Глава 20

Линда

После утоления жажды, другая жажда, жажда деятельности, расцвела во мне с новой силой. И решительности навести в княжестве порядок во мне лишь прибавилось.

Если честно, сейчас я бы с удовольствием занималась не чтением отчётов, а уложила бы князя в постель. Так сказать, чисто из принципа, чтобы на полную показать ему свой характер. Хотя я вынуждена признать, что обжигающая связь между нами рождена чисто из потребности в крови друг друга. Другого объяснения просто не нахожу.

Чёрт. Мне нужно встряхнуться и собраться. Всё-таки я теперь второй человек в княжестве. Какие романтические мысли? О чём я? Работать, работать и ещё раз работать!

Знаете, а ведь самый лучший способ встряхнуть себя — это встряхнуть кого-нибудь другого.

Открыла первый отчёт от ювелиров.

— Так-с, приступим, — пробормотала себе под нос и мысленно потёрла ручки.

Чую, в отчёте будет много интересного.

И не ошиблась.

— Мать моя женщина! — выдохнула я, когда закончила читать, и хлопнула рукой по столешнице.

Князь в этот момент делал какие-то свои научные записи по поводу состава моей крови и собирался на днях провести новые опыты. Когда я издала вопль дикой лисицы и стукнула ладонью по столу, он дёрнул рукой и, видимо, черканул в блокноте.

Раздражённо вздохнул и поднял на меня возмущённый взгляд.

— Ты можешь не так бурно выражать свои недовольства? Я знаю, что отчёт ювелиров тебя возмутил. Я в курсе, что мы должны за…

— Ты рехнулся?! — перебила его новым воплем и снова стукнула по столешнице так, что аж ладонь заболела. Хватит бить собой мебель. Я всё-таки не казёная. Потрясла рукой и чуточку спокойнее прорычала. — Рагнар! Да тебя тут имеют все твои придворные и ни черта не стесняются сего факта!

Вампир сузил глаза и раздул гневно ноздри. Его пальцы с силой сжали блокнот. Вот-вот расплющит его.

Блин, что-то я не очень удачно выбрала фразу для сравнения со сложившейся ситуацией.

— Это если фигурально выражаться, — поспешила спасти ситуацию.

И уже спокойным, ровным и даже мягким тоном произнесла:

— Рагнар, ты в курсе, что твой советник только за последние три месяца заказал себе запонок, пуговиц, пряжек и реставрацию оружия на сумму, которую твои придворные могли бы потратить за год? Я имею в виду разрешённую тобой сумму. А твоя Моника? Да у этой дамы вообще понятие, что такое совесть, напрочь отсутствует. Она каждый месяц заказывает украшения на колоссальные суммы!

Князь застыл и прекратил терзать свой блокнот. Прислушался ко мне.

Я встала из-за стола и начала мерить комнату шагами, рассказывая ему:

— Военачальник заказал полгода назад новые нашивки для армии, украшенные золотой нитью и драгметаллами. Стоит приписка, что с твоего одобрения.

Взмахнула и потрясла руками, словно вопрошала ответов у неба.

— Но зачем? Зачем такие траты? Неужели нельзя использовать обычные нитки? Или именно из золота нашивки сделают твою, кстати, очень малочисленную армию непобедимой? А сколько у тебя воинов? Сто? Или пятьдесят? А может, всего десять?

В конце я не смогла сдержаться и позволила появиться старому другу сарказму.

— И как ты всё ещё правишь? По логике тебя и твоё княжество уже давно должны были завоевать. Или гражданская война должна была случиться, и на твоё место поставили бы нового правителя. Ты не задумывался о подобном исходе, нет?

— Линда, — произнёс князь моё имя с ощутимой угрозой в голосе. — Не заставляй меня жалеть о принятом решении сделать тебя управляющей. Я знаю, что в Рангерхельме проблемы.

Я скептически сложила руки на груди, и князь, вздохнув, поправился:

— Большие проблемы. Знаю и о том, что мои придворные… немного распустились, но это не значит, что нужно оскорблять меня и моё окружение.

Это значит, что тебе подзатыльник дать надо! А твоих придворных раздеть до нижнего белья и гнать из замка, а лучше из княжества прочь поганой метлой!

А, чёрт! Могут пойти к врагам и выложить наше состояние дел. Тогда всех на каторгу! Пусть отрабатывают!

В общем меня понесло, и я, очень рассерженная заговорила:

— По факту, княже, твои придворные не распустились, а нагло тебя обкрадывают. Тебя и твой народ.

Рагнар сцепил руки в замок, одарил меня многозначительным и крайне недовольным взглядом. А кому понравится выслушивать, что ты, как правитель, полное дерьмо? И произнёс, точнее, прорычал:

— И что ты предлагаешь? Не требовать же назад все те украшения, что они заказали?

Нет, ну вот приехали!

— Не просто требовать, а с компенсацией! — воскликнула с нотками гнева и снова взмахнула руками.

— Ты хоть на минуточку представляешь, сколько денег понадобится на восстановление твоей просевшей страны?

Я начала загибать пальцы, кружа вокруг князя.

— Рабочим с фабрик нужно выдать зарплаты, желательно с компенсациями, чтобы мотивировать их на дальнейшую плодотворную работу. Необходимо восстановить производство твоих рудников и загнувшихся заводов. А поместья? Они требуют огромного обслуживания, и доходы, что приносят, не покрывают расходы, а это значит, срочно нужна модернизация! Необходимо отдать свободные земли под аренду фермерам. Это тоже вложения, ведь придётся приглашать тех, кто желает работать на земле и платить аренду. Нужны постройки, рабочие, а это снова деньги!

Подошла к князю практически вплотную, нависла над ним грозной птицей, снова сложила руки на груди и, когда он поднял голову и вздёрнул вопросительно одну бровь, я сдвинула свои брови и сурово поинтересовалась:

— Мне продолжать?

Он протяжно и очень тяжело выдохнул и произнёс:

— Я тебя услышал. Просто довольно сложно принимать суровую реальность и правду.

Я умостилась на подлокотнике княжеского кресла и погладила мужчину по голове. Запал прошёл, и я уже совершенно спокойно произнесла:

— Рагнар, правда никого не интересует. Важно, как всё выглядит со стороны. А всё выглядит довольно хреново.

Он поймал мою руку, осторожно сжал, а затем вдруг поцеловал мою ладонь. Я едва не навернулась с подлокотника кресла, одним чудом осталась сидеть на месте и затаила дыхание.

Горячие губы князя буквально обожгли мою кожу.

Ох. Теперь мыть руку не буду. Пусть поцелуй останется навечно…

Боже, о чём я думаю?!

Мужчина отпустил мою руку, и я едва не застонала от сожаления. Попросить, чтобы снова мою ладошку поцеловал?

Дура.

— Спасибо, что взялась за меня и моё княжество так серьёзно и основательно, — проговорил он отчего-то грустно.

Я пожала плечами и ободряюще проговорила:

— Если забыл, то ты мне за это платишь золотом.

Князь рассмеялся и кивнул. Затем снова посмотрел на меня серьёзным и умным взглядом и сказал:

— Послезавтра после обеда будет совет. Успеешь подготовиться?

— Да. Но сначала будь добр, распорядись, чтобы все твои мастера больше не принимали ни от кого заказов за счёт княжества, кроме тебя, конечно. Пусть платят свои кровные.

— Хорошо, я скажу секретарю и юристу, чтобы подготовили приказы. Что-то ещё?

— Да, я сейчас дочитаю остальные отчёты, просмотрю списки, кто и насколько превысил лимиты и… этих… чудесных вампиров необходимо будет оповестить, чтобы вернули всё добро в казну и на их выбор: изделиями, либо денежками. У тех, кто начнёт юлить, ныть и сказки рассказывать, что не заказывали, потеряли, продали, подарили и прочее, конфисковать самим, то есть отправить охрану в их покои и дома и шмонать их по полной.

— Шмонать? — переспросил князь.

— Это то же самое, что и обыскивать, только шмонать — это пожёстче, — пояснила я. — Криминальный жаргон. А что-то мне кажется, твои придворные не захотят добровольно отдать… халявное добро. Так что, готовь заранее и охрану с соответствующими полномочиями. Предупреди их, пусть будут наготове. Уверена, при обысках много интересного можно добыть. Не только ткани, украшения…

Князь нахмурился.

— Я тебя услышал. Сделаю.

Потом покачал головой и сказал:

— Я усилю и твою охрану, Линда. И обязательно добавлю магическую защиту.

— Ты думаешь, кто-то посмеет на меня совершить покушение? Ты же сказал, что закон меня…

— Линда, закон — это закон, — оборвал меня князь и вдруг пересадил к себе на колени, обнял за плечи, прижал к себе и прошептал на ухо. — Но всегда найдутся те, кто пожелает его нарушить. Как, например, я.

И его тёплое дыхание коснулось моей шеи.

Откинула голову ему на плечо и позволила князю вкусить моей крови.

И пусть весь мир подождёт.

* * *

Линда

Рагнар удалился в свою лабораторию. Князю не терпелось провести очередные опыты с моей кровью. По его словам, у него появились догадки, почему я вдруг обратилась в полувампира, да ещё так легко и быстро, что в корне невозможно и противоречит всем физическим, биологическим и даже магическим законам. Рагнар сказал, что чистокровный человек не сможет утратить свою сущность и стать представителем другой расы, только если…

А вот что если, он умолчал и сообщил, что поделится со мной выводами, если его предположение окажется верным.

Что ж, любопытно. Посмотрим, какие результаты получит князь.

Пока он проводит опыты и анализирует мою кровь, я тоже принялась за работу. И, как вы понимаете, её у меня много. Точнее поле непаханое.

Вот сижу я, пишу план действий на первые полгода, составляю список, что необходимо для реализации моих планов. Увы, смету пока составить не могу, элементарно не обладаю информацией по ценам. Но это ничего, цифры добавляются быстро. Главное, чтобы было чем платить.

Вдруг окно в моей спальне задребезжало, а после и вовсе разбилось или взорвалось, и я услышала, как осколки звонко посыпались на пол. Раздался ещё один звук хлопающих крыльев.

Я вскочила на ноги и бросилась из гостиной, что выполняла для меня функцию не только гостиной, но и столовой, и кабинета.

Распахнула двери, ведущие в спальню, и замерла. Открыла рот в беззвучном крике и тут же его закрыла, когда услышала слова незваного гостя:

— Простите за вторжение, госпожа, но я не собираюсь причинять вред.

Говорил незнакомец бегло, с небольшим придыханием, словно волновался или просто имел такую манеру речи.

Я полностью вошла в спальню и многозначительно посмотрела на разбитое окно, затем перевела взгляд на незнакомца и вопросительно уставилась на него. Сложила руки на груди.

За дверью моих покоев стоит вооружённая до зубов охрана. А вот окна Рагнар не обезопасил. Промах с его стороны.

Молодой мужчина наклонил голову в знак приветствия.

— Добрый вечер, госпожа Линда, — вежливо сказал он. — Я сейчас объясню вам причины моего столь невежливого и варварского вторжения в ваши покои. Но для начала позвольте мне представиться.

Какой вежливый взломщик. Ладно, послушаем.

— Говорите, — произнесла ледяным тоном.

— Моё имя — Кайл Рейданд, и я имею честь быть придворным князя Рагнара Адаманта.

Рейданд.

Моника Рейданд.

Фамилия сказала уже о многом.

— И кем же вы приходитесь Монике Рейданд? — поинтересовалась всё тем же арктическим тоном.

Как ни странно, но я не испытывала ни капли страха. Может ли это быть следствием изменений, произошедших со мной?

Я ощущала лишь глухое раздражение оттого, что меня отвлекли от важного дела. А когда услышала фамилию Рейданд, то к раздражению добавилась и злость.

— Я младший брат Моники, — сказал вампир.

Сузила глаза и с насмешливыми нотками в голосе поинтересовалась:

— И что же вам понадобилось, младший брат Моники?

Её имя я выделила, произнеся с нажимом.

Молодой мужчина напрягся, и пока он медлил с ответом и смотрел на меня, словно запоминал, я изучала его.

Изящные черты лица, благородный нос, чёрные блестящие волосы, заплетённые во множество мелких кос. Глаза — яркий янтарь.

Не знала, что у вампиров бывают такие необычные, словно волчьи глаза. Неуловимое мерцание угадывалось в них — какие-то нереальные глаза, магические.

Лицо его было покрыто мертвенной бледностью. Его губы так же были бескровными. Даже для вампира он чересчур бледен, словно скульптура из белого мрамора, а не живое существо. И лишь глаза были живыми.

Помимо этих странностей, Кайл Рейданд имел ещё одну: вся правая сторона его лица была обезображена. Словно потёкший воск.

Огонь? Кислота?

В этом мире изуродовать его могла и магия. А быть может уродство у него врождённое. Узнаю у Рагнара.

Ещё мне бросилось в глаза и его одеяние. Он был полностью в чёрном, даже на руках надеты перчатки. Открыто лишь лицо.

Хм.

Иногда наступает такой момент, когда опасность начинает мерещиться тебе повсюду. Воображение рисует злодеев из тех, кто, возможно, им и не является.

— Так чего же вы хотите? — повторила свой вопрос.

Высокий, очень бледный мужчина с косичками и шрамом на правой половине лица наконец ответил:

— Помощи.

— ЧТО? — выдохнула и уставилась на него с изумлением.

Янтарный взгляд Кайла изучал меня и мои реакции на его просьбу. Бесстрастные, но живые глаза на неподвижном лице.

Затем он сделал одно движение — один лишь шаг навстречу ко мне и тут же застыл, когда я дёрнулась и сделала несколько шагов назад.

Ага, инстинкт самосохранения всё-таки у меня работает. Слава богу.

— Не бойтесь меня, — произнёс он и медленно прошёл к одному из кресел. Также медленно опустился и посмотрел на меня, потом на кресло рядом и снова на меня.

Угу. Приглашение сесть рядом.

Ну уж нет.

Несколько секунд наши взгляды были скрещены. Мы оба молчали.

И что-то гипнотическое было в этом молчании: ни я, ни он не дёргались, не нервничали, просто ждали.

Затем вампир сказал:

— Моника вас ненавидит. И желает вашей смерти.

Пожала плечами.

— Это не новость. Наша первая встреча сразу сделала расстановку наших позиций, — ответила ему и усмехнулась. — Вы пришли не за этим, Кайл. Что за помощь потребовалась вам или вашей сестре?

— Да, разумеется… Помощь… — вдруг заёрзал он в кресле. — Помощь требуется и мне, и вам, госпожа Линда.

— Мне? — удивилась я и рассмеялась. Покачала головой и с неприкрытым раздражением произнесла. — Знаете что, Кайл, брат Моники, или говорите прямо, какого чёрта вы здесь, или идите прочь из моих покоев. Можете также через окно да немедленно!

Он кивнул и тут же заговорил:

— Моника не остановится ни перед чем, чтобы вас убрать. Сильно вы её задели своим существованием, госпожа. Внимание князя обращено лишь на вас, и сестра не может смириться с данным фактом.

— Моника не является ни фавориткой, ни приближённой к князю, — напомнила я.

— Это так, но она не утрачивает надежды стать… близкой к князю, — усмехнулся вампир. Потом он стал крайне серьёзным и негромко сказал. — Рано или поздно своей цели она достигнет.

На его слова я лишь рассмеялась и сказала:

— Я могу прямо сейчас рассказать всё князю, и он немедленно избавит замок, а, быть может и всё княжество, от присутствия вашей сестры.

— Это так, — кивнул он. — Потому мне и нужна ваша помощь уже для меня.

Я хмыкнула и произнесла:

— Не понимаю.

Он прикрыл на несколько секунд глаза и поморщился, словно испытал некую застарелую боль. Его изуродованная половина лица при этом осталась в том же положении. Никакого движения. Ничего, словно это половина некрасивой маски. Жива лишь его другая половина.

Вампир распахнул глаза, и янтарь в глубине его глаз засиял, отчего я испытала лёгкое беспокойство.

— Если Моника умрёт — умру и я. Если нас разбросать на большое расстояние друг от друга — я умру. Если Монику лишить магии — тоже умру. Госпожа Линда, как бы тривиально это не прозвучало бы, но я не хочу умирать.

Он как-то грустно засмеялся, потом закрыл лицо ладонями и шумно выдохнул. Покачал головой и прошептал:

— Я так долго живу как цепной пёс, что устал. Хочу свободы. И хочу очистить своё имя.

Он убрал руки от лица и посмотрел мне в глаза.

— Хочу убрать грязь со своего имени даже больше, чем свободы. Мы с сестрой — два злейших врага, госпожа. Она ненавидит меня, потому что я знаю о ней всё. Потому что это она родилась слабой и с крохами магической силы. История долгая, уродливая. Финал сей истории — Моника заполучила мою силу, а я стал её рабом с запятнанной репутацией. Я привязан к ней магической нитью, и она постоянно шантажирует меня тем, что разорвёт нить.

Я прошла к креслу и села в него.

Кайл снова рассмеялся и покачал головой:

— О нет, госпожа, я не боюсь смерти. Я был бы даже рад, разорви она эту проклятую нить. Но если есть шанс выжить и всё-таки избавить себя от позора — я использую этот шанс.

Постучала пальцем по подбородку и спросила у него:

— Почему вы не расскажете обо всём князю? Вы, наверняка, знаете, что это чело… э-эм, это вампир, который не оставит своего подданного в беде.

Мужчина кивнул и пояснил:

— Я бы давно это сделал, госпожа. Если бы мог. На мне лежит магическая печать безмолвия. Сестрица постаралась… Я никому из вампиров не могу рассказать никаким возможным и невозможным способом о своей ситуации с Моникой, о своём положении и обо всём, что связано с той историей.

— Но вы же только что мне… — начала я и тут же осеклась.

Хохотнула и воскликнула:

— Я не вампир!

Он улыбнулся, и в янтарных глазах засветилась надежда.

— Я не думал, что получится, но, к моей радости, получилось.

— А Моника не могла догадаться?

Он мотнул головой.

— Она считает вас пустышкой, госпожа.

Я долго смотрела в глаза этого странного вампира и задала ещё один вопрос:

— И какая же сила досталась Монике? Что за магия, которая так важна для княжества?

— Ох, вы не знаете?

Пожала плечами.

— Как-то забыла про вашу сестру и её силу. Только сейчас вспомнила, что хотела поинтересоваться о её возможностях, — проговорила задумчиво.

Он кивнул, принимая мои объяснения, и сказал:

— Дар, интригами и предательством доставшийся Монике, поистине уникален, госпожа. Это стихийная магия.

Он протяжно вздохнул, и на губах вампира заиграла мечтательная улыбка, взгляд слегка затуманился, словно он провалился в прошлое, в счастливые воспоминания. Потом растёр лицо ладонями, будто стирал с себя мечту и договорил:

— Больше половины княжества Рангерхельм омывается морями. Природа здесь сурова, госпожа. Рангерхельм и переводится соответственно — «Штормовая земля». Если бы не магия… Моники, то княжество покрыли бы бесконечные штормы. Вы не видели наши ветра, госпожа. Они развивают скорость до девяноста метров в секунду, сметая всё на своём пути.

Ну ничего себе новости.

Нужно ещё прочитать книги по географии этого мира.

— Стихийных магов давно не появлялось на свет, а при помощи артефактов очень дорого управлять погодой. Да и не всегда выходит справляться с ветрами и штормом, артефакты ведь могут дать сбой. Но, тем не менее, пока не было нас с Моникой, князь и маги контролировали погоду при помощи артефактов.

Я сжала переносицу.

— Какая уникальная сила, — проговорила я.

Вампир выдохнул:

— Так и есть. Эта сила ведь не только сдерживает шторма, но и врагов можно смело уничтожить при помощи девятого вала.

Подняла взгляд на вампира и хмыкнула:

— Хорошая сила. И как жаль, что она находится в руках вашей сестры.

— Очень жаль, — произнёс Кайл.

Я улыбнулась шире.