, чтобы мы поверили? В моём мире постановочные смерти используют, дабы потом вернуться в «подходящий» момент и всех прикончить. Вот будет эпичный у нас финал!

— Тьма не обманывает, Изабель, — насмешливо повторяет Астер. — Как бы там ни было, но Зерран заслужил такой исход.

Так вышло, что Зерран, когда бежал из замка, прихватил с собой немного золота, сколько хватило у него карманов — все набил, но по пути в лесах соседнего графства нарвался на шайку разбойников. Даже владея магией, мужчина с золотыми зубками не выстоял против сотни голодных и жадных маргиналов.

С разукрашенным лицом, сильно раненным глазом, благодаря Хеймду, ему пришлось выбирать — кошелёк или жизнь. Обессиленный, он выбрал жизнь… Правда, пришлось лишиться золотых зубов.

Но Зерран был не только хитёр, но и живуч. Сдался он понарошку, чтобы в нужное время и от разбойников бежать. Ведь у Зеррана, как потом выяснилось, были связи в самой столице!

Бежал. И угодил в одну из ловушек, поставленных разбойниками.

Колья в яме никому ещё здоровья не добавили. И Зеррану не повезло.

Астер говорит, что Зерран умирал долго и в диких муках. Но если честно, мне его не жаль, вот нисколько. Была б моя воля, ещё бы и добавила.

Что-то с беременностью я кровожадной стала.

Но зато с эпичным возвращением графа жизнь как-то по-другому пошла.

Астер сам вырастил громадьё идей и взял в свои руки все мои начинания.

И знаете, я действительно поняла, что всё встало на свои места. Муж при деле, я радом с ним. Вечерами после жарких объятий обсуждаем прошедший день и советуемся друг с другом. Астер никогда не пренебрегает моим мнением и не стесняется на людях, даже простых и знатных, интересоваться у меня, что я думаю.

Такое поведение многим стало примером идеальных отношений между мужчиной и женщиной.

Женщины увидели, что мужчина может обращаться с женой достойно, а не так, мол, дура, быстро воды принесла!

А мужчины увидели, что женщина при должном обращении, смотрит так, что мир перевернуть охота, а уж как она ласкова может быть ночью, да в кружевах…

Но всё равно, для многих наши отношения дикость, но как говорится, Москва не сразу строилась.

И вот мы в столице.

Будем демонстрировать королю и всему высшему свету воздушный шар.

А ещё золото привезли — шахты-то хорошо работают. Жила цельная, словно река, проложена в самой горе — густая, добротная.

Добычи хватит на десятки и десятки поколений, если не больше.

Мы стоим в приёмной короля. Ждём аудиенции, как и многие другие.

Каждому, кто находится в приёмной, монарх уделяет не больше пяти минут, так что длинная цепочка из аристократов быстро редеет.

— Его и Её Сиятельство, граф и графиня Ретель-Бор!

Объявляют нас, и мы входим в королевский зал и предстаём перед очами Его Величества Роланда Первого.

Несомненно, король ждал нас и с нетерпением желал увидеть и убедиться лично, что Изабель Ретель-Бор существует и я не легенда, да и граф тоже настоящий — жив и здоров, вернувшийся с войны, да обрётший небывалую тёмную силу, которую мы вместе с ним научились укрощать. Ночи не зря ведь тёмные…

Но несмотря на любопытство короля, согласно этикету, он оглядывает нас и смотрит так, будто мы пришли сюда с рядовым вопросом, а не уймой изобретений и скорым запуском воздушного шара. Ах да, ещё и золотишко в казну сдали. Для казначея однозначно — мы теперь любимчики.

Поклон, реверанс и разрешение встать.

И король уже смотрит на нас, как на забавных зверюшек.

— Рад, наконец, познакомиться поближе, уважаемые Астер и Изабель. Ну и шуму же вы навели в королевстве и далеко за его пределами. Столько всего интересного придумала ваша супруга, Астер… А хороша как… И вижу уже в тягости…

Опускаю глазки.

А король-то так глядит на меня, словно примеряет на роль королевы. Ну уж нетушки.

— Ваше величество, это огромная честь для нашей семьи, служить Вам и оказаться здесь и сейчас, дабы просить Вашей милости, чтобы показать труды моей прекрасной супруги.

— Мой представитель Орланд Криперс весьма лестно отзывался о вас, графиня.

— Я могу сказать то же самое и о самом господине Криперсе. Достойный человек.

— Тэйлор, погляди, какая смелая, — улыбается вдруг король, обращаясь к своему советнику.

Тот глядит остро, но не зло, я бы сказала настороженно.

— Что ж, не станем тянуть. Признаюсь, мне не терпится увидеть ваш воздушный шар, графиня!

— Всё готово к запуску, — говорит Астер. — Ваш советник распорядился организовать сборку шара на тренировочном полигоне.

— Тэйлор, веди нас.

Советник с таким деловым и грозным лицом, как будто недавно посмертно распрощался со всеми своими врагами и большинством потенциальных врагов, профессионально скрылся в тайном проходе, куда прошёл следом король, а потом и мы. Длинные коридоры с низеньким потолком и тусклым факельным освещением тянулись недолго. Затем были безмолвные посты вооружённой охраны (мои кельраны в разы круче и страшнее), громадный холл, в котором каждый шаг отдавался эхом и из этого холла мы вышли на тренировочную площадку, оборудованную для королевских воинов.

Сейчас же тут толпился народ. Охрана окружила наш подготовленный воздушный шар. Эрдан, Изаму, Керуш, Агнесс были уже тут. Все в сборе.

А вот и Орланд!

— Графиня!

— Орланд! Рада, что вы здесь…

— Как же вы прекрасны. Граф, моё почтение. Орланд Криперс…

— Рад знакомству, Орланд.

Взгляд советника короля дал понять, что нечего тут устраивать вечер выпускников.

Все участники сего занимательного и удивительного процесса ждут всякого: кто чуда, а кто-то того, что мы облажаемся. Но этого не будет точно! Мы репетировали запуск шара у себя в графстве столько раз, пока не убедились, что точно там не порвётся, тут не отвалится и вообще, шар поднимется в воздух и по пути не сгорит.

В общем, было весьма хлопотно его запустить и убрать все недочёты.

Король, советник, Орланд, я, Астер и рулевой шаром — Эрдан, который полюбил высоту, как прирождённый пилот.

Итак, слабо надутая разноцветная материя шара под действием горячего воздуха постепенно превращается в просто гигантский шар.

Зрители, что завороженно глядят ахают.

Когда шар полностью наполняется воздухом, Эрдан проводит краткий инструктаж для новичков, которые явно не нервничают, но стараются вида не показывать. Держаться за поручни, заходить и выходить из корзины только по его команде и в конце добавляет для уверенности высоких гостей в корзине, что путешествие на воздушном шаре — безопасно для каждого из нас.

Яркий воздушный шар мягко отрывается от земли. Сказать, что я снова испытываю восторг, значит, просто ничего не сказать. У меня внутри всё трепещет и радуется. Астер тоже уже не боится. Кельрану похоже вообще всё равно.

Эрдан счастливо улыбается. Нашёл человек своё призвание.

А вот король и его советник явно ощущают себя не в своей тарелке, точнее, корзине.

Но потом, когда мы высоко поднялись в небо и мужчины убедились, что шар падать не собирается, король вдруг сказал:

— Не поверите, но я давно мечтал оказаться на месте птицы и ощутить чувство полёта…

— Мечты сбываются, — хихикнула я.

Пейзажи совсем не похожи на те, что мы видим на земле, да даже из башни замков. Тут высота другая.

— Есть только один минус, Ваше Величество, — вздыхает Эрдан.

Советник бледнеет, Астер прокашливается и говорит:

— Он имеет в виду, что предсказать маршрут полёта может лишь бродяга-ветер.

Полёт на воздушном шаре в течение примерно одного часа проходит не просто отлично, а великолепно! Король в восторге.

Нас притянули назад на верёвке, и мы медленно приземлились на той же площадке. Это был лишь демонстративный полёт. А так конечно, за верёвочку шар никто держать не станет.

Замечаю, что не только король, но и советник тоже улыбается.

— Ваши идеи, господа, высочайше одобрены, а посему прошу вас погостить в моём дворце, и обсудим-обсудим все ваши идеи и добычу золота…

Астер вдыхает, затем облегчённо выдыхает и улыбается.

А я говорю:

— С удовольствием всё обсудим, Ваше Величество…

У нас вся жизнь впереди.

* * *

Звездочёт Его Величества короля Роланда Первого, Бьёрк Тамач

— Кир, думается мне, придётся проследить за тем, как будет воспитываться виконтесса Ретель-Бор. С этими новыми идеями и затеями, все девицы словно с ума сошли! А король наш Роланд? Так и просидит в холостяках, где же это видано? Вот пусть к виконтессе и приглядится. Ну-ка, ну-ка, что там звёзды скажут…

— Господин всё знает. Господин умный самый.

— Эх, глупый Кир. Будь я умным, давно бы понял все знамения… Так-с… А звёзды ничего не говорят, только хитро мне подмигивают, стервецы, хотя что-то знают. Ох и знают. Начало изменениям положено, благо добрые они… А это что у нас?..

Вижу, как падает звезда, будто само золото. Яркая, но полёт был её так недолог.

— Ба! Кир! Ты прав, пёс плешивый, умный я! Как есть не только умный, но прозорливый! Дочка-то Астера и Изабель — королевой нашей станет! Роланда к ручкам своим приберёт… И хитра будет, и умна, и красива… Хорошая будет королева. Полюбит Роланда. А он её…

Слава Инмарию.

С таким будущим и помереть не страшно.

Всё хорошо будет в королевстве и во всём мире нашем.

Октябрь, 2020 год

Конец

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Многие другие книги вы найдете в телеграм-канале «Цокольный этаж»:

https://t.me/groundfloor

Нравится книга?

Давайте кинем автору награду на Литнет. Хотя бы 10–20 рублей…