Глава 25

Ехали практически без остановки несколько дней. Я поглядывала на карту, которую научилась читать с одного взгляда и понимала, что мы движемся к Пустошам. К тем самым пугающим Пустошам, где рыскают Охотники в поисках добычи. Я не боялась, но иногда мне казалось, что мороз обдавал мою спину посреди весеннего тепла. Счастлив был только Лапка. Пес с удовольствием носился вокруг повозки, пугая перепелок на полях. Иногда он приносил в пасти пару птичек и вечером мы запекали их в глине, усилив слабый огонек магией.

Несмотря на внешне спокойное поведение Хранителя, я догадывалась, что его беспокоят те молодчики, которых мы прикопали в овраге. Даже не столько сами наемники, а тот способ, которым они нас нашли. Искали по всплескам магии? Но я уже неплохо контролировала силу «выхлопа», да и накопители мы всегда держали рядом, пополняя запас магии на всякий случай. Более того, лорд Натан придумал интересный способ развеивания лишней магии с утренним туманом – крохи магического излучения осаждались каплями воды, и в результате «магическая аномалия» накрывала всю округу, принося плодородие садам и кошарам.

Доносчик? Мы купили дом в разгар сбора урожая, когда крестьянам просто некогда болтать. Вдову удачно избегали – Хранитель передал увесистый мешочек серебра старосте, а женщин в этих краях к мужским делам почти не допускали. Тогда кто?

Мы ехали, останавливаясь только на ночевки. Постепенно менялся окружающий пейзаж – сады и поля сменились лугами и каналами. Деревья становились ниже, кусты гуще. Еды мы взяли маловато, а магичить Хранитель запретил, поэтому мы заглядывали на базарчики, чтобы прикупить сладостей и круп для вечерней каши. Здесь тоже все было иным.

В краю садов часто продавали свежие овощи, фасоль, горох, бобы, а здесь, чаще продавали сыр и рыбу, экономя на хлебе. Зато можно было купить крупы, непривычные и странные для меня. Выручала «Книга молодой хозяйки», где было написано, что и как готовят в этих краях, с подробным описанием злаков и культур. Правда, периодически вода из котелка убегала, крупа прилипала, или даже пригорала, но Хранитель не ругался – просто отправлял мыть посуду, а потом гонял вокруг фургона с кинжалами. Бойца из меня не вышло, но воткнуть свои клинки во что-то жизненно важное я бы, пожалуй, уже сумела.

Однажды вечером лорд Натан взял запасные шаровары, затянул штанины шнурками и наловил рыбной мелочи к ужину. Я привычно развела костерок, повесила два котелка с водой – один для густого рыбного супа, второй – для крепкого чая, без которого в этих краях не проходила ни одна трапеза.

Пока я чистила овощи, Хранитель занимался рыбой – промыл, выпотрошил и кинул всю мелочь в закипевшую воду, затем выловил и выбросил в сторону, откуда быстро раздалось аппетитное причмокивание Лапки. Несмотря на качественную и регулярную кормежку, пустошный пес никогда не отказывался перекусить.

Второй раз в котелок булькнули рыбешки покрупнее. Им даже дали покипеть вместе с кореньями и душистыми травами, а потом так же безжалостно кинули в кусты, как и ранее мальков. Последней лорд Натан загрузил одну крупную рыбину, порезанную на куски, прикрыл котелок крышкой и сдвинул на край жара, чтобы наш супчик булькал потихоньку, не выкипая.

Стемнело быстро. Здесь, на юге, ночь словно падала на плечи, погружая мир в первозданный покой. Мы уже предвкушали вкусный ужин, сглатывая слюну, когда в стороне вдруг раздалось старческое кряхтение. Я покрутила головой – обычно Лапка замечал нарушителей границ издалека и громким лаем оповещал нас о бродягах, заплутавших пьянчужках или путниках. Теперь же пес мирно сопел, уткнувшись носом в недоеденную рыбу.

– Не шуми, детка, – голос был старческим, но совсем не слабым, – и ты, молодец, спрячь железку, пока не порезался!

Я и не заметила, что у меня в руке собрался клубок «чертова колокольчика» – заклинание могло ошеломить нападавшего громким звоном, яркой вспышкой света или, наоборот, клубком тьмы. А у сидящего неподвижно лорда Натана на коленях вдруг сам собой очутился меч. Услышав слова пока еще невидимого незнакомца, мы переглянулись, и Хранитель громко произнёс:

– Просим к нашему огню, уважаемый! Угостим, чем Светлые радуют!

В темноте раздался смешок, и в круг света выступил дервиш. Тощий, прокопченный солнцем старик в драном халате и высокой шапке. В руках он держал пастуший посох с крючком на конце, чтобы ловить за ногу овец, за спиной болталась тощая котомка. Только чувяки – местные башмаки из грубой кожи были хороши, но изрядно присыпаны пылью.

– Всегда рад гостеприимному приглашению, – сказал старик, когда я, следуя появившейся тут привычке, подсунула ему коврик и подушку.

Устроившись у огня, гость не спешил заводить беседу – дождался, пока лорд Натан разольет по мискам наваристый суп, вынул из-за пояса ложку, сухую лепешку и начал есть, поглядывая на нас. Мы за день устали и проголодались, поэтому ели, не чинясь. После ухи разлили по пиалам чай. Я сбегала в повозку и принесла блюдо с финиками, орехами в меду и сладкой пахлавой – удачно мы недавно попали на свадьбу и поменяли кусок шелка, который я потихоньку создала, на сладости со стола.

Ночной гость оценил сладости и чай, потом омыл руки в тазу, и только потом завел беседу.

– Бывал я в разных краях, исходил немало дорог, слышал сотни историй, но одна тронула мое сердце, – напевно начал дервиш, раскуривая трубочку с вонючим табаком.

Я поморщилась, но стерпела. Еще в том селе, где мы зимовали, успела наслушаться сказок о дервишах, служащих покровителю дорог. Обижать вечных странников запрещалось, а если такой бродяга попросит что-либо у хозяйки или хозяина, надо было непременно дать, иначе на дом и род могли обрушиться несчастья. Порой, дервиши и сами одаривали новорожденных детей или новобрачных, а пользу их даров понимали гораздо позже. В общем, странные они были, и опасались этих вечных бродяг не зря.

– Слышал я о деве, наделенной удивительной силой. О солнечной пэри, способной сохранить мир! И о воине, которому поручили беречь и охранять. Поведала мне дорожная пыль о склочной тетке, разносящей сплетни. Ветер сказал мне, что пришлось ей поехать на похороны в соседнее село, и там разболтала вести о чужаках, что поселились в их деревне…

У меня в голове словно щелкнуло: свекровь женщины, продавшей нам дом! Она ведь пыталась шептать по углам, но ее вовремя окоротил староста, получивший «подарок» от Хранителя. Выходит, не унялась? Понесла сплетни дальше и протянула ниточку к нам?

А старик все вещал напевным голосом:

– Узнали о чужаках два злобных дэва! Послали они слуг своих по дорогам благословенного Юга, чтобы найти прекрасную пэри и захватить ее в плен! Слуги дэвов были жестоки, как сами дэвы – топтали дороги, обижая всех, кого встречали на своем пути. Обиженные люди воззвали к Хранителю Путей, и велел он мне недостойному отыскать пэри и ее спутника, предупредить их об опасности и защитить, если хватит сил!

Мы с лордом Натаном остолбенели! А потом меня вдруг неудержимо склонило в сон. Я успела услышать встревоженный голос Хранителя и журчащую скороговорку дервиша:

– Пусть пэри поспит, завтра утром я проложу для вас быстрый путь…

Проснулась я на привычном месте – в повозке, под одеялом. В ногах похрапывал Лапка, а лорд Натан сидел на облучке и правил лошадьми. Я удивилась, почему Хранитель меня не разбудил, но выглянув из арбы, поняла – почему. Вокруг было серое ничто. Не туман, не хмарь, просто пустота. Лошадей вел под уздцы дервиш, поплевывая на дорогу, да изредка кидая в стороны узелки из цветных ниток. От ужаса я вновь нырнула под одеяло и позволила себе открыть глаза лишь тогда, когда повозка остановилась.

Дервиш исчез, а лорд Натан, хмурясь, оглядывал пейзаж. Понятно, почему это место называют Пустошью с большой буквы! Голая земля цвета пепла, корявые, черные голые ветви вместо деревьев и кустов. Огромные камни, словно великан играл тут в кубики и позабыл убрать за собой. И тишина. Такая тишина, что от нее закладывало уши.

Я стояла, не зная, как отнестись к тому, что мы в одночасье очутились там, куда собирались ехать еще почти месяц. А вот Лапка не сомневался – выпрыгнул из повозки и умчался вдаль. Похоже, друг и охранник решил покинуть нас навсегда?

Лорд Натан не дал мне впасть в тоску, быстро выпряг коней, вынул из повозки седла, сбрую, подседлал для меня кобылку и помог закрепить переметные сумы.

– Дальше верхом? – уточнила я, проверяя стремена.

– Здесь все ездят верхом, даже купцы везут товары на заводных лошадях, обходясь без повозок. Если на нас наткнуться обитатели этих зарослей, придется убегать очень быстро.

Я пожала плечами и забралась в седло. Верхом, так верхом!

Ехали мы недолго. Вскоре на горизонте показались клубы пыли. Хранитель придержал коней и постарался увернуться от встречи, но пыльное облако упорно двигалось нам на встречу. Приготовив оружие и накопители, мы напряженно остановились, ожидая встречи с неизвестным. Через десяток минут стало понятно, что нам навстречу несется…отряд королевских егерей! От изумления мы не нашли слов, когда бравые вояки подлетели к нам на взмыленных лошадях, крича что-то невразумительное. Мы не тронулись с места, пока из клубов пыли не появилась довольная морда Лапки, потерявшего ошейник. Тут стало понятно, что нам в такой панике орали егеря:

– Пустошный пес! Спасайтесь!

– Лапка! – я прикрикнула на разыгравшегося пса, – как ты мог? Зачем ты напугал этих благородных господ?

Солдаты и офицеры, онемев от изумления, наблюдали за тем, как я ругаю «собачку», и приказываю принести ошейник. Пес убежал, егеря вздохнули спокойно и начали спрашивать, кто мы и откуда. Поскольку мы были в своем «южном» облике, лорд Натан бесстрашно рассказал историю про дервиша, забросившего нас сюда практически с побережья. Ему не поверили. Один из солдат хмыкнул в густые прокуренные усы и буркнул:

– Еще один за легкой монетой явился. А девчонку с собой зачем потащил?

В общем, после получаса переговоров с плевками табака под ноги и каких-то специфических словечек, Хранителя взяли в отряд новобранцем, а меня поварихой. В окружении такого количества взрослых одиноких мужчин я чувствовала себя неуютно, но тут из пыльной дали явился Лапка с ошейником в зубах, и даже молодые игривые солдаты, которые начали со мной болтать и заигрывать, тут же подались назад. Я надела на пса ошейник, превратив его в дворнягу, а лорд Натан скороговоркой выдал байку про злого дэва, заколдовавшего нашего дворового пса. Нам опять не поверили, но прогонять не стали.

В дороге выяснилось, что отряд закончил патрулирование и возвращался в крепостицу, поставленную волей короля у единственного на многие часы пути источника воды.

– К озеру все пить идут – и чистые, и нечистые, – покачиваясь в седле, говорил усатый капрал, – все твари живые, даже если и мертвые, – с этими словами служака бросил подозрительный взгляд на тощую меня и хорошо откормленного Лапку.

К вечеру мы добрались до водопоя, и я невольно залюбовалась круглым, как блюдо источником жизни. Закатное солнце превратило воду в расплавленное олово, а берег, истоптанный черными тропками, напоминал старинную потрескавшуюся вазу.

– На тропы и ступить не вздумайте! – сразу предупредил нас капрал, – люди и кони по мосткам ходят, а не то местные охотиться начнут.

Мы послушно доехали до светлой полосы, сложенной из плохого дерева, там ступили на мостки и уже с них повели коней пить, заодно и фляги наполнили. Судя по всему, здесь так же жарко, как и на юге, а источник один. Я при желании, конечно, воду создать могу, да только Хранитель мне запретил свои способности выдавать.

Крепость выглядело убого. Выщербленный закопченный камень, покосившиеся внутренние постройки, двор весь в рытвинах. Я сморщила нос, а капрал, приставленный к нам кем-то из старших офицеров, заметив моё выражение лица, посмеялся:

– Ишь, принцесса! Двор ей наш не по нраву. Давно ли из кибитки вылезла?

Я отвечать не стала, просто потупилась. Пока на Севере жили, такой привычки не было, а вот на юге женщины, избегая конфликтов, демонстрировали свою покорность, избегая проблем. Капрал махнул рукой и ушел, а лорд Натан одобрительно кивнул.

Стоило нам урвать минутку наедине, я спросила его, для чего мы отправились в эту крепость. Неужели нельзя было построить домик и жить тут самим?

– Во-первых, здесь нас искать не будут, – пожал плечами Хранитель, – эту крепость уже раз на пять перевернули, во-вторых, пора постепенно возвращаться общество, – и пошутил: – если я вернул милорду герцогу такую дикую замарашку, боюсь, он не узнает свою дочь.

Я улыбнулась, закусив губу, – вспомнила папу, маму, Мюриэль и чуть не заплакала.

– Ну-ну, – лорд Натан приобнял меня за плечи, утешая, – нечего сырость разводить, наша задача – стать тут своими и продержаться хотя бы до зимы.

Я утерла слезы и кисло улыбнулась:

– Тогда мой путь лежит на кухню…