Эпилог

Меня накрыл очередной приступ боли. Я закричала, переживая его. Затем откинулась на подушки, потная от усилий. Пряди волос прилипли к лицу и шее, но я этого даже не замечала. – Никогда, больше никогда в жизни! – прохрипела, смаргивая выступившие слёзы. – Все так говорят, милая, – беззаботно отозвалась Эмма и добавила: – Давай, потужься ещё немного. Конечно, ей легко говорить. Это не она сейчас рожала. Это не её разрывало на части. Очередная схватка скрутила, выворачивая наизнанку. Я едва не потеряла сознание. И вдруг тяжёлый воздух покоев прорезал надрывный, требовательный плач. Я тут же забыла обо всём. Вся боль, что была прежде – растворилась в этом звуке и стала неважной. Меня заполнило счастье, настолько сильное, что из глаза снова хлынули слёзы – но теперь от желания поскорее коснуться своего малыша. Повитуха перетянула ниткой пуповину, завернула моего сына в приготовленный отрез мягкой ткани и протянула мне. Он был прекрасен. Мой сын. Мой первенец. Мой маленький дракончик. А ещё очень голосист. Я приняла его, и в тот миг, когда его тепло коснулось моей кожи, а крошечные пальцы рефлекторно сжали мой палец, со мной случилось чудо. Внутри меня вспыхнуло тепло. То, которое я уже считала мне недоступным. Оно разлилось по жилам живительным потоком – таким знакомым и таким забытым. Я взглянула на Эмму, и мир преобразился. Вокруг её головы и плеч сиял тёплый, ровный золотистый ореол. Повитуха была окутана мягким серебристым свечением. И даже усталая служанка в углу комнаты светилась тусклым, но упрямым зелёным огоньком жизни. Ауры. Я снова их видела. И снова расплакалась. Только на этот раз от бесконечного, всепоглощающего облегчения. Всемогущий простил меня. Тот самый дар, что я променяла на спасение своей жизни и жизни моего ребёнка – вернулся. Теперь он снова был со мной. Мое наследство, доставшееся от мамы. Не в силах сдержать эмоций, я прижала к себе малыша и зарылась губами в его белые встопорщенные волосенки. Он захныкал, открывая глаза с такими же светлыми радужками, как были у Авенара до встречи со мной. – Он похож на отца, – выдохнула я со счастливой усталостью, чувствуя, как новая, чистая сила тихо поёт во мне. – Да нет, весь в тебя, – возразила Эмма, присаживаясь на край постели. Её золотистая аура колыхалась, как пшеница на ветру. – Посмотри, твои черные ресницы и брови. И упрямый подбородок Бурджесов. Породу не спрячешь! А ведь и правда. В ребенке соединились черты обоих родителей, так же, как в его ауре сплелись алые нити дракона и золотистые – человека. Повитуха взяла нож и направилась к двери. – Я позову лаэрда. Пуповину должен перерезать отец. Я кивнула. Эмма бросилась поправлять мои волосы, словно это помогло бы мне лучше выглядеть. Авенар вошёл медленно и осторожно. У него был такой забавный испуганный вид. Однако стоило взгляду отыскать меня и довольно причмокивающий свёрток у моей груди, как выражение его лица изменилось. Стало растерянным и уязвимым, а затем моего дракона озарила улыбка – улыбка счастливого отца, впервые увидевшего сына. Повитуха сунула ему нож, дождалась, когда он перережет пуповину, и вышла из покоев. Эмма тоже ушла, оставляя нас с Авенаром наедине. Он осторожно сел рядом, глядя на нас с сыном с нежностью и любовью. Я дождалась, когда малыш насытится, и протянула его мужу. – Дай ему имя. Голос срывался. Я боялась, что сердце не выдержит и разорвется от бурлящего счастья. Авенар принял сына и, глядя на его красное, сморщенное личико, уложил на сгибе локтя. Затем посмотрел на меня. Это был внимательный, вдумчивый взгляд, перед которым я вдруг оробела. – Эльтанир, – произнес Авенар, прикасаясь лбом ко лбу младенца. – Сын неба и пламени. Эридан Эльтанир. В тот же миг я увидела, как на щечках ребенка вспыхнула чешуя. Вспыхнула – и пропала, заставив меня изумленно захлопнуть рот. – Это имя что-то означает? – спросила я, глядя на сына расширенными глазами. – Почему ты выбрал его? Только сейчас до меня в полной мере дошло, что это дракон. Такой же, как и его отец. – Не мы выбираем имя, – мягко улыбнулся Авенар, видя мое замешательство. – Оно выбирает нас. Вечно живущий драконий дух Эльтанир выбрал нашего сына. Когда-то так звали и моего прадеда. – Но ведь это ты мне сказал! – покачала я головой. – В моем сне! Ты сказал, что я ношу сына неба и пламени. Ты знал? – Знал. С той самой минуты, как ощутил, что в тебе зародилась новая жизнь. Мы вдвоем создали ее, Хлоя. Он осторожно уложил малыша мне на грудь. Теперь мы оба любовались на нашего сына. Такого крошечного и беззащитного в пене кружев, обрамлявших его личико. – Даже не верится, что однажды он станет большим и сильным драконом… – Станет, – произнес мой любимый с непоколебимой верой в собственные слова. – Ведь это наш сын. У меня не было повода сомневаться. – Эльтанир, – повторила я, привыкая к звучанию имени. И чувствуя себя самой счастливой женщиной в мире. А потом, прислушиваясь к себе, тихо призналась: – Она вернулась. Моя сила… она снова со мной. *** Два дня я провела в постели, отдыхая и восстанавливаясь под присмотром драконьего врачевателя и своих родных. Гриз Ларнак сбежал после того, как мы узнали о его связи с ведьмой. Но Авенар не стал отправлять за ним погоню. Испуганный старик, потерявший своих хозяев, был не опасен. И даже останься он в Минрахе, его вряд ли бы подпустили к ребенку или ко мне. Впрочем, я ни на миг не оставалась одна. Постоянно кто-то заходил, чтобы поинтересоваться моим самочувствием и рассказать последние новости. Я так устала от бесконечной вереницы посетителей, от которых невозможно сбежать, что потребовала разрешить мне прогулки. Хотелось немного побыть в тишине. Маленького Эльти пока приносили лишь на кормление. У него было несколько нянек и два охранника-дракона. Так что за него я не переживала. – Пойдём в сад, – попросила Марцеллу. – Хочу подышать свежим воздухом. Горничная беспрекословно помогла мне надеть платье для прогулок и подбитый мехом плащ с капюшоном. Зима потихоньку надвигалась на Минрах. Она была тёплой, но ветреной, а с моря часто приходили шторма. В саду, закрываемом от ветра крепостной стеной, было тихо. Я с наслаждением вдохнула полной грудью, чувствуя во влажном и немного прохладном воздухе запахи прелой листвы и поздних цветов. Далеко не пошла. Опустилась на садовую скамью, наслаждаясь погожим днём. Похлопала по сиденью, веля Марцелле сесть рядом. Ни к чему ей стоять, обозревая окрестности, пусть тоже расслабится. Чуть подумав, горничная присела на краешек, на расстоянии вытянутой руки от меня. Да, так намного лучше. Я прикрыла глаза. Говорить не хотелось. Тишина действовала на меня расслабляюще. Однако вскоре ее нарушили чьи-то шаги и голоса. Мужской и женский. Кто-то шел к беседкам, но из-за буйно разросшейся живой изгороди, я не могла понять, кто к нам приближается. Голос… Ох, голоса были знакомы! Неужели это свидание? От волнения я стиснула руки. А шаги приближались, и вскоре я уже разобрала слова, произносимые с горячностью влюбленного сердца: – Я дракон, а ты моя пара, Фелиция. Нам не нужно одобрение твоей матери, тем более каких-то других людей или драконов. Нам нужно просто пройти обряд единения и все, ты станешь моей женой! – Нет, Каэрлин, так не пойдет! Я не позволю тебе лишить меня свадьбы и белого платья! Я хочу, чтобы все было не хуже, чем у Хлои. Или нет! Хочу лучше! Чтобы и юбка пышнее, и шлейф длиннее, и кружев больше, и… и… Судя по звукам, моей сестре закрыли рот поцелуем. А мой собственный рот от удивления округлился. – Ты это слышала? – шепнула Марцелле, не веря своим ушам. Та, пряча улыбку, кивнула. Вот так новость! Фелли – истинная Каэрлина? Значит, я не ошиблась, когда уговаривала Авенара дать драконам и людям шанс на мирную жизнь! А может, это Всемогущий и драконьи боги наконец-то договорились между собой? – Каэрлин! – возмущенный голос сестрицы вспугнул соек, примостившихся на еще зеленом дубке. – Я не договорила! Похоже, она не особо-то изменилась. Как и прежде, капризничает изо всех сил. И будь на месте Каэрлина другой мужчина, я, может быть, посочувствовала ему. Но этот безответственный драконище заслужил свою пару. По его вине погибли многие люди, драконы лишились крыльев, а Авенар стал рабом Гидеона Минраха… – Но это ведь долго! – в голосе Каэрлина звучало отчаяние. – Твоя сестра готовилась к свадьбе несколько месяцев. Давай просто соединимся, а потом… – Никаких “потом”! – отрезала Фелли. – Сначала свадьба и обеты в храме, потом все остальное! Я усмехнулась. Всемогущий не лишён чувства юмора. Пусть помучается юный дракон, постоянно ощущая рядом с собой свою суженую и не имея права сделать ее своей! Вскоре пара свернула на другую аллею, и голоса постепенно затихли вдали. Я тоже поднялась. – Идём назад, – обратилась к Марцелле. – Эльти уже голодный. Я чувствовала это, да и грудь сильно набухла, наполнившись молоком. *** Малыш лежал в своей кроватке и сладко посапывал. Осторожно, чтобы не разбудить, я взяла его на руки и приложила к груди. А затем с бесконечным умилением наблюдала, как он причмокивает, при этом продолжая крепко спать. – Можно? – Авенар заглянул в детскую. С появлением ребёнка мой любимый стал ходить осторожно, словно боясь навредить резким движением или громкими звуками. Вместо ответа я улыбнулась. Авенар сел рядом и замер, наблюдая за кормлением с умилительным выражением на лице. Мы оба в такие моменты почти не дышали, любуясь нашим крошечным сыном. Его маленькими ручками, аккуратным носиком, который морщился, когда малыш кряхтел или потягивался, черными, как у меня, ресницами, подрагивающими в такт дыханию… Для нас обоих сын стал обожаемым чудом, озарившим сиянием нашу жизнь. – Фелли – истинная твоего брата, – произнесла я, думая, что теперь счастливых людей и драконов станет больше. Авенар молчал. Я удивленно подняла взгляд на него и рассмеялась. Уж слишком смешное было у него выражение. Растерянное? Нет, скорее, потрясенное. – Бедный Каэрлин… – выдавил мой супруг. – В этот раз даже я его не спасу. – И не надо. Он заслужил свое счастье. – Я тоже… Авенар ласково провёл пальцем по щеке нашего сына. А затем склонился ко мне и поцеловал долгим и нежным поцелуем. – Ты была права, моя истинная. Мир принесёт пользу и драконам, и людям. – Я твоя жена, Авенар, – довольно сощурилась. – Привыкай, я всегда буду права. Конец Дорогой читатель, спасибо, что прошли с героями весь путь от начала и до конца. Какие бы чувства не вызвала у вас история Авенара и Хлои, если она не оставила вас равнодушными и сподвигла потратить время на отзыв, значит авторы справились. До встречи в новых историях!