5

Они перебежали через дорогу и углубились заброшенный квартал. Туман расползался стремительно, в нём то и дело, словно плавники акул мелькали проклятые души.

Ми Ча распахнула дверь, и помахала им рукой, а второй швырнула несколько листовок с нарисованными оберегами. Падая на туман, они оставляли в нём горящие проплешины. Когда все вбежали, Ми Ча закрыла дверь. А затем все спрятались в офисе детектива. Внутри повсюду и вдоль стен все было обклеено защитными оберегами. Обычный порядок, поддерживаемый Ми Ча в кабинете, теперь носил легкий хаос, из-за разбросанных повсюду бумажек.

— Я переволновалась, — засмущалась девушка. — Минхо давно не было, и я была с Ли Бёном, когда Ан Сок ворвался в магазин.

— Ты знаешь, как зовут жнеца смерти? — удивился кумихо.

— Самый настоящий жнец? — воскликнула Ми Ча и смущенно пробормотала: — Трудно не запомнить, когда владелец магазина постоянно его повторял, и умолял отпустить юношу.

И они все посмотрели на Юна. Он сидел и вытирал рукой кровь с лица, делая ещё хуже, все размазывая по щекам и подбородку.

— Держи, — Ми Ча подала ему салфетки. — На моем столе есть зеркальце, оно тебе поможет.

Юн кивнул, и отошел к столу за стеклянной перегородкой. Хеа подошла к окну и раздвинула тонкую щель между жалюзи. Туман пытался пробиться в здание, но защита ещё держалась. Что же происходит?

Она оглянулась и посмотрела на Юна. Он вставил две салфетки в нос, чтобы остановить кровотечение.

— Ты не заметил, твоя кровь падала на асфальт? — спросила она.

Юн помотал головой:

— Всё случилось так быстро, что я понял хоть что-то, когда почувствовал боль в носу, — он растерянно оглядывался по сторонам и одновременно хмурил брови.

Хеа заметила, что Юн пару раз провел по подбородку, так будто гладил бороду в задумчивости. Неужели начинает вспоминать, кто он на самом деле?

Жница смерти переглянулась с Минхо. Лис её понял и вспомнил, что он тут главный детектив и спросил:

— Как ты думаешь, почему они на тебя напали?

— Они сказали, потому что я — дракон, — ответил он и сел на диванчик для посетителей. — Не понимаю, что это значит? Это прозвище из моего прошлого?

О стекло пару раз что-то стукнуло. Тихо и аккуратно будто проверяя на прочность.

— Кто это жнецы или туман? — испуганно прошептал Минхо. — Что происходит, Хеа? Мы не выстоим против них одновременно.

Она опять взглянула на улицу. Туман уже был выше первого этажа и ничего не было видно. То и дело струйки тьмы стучали по окну, проверяя, где истончилась защита.

— Отчего души пытаются прорваться? Они так никогда не делали, — проговорила себе под нос Хеа.

— А почему ты спрашивала про мою кровь? — поинтересовался Юн.

— Думала, они почувствовали её, поэтому и решили охотится за тобой, — напрямую ответила она.

— Нет, — Юн качает головой. — В день нашей встречи у меня были раны на ногах, так что дело не в моей крови.

Ми Ча села в углу на своем кресле и листала ленту в телефоне.

— В новостях ничего необычного, все по домам. Так что, то, что всполошило туман, находится в этом кабинете, — печально проговорила она.

— Если так подумать, то проклятые души появились, когда пришла Хеа, — проговорил Минхо и посмотрел на подругу.

Жница смерти прикрыла глаза пытаясь понять, что происходит, мысленно гуляя по кусочкам своей памяти, но никакого объяснения не находила.

Неожиданно в окна застучали настойчиво, будто палочками по барабану. Несколько ударов раздалось со стороны двери:

— Открывайте! — приказал Ан Сок.

Они переглянулись. Хеа вынула свой меч. Юн встал и отошел подальше, диван стоял почти рядом с дверью. Он аккуратно вынул салфетки из носа и выкинул их в мусорное ведро.

Со всех сторон сыпались удары и приказы открыть. Никто не знал, что делать и как поступить. На стенах один за других загорались и исчезали обереги расклеенные Ми Ча. Девушка заплакала и забилась в углу. На неё давила удручающая атмосфера, слишком много негативной энергии обрушилось на маленький кабинет детектива-кумихо.

Дверь поддалась первой. Всё же жнецы смерти проявили много терпения и не проникли внутрь через порталы. Ан Сок вошел, выставив свой меч и сразу направил его на Юна.

— Уходи, — попросила его Хеа. — Или помоги на во всем разобраться. Не просто так дракон появился именно сейчас.

— Да, не просто, когда мы с ним покончим все вернется в прежнее русло, — холодно ответил жнец смерти. — Я не хочу быть снова человеком. Не верю, что у меня была отличная жизнь.

Минхо на всякий случай встал рядом Ми Ча. Она плакал и переводила взгляд от одного жреца смерти к другому.

— Лис, а тебя не смущает, что твоя помощница нас видит? — спросил один из них с любопытством поглядывая на девушку.

— Не твоё дело, — рычит кумихо. — Убирайтесь отсюда и займитесь своим делом. Сегодня много проклятых душ.

— Да, их будто притягивает к себе дракон, — шепчутся между собой жрецы смерти. Только Ан Сок молчит и сверлит взглядом Хеа.

Она стоит спиной к окну, напряженная и готовая в любой момент кинуться на защиту Юна.

Внезапно барабанная дробь по окнам прекратилась. Тишина разлилась оглушающая. Все устремили взгляды на стекла. Послушался треск. И тысячи осколков ворвалось в кабинет. Хеа вскрикнула и пригнулась. Жнецы выставили щиты. Минхо прикрыл Ми Ча собой.

Словно волна цунами внутрь хлынула тьма вперемешку с кричащими проклятыми душами. Заполняя каждый уголок и щель, все пространство, негативная энергия смела щиты жнецов, превратила в прах бумажные обереги. Ми Ча больше не всхлипывала, она была без сознания. Кумихо закрыл руками уши, но и ему было сложно подняться и обернуться, чтобы посмотреть, что происходит. Тьма давила на него бетонной плитой.

Почти все жнецы смерти исчезли в порталах. Остался только Ан Сок, его тормозила ненависть и желание мести. Юн все ещё оставался на ногах и казалось, что туман для него не больше, чем дым от костра, просто досадное недоразумение, подаренное порывом ветра.

Хеа охнула и упала на пол. Проклятые души напали на неё со всех сторон. Сотворив вокруг неё кокон из мощного потока негативной энергии. И в какой-то миг Хеа перестала дышать.

— Нет! — крикнул Юн. Он сделал знак пальцами и вокруг него туман сформировался в огромную голову дракона с бородой и направился в сторону жницы смерти, разгоняя острыми зубами призраков. Они шипели рассерженными кошками, но отступили. Туманный дракон ещё покрутился по комнате впитывая в себя остатки тьмы и вылетел из разбитых окон на улицу.

Негативная энергия исчезла и все почувствовали облегчения. Хеа неподвижно лежала на полу. Юн подбежал к ней и поднял на руки. Она была без сознания, сердце едва билось, но все же слабое дыхание появилось.

Ан Сок приблизил к ней кончик меча.

— Сдайся дракон или я убью её, — говорит он Юну.

Хеа неожиданно открывает глаза и в глазах её плещется тьма.

— Вот мы и встретились, дракон, — говорит она чужим голосом.

— Что происходит? — испуганно восклицает Ан Сок. — В неё вселился призрак?

Юн погладил нежно по голове Хею и прошептал: — Потерпи моя милая, я сейчас все исправлю.

Он целуют жницу смерти в лоб. Вокруг них в тот же миг разливается яркий похожий на солнечный свет. Хеа кричит от боли, то, что живёт в ней корчится от боли, и в конце концов покидает тело девушки.

Огромный, словно черная космическая дыра вихрь, от пола до потолка гудит тысячью пчел, крутится вокруг Юна и Хеи, пытаясь вернуться обратно в живое тело, но каждый раз наталкивается на свет дракона.

Юн аккуратно опускает Хеа на пол, встает и поворачивается к вихрю. Расставляет руки, и тот с победным смехом влетает в грудь дракона.

Вокруг замерло даже время, а пространство будто надулось пузырем на мгновение смазываясь, а потом все прекратилось. В полу, кроша плитки образовалась щель в загробный мир.

Хеа едва открыв глаза, хватает рукой за штанину Юна и качает головой. Она не может его отпустить, нет. Юн же просто по-детски ей улыбается, делает два шага и исчезает по ту сторону от мира живых.

Ан Сок превращается в пепел, едва щель закрывается. Только куски сломанной плитки напоминаю, что там была дыра в потусторонний мир.

Минхо подбегает к Хеа, но она лежит на полу и беззвучно плачет.

— Что произошло? — растерянно шепчет кумихо.

— Всё закончилось, — отвечает Хеа.

Лис встает и выглядывает в окна. Над городом тишина. На небе полная луна и яркие звезды. На земле нет тумана, нет призраков и одержимых. Нет патрулей жнецов смерти. А круглосуточный магазин Ли Бёна без света, только вывеска мигает «закрыто».

Хеа садится, так чтобы спиной прижаться к ножке стола.

— Как? Так просто? — не понял Минхо. — Тридцать лет страданий, патрулирования и службы слугой смерти? Просто Юн шагнул в пропасть с вихрем? Всё это было ради этого момента?

— Полностью разделяю твое негодование, — Хеа слабо улыбнулась, но у неё до сих пор в глазах стояли слёзы.

— А как же истинная любовь и вот это все? — Минхо сел рядом с ней.

— Я оказывается была истинной любовью дракона, — сказал Хеа. А лис удивленно раскрыл рот. — Да, я вошла в цикл перерождения. Но на мне висело проклятие. Я была вместилищем злого демона. Так что туман рвался ко мне, чтобы пробудить то зло, что спало все это время во мне.

— Ничего не понятно, — проворчал лис.

— Ну, что ты, Минхо, — Хеа стукнула его плечом в плечо. — Всё как в любой истории любви. Красивая девушка гуляла вдоль берега и влюбилась в речного дракона. Только злой демон возжелал такое же счастье для себя. Девушка отказалась. Тогда он проклял её, в каждом своем новом перерождении она будет вместилищем для него в мире смертных.

— Только дракон не желал такой судьбы для своей любимой, — продолжил Минхо. — И что он сделал?

— В каждое перерождение девушки, дракон охранял её, с помощью своей чешуи. Она скрывала девушку от злого демона. Только последнюю чешуйку украли имуги и душа девушки больше не была защищена. Злой демон быстро нашел её. Когда я нечаянно упала в реку во время праздника. Только вот незадача, и тут дракон демону помешал.

— Ты все это помнишь? — удивился Минхо.

— В голове воспоминания сейчас как серии дорамы мелькают, — Хеа прикрыла глаза. — Ты знаешь, я их чувства ощущаю как свои. Сердце рвет на части, от того, что Юн ушел в загробный мир, чтобы заточить демона.

— Допустим, мне тоже его жалко, — вздохнул Минхо. — Хороший парень, даром что дракон. И он так каждый раз утаскивал демона в загробный мир?

— Нет, об этом дракон догадался только в этом моём воплощении, — ответила Хеа. — Дракон сам стал сосудом для злого демона, чтобы уйти с ним по ту сторону. Так что Юн и правда виноват в смерти всех тех людей на берегу. Он больше не добрый хранитель реки Намхаган.

— А кто теперь? Неужели у нас больше нет дракона в городе? — удивился Минхо.

В этот момент в кабинете появилась милая старушка в сиреневом спортивном костюме. Минхо с Хеей встали и поклонились Госпоже.

— Отвечу сразу. Дракон вырвал свою чешую, чем разорвал связь Хеи с демоном. Только при этом пострадало все вокруг. Потом он превратился в доброго человека, чтобы забрать зло из Хеи себе. Только вот незадача. Я с Ли Бёном не были в курсе всей задумке. Объявились невовремя, и все испортили. Забрали Хеа к себе в слуги, скрыв от дракона. А он в это время стукнулся головой и впал в кому. Человеком же стал, хрупким. Вот мы и ждали пока очнется. Да только время шло, а толку. Тогда пульгасари предложил разбудить его с помощью чешуи, которая находилась у имуги.

Минхо и Хеа только рты в удивлении раскрыли. И вероятно одновременно подумали, что пора пить соджу, иначе всю историю не вывезешь на своих плечах.

— Поздравляю, ты раскрыл дело, украденной чешуи у имуги, — усмехнулась Хеа. Минхо лишь закатил глаза. Не о таком окончании дела он мечтал. И как он теперь объяснит, что во всем виноват пульгасари? Клан имуги за такое ему не заплатит.

— Да уж, натворили мы все дел, — вздохнула Смерть. — Теперь столько бумажной волокиты будет. А за дракона не переживайте. Он вернётся, просто теперь будет немного другим, более темным. Вы назовете его Хранителем ночи.

Старушка повернулась, чтобы уйти.

— А вы меня с собой не заберёте? — Удивилась Хеа.

— Зачем? — Смерть улыбнулась. — Жди своего дракона. Я к тебе теперь не подойду. Больше не хочу разгребать бардак во всех мирах, — она замахала руками и исчезла.