Глава 14

Ехать с караваном оказалось не так весело, как я себе это представляла. Мы тащились по обочине рядом с телегами, слушали байки возчиков, дышали дорожной пылью да иногда прижимались к самому краю, пропуская встречных курьеров или кареты.

После третьего или четвертого гонца, лорд Натан глубоко задумался, перебирая пальцами простые камушки, нанизанные на суровую нитку. Я такое приспособление видела впервые, вот и полюбопытствовала. Хранитель объяснил, что один из учителей в Академии учил их размышлять, перебирая крупные бусины, камушки или палочки.

– Каждая бусина – это событие или свершившийся факт. Так удобнее всего выстраивать логическую цепочку. В пути приходиться пользоваться камушками, собранными на нитку, и это тоже помогает обнаруживать нужные связи.

– Что же Вы сейчас обдумываете, наставник? – спросила я, именуя Хранителя согласно нашей легенде.

– Пытаюсь понять, как нас обнаружили так быстро и почему притащили пустошных гончих? Я не великий маг, владеющий темным даром, а для поиска людей в городе хватит обычных обученных ищеек.

Я покрутила в голове все, что знала и пожала плечами:

– Получается, кто-то узнал про Лапку. Наверняка, гончие натасканы сражаться пустошными псами, или хотя бы отвлекать их, пока хозяева стреляют из арбалетов, как на охоте.

– Узнать пустошного пса под личиной, невозможно, – качнул головой Хранитель, – а без ошейника он был только в доме леди Клариссы. Его видели только хозяева и служанка, которая подавала бульон.

– Значит, у нас трое подозреваемых, – вздохнула я.

Лорд Натан бросил на меня неприязненный взгляд:

– Я не верю, что Кларисса предала.

– Она, может, и нет, – рассудительно сказала я, а вот её муж вполне мог соблазниться обещанным вознаграждением.

– Почему не служанка? – поднял бровь мужчина.

– Вы думаете, простая служанка знает, где искать пустошных охотников? – ответила я такой же гримасой.

Хранитель хмуро кивнул.

– К тому же нас искали в городе, а все были уверены, что мы уехали. Почему искали в кольце стен?

– И почему? – кажется, лорда забавлял мой серьезный вид.

– Потому что тот, кто нас сдал, не знал, что мы остались. Он хотел заработать и потянуть время! – выпалила я.

– Очень может быть, – задумчиво произнёс лорд Натан, – и это означает, что у знакомых и родственников нас будут искать в первую очередь. В знакомые места отправляться нельзя.

Я в ответ только плечами пожала – об этом меня сразу предупреждали и мама, и отец. Правда, каждый из них предложил свои варианты на тот случай, если мне понадобится помощь. Мама научила обращаться с просьбами к лесным и луговым духам, а отец сообщил, что положил в каждый крупный банк страны деньги, условием получения которых будет мой фамильный медальон или моя магически заверенная подпись.

Мы мирно ехали почти до полудня, и, наконец, остановились на привал у небольшого, быстрого ручья. Возницы принялись кормить и поить коней, торговцы вынимали из узелков припасы. Я было потянулась к узелку с прикупленной снедью, но лорд сурово напомнил, что сначала нужно вычистить лошадей, принести им воды, и только потом вытягивать на вытоптанной траве усталые ноги.

Мужчины вокруг ухмылялись и поддакивали. Поморщившись, я занялась своей кобылкой, потом кое-как дотащила воду в кожаном ведёрке. Нести было не тяжело, но неудобно, и я наплескала ледяной воды в сапоги. Пришлось их стягивать и вешать сушиться на предусмотрительно воткнутые кем-то обломанные ветки. Роль племянника совершенно перестала меня забавлять, и я изо всех сил сдерживалась, чтобы не выразить своё недовольство неожиданным магическим сюрпризом. Наконец, Хранитель счел, что все сделано, как надо, и позволил развязать узелок с покупными пирогами. Тут-то нас и догнал Лапка.

Хорошо, что мы устроились на окраине стоянки, иначе последствия могли быть более катастрофичными. А так пес всего лишь опрокинул ведро с водой, перепрыгнул, спешно пригнувшегося возчика и напугал до мокрых штанов еще одного. Нам бы высказали все, что о нас думают, но Лапка, небрежно улыбнулся, скаля зубы, и все крикуны передумали возмущаться.

Лапка был перемазан в навозе, соломе, перьях и еще боги знают в чем, зато крепко сжимал в зубах палку. Трофей он сложил к моим ногам и радостно залаял, сообщая всем, какой он молодец. Пришлось тянуть «собачку» к ручью, чтобы отмыть, а потом еще и вознаграждать за терпение изрядным куском окорока. Заметивший это возница только хмыкнул:

– Ишь, расточители! Собаку мясом кормить – только портить! Пусть бы сам охотился, да и вам приварок был бы.

Я оценила размеры Лапки, потом наши припасы и поняла, что старик прав. Я, конечно, могу создать хоть десяток окороков, но в обозе, где все на виду, немедля возникнут вопросы – откуда мясо? А вот если окружающие будут уверены, что это результат охоты нашего пса, жить станет проще.

– Песя, Лапа, а сбегай на охоту? – залебезила я, поглаживая с виду короткую и жесткую, а на деле мягкую и пушистую шерсть. – Зайца там принеси, или покрупнее кого, а мы тебя вечером угостим вкусненьким. Ты же любишь вареное мясо?

Пустошный пес внимательно слушал, чуть склонив голову на бок, а потом неспешно потрусил в лес. Возчик, которому мы чем-то понравился снова хмыкнул, качая головой:

– Вот кабы сам не видел, ни за что бы, не поверил, что такие умные собаки бывают!

Между тем жара спала, и караван начал собираться в дорогу. Мы быстро упаковали подстилки и еду, я, морщась, натянула влажные сапоги. С бытовыми заклинаниями у меня было не очень. Проще было создать новые сапоги, чем высушить эти. А вот лорду Натану магия подчинялась безупречно – он высушил мою обувь легким касанием руки и посоветовал сменить портянки. Я последовала его совету, и жизнь уже не казалась мне такой унылой. Натянув поглубже шляпу, чтобы не так сильно пылились волосы, прикрыла лицо платком и уже садилась в седло, когда из леса появился страшно довольный Лапка, таща в пасти дикую козу!

Возчик аж крякнул от восхищения:

– Вот это пес! – протянул он.

Между тем Лапка добрался до нас и положил добычу к моим ногам. Хранитель оценил подарочек, велел мне принять подношение и похвалить собаку, а сам одной рукой закинул тушку на круп лошади со словами:

– Вот вечерком кулеш погуще сварим!

Караван ехал до самого вечера без происшествий. Дорога тянулась медленно, но я не скучала. Лорд Натан придумал для меня игру, которая скрашивала наше путешествие. Я ехала бок о бок с ним и разыскивала точки для ориентиров. Иногда мужчина меня хвалил, иногда объяснял, почему нельзя делать ориентиром стог сена или загон с животными. Возчик, которому было любопытно, чем мы заняты, Хранителя похвалил – вот молодец, учит племянника не теряться на местности.

На закате мы въехали в большое село под названием Середка. Шумное, широко раскинутое, да еще и полное постоялых дворов и трактиров. Я шепотом спросила у лорда Натана, почему здесь так людно, ведь в пути нам встречались лишь одинокие хутора, да крохотные деревеньки на три-пять домов.

– Это село расположено в дневном перегоне от городка, в котором мы нанялись в караван, – объяснил он. – Тут часто ночуют обозы, возчики делают передышку, вот постепенно местный хутор и разросся до села. К тому же, дальше по дороге, ровно через дневной переход будет еще один город, покрупнее, потому и название такое.

Я помогла вычистить лошадей, а потом наблюдала, как лорд разделывает козу, сдирает шкуру, режет мясо тонкими полосками. Кости и требуха ушли добытчику. Сердце, печень и легкие – в котел. Большую часть мяса лорд сложил в наш дорожный котелок и засыпал смесью соли и пряностей.

– К утру просолится, – объяснил он мне, – потом на пару дней хватит кашу варить. Эх, жаль, коптильни нет, – вздохнул он.

– Да почему нет? – возчик, словно прилип к нам, постоянно наблюдал, давал советы вот и теперь не удержался. – У здешнего хозяина все есть! Сам мясо растит, сам коптит и солит, иначе постояльцев не прокормишь. Сходи к нему, договорись, чтобы ночь мяско в коптильне повисело, да расплатись либо мяском, либо серебром.

Серебром? Большая часть путников всюду платила медью. Я выразительно взглянула на Хранителя, но тот сделал вид, что мой взгляд не заметил. Поблагодарил попутчика и, действительно, отнес мясо трактирщику, расплатившись аккуратно снятой шкурой.

До восхода луны мы успели плотно пообедать, искупаться в ручье, и улечься спать под телегой. Лапка лег между нами, согревая и успокаивая. Как бы я не привыкла к простым условиям жизни, сон на земле был для меня сложным делом. Сквозь тонкое одеяло чувствовался каждый бугорок, шум и разговоры не давали расслабиться, и я бы, наверное, прокрутилась всю ночь, но Хранитель провел рукой по моим волосам и шепнул:

– Спи! – приправив слово сонным заклинанием.

Спала я всего несколько часов и проснулась, когда где-то вдалеке небо только начало светлеть. Хранитель присел на корточки рядом с телегой и просто пощекотал мне ногу, чтобы разбудить. Заметив, что я открыла глаза, он прижал палец к губам и знаком поманил за собой. Я выползла из-под телеги и шепотом спросила:

– Что случилось?

– Надо уходить, – едва слышно, одними губами ответил лорд.

– Разбудим… – я кивнула на храпящих поблизости возниц и торговцев.

– Нет, я всех усыпил.

Мы быстро собрали подстилки и мешки, подседлали коней и шагом выехали за пределы села. Спать хотелось неимоверно. Лорд Дормиш удивил меня, сунув полоску пряного копченого мяса.

– Пожуй, и сон отступит, – сказал он, выезжая на дорогу.

Мясо оказалось вкусным, и вскоре я перестала зевать, в который раз удивившись опыту и знаниями своего Хранителя. Ехали мы недолго, до первого поворота к какой-то деревушке. Там спешились, разворошили стог прошлогоднего сена, завернулись в одеяла и уснули, оставив Лапку сторожить наш сон.

Дремали до полудня, потом неспешно встали, сходили к общественному колодцу, умылись, купили у румяной селянки крынку холодного молока, половину свежего каравая и дюжину яиц в травяной плетенке. Лорд Натан научил меня печь яйца в теплой золе, ловить корзиной рыбу в медленной речушке и просто наслаждаться тихим солнечным днем. К вечеру я все-таки не выдержала, начала спрашивать, почему мы свернули с тракта и когда поедем в столицу?

– Свернули, потому что в обозе на нас стали обращать внимание, – пожал плечами лорд. – Да и гонцы зачастили. Мы никуда не спешим, можем переждать. Пусть Охотникам надоест искать нас.

Я покивала, понимая, что лорд Натан прав – нам некуда спешить. Неизвестно, сколько лет понадобиться моей магии, чтобы стабилизироваться. Поэтому я вытянулась на подстилке и уставилась в небо. Хорошо!

У деревушки мы провели два дня, потом сменили личины и выехали на тракт. Я теперь была рыжей девчонкой с зелеными бантиками в косичках, а Хранитель рубахой-парнем с наивным взором. Ехали мы к родне в гости, а у копыт лошадей бежал крупный беспородный пес. По дороге на нас почти не обращали внимания, – искали седого наемника и мальчишку.

Стоило поблагодарить леди Клариссу еще раз – если бы не ее предусмотрительность, нас бы остановили у первого королевского трактира, а так мы мирно ехали почти целый день и только к ночи свернули на хутор.

Нам предложили сеновал, на котором еще осталось немного прошлогоднего сена. Толстые верблюжьи одеяла, которыми мы запаслись ещё в начале пути, спасли нас от колючей сухой травы, но не спасли от мышей, насекомых и дождя, просочившегося сквозь крышу. Мне до слез хотелось залатать заклинанием крышу, разогнать насекомых и мышей, но я не владела бытовой магией, а лорд Натан устранять недостатки ночлега с помощью магии отказался:

– Опасно. Здесь у всех обереги и маячки висят. Заподозрят, что мы маги – будут просить помочь с мелочами. Слухи сразу поползут.

Утром я встала злая, продрогшая и помятая. Лорд Натан тоже не выглядел счастливым. К тому же хозяева, получившие серебрушку за ночлег, и не подумали накормить нас, или хотя бы предложить горячего отвара.

Закутавшись в одеяла, мы медленно вошли в конюшню, умылись ледяной водой из поилок и принялись чистить коней. Постепенно разогрелись, свернули одеяла, вывели коней и пешком двинулись к тракту. Минут через десять Хранитель усадил меня в седло, и мы двинулись дальше, надеясь, что мелкая морось, которая не дала нам спокойно спать скоро прекратиться.

К моему огромному сожалению, морось перешла в полноценный ливень, так что далеко мы не уехали – добрались до ближайшего трактира и сняли недорогой номер под самой крышей. Здесь было зябко, сыро. Конечно, лучше слушать дождь, упорно стучавший по крыше, нежели мокнуть под ним, но после неудачного начала дня на «гостеприимном» хуторе, я была в настроении жаловаться на жизнь. Я уселась на постель и заныла, как больной зуб:

– Лорд Натаан, ну, почему здесь? Что получше номера не нашлось? Здесь же холодно. И противно.

Хранитель вздохнул, вытянул ноги и объяснил:

– Мы сейчас выглядим как представители небогатой городской семьи. Снимать роскошный номер нам не по чину, а все другие уже разобрали те, кто не желает ехать в дождь. Я уже заказал горячий суп и жаровню, так что сейчас поедим, согреемся, закутаемся в свои одеяла и поспим. А вообще, леди Фа, что-то Вы раскапризничались сегодня. Прошу прощения за интимный вопрос, но я обязан знать, когда у вас «женские дни»?

Я покраснела, как маков цвет, посчитала на пальцах, сбилась, полезла в седельную сумку и вытащила дощечку, на которой меня научила отмечать «эти» дни мама.

– Завтра, – выдавила из себя, не веря тому, что разговариваю на такую тему с мужчиной.

– Значит, мы правильно сделали, что остановились здесь, – вздохнул лорд Натан. – Все необходимое у Вас есть, или нужно что-то купить?

– Полотна, мягкого, – пробормотала я, готовая провалиться сквозь землю.

Этот момент мама со мной тоже обговорила. Дома нянюшка заранее готовила нам полоски мягкой фланели, складывала особым образом, утюжила, а после использования уносила в прачечную. В дороге же такой роскоши не бывает. Хорошо, если получится отыскать вытертую до мягкости простыню. А сотворить необходимое, я боялась – магия моя чудила, вместе с настроением и результаты были непредсказуемы.

Лорд кивнул, и вышел. Вернулся не скоро, зато добыл сразу две простыни – не новые, но чистые и даже отглаженные, а еще принес щепной коробок пряников, мешочек орехов, кулек изюма и большой кувшин горячего сбитня. Мне сразу стало веселее. Под пряники и сбитень даже дождь перестал казаться таким противным.

Мы поели, потом поспали, потом снова поели, а ближе к вечеру, когда спать надоело, Хранитель выловил из своей сумки книгу бытовых заклинаний и принялся меня учить совершать самые примитивные действия. Поначалу я сопротивлялась:

– Милорд, я проявительница, у меня не получаются бытовые заклинания!

– Все это чушь, – отмахивался мужчина, – вся магическая сила одинакова. Просто у Вас ее очень много, поэтому Вас и не обучали бытовым заклинаниям. А ведь это хороший способ взять свою магию под контроль.

Заинтересовавшись, я пролистала книгу, выбирая заклинание для тренировки. Зажигать свечи мне нельзя – могу поджечь дом. Чистить одежду? Слишком сложная формула для начинающего. Перебрав все, что можно, я решила подогреть остывший сбитень в кружке. Первая кружка разлетелась на куски, забрызгав и меня, и учителя сладкой липкой жидкостью. Вторая раскалилась до красна. Пока кружка остывала, Хранитель ликвидировал последствия взрыва первой кружки и объяснял мне мои ошибки.

– В первом случае ты вложила слишком много силы воздуха. Она и разорвала кружку. А во второй раз избыток пришелся на нагрев. Сейчас кружка остынет, попробуй еще раз, только буквально по капле.

Я вспомнила, как мама добавляла розовое масло в воду для купания – буквально две-три капли из крохотного флакона, зато аромат потом плыл по комнате, заставляя меня глубоко вдыхать и млеть от удовольствия. Пользуясь этими каплями, как подсказкой, я решила попробовать снова. Медленно-медленно, потянулась к покрытой стеклянной глазурью кружке и влила капельку силы. Напиток нагрелся, от поверхности пошел пар, но глина не раскалилась. Я радостно захлопала в ладоши, и кружка тотчас разлетелась на осколки. Захотелось плакать, но лорд Натан успокаивающе взъерошил мне волосы:

– Все хорошо, леди Фа, это уже успех!

– Кружек не осталось, – вздохнула я в ответ, жмурясь, стараясь продлить невольную ласку.

Я и не заметила, как соскучилась по объятиям и касаниям. Прежде мама каждый вечер заходила к нам, обнимала и целовала в лоб. Даже отец иногда гладил нас по голове. Лорд Натан убрал руку, но не стал отодвигаться или уходить из комнаты:

– Кружек нет, – сказал он, бросая осколки в помойное ведро, зато есть ложки. Продолжим?