Глава 6

Утром просыпаюсь в самом радужном настроении. Принимаю душ, одеваюсь, выхожу из комнаты. И взвизгиваю из-за того, что мне на голову сваливается нечто. Живое и извивающее. Отбрасываю это от себя и с удивлением узнаю Золотце. Вспыхивает злость: вот гадина, пугать меня вздумала!

Сверлю её яростным взглядом. Она, видимо, что-то для себя уяснив, улепётывает по ступеням лестницы. Думала напугать меня? Не на ту нарвалась! Похоже, придётся заняться её воспитанием. Кормить змейку полагается раз в день, но ведь некромант не сказал, в какое время дня это должно происходить.

Отправляюсь на кухню. Подкармливаю закваску, после чего жарю себе на завтрак мясо и яичницу.

В столовую вбегает Тявка. Крутится под ногами, дёргает за подол. Какое-то время терплю, пытаюсь решить дело миром и ограничиваюсь просьбами, а потом и приказами. Когда псина в очередной раз бодает меня головой, из-за чего я едва не обжигаюсь о сковороду, решаю, что с меня хватит! Вооружившись здоровенной скалкой, сурово хмурю брови:

– Сидеть!

Псина на мою команду не реагирует.

– Сидеть! – повторяю попытку я.

Она опять не реагирует. Вместо этого подбегает и снова бодает меня своей здоровенной башкой.

Взвешиваю все за и против.

Я никогда не придерживалась мнения, что насилием можно что-то решить, но тут особый случай. Если псина продолжит так себя вести, я же ничего нормально сделать не смогу. А просить некроманта её запереть тоже не выход. Но раз уж я решила жить в этом замке, следует создать себе максимально комфортные условия. Нужно попробовать воспитать местный зверинец. Вот если не получится – тогда и попрошу помощи.

Псина уже мёртвая – не факт, что на неё подействует удар. Но с другой стороны – неживое и не убьёшь случайно. А если и убью, всегда можно притвориться, что она сама.

Размахиваюсь и опускаю скалку на мохнатую башку.

Психа грохается на задницу и удивлённо открывает пасть. Спешу закрепить успех:

– Сидеть! Молодец, хорошая собачка!

Затем отхожу на несколько шагов и снова командую:

– Ко мне!

Псина неуверенно встаёт и подходит ко мне. Смотрит, как мне кажется, выжидательно.

Глажу её по лобастой морде:

– Молодец! Хорошая собачка.

Тявка начинает вилять хвостом. Считаю это хорошим знаком. Снова командую:

– Сидеть!

Она не слушается.

Угрожающе поднимаю скалку:

– Сидеть!

Псина плюхается на задницу. Поощрительно глажу её, после чего, не отводя взгляда от жутковатых красных глаз, произношу:

– Иди пока погуляй по замку. Я занята. Но позже я с тобой поиграю. Идёт?

Пёс вскакивает, виляя хвостом, снова бодает меня своей башкой, а затем убегает из кухни.

Закрываю за ним дверь и с облегчением оборачиваюсь. Понимаю, что рано расслабилась: Золотце уже забралась на шкафчик и подбирается к моему завтраку.

Со змеёй решаю не церемониться. Хватаю её чуть пониже головы, поднимаю, порадовавшись, что она не такая уж и тяжёлая, после чего безжалостно выставляю её за дверь.

Мою руки, переворачиваю мясо и разбиваю на сковородку два яйца. После чего нарезаю овощи на салатик.

Ем с аппетитом. Вспоминаю, что в прошлой жизни мне обычно хотелось на завтрак чего-то лёгкого, молочной каши или булки с вареньем, но в этом мире я научилась ценить белковую пищу. Возможно, когда мой организм восполнит дефицит, старые привычки вернутся, но не сейчас.

Позавтракав, принимаюсь за уборку. И начать решаю с кухни, поскольку вчера я столешницы и стулья протёрла, а вот за остальное не бралась.

Для начала убираю паутину с потолка. Потом снимаю пыльные занавески с окон, а сами окна оттираю от пыли и грязи. Потом принимаюсь за шкафчики. Вынимаю из них всё, что там есть. Мусор выбрасываю, посуду перемываю. Шкафчики оттираю до блеска.

Затем очередь доходит до кухонных стен и в особенности до той, что за плитой. Там такой слой жира и грязи, что приходится часть отскребать ножом, потому что просто тряпкой оттереть не получается.

После отношу занавески в ближайшую уборную, подметаю и мою пол на кухне.

Спохватываюсь, что часов на кухне нет – а вдруг некромант скоро спустится? И я не спросила, чем именно он любит завтракать. Решаю, порезать мясо тонкими полосками, чтобы его можно было быстро пожарить, а ещё ставлю на плиту кашу.

Порезанное мясо возвращаю в кладовку. Когда вода в кастрюле с кашей закипает, убавляю огонь и принимаюсь за стирку.

Выстиранные шторы возвращаю на окно. Пожалуй, вытереть воду с пола проще, чем рыскать в поисках верёвок для белья.

Когда выключаю кашу, в кухню входит некромант. И вместе с ним забегает Тявка. Некромант сдержанно здоровается:

– Доброго дня!

– Доброго дня. Я забыла спросить, чем ты любишь завтракать. Каша уже готова, если готов немного подождать, то пожарю к ней ещё мясо.

– Я подожду, – он садится за стол.

Забираю из кладовой мясо, быстренько забрасываю на сковороду. Пока оно жарится, уточняю:

– У тебя есть какие-то предпочтения в еде? Или что-то, чего ты не любишь?

– Я всеяден.

– А есть что-то, что тебе нравится больше остального?

– Пироги люблю, но я не привередлив. Готов съесть всё, что ты приготовишь.

– Отлично.

Накладываю кашу, сдобрив щедрым куском масла. А когда мясо прожаривается, добавляю на тарелку и ставлю её перед некромантом. Спохватившись, кладу рядом вилку и нож.

– А ты? – интересуется он.

– Я уже поела… Скажи, у тебя тут есть какие-то верёвки для сушки белья?

– Да. На заднем дворе.

– Я же могу выходить из замка? Твои скелеты на меня не нападут?

– Не нападут, не переживай. Но к воротам лучше не подходи.

– Ладно.

На всякий случай дверь во двор оставляю открытой и отправляюсь на разведку. Действительно нахожу верёвки для сушки белья, натянутые между двумя яблонями.

Садик за домом не так чтобы большой, но в нём хватает разных плодовых деревьев, правда, всё заросло сорняками. Есть даже участок, который можно будет в будущем очистить для огородика, но осенью это делать бессмысленно.

А ещё радует, что в глубине сада находится скамейка. В хорошую погоду можно будет приходить сюда вместо того, чтобы сидеть в замке.

Вернувшись на кухню, обнаруживаю, что некромант уже успел поесть. Что радует – тарелки он положил в мойку. Пусть и не вымыл, но уже неплохо.

Остатки каши в кастрюле отношу в кладовку, мою посуду, а потом возвращаюсь к уборке. На этот раз решаю начать со своей комнаты, а потом уже перейти к остальным.

Уборка замка занимает ещё четыре дня, за это время успеваю избавиться от залежей пыли и паутины полностью. Понимаю, что содержание такого большого дома в чистоте – задачка не из простых. Полноценная работа. И ведь ещё еду готовить нужно, хорошо хоть только для нас двоих, и некромант оказывается действительно непривередлив.

Что касается моего попадания в это тело, то я постоянно спрашиваю некроманта, не нашлась ли какая-нибудь информация, но он каждый раз лишь отрицательно качает головой.

За это время мы с ним разговариваем мало, даже во время совместных ужинов. Самый длинный наш диалог касается запаха, который на третий день начинает источать закваска. Но когда объясняю ему, в чём дело и почему я не могу перенести её в другое место, некромант соглашается потерпеть.

С животными тоже нахожу общий язык. Тявка оказывается умницей: с первого раза усваивает урок. Поэтому, если прошу её мне не мешать, уходит или сидит рядом и спокойно наблюдает. И у меня появляется новая привычка после обеда отправляться с ней в сад и бросать ей палочку. Собака так радостно играет, что я наконец проникаюсь решением некроманта её оставить: хоть и неживая, но весёлая животинка.

А вот Золотце оказывается гораздо тупее зомби. Но я нашла способ поладить и с ней: теперь, открыв дверь своей спальни, не выхожу сразу же, а жду пока змеюка шлёпнется на пол. Затем переступаю через недовольно шипящую тушку и отправляюсь по своим делам. Пожалуй, в том, что она живая, есть свои недостатки. Например, нужно переживать из-за воспитательных мер: не переборщить бы, вдруг убью ненароком. Некромант сказал, что она дорогущая, и он наверняка расстроится, если змеюка умрёт.

Но ничего, если шлепки об пол её ничему не научат, ещё что-нибудь придумаю.

Спать сегодня ложусь с чувством волнения и предвкушения: некромант обещал, что завтра утром мы с ним отправимся в город, чтобы купить мне всё необходимое.

Хоть меня тревожит то, что в замке есть места, куда мне запрещено ходить, всё равно моя теперешняя жизнь мне нравится, поэтому о побеге не думаю. Но вот посмотреть на то, какие тут города, очень хочется.