Глава 19

До Пустошей мы не добрались.

Петляли вдоль тракта, останавливались ночевать в небогатых хатах, часто уверяли крестьян и попутчиков, что едем на Юг, туда, где теплее, зима мягче, а цены на еду меньше.

Нам поддакивали, советовали города и деревни, где можно остановиться. На следующий день мы делали крюк, а то и возвращались по своим следам. Пару раз натыкались на преследователей, но каждый раз выскальзывали из почти захлопнувшейся ловушки.

Долго такая беготня продолжаться не могла. Копилась усталость, снижалась бдительность, да и личины наши успели примелькаться на Южном тракте. Я чуяла: вот-вот лорд Натан сделает нечто, что позволит нам тихо пересидеть зиму в каком-нибудь глухом углу.

Между тем Хранитель и пес каждый день охотились. Они добыли немало пушнины, так что в один из дней мы свернули в городок, отыскали скорняка и пошили себе роскошные зимние плащи, полностью подбитые лисой. Еще лорд заказал теплые куртки, подшитые изнутри теплым и гладким мехом бобра, сапоги, волчьей шкурой наружу и много мелочей вроде шапок, рукавиц, жилетов и сумок. Да, даже сумки тоже приходилось утеплять, чтобы сохранить кое-какие зелья и книги по магии.

Приодевшись, мы выехали на тракт, свернули к отмеченной на карте «точке возмущения» и, не доехав до нее примерно с милю, провалились в заранее купленный портал.

Ох, как это было странно – попасть из поздней слякотной осени в белую ревущую метель! Однако дорога приучила меня все держать под рукой, так что мы быстро переоделись, и неспешно двинулись на своих не замечающих погоду зверюгах куда-то сквозь заметь, на сигнал маяка.

Через несколько часов выяснилось, что мы перенеслись на Север. В самую дальнюю часть нашего королевства. На полуостров, глубоко выдающийся в море. Зимой попасть сюда можно было только порталом, да и то не всяким. Ветра сдували все, что не успело врасти в твердую, как железо, землю. Замерзшее море тяжело дышало и ворочалось подо льдом. А узенькая полоска земли, соединяющая полуостров с материком после первой же метели зарастала огромными сугробами, прокопать которые сумел бы не каждый медведь. В общем, мы очутились в совершенно глухих местах, зато в безопасности.

Оказалось, что мой хитромудрый Хранитель позаботился о грядущей зиме еще летом. Попросил своего приятеля-мага отправиться сюда и купить здесь землянку, а потом прислать ему почтой активатор для маяка, ключ-портал и универсальную защиту перехода. Заплатил за все бриллиантами, так что никто ничего не узнал.

До землянки пришлось ехать довольно долго, но флегматичные кони легко ступали даже по глубокому снегу, а пес и вовсе скользил в сугробах, как мрачная черная тень.

Когда мы добрались до места, я немного опешила. В моем представлении «землянка» – это такая нора в земле. Что-то тесное, неуютное и сырое. Передо мной же красовался перевернутый корабль, до половины запорошенный снегом. Нора тут была, но тщательно закрытая тяжелым каменным щитом, под которым обнаружились потертые шкуры, сено, и только потом обычная деревянная дверь.

– Это и есть землянка? – шепотом спросила я у Хранителя, заходя в просторное помещение, в которое едва-едва пробивался свет зимнего дня.

– Это местный «длинный дом», – ответил лорд Натан. – Я попросил друга купить дом, он его и купил. И, похоже, вместе с усадьбой, – добавил он, добравшись до столика, на который входящие складывали шапки. Тут лежали свитки с печатями и отдельная записка сверху. Хранитель пробежал письмо глазами и хмыкнул: так и есть! Джерис купил усадьбу вместе с несколькими земельными наделами и деревней. Пишет, что ничего другого здесь не продавалось. Запасы все сделаны, управляющего зовут Родрик-бонд, и если что-то понадобится, следует идти к нему. Что ж, леди Фа, обживайтесь, а я пойду, отведу коней в конюшню.

С этими словами лорд ушел, и я знала, что его не будет долго, ведь ворота конюшни, наверняка, засыпаны снегом, в кормушках и поилках пусто, да и в стойлах нет соломы. Конечно, лорд Натан гораздо лучше меня владеет бытовой магией, но все равно работы было не мало.

Придется мне самой думать об ужине и тепле. Я скинула плащ и шапку, поежилась и пошла искать очаг. Их было несколько, но самый большой располагался у дальней стены. В нем нашлись дрова и растопка, так что я поспешила выбить искру, чтобы хоть немного прогреть помещение.

Пока огонь разгорался, я осмотрелась. Тут, вероятно, была общая комната, в которой проводили свободное время все члены семьи. Направо и налево от очага располагались две двери с тяжелыми кованными ручками. За одной дверью нашлась кладовка, забитая припасами, а за второй – небольшая спальня, видимо супружеская, с отдельным очагом и огромной кроватью.

Я вернулась в общий зал, недоумевая, – где же спали остальные члены огромной семьи? Ответ нашел Лапка, он совал свой любопытный нос везде, и, наконец, добрался до резной доски, стоящей у стены. Толкнул ее носом и пропал! Я подбежала, волнуясь, и рассмеялась – за доской открывалась уютная каморка с постелью и сундучком. Пустошный пес довольно развалился поверх потертого мехового одеяла и довольно зевал.

Напевая, я вернулась к очагу. Взяла два котелка и собралась на улицу, чтобы отыскать воду. Два крепких деревянных ведра ждали меня на ступеньках. Хранитель позаботился! Было приятно. Я подхватила одно ведро, унесла к очагу, наполнила котелки и полезла в кладовую, посмотреть, что можно приготовить побыстрее.

Вот с этим тут было туго – птица и дичь висели разделанные, завернутые в куски шкур или кожи. Кое-как отыскался окорок, залитый воском, и мешочек крупы. Вот из этого я и приготовила обед, добавив вместо хлеба дорожные лепешки. Можно было и самой создать мясо, а вот хлеб и крупы у меня пока не получались.

Лорд Натан появился, когда каша с копченым мясом уже пыхтела в котелке, а во втором котле настаивались найденные в кладовой летние травы.

– Похоже, здесь жили хорошие люди, – сказала я задумчиво, – в доме полно припасов, и даже одеяла есть.

– Это все Джерис, – отмахнулся лорд, умываясь над медным тазом. – Он выкупил дом местного лэрда с условием оставить его жилым, а крестьяне платят налог припасами, вот и набили кладовую. Я велел не экономить, зимы тут суровые. Вот увидите, леди Фа, они уже заметили дым и скоро прибегут сюда проверить, кто появился в хозяйском доме.

– Прибегут? – окна в этом странном доме-корабле располагались очень высоко, да еще прикрывались ставнями, но я слышала завывание метели и помнила огромные сугробы, окружающие усадьбу.

– На лыжах, – мотнул головой Хранитель, утираясь старым, но чистым полотенцем, которое нашлось тут же.

Вообще, я заметила, что во всем доме не было ни одной новой вещи – даже горшки и плошки у очага явно знавали лучшие времена. Ну да, это не беда, простых вещей я могла изготовить сколько угодно, – было бы желание. Главное, что здесь есть тепло и еда.

Мы неспешно перекусили, а потом лорд Натан отправился осматривать дом. Он был велик. По дюжине резных досок с каждой стороны дома и за каждой каморка с кроватью и сундучком. Отдельно возле входа пряталась уборная. Хозяева нам попались рачительные – выгребная яма была вычищена и засыпана негашеной известью.

Колодец прятался в конюшне, но там, где располагалось место для приготовления пищи, обнаружился огромный керамический бак с краном, как у винной бочки. В нем явно хранили воду для домашних дел. Еще нам досталось некоторое количество сухой травы, привязанной к потолочным балкам, несколько потертых шкур и собственно все, но это нас абсолютно не волновало, уж всевозможные ткани я научилась изготавливать легко.

Правда, в доме все равно чувствовался дух запустения, а еще тут абсолютно не было книг. Я не заметила, как сказала это вслух. Хранитель бросил на меня насмешливый взгляд:

– Здесь, на севере, леди Фа, книги – большая ценность и редкость. Ярл, имеющий больше одного тома в личной библиотеке, почитается книжником. К тому же, здесь чаще пишут на свитках, а из-за частых пожаров крупных библиотек на полуострове нет совсем.

– Но чем же мы будем заниматься всю зиму? – несказанно удивилась я.

– Магией, – хмыкнул лорд Натан, вытаскивая из-под кровати в одном из закутков рыболовную сеть.

Я смотрела на все это скептически, но высказать свое мнение не успела – к нам, действительно, пожаловали гости. Вооруженные мечами и копьями высокие светловолосые парни в меховой одежде ввалились в дом толпой и замерли, разглядывая меня без амулетов леди Клариссы. А напротив них замер пустошный пес в облике дога, демонстрируя всем желающим клыки.

Пока они находились в ступоре, лорд Дормиш вышел из закутка, оглядел парней и рявкнул:

– Кто такие? Как посмели ворваться в наш дом?

– Простите, ярл, – вперед выступил не самый высокий, но самый хитрый с виду парень. – Мы не знали, что в дом вернулся хозяин.

– Вернулся, – солидно ответил Хранитель и одним движением развернул свиток с алой магической печатью. Печать мерцала, признавая его хозяином этой земли.

Вопросы должны были отпасть, но их возникло еще больше.

– А вы надолго? Уже видели старосту? Будете зимовать тут? А это ваши зверюги в конюшне?

– Стоп! – лорд Натан предупреждающе поднял руки, – кто староста и где его найти?

Парни начали отвечать вразнобой, но потом дружно пихнули рыжего, и тот ответил обстоятельно и за всех:

– Староста наш Флефир-бонд живет в доме с зеленой крышей. Сейчас дома должен быть, это он нас послал проверить, кто в длинный дом наведался.

– Проводите меня к нему, – строго сказал Хранитель.

Парни высыпали на улицу, старательно не поворачиваясь к нам спиной, а лорд Дормиш сказал:

– Леди Фарина, Вы остаетесь здесь под присмотром Лапки. Из дома не ногой!

Я покивала, поглаживая пса, и лорд ушел. Без него в доме стало как-то пусто и грустно. Я подкинула дров в очаг, обошла пустые каморки, покидала Лапке палку, благо размеры дома позволяли на коне внутри ездить, а потом решила разобрать наш багаж.

В отдельной корзине, зачарованной от всего на свете, нашлись ученические свитки, а в пакете из толстой вощеной кожи – учебники по магии и несколько книг по истории и географии нашей страны. Я открыла одну и зачиталась.

Огонь потрескивал, Лапка улегся в ногах, я задремала, и проснулась от грохота входной двери. Пустошный пес встрепенулся, потом медленно встал, потягиваясь и разминая лапы. Я встала следом, чтобы полюбоваться картиной: Хранитель прибыл домой на двух блондинистых парнях.

Извиняясь и воняя пивом, блондины сгрузили «ярла» в ближайшую к двери каморку и со словами:

– Не извольте беспокоиться, леди, к утру проспится, – смылись, оставив меня наедине с неприятностями.