Глава 7

— Ну подруга у тебя просто талант влипать в истории — подхватила меня под локоток Сильвия и потащила в неизвестном направлении, главное, подальше от столовой.

— Наверное, мне нужен альтернативный способ питания.

— Поздно — припечатала Кара. — Теперь тебе даже полный отказ от еды не поможет.

— Зачем ты её пугаешь — цыкнула на подругу Сильвия.

— Никого я не пугаю — невозмутимо возразила брюнетка. — Ты сама видела, как Вавиль зверствовал. Он просто так не отстанет.

— Мы пойдём к магистру Годвин — попыталась меня успокоить Сильвия — всё ей объясним, и она обязательно поможет. В крайнем случае сама назначит отработку как твой куратор, а Вавиль пусть разбирается со своими золотыми мальчиками.

— Сильно сомневаюсь, что Годвин захочет ругаться с Вавилем. Даже ректор ему не перечит, а закрывает глаза на все нововведения Вавиля. Так что пока и нас не наказали для профилактики я, пожалуй, пойду. — Высказав свою точку зрения, Кара поспешила оставить нас.

Сильвия в отличие от подруги решительно настаивала на восстановлении справедливости для этого потащила упирающеюся меня в кабинет декана артефакторов.

Я, конечно, мало верила в то, что магистр Годвин сможет помочь, но надежда умирает последней. Моя окончательно умерла, когда увидела Риана Вавиля, выходящего из кабинета магистра Годвин. Мужчина стремительно прошёл мимо, зло сверля меня взглядом, но ничего не сказал.

Когда мы с Сильвией зашли к декану она сообщила, что уже в курсе произошедшего. Сильвия не сдавалась и попыталась описать ситуацию со своей стороны. Но магистр Годвид объяснила, что никак не может повлиять на решение декана боевиков и отметить отработку или заменить наказание тоже не может. Магистр утверждала, что не согласна с решением Вавиля и обязательно поговорит об этом с ректором. А до тех пор мне нужно посещать отработку, которую сможет отменить только сам магистр Вавиль, когда посчитает возможным.

Чего ждать от отработки и в чём она будет состоять никто мне не мог объяснить. Если завтра меня не покалечит Рыжий по указке принца, то это точно сделает магистр Вавиль. Самое обидное, что даже ректору нет до этого дела.

Сильвия старалась поднять мне настроение, убеждала, что всё обойдётся, но мне не особо в это верилось. Нужно было подумать и принять решение, как быть дальше. Сославшись на усталость, решила скрыться ото всех в комнате.

Если бы здесь была Ульрика она обязательно придумала, как поступить. Мне просто сильно не хватало подруги. Вспомнила, что обещала ей писать. Достала чистые листы и села за стол. Несколько раз начинала сначала, пытаясь описать всё, что случилось. Но, перечитывая написанное, забраковала и выбросила, комкая листы. После очередной неудачной попытки поняла, что Ульрика не сможет мне ничем помочь только будет переживать. В итоге написала, что устроилась и у меня всё хорошо, понемногу привыкаю. Отправила вестника подруге.

Отложив письменные принадлежности, решила полистать одну из книг, полученных сегодня в библиотеке. Не успела прочитать и страницы, как в дверь постучали. Пока раздумывала, стоит ли открывать, дверь распахнулась, явив Сильвию.

— Так и знала, что найду тебя здесь — радостно пропела девушка и, захлопнув дверь, плюхнулась на кровать. — Ты пропустила ужин. Кстати, золотых мальчиков тоже не было.

— Задумалась и не заметила времени — пожала плечами.

— Ну я так и подумала. Зашла к тёте Августе, и она переда тебе вот это — положила передо мной свёрток с ароматной и ещё тёплой выпечкой. — Надеюсь, чай у тебя есть.

— Есть.

— Тогда давай. Надеюсь, угостишь не зря же я пришла.

Достала пару кружек и набрала воду для чая.

— Я всё, конечно, понимаю ты ещё только осваиваешься и сегодня был трудный день, но ты же не хочешь напоить меня холодной водой вместо чая.

Непонимающе посмотрела на блондинку, что её не устраивало чай у меня очень хороший просто не успела заварить.

— Ты хотя бы воду разогрела, а то так по чашкам и разлила — пояснила Сильвия.

— Так, ты об этом. Вода нагреется в чашке. Вот смотри уже тёплая — протянула блондинке одну кружку.

— Вот это вещь. Признавайся, где такие раздобыла. Дорогие, наверное, — завистливо присвистнула девушка, с видом ценителя рассматривая мои кружки.

— Вообще-то, материалы мне обошлись недорого, но если продавать, то тогда …

— Хочешь сказать, что сама их сделала?

— Именно это я и сказала. В прошлом году это был мой экзаменационный проект. Пришлось повозиться, конечно, но результат превзошёл все мои ожидания. Наливаешь воду, и она не только разогревается, доводится до кипения, если нужно, но и поддерживает нужную температуру. Многие заинтересовались таким артефактом, и я по совету куратора получила патент. Теперь только я могу продавать такие кружки. Правда, продала я всего-то пару штук.

— Ничего себе. Нужно обязательно показать их магистру Годвин. Нельзя такой талант зарывать на полигоне боевиков. Ну в смысле я хотела сказать терять время.

— Я так и поняла. — Забрала кружки и заварила чай.

Кружку уже с ароматным чаем протянула Сильвии. Та с радостью её приняла и развернула свёрток с пирогами.

Мы пили чай, наслаждались вкусными пирогами и обсуждали артефакты. За таким занятием время летело незаметно.

* * *

Мне снова снилась бабушка. Я помнила, что она хочет мне что-то показать, но серьёзной быть не получалось. Хотелось просто наслаждаться присутствием бабушки. Она была намного моложе, чем я помнила, совсем юная немного старше, чем я сейчас. Очень странно было видеть её такой, но это была моя любимая бабушка. Она взяла меня за руку, и мы долго шли куда-то. Я не ощущала времени и мне было всё равно, лишь бы подольше побыть с бабушкой я так соскучилась.

Очень скоро увидела красивый храм, расположенный на горе. Его стены, на первый взгляд, из белого камня на солнце переливались и искрились словно драгоценный камень. Казалось, что ничего красивее никогда в жизни не видела.

— Я знала, что тебе понравится — бабушка сильнее сжала мою ладонь, напоминая, что нужно идти дальше.

— Где мы?

— Скоро ты всё узнаёшь. Время пришло.

— Для чего? Бабушка, для чего пришло время?

— Терпение дитя моё. Тебе нужно быть терпеливой.

Странным образом мы переместились и оказались возле ворот храма. Стоило нам приблизиться, как ворота отворились и навстречу вышла юная красивая девушка в таких же белых одеждах, как и мы с бабушкой.

— Приветствую, сестра — улыбнулась она — да пребудет с тобой свет.

— Да прибудет свет с нами. Рада встрече сестра — ответила бабушка.

— Бабуля, а разве у тебя есть сестра? Почему ты никогда о ней не говорила? — растерянно оглядывалась на девушку, стоящую у ворот.

— Мы все здесь сёстры — загадочно сказала бабушка. — Ты же помнишь, что я говорила о терпении.

Она всегда журила меня за то, что я нетерпеливая и хочу всё поскорее узнать. Что поделаешь такая я родилась и в этом полная противоположность бабули. Хотя про своих родителей я знаю совсем мало, чтобы судить о семейном сходстве.

Бабушка уверенно вела меня коридорами, не давая даже осмотреться или расспросить. И вот перед нами открывается очередная дверь и встречает улыбающаяся девушка в белом одеяние. Она приветствует нас и делает пригласительный жест. Мы оказываемся в огромном зале с алтарём в центре. Нас окружают девушки, радостно приветствующие нас, как будто давно ждали этой встречи. Они расступаются, давая возможность подойти к алтарю.

— Где мы? Бабушка почему ты мне не говоришь?

Возле алтаря стоит женщина тоже вся в белом, только она значительно старше всех присутствующих девушек. Её длинные, заплетённые в косу волосу полностью седые, а кожу покрывает мелкая сетка морщин.

— Приветствую дитя моё! — Женщина делает шаг навстречу мне. — Я рада, что сегодня ты с нами и я могу, наконец, назвать тебя сестрой.

Она протягивает руки и берёт мою ладонь, переплетая наши пальцы. Всё что я могу это стоять и смотреть. Вижу, как руки женщины начинают светиться ярким синим светом, а потом этот свет словно перетекает в меня через пальцы и дальше поднимается по руке. Кулон, висящий на шее, вспыхивает синим светом. Растерянно сжимая его пальцами другой руки, вопросительно смотрю на бабушку. Почему-то, надеюсь, что она всё объяснит. Она же должна знать, что всё это значит ведь это она меня сюда привела. И неплохо было бы узнать, где, собственно, я нахожусь. Но бабушка не спешит с объяснениями.

— Помни, никто не должен узнать — только и говорит она.

Хочу расспросить её, о чём не должны узнать. Столько вопросов крутиться в голове, но какой-то навязчивый шорох отвлекает меня, становясь всё громче и громче.

Резко открыла глаза и села на постели, всё ещё сжимая рукой кулон на шее. Моргнула и попыталась осмотреть комнату в тусклом свете, исходящем от кулона. Я даже не сразу поняла, что кулон сияет синим хотя и не таким ярким светом как во сне. Раньше с ним никогда такого не случалось, хотя он у меня, сколько себя помню. Кулон в форме песочных часов единственное, что осталось у меня от матери.

Громкий шорох из противоположного конца комнаты заставил забыть о кулоне.

Что это может быть? В комнате кто-то есть? Что ему нужно и как смог обойти защиту. Вопросы в голове сменяли друг друга с неимоверной скоростью. Наверное, именно этот звук и разбудил меня.

Затаив дыхание прислушалась. Шорох не прекратился, стал немного тише и напоминал шелест бумаги. Появились странные звуки похожие на чавканье.

— Кто здесь? — Крикнула в темноту, стараясь, чтобы голос звучал грозно.

Все звуки стихли и в комнате воцарилась гробовая тишина, даже неслышно было дыхания. А это я его задержала от волнения.

— Если здесь кто-то есть лучше сразу покажись, а иначе … — что я могу сделать сама не знала, поэтому так и не закончила фразу. Зажгла светлячок и бегло осмотрела комнату, но никого не увидала.

— Иначе что? — Донёсся тоненький голосок.

Вот и что думать и, главное, делать. Сказать, что пока не увижу не отвечу. Краем глаза заметила движение на столе и повернулась в ту сторону. Посредине стола сидел маленький, размером с ладонь человечек, весь синий и с крылышками. В детстве очень любила, когда бабушка рассказывала мне сказки о феях. Сейчас могла бы поверить, что передо мной фея, точнее, фей, если б не знала, что их не существует. Феи придумал какой-то сказочник очень давно на забаву детям. Было время, когда некоторые весьма увлечённые натуры пытались доказать их существование только никому, это не удалось. Со временем даже сказки стали забывать. И вот сейчас на столе сидел самый настоящий фей и, громко чавкая, жевал пирожок. Чего я совсем никак не могла понять это как такой малыш смог проглотить пирожок размером чуть больше его самого.

— Может хватить так смотреть, а то я и подавиться могу. Лучше б чаю предложила, жадина — нагло выдало это существо.

— Что? Это я ещё и жадина. Сам сожрал мои пироги, теперь ещё и обзывает. А не обнаглел ли ты? И, вообще, кто ты такой?

— Сама обнаглела — раздулся от недовольства синий фей. — Я тут жил себе, никого не трогал, ну или почти не трогал. Не об этом сейчас. А ты ввалилась, навела тут … тут — он запнулся, обводя крохотным пальчиком комнату — порядки. Пирогов пожалела. А нечего было оставлять. Они пахнут вкусно, а я голодный. И, вообще, у себя дома, что хочу, то и беру.

Такого поворота совсем не ожидала. растерянно плюхнулась на кровать едва успев встать, хорошо отойти не успела.

— Хочешь сказать, что жил в этой комнате до меня. И как давно?

— Очень давно — развёл руками фей — уже и не сосчитать. Много лет.

— Кто ты такой и как сюда попал?

— Гиацинт — гордо произнёс синий фей.

— Не поняла.

— Чего неясно — снова насупился синий чудик. — Звать меня Гиацинт. Это моё имя.

— А-а — протянула растерянно — приятно познакомиться. Меня зовут Малика, можно Лика.

— Знаю я, слышал. Но раз уж мы официально представлены друг другу может угостишь чаем.

Пришлось вставать и заваривать чай своему новому, точнее, старому соседу и себе заодно. Всё равно теперь не усну после таких потрясений.

Оставшуюся часть ночи до самого рассвета мы пили чай. Гиацинт, медленно отламывая куски от последнего пирожка, отправлял их в рот и блаженно щурился от удовольствия. В промежутках между поглощением пирожков и чая, которого он умудрился выпить две чашки крылатый фей рассказал, что никакой он не фей, а следствие эксперимента.

Когда-то давно в академии училась одна очень избалованная принцесса по имени Аурелия. Она была самой младшей и любимой дочерью у отца. С детства привыкла, что всё потакали её капризам и стоило ей чего-то захотеть она тут же это получала. В надежде повлиять на характер дочери или, может, просто чтобы чему-то научилась отец отправил Аурелию в Столичную академию магии. Но так как это было очень давно доподлинно не известно, как было на самом деле.

Аурелия привыкла быть в центре внимания, поэтому хотела такого же отношения и в академии. Если в ком-то она чувствовала конкуренцию делала всё возможное, чтобы избавиться от соперника.

В то же время в академии училась ведьма, редкая красавица и умница. Аурелия сразу невзлюбила девушку, но та была очень доброй и открытой и все нападки принцессы умело игнорировали или переводила в шутки. Аурелия только больше злилась. Она решила, что обязательно разузнаёт все секреты девушки и сможет показать всем, что не такая она хорошая, как всё считают.

Ведьма жила в комнате под крышей, поэтому Аурелия потребовала, что тоже хочет жить под крышей. Специально для принцессы оборудовали комнату, в которой теперь жила я. Став поближе к ведьме, Аурелия очень пыталась узнать как можно больше о девушке. Принцесса сама не заметила, как подружилась с ведьмой. Никто не верил в искренность Аурелии, но она по-настоящему привязалась к девушке, которую ещё недавно хотела уничтожить. Единственное, что не давало покоя Аурелии так это то, что у ведьмы был фамильяр. Принцесса хотела, чтобы и у неё был фамильяр и отказывалась понимать, почему они бывают только у ведьм. С привычным ей упорством Аурелия решила во что бы то ни стало раздобудет себе фамильяра. Только ничего у неё не получалось.

Наблюдая, как страдает подруга ведьма захотела помочь принцессе. Вместе они провели обряд и создали магическое существо. Что точно они сделали никто так и не узнал. Так и появился Гиацинт. До того момента как он открыл глаза в этой самой комнате и увидел принцессу его не существовало.

Как позже узнал Гиацинт Аурелия очень любила сказки о феях. Она показывала ему детскую книжку, на картинках которой он видел созданий очень похожих на него. Видимо, любовь Аурелии к феям сыграла не последнее место во внешности Гиацинта.

Довольная принцесса показывала всем Гиацинта и называла его своим фамильяром, хотя он и не был таковым. Только кто ж в своём уме будет спорить с Аурелией.

Время шло. Гиацинт жил у Аурелии и наблюдал, как крепла дружба между девчонками. Казалось, ничто не сможет разрушить связь таких разных и непохожих принцессы и ведьмы.

Но однажды в академии появился тот, кто положил всему конец. Парень, переехавший вместе с родителями из другой страны, окутанный флёром таинственности. Он сразу привлёк внимание Аурелии. Не знавшая отказа принцесса решила, что и в этот раз получит своё. Только парень не спешил отвечать принцессе взаимностью, скорее избегал её. А потом Аурелия узнала, что он полюбил её подругу и она ответила ему взаимностью. Принцесса места себе не находила от обиды. Предательства она простить не могла. Какое-то время она молча наблюдала, готовя план мести. И вот в один из дней Аурелия пригласила на разговор бывшую подругу. Та не стала отказываться и пришла, потому что хотела рассказать, что не придавала принцессу. Но Аурелия позвала её не для того, чтобы слушать оправдания, а для того, чтобы воплотить план мести.

Принцесса отравила ту, что считала подругой. Но она не учла того, что сама так и не сможет вынести потери. Вскоре Аурелия выбросилась из окна башни.

— Так, я и остался здесь один. Фамильяр ведьмы сгинул, а про меня всё забыли — грустно вздохнул Гиацинт. — Какое-то время здесь, вообще, никто не появлялся, а потом стали сносить старую мебель и всякий хлам. Когда он перестал помещаться в комнате создали пространственный карман. Там я большую часть времени и проспал только изредка выбираясь посмотреть, не изменилось ли чего.

— А что же ты ел всё это время? — Похоже, начинаю понимать почему он такой голодный.

— Я могу обходиться без еды довольно долгое время иногда подпитываясь магией. Обитая в общежитии с магами найти немного магии не проблема. Случалось, конечно, удавалось полакомиться и чем-то вкусненьким.

— И как реагировали на это адепты?

— По-всякому бывало — уклончиво ответил крылатый. Похоже, я нашла привидение, о котором говорила Сильвия.

Мне стало жаль одинокого, позабытого всеми фея. Слушая его гнусную историю даже, забыла о своих проблемах. В комнате стало совсем светло и нужно было собираться на занятия.