4

Хеа смотрела отчеты коллег в общем доступе. Искала хоть какие-то аномалии или необычные всплески активности одержимых. Но никто, совсем никто, даже те, кто стоял в рейтинге на первых местах не принесли с собой десятилетника, кроме неё. Получается необычное появление одержимого было только на рынке «Сиджан», и досталось оно Хее.

В магазин вошло несколько человек и жрец смерти. Волосы его покрыла седина, он был в черном спортивном костюме. Все слуги смерти носили черный. Люди прошли к стойкам с быстрыми перекусами, а вот жрец к Хеа.

— А слышал новости, — сел он рядом, и даже не поздоровался. — Это правда?

Хеа окатила его пронзительно холодным взглядом. Это был Ан Сок, первый в рейтинге жрец смерти. И он обычно не разговаривал ни с кем из своих коллег.

— Да, я принесла десятилетника, — кивнула Хеа, — неужели подвинула тебя в таблице?

— Я не про это, — небрежно отмахнулся он. — Тем более один довольно сильный одержимый просто не позволил тебе вылететь и понести наказание, но никак не повлияет на мой рейтинг.

— Ты как всегда добр, — она отвернулась от него.

— Где он? Дракон? Он пробудился? — в голосе его чувствовалось волнение.

И только сейчас Хеа задумалась над тем, как перевернётся жизнь, если дракон обретет силу и закроет брешь в загробном мире. Тогда все жрецы вынуждены будут вернуться к прежним обязанностям и забирать души людей по списку и графику. И численность слуг смерти сократится. Не будет нужды патрулировать улицы, участвовать в рейтинге. А ведь Смерть обещала самым искусным воинам шанс к возращению обратно к жизни. Особенно тем, кто добровольно тридцать лет назад принял зов и выбрал стезю работы жнецом смерти.

— Не увиливай от ответа, — пригрозил он. — Вся канцелярия смерти гудит словно улей об этом. Это ты и твой ручной лис притащили дракона в магазин.

— Что тебе от меня нужно? — напрямую спросила она, пытаясь решить, как поступить, если Ан Сок потребует отдать дракона ему.

— Какое задание вам дали? Что собирается делать дракон? — вопросы из него сыпались так быстро, что Хеа просто не успевала даже рта открыть, чтоб хоть что-то ответить.

— А разве тебе не сказали, что у него нет памяти и сил? — удивилась она. — В его личном деле всего две строки.

— Очень странно не находишь? Вдруг это наш шанс, — Ан Сок перешел на шепот. — Он именно сейчас просто бесполезное существо.

— Он — человек, — возражает Хеа, напрягаясь. Она никак не ожидала, что жнецы смерти будут так агрессивно настроены к появлению дракона.

— Я про это и говорю. Всего лишь жалкий человек.

— Ты и сам таким был, — возмутилась Хеа.

— Да, и благодаря дракону, точнее его бегству от обязанностей мне дали лучшую жизнь, чем прежне.

Хеа закусила губу, не находя слов, чем бы возразить Ан Соку. Она первая громче всех твердила, что хранитель их бросил. Из-за него погибли родные, близкие и друзья. Она невольно вернулась в воспоминания тридцатилетней давности, ощутила привкус горечи от потери родных. И мотнула головой избавляясь от этих мыслей.

— Пока он не вспомнит кем он был, мы обязаны его защищать, как и других людей, — в итоге сказала она.

— Я услышал тебя Хеа, — Ан Сок встал, положил ей на плечо руку и сжал. — Прости, но мы теперь с тобой на разных сторонах. Дракону не место в этой жизни.

Ан Сок покинул магазин. Хее осталось лишь в бессилии сжимать кулаки. Одно дело противостоять одержимым, а другое — слугам смерти. Если они все решать, что Юну не место среди смертных, то плохо будет всем. А ещё она же хотела вернуться на реку и попробовать разобраться с самого начала, что тогда произошло.

— Иди, — говорит пульгасари. — Я присмотрю за Юном.

— Почему? — удивилась Хеа.

— Прежде всего, потому что он сейчас человек, а я обязан его защищать.

Хеа кивком поблагодарила Ли Бёна, а затем написала Минхо сообщение, что будет ждать его на берегу реки Намхаган.

Сама решила прогуляться и посмотреть на город в дневном свете. Хеа могла бы переместится сразу на место через портал, но не стала этого делать. Она давно не бывала на солнце, а сегодня как раз была теплая погода.

Мимо шли люди, они её не видели, но чувствовали, обходили стороной. Такова расплата жнецов смерти, они застряли между миром живых и мертвых. Помогают умершим душам найти путь и обрести покой по деяниям их жизни. Только они сами не могут жить ни в мире людей, ни в загробном.

Хеа без колебаний согласилась стать слугой смерти. Тогда она думала только о мести, а работа на Госпожу казалась отсрочкой перед окончательной смертью. Думала, что будет много времени, чтобы найти пропавшего дракона. Только он сам пришел к ней.

Хеа вышла на место встречи с Минхо и огляделась. Тихо и пусто. Тогда на берегу реки Намхаган собралось много людей. Праздновали день города и запускали фонарики над рекой, загадывали желание и надеялись на лучшую жизнь. А потом, когда сумерки опустились на город, люди молча падали и умирали. Либо менялись на глазах и убегали, бросая своих родных и близких. Потому что всех захлестнула волна черного тумана.

Люди вокруг не видели ни его, ни мертвые души, что вселялись в тела. Ничего не понимали, кроме страха, оцепления и полнейшей растерянности. Тогда пришли на помощь Госпожа Смерть и её слуги. Они загнали большую часть проклятых душ обратно, и заделали как могли брешь в границе. Да только прорехи все же остались, и через них проскальзывали те, кому нельзя существовать в мире живых людей.

После этого всем, кто так или иначе пострадал в ту ночь, было предложено встать в ряды слуг смерти и служить на благо людей, пока дракон не вернётся на свой пост. Так Хеа стала для людей невидимой. Получается за тридцать лет впервые только Юн увидел её.

Пристань, где исчез дракон была заброшенной. Люди, как всегда, придумали обычное объяснение трагедии — отравление. И постарались забыть о случившемся, вот и пристань теперь обходили стороной.

Голубая краска на перилах и лестнице облупилась, доски скрипели, а кое-где их не было. Фонари без ламп, а домик для диспетчера разукрашен граффити. Видимо наиболее смелые подростки все же сюда захаживают.

Вода в реке текла спокойно, её голубо-серые воды покрывались рябью только из-за ветра. Рядом с пристанью не видно судов или лодок, никто не причаливает на берег, а проходит мимо, к следующей, построенной после катастрофы.

Хеа села на оставшуюся целой лавочку и наблюдала за птицами, как они ловят рыбешку на мелководье.

— Как дела? — Минхо сел рядом и засунул руки в карманы толстовки, с реки дул прохладный ветер.

— Думаю, с чего начать, — ответила Хеа.

— Ко мне сегодня приходила глава клана имуги, — буднично сказал Минхо. — У них одержимые украли чешую дракона.

— Шутишь⁈ — Хеа даже привстала на мгновение, так поразила её эта новость. — Что происходит?

— Ты знаешь, я честно признаться, сразу подумал, что одержимые с помощью этой чешуи вывели дракона из комы.

— Это бесполезный артефакт, — Хеа вернулась на место и задумалась. — Хотя, в легенде говорилось, что чешуя поможет вернуть имуги силу дракона. Думаешь, раз Юн дракон, то она на него подействовала?

— Вполне вероятно, я уже ничему не удивлюсь, — Минхо задумался.

— Тогда непонятно, зачем проклятым душам будить дракона, он же вернёт их всех обратно, — Хеа совсем запуталась.

— Потому что Юн сейчас человек, — раздался голос женщины.

Хеа немедля встала и склонилась в глубоком поклоне.

— Приветствую вас Госпожа, — благоговейно проговорила Хеа.

Минхо наконец-то сообразил кто пред ним, встал и тоже почтительно склонился.

Госпожа Смерть, в образе милой пожилой женщины в бордовом спортивном костюме и кепкой на седых волосах, села на лавочку и жестом пригласила Хеа с Минхо присоединится.

— Прошу вас, у меня не так много времени, — поторопила она их.

Хее было непривычно сидеть рядом с такой могущественной сущностью. А на Минхо и вовсе было больно смотреть. Он побледнел и осунулся.

— У вас много вопросов, и я очень рада, что именно вы нашли Юна, — сказала Госпожа. — Я постараюсь рассказать вам о том, что произошло тридцать лет назад, а вы уже сами решите, как дальше поступить.

Удивление не выказали ни Хеа, ни Минхо. Просто появление Госпожи уже было столь ошеломляюще, что эмоций на то, что им откроют загадки прошлого невозможно было проявить. Настолько нереально было происходящее.

— Дракон-хранитель очень любил людей, оберегал и ценил их короткие жизни. И радовался словно ребенок, когда они подходили к реке. А уж праздники его радовали, даже словами не описать. Он подплывал поближе к берегу, чтобы разглядеть всё в мельчайших подробностях. Так было и тридцать лет назад. Только с одним исключением.

Госпожа сняла кепку и прищурилась, радуясь солнечному свету. Несколько мгновений помолчала. Отчего Минхо нетерпеливо заерзал.

— Одна маленькая девочка по неосторожности упала в воду, — неожиданно продолжила Госпожа. — За суетой и шумом этого никто не заметил. Родители искали и звали ребенка да бестолку. Дракон поспешил на помощь, потому что видел, что жизнь девочки долгая и счастливая, и этой случайности в ней не было. Он спас и оставил ребенка на берегу, так чтобы её родители нашли. Только в этот момент его самого пленили.

— Кто? — проговорил Минхо.

— Как? — удивилась Хеа. — Это же Дракон-хранитель!

— Не спрашивайте, даже я не знаю, потому что они скрылись от меня, — ответила Госпожа.

— Невероятно, — прошептала Хеа, и подумала, что кто же это тогда был раз смог укрыться от самой Смерти?

— Удивлены? Понимаю, мне и самой интересно, кто такой сильный и смелый, что умудрился меня обмануть, — старушка рассмеялась так, словно увидела, как её внук расшалился на берегу.

— Вы до сих пор не знаете кто это был? — несмело уточнил Минхо.

— Нет, увы. Чувствую только, что они опять зашевелились, раз пробудили Юна, — она хлопнула ладонями по коленям. — Поэтому повешу на вас эту задачку. Кто нашел первым дракона тому и разбираться. Так, я отвлеклась.

Она немного пошевелилась, чтобы сесть удобно и продолжила:

— Дракона пленили, связали его, и попытались сорвать с него одну чешуйку.

— Зачем? — опять вмешался нетерпеливый Минхо.

— Не знаю, — покачала головой Госпожа. А Хеа нахмурилась. Она надеялась, что сейчас всё ей расскажут, и поймет, как действовать дальше. Вот только всё стало намного запутаннее.

— Вы только представьте, насколько ему было больно, когда вытаскивали из его тела чешуйку? Дракон обезумел и в ярости своей выплеснул силу и разорвал границу между миром живых и мертвых. А затем перевоплотился в человека.

— Так это вы его отправили в больницу? — спросил Минхо.

— Да, когда я почувствовала неладное, прибыла на место, но опоздала. Никого рядом с Юном не было. Ли Бён мне тогда помог. Создал фирму «Ча Гын», чтобы оплачивать больничные счета для дракона. Нам лишь оставалось ждать и надеется на лучшее.

— Поэтому вы набрали новых жнецов смерти? Чтобы защищать не только людей, но и Юна? — уточнила Хеа. Теперь ей стало понятно, отчего Смерть взяла к себе на службу не только тех, кто уже умер, но и добровольцев из живых людей. Они могли защитить Юна, если бы он проснулся и не мог бы видеть обычных слуг смерти.

— Да, на случай если дракон вообще забудет о своих силах и не сможет разглядеть защитников, — кивнула Смерть.

— А что изменилось? — не унимался Минхо. — Платежи не поступили в больницу задолго до того, как пробудился Юн.

— Дракон об этом сам попросил, — ответила она. — Знаете, мне и Ли Бёну привиделся один и тот же сон. Иногда даже нам они снятся. К нам пришел Юн и попросил больше о нём не заботится. Вот мы и перестали.

— Знаете, после вашего рассказа стало все ещё намного запутаннее, — усмехнулся Минхо. — Одно мы теперь знаем наверняка. Только Юн способен рассказать, что произошло на самом деле.

— У него амнезия, — напомнила Хеа.

— А теперь я расскажу вам самое главное, — Смерть довольно потерла ладони. — Пробудить память Юна способна только истинная любовь.

Хеа вздрогнула. Вот это новость. Ладно, почти как в сказке, надо найти истинную любовь. Да только, кто полюбит дракона, из-за которого в мир проник убийственный загробный мрак? Его все ненавидят. Искать среди смертных?

— Так мы никогда не вернём ему память, — сказал Минхо, будто читая мысли Хеа. — Вы его видели? Он же чудик! Кто на него посмотрит?

Смерть в образе старушки посмеялась и исчезла.

Рассказ Смерти всколыхнул воспоминания Хеи. Она столько лет была поглощена ненавистью и желанием отомстить, что никогда по-настоящему не заглядывала в темные уголки своей человеческой памяти.

Да и работая жницей смерти, то человеческое что оставалась в ней со временем стиралось, оставляя лишь только беспристрастную бессмертную сущность, провожающую души в загробный мир.

Как оказалось, вспомнить было что, особенно сейчас, когда события закрутились вокруг Хеи с небывалой скоростью.

Ещё несколько мгновений Хеа и Минхо молчали. Они наблюдали за тихим течением Намхагана. Только не смотря на всю безмятежность внешнюю, внутри Хеи начинался шторм.

— Что будем делать? — все же нарушил тишину Минхо. Лису явно не терпелось разобраться в этой запутанной истории.

— Ты знаешь, та маленькая девочка, что упала в воду была я, — неожиданно сказал Хеа. Она решила, что может доверится другу и соратнику. Они не раз спасали жизнь друг другу, и Минхо обязан знать все подробности.

— Как такое возможно? — не понял кумихо. — Сейчас ты довольно взрослая жница смерти.

— Отчего-то Госпожа Смерть решила меня так назвать, — Хеа обняла себя и не отрывая взгляда от реки продолжила: — Даже теперь при встречи говорит мне «маленькая девочка». Возможно, это потому, что когда-то очень давно я была на пороге смерти, и даже виделась со жнецом.

— И спаслась? Почему? — у Минхо в кармане завибрировал телефон, но он решил не отвлекаться. Немногословная Хеа редко о себе рассказывала. Он боялся упустить такой шанс, узнать жницу смерти поближе.

— Дракон помог, опять, — ухмыльнулась она, своим детским воспоминаниям. — Я видела его во сне, когда была в больнице. Красивый, с чешуей, цвета воды Намхагана. Длинная белая борода, с мелкими пузырьками воздуха, будто маленькие жемчужинки украшали её.

— Так ты знакома с ним давно? — удивился Минхо. — И почему среди смертных он выбрал именно тебя?

— Не знаю, — Хеа пожала плечами. — Теперь я чувствую опустошенность. Я не знаю, что мне делать. Дракон меня спас, дважды. А я его ненавижу. И, только он способен ответить на все мои вопросы. Что делать не представляю.

Она не знала, как объяснить лису свои печали и тревоги. Дракон виновник того, что случилось с её близкими и родными, но также он пришел на помощь. И теперь в образе человека, Юн был таким же беззащитным ребёнком как тогда была Хеа.

— Получается ты видела, что произошло тридцать лет назад и кто пленил Дракона? — задумчиво сказал Минхо.

Да, сейчас она отчетливо вспомнила тот вечер. В воде она увидела белую бороду всю в пузырьках, и вспомнила тот сон из детства. Она пошла вдоль берега реки, и завороженно застыла. Из глубин на сушу поднимался Дракон. Подул сильный ветер и Хеа не смогла удержаться на берегу и упала в воду. А там под водой бушевал водоворот, и неожиданно было так глубоко, что Хеа чуть не захлебнулась, безуспешно пытаясь выбраться на поверхность. И так бы она потонула, если бы не исполинский хвост Дракона, который легко подтолкнул её на воздух.

Хеа встала и сделала несколько шагов. Воспоминания пятнами всплывали перед глазами. Как она, выбравшись на берег, сжимала песок руками. Как выплевывала воду. Как упала на спину и смотрела на звездное небо, заполненное сотнями оранжевых фонариков. Потом она посмотрела на реку и там Дракон плакал, а после когтистой лапой…

Хеа остановилась и посмотрела прямо в глаза Минхо, произнесла:

— Нет, там никого не было. Дракон сам выдрал из груди свою чешую.

Минхо вскочил со скамейки, приблизился в плотную к Хеа.

— Почему ты раньше молчала? — казалось он вложил в эту фразу все свои сумбурные чувства, хоть внешне и был спокоен.

— Только вспомнила, — Хеа прикрыла глаза. — Ты сам знаешь, что жнецами смерти становятся те, кто искупает свои грехи и после вступления в должность не помнит о своей прошлой человеческой жизни.

— У тебя же другой случай, — перебил Минхо. — Смерть сама вам предложила, ещё живым людям, вступить в ряды жнецов, чтобы помочь с проклятыми душами.

— Да, так и есть. Мы зависли между мирами живых и мертвых, но и память Смерть забрала, и вот мне только что её вернула, — Хеа открыла глаза и в них стояли слёзы. — Я всю свою жизнь знала Дракона и искала с ним встречи. Мечтала о нём и тянулась к нему. И вот тридцать лет его ненавидела. Я не знаю, что теперь делать?

Минхо хотел обнять её, и сказать, что все будет хорошо. Потому что он даже не представлял, какого это когда ты вдруг вспомнил о том, как был человеком. Но не стал. Не настолько крепкие у них были отношения, чтобы жница смерти позволила её обнять. Поэтому кумихо ограничился только поддерживающим прикосновением к плечу.

В кармане Минхо завибрировал телефон, им показалась, что так настойчиво гаджет никогда не работал. Они замерли. Очень странно, с учетом происходящего и такого личного момента отвлекаться на телефонный звонок. Но интуиция подсказывала, что это очень важно и срочно.

Минхо вытащил телефон и чуть не выронил его из рук на песок.

— Ли Бён? — удивился вслух он. Хеа тоже вскинула брови вверх, кого угодно она ожидала, но не звонок от пульгасари. Кумихо решил поставить на громкую связь. Едва нажал на зеленую кнопку, как раздался взволнованный голос:

— Быстрее в магазин. Сок напал на Юна, — и Ли Бён отключился.

Хеа с Минхо не сговариваясь побежали в сторону перекрестка. Хеа сожалела, что так опрометчиво оставила Юна одного, когда Сок приходил и угрожал ей в открытую. Точнее не ей, а дракону. Просто не ожидала, что жнец смерти так быстро решиться действовать. Поэтому она схватила кумихо за шкирку и перетащила его через портал к круглосуточному магазину Ли Бёна.

Прямо на тротуаре стоял Ан Сок в черном костюме, в руках он держал святящийся голубым светом меч. Юн лежал на проезжей части. Из носа у него текла кровь. Остальные жрецы смерти наблюдали за потасовкой у светофора, пока не вмешиваясь.

— Ты всего лишь жалкий человек, — говорит Сок и замахивается для удара. Юн прикрывается рукой, в надежде, что это поможет ему избежать клинка жнеца смерти.

— Вы тупые идиоты! Вы что творите? — заорала на них Хеа. Она встала между Юном и кончиком меча Ан Сока.

— Уйди, он должен умереть, — Сок жестом приказал своим помощникам направить мечи на Хеа. Те подошли ближе, на лицах их явно читалась неприязнь и полное согласие с действиями Ан Сока.

— По какому праву? — спросил Минхо. Он поднял Юна и отвел его подальше от жнецов смерти. — Вы отвечаете только за души, а не за убийства людей. Ваша прямая обязанность — не вмешиваться и быть беспристрастными.

— Если он умрёт, то дракон не возродится. И мы сможем и дальше заниматься своими обязанности. Ещё не известно, что он сделает, когда к нему вернётся память.

— Убирайтесь прочь! — Хеа вынула свой меч.

— Опомнись, — говорит Сок, и разочарованно качает головой. — Ты — жница смерти, вспомни об этом. Если ты оставишь его в живых, то вернёшься в мир смертных и возможно исчезнешь. Ты тридцать лет была не живой и не мертвой. Как думаешь, что осталось от твоего тела?

— Я не боюсь будущего. Мне терять нечего, — смело отвечает Хеа и делает несколько шагов вперед.

Сок растерянно отходит. Он не ожидал сопротивления, для него все было предельно ясно. Нет дракона — нет проблем.

— А я боюсь и не хочу терять то, что принадлежит мне по праву, — говорит он.

— Не хочу вас прерывать, — испуганно говорит Минхо, — но на город опустился вечер. Вам пора заняться своей работой.

Все замерли наблюдая, как последние лучи солнца скрываются за горизонтом. По земле незамедлительно пополз черный туман. В переулках засветились лики проклятых душ.

— Отчего их так много? — зашептались слуги смерти, направляя своё оружие уже не на дракона.

— Минхо, идем в твой офис, — говорит Хеа. — Ты же защиту не убрал?

Кумихо качает головой, помогает Юну идти, и переходит на другую сторону дороги. Хеа следует за ними, не спуская взгляда со слуг смерти. Только тем некогда их преследовать. Проклятые духи словно сорвались с поводка и заполонили всё пространство вокруг магазина Ли Бёна.

«Неужели они помогают Юну?» — мелькнула мысль в голове Хеи.