Утро ворвалось в спальню ярким светом и громким щебетом птиц. Я открыла глаза и улыбнулась. Муж уже встал и успел принять ванну. Он стоял у окна безо всякой одежды, и солнце золотило капли воды на его смуглой коже, обводило светящимися пальцами упрямые скулы и подбородок, добавляло блеска распущенным волосам. У меня захватило дух. Крепкий, идеально сложенный, с четко очерченным прессом и рельефными мускулами, Редклиф был красив настоящей мужской красотой. Не той, салонной и изнеженной, признанной в Вердофе эталоном, а естественной, закаленной в трудах и сражениях. Его тело напоминало оружие – сильное, мощное, беспощадное. Воин. Настоящий воин, не знающий сомнений и жалости. Но у меня при взгляде на него сладко замирало внутри, и вспоминалась наша сумасшедшая ночь, за которую мы почти не сомкнули глаз, и удивительная нежность, почти под утро пришедшая на смену страсти.

– Проснулась?

Редклиф посмотрел на меня, и я почувствовала, как внутри снова вспыхивает желание. Святые небеса, неужели мне все еще мало? Во взгляде мужа сверкнул похожий голод, да и восставшая плоть моментально выдала истинные намерения, но Редклиф отвернулся и потянулся за одеждой.

– Уже уходишь? – спросила, глядя, как он натягивает брюки. – Позавтракаем вместе?

Мне хотелось хоть ненадолго отсрочить уход мужа, и я старалась найти повод побыть с ним подольше.

– Я сейчас распоряжусь, – не дожидаясь ответа, потянулась к колокольчику.

– Сэнди, мне нужно идти, – застегнув рубашку, с сожалением сказал Редклиф.

Он провел щеткой по волосам и стянул их в хвост. Сунул за пояс нож. Надел камзол. И все это точными скупыми движениями человека, привыкшего к быстрым сборам. А я наблюдала за графом и не могла сдержать тревогу.

– Сэнди, успокойся, – будто почувствовав мое смятение, сказал Редклиф. – Тебе абсолютно не о чем волноваться.

Он усмехнулся и повернул на пальце кольцо.

– Все будет хорошо, – повторил так уверенно, что я почти поверила. – Вот увидишь, уже к вечеру я буду дома.

Муж посмотрел в глаза и, что-то увидев в них, сделал шаг вперед и одним движением подхватил меня и притянул к себе.

– Никого и ничего не бойся, – тихо сказал мне в губы. – В Горленде ты в безопасности.

Он коротко поцеловал меня, попытался отстраниться, и тут же снова поцеловал, на этот раз глубоко, по-настоящему, так, что я забыла и о тревоге, и о его предстоящей отлучке, и о гверхе.

Тихий стук услышала не сразу. Просто Редклиф оторвался от меня, все еще не выпуская из объятий, и обернулся на дверь.

– Милорд, там пришел лорд Блэк, – доложил появившийся на пороге дворецкий.

Генри выглядел встревоженным и даже не пытался этого скрыть.

– Грасс! – выругался муж. – Что ему нужно в такую рань?

– Хочет вас видеть, милорд, – продолжил дворецкий.

– Он один?

– Нет, милорд, с ним еще двое.

– Только этого не хватало, – сквозь зубы произнес Редклиф и посмотрел на Генри. – Проводи их в мой кабинет.

– Да, милорд.

Генри незаметно исчез, а я взглянула на мужа и спросила:

– Что нужно от тебя Блэку?

– Долгая история, – ответил Редклиф и едва заметно поморщился.

– И все же?

– Десять лет назад меня обвинили в убийстве. Правда, доказать ничего не смогли, и дело закрыли. Но Блэк не успокоился. Все пытается упечь меня за решетку.

– Это был гверх? Как тогда, с той женщиной?

– Значит, поверила?

Редклиф посмотрел на меня с каким-то новым выражением. И под этим испытующим взглядом я кивнула, а потом сопоставила факты и спросила:

– Это из-за Блэка? Из-за него ты на мне женился? Знал, что он приедет?

Редклиф продолжал смотреть на меня все с тем же выражением, но отвечать не торопился. А затем как-то хищно усмехнулся и сказал: «Знаешь, Алекс, рано или поздно ты все равно стала бы моей. А тут просто повод подвернулся, и я был бы последним глупцом, если бы им не воспользовался».

– Выходит, в нашем браке не было никакой необходимости?

– Была и есть, – отрезал муж. – Ты – моя. А все остальное неважно.

Его глаза полыхнули огнем.

– Поверь, Сэнди, у тебя не было ни единого шанса, – усмехнулся он и уже другим тоном добавил: – Мне пора. Выпровожу этих гиен и сразу уеду. А ты пока позавтракай. И ни о чем не беспокойся.

Редклиф не стал ждать моего ответа. Он быстро пересек комнату и вышел, а я посмотрела на закрывшуюся дверь, затолкала тревогу поглубже и позвонила в колокольчик.

– Мэри, платье, – велела прибежавшей на зов горничной, и направилась в ванную.

А когда вышла оттуда, быстро оделась, дождалась, пока Мэри уложит мои волосы в простую прическу и приблизилась к стене. Ладонь легла на прохладный камень, я закрыла глаза и тихо прошептала заклинание, вызывая дух дома.

– Ну, и что на сей раз? – с тяжелым вздохом спросил тот.

– Мне нужно узнать, с чем пришли дознаватели.

– Так спустись вниз и узнай, – проворчал Уго.

– Не могу. Редклиф не позволит мне присутствовать при разговоре.

– Пф-ф, тогда чем я могу тебе помочь?

– Уго, миленький, ты ведь знаешь все, что происходит в Горленде, и можешь передать мне их разговор?

Я погладила стену и ощутила под пальцами ответную слабую вибрацию.

– Понимаешь, графу угрожает опасность. И мы должны ему помочь.

– Ладно, подожди немного. Пойду послушаю, о чем они говорят.

Уго замолчал, а я уловила, как за дверью заскребся Пушок. Правда, этого щенку показалось мало, и он принялся тонко подвывать.

– Ну что ты? – открыв дверь, спросила питомца.

Тот мигом просочился внутрь и кинулся ко мне, пытаясь дотянуться и лизнуть в лицо.

– Тихо, малыш.

Я обняла его и заставила успокоиться. А потом снова приложила руку к стене и позвала:

– Уго! Ты где?

– Да здесь я, здесь, – проворчал дух, и что-то в его тоне заставило меня насторожиться.

– Что там?

– Плохо дело, – буркнул Уго. – Графа собираются объявить сумасшедшим.

– Что?

Я растерялась. А потом вспомнила собственные недавние рассуждения и похолодела. Неужели глава Тайной канцелярии сделал похожие выводы?

– Блэк следил за ним и видел хозяина в лесу, когда тот разговаривал с гверхом, – пояснил Уго. – Только этот дознаватель гверха-то, ясное дело, не заметил, получилось, будто хозяин сам с собой беседует.

– С кем он пришел? Блэк. Кто его спутники?

Я чувствовала, как горло сжимает холодная рука. Если те двое, что заявились с главой тайной канцелярии, доктора, то дело плохо. В Эрилии каждый знал, что достаточно заключения двух врачей, чтобы человека признали безумным и поместили в лечебницу.

– Те же, что уже были здесь раньше, – ответил дух, и я смогла сделать вдох.

– Хорошо. Я иду вниз.

Я и правда, не задерживаясь, выскочила из спальни, слетела по лестнице и добежала до кабинета. И только перед дверью остановилась на минуту, перевела сбившееся дыхание и вошла в комнату.

Внутри атмосфера накалилась так, что я буквально кожей ощутила сгустившееся напряжение. Редклиф стоял у стола, сложив руки за спиной и высоко вскинув голову – гордый, невозмутимый, и такой красивый, что у меня сердце дрогнуло. Трое мужчин выстроились напротив него, словно вражеская армия. И все равно выглядели жалкими и мелкими по сравнению с моим мужем. Их с графом разделял только стол, напоминающий поле будущей битвы.

Я перевела взгляд с Блэка на Альберта, а потом с недоумением уставилась на Алана. Этот-то что здесь делает?

– Леди Бенси.

Блэк посмотрел на меня из-под полуопущенных век. Альберт отвел глаза, и его щека дернулась, а вот Алан криво усмехнулся и взглянул так многозначительно, что у меня в душе все сжалось. С чем пришли эти трое? Что их объединило? Жажда мести? Если судить по Алану и Берти, то да. А Блэк?

– Светлого утра, господа. Простите, что прерываю вашу беседу, но мне нужно срочно поговорить с мужем.

Я должна была вытащить Редклифа из этого осиного гнезда. Я видела, что он не воспринимает происходящее всерьез, но он не знал моего бывшего мужа. То, что у Берти дергалась щека, было плохим признаком. Очень плохим.

– Увы, миледи, боюсь, вам придется отложить этот разговор на другое время, – с притворным сожалением произнес Блэк.

– Что-то случилось?

Я продолжала делать вид, что ничего не понимаю, и старалась не реагировать на взгляд Редклифа, безмолвно приказывающий мне уйти.

– Пока ничего, миледи.

Любезность Блэка выглядела настоящим издевательством.

– Эти господа собираются уверить меня, что я сошел с ума, – усмехнувшись, объяснил мне Редклиф, и в его глазах блеснуло холодное синее пламя.

– О чем ты, дорогой? Это шутка?

Я смотрела на мужа, изо всех сил пытаясь сдержать рвущиеся с языка слова. Ах, как же мне хотелось высказать этим троим все, что я о них думаю! Но я понимала, что мой порыв ничего не даст, и лихорадочно искала выход. Как заставить их уйти и оставить Редклифа в покое? В чем истинная причина их интереса к моему мужу? Чего они добиваются?

– Боюсь, миледи, нам не до шуток, – строго сказал Блэк.

– Но ведь это глупость какая-то! – Я беззаботно улыбнулась дознавателю. – С чего вы взяли, что Редклиф… Нет, я даже не буду произносить это слово!

– У нас есть веский повод так думать.

– Но вы не врач.

Я перестала улыбаться и с вызовом посмотрела на Блэка.

– Алекс, успокойся, – попытался вмешаться Берти.

– Леди Бенси, лорд Монт, – резко сказал Редклиф, с угрозой взглянув на моего бывшего мужа. – Для вас моя жена – леди Бенси.

Он протянул мне руку и привлек к себе, укрывая от стаи «гиен».

– Ты позавтракала? – не обращая на них внимания, тихо спросил муж. – Нет? Иди в столовую.

– Нет, Редклиф. Я никуда не уйду, пока лорд Блэк не объяснится.

Я в упор посмотрела на главу Тайной канцелярии и заметила в его глазах глубоко запрятанную ненависть. Блэк ненавидел моего мужа. Это было очевидно. Понять бы еще, за что.

– Извольте, миледи, – холодно произнес дознаватель. – Ваш супруг разговаривает с несуществующими собеседниками и видит то, чего никто больше не видит. К тому же, мы до сих пор не исключаем возможность, что именно он убил тех людей, хоть и не помнит об этом.

– Глупости!

– У нас есть свидетель, утверждающий, что лорд Бенси неоднократно говорил о том, что охотится на неких гверхов, хотя на самом деле они всего лишь персонажи местных легенд.

– Да уж, вашему свидетелю можно верить, – с иронией произнес Редклиф, так посмотрев на Алана, что тот вздрогнул и отступил за Блэка.

Если бы не серьезность происходящего, это выглядело бы смешно – крупный, сильный Алан, прикрывающийся невысоким пожилым дознавателем.

– Я попросил бы вас относиться с большим уважением к присутствующим, граф, – холодно сказал Блэк.

– Даже если эти присутствующие лгут?

Редклиф говорил с насмешкой, но его руки, обнимающие меня, напряглись.

– Что ж, если у вас нет других свидетелей, прошу не задерживаться, господа, – добавил он, и его голос прозвучал с такой силой, что Алан сжался, а у Берти дернулся кадык. – Ваших обвинений недостаточно.

– Не торопитесь, граф. Я лично наблюдал, как вы бесцельно кружили по лесу, а потом больше получаса вели беседу с деревом.

– И что? Разве это запрещено? – вмешалась я. – Разве это говорит о безумии?

– Учитывая все остальные симптомы, да. Да, миледи. И это страшно, когда графством управляет невменяемый человек. Тем более графством, находящимся на границе с Ривией.

«Мопс» весь подобрался, словно готовился нанести удар, и выдал:

– Я уже вызвал из Вердофа докторов, которые смогут осмотреть лорда Бенси и поставить диагноз. А до тех пор, граф, – обратился Блэк к моему мужу, – я буду вынужден обезвредить вас, чтобы вы не смогли причинить вред ни себе, ни окружающим.

Я задохнулась от возмущения и собиралась сказать все, что думаю о методах дознавателей, но Редклиф прижал меня крепче, вынуждая замолчать.

– Вы совершаете ошибку, Руфус, – спокойно сказал он Блэку. – За которую мы все заплатим дорогую цену. По графству разгуливает гверх. Если его не остановить, произойдет непоправимое.

– Ну вот, о чем я и говорил, – скривился Блэк, отчего его лицо пошло некрасивыми складками. – Снова эти сказки. Гверхов не существует, граф.

– Боюсь, когда вы убедитесь в обратном, будет уже слишком поздно.

Редклиф пристально посмотрел на Блэка, коснулся губами моего виска и тихо прошептал: – «Ничего не бойся». А потом мягко отодвинул меня в сторону, вскинул руку в активирующем жесте, но не успел произнести заклинание. Альберт был начеку. Он подкинул в воздух горсть какого-то порошка, и Редклиф как-то странно дернулся и застыл.

– Даже не думайте, Бенси, – с мерзкой усмешкой заявил Блэк. – Вы не выйдете из замка. Монт, – он посмотрел на моего бывшего. – Наручники.

Берти с готовностью достал из кармана железные ограничители и защелкнул их на запястьях Редклифа.

– Что вы делаете?

Я с яростью посмотрела на бывшего мужа, но тот только сжал желваки и отвернулся.

– Вот так, – довольно заявил Блэк и перевел взгляд на меня. – Что ж, нам пора, миледи. Присмотрите за супругом. А мы скоро вернемся с помощью. Обещаю, графа обязательно вылечат.

Он кивнул своим подручным, а я обнимала мужа, не понимая, почему он такой неподвижный, словно неживой. И взгляд будто остекленевший. Что это за магия такая?

– Что вы с ним сделали? – крикнула уходящему Блэку.

– Не волнуйтесь, миледи, граф скоро придет в себя. А там и доктора подоспеют.

Дверь за дознавателями захлопнулась, оставляя нас с мужем в тишине кабинета.

– Редклиф!

Я попыталась дозваться графа, но тот не реагировал. Неподвижное лицо, безжизненный взгляд, застывшая фигура – не человек, а каменная статуя.

– Редклиф, очнись!

Душу затопило отчаянием и страхом. Я не понимала, что произошло, и старалась найти хоть какое-то решение, но сосредоточиться не получалось.

– Подожди, я что-нибудь придумаю, – прошептала мужу и подошла к стене, приложив к ней ладонь.

– Уго! – громко обратилась к духу замка.

– Да слышу я, не кричи, – проворчал тот. – Мешаешь думать.

– Уго, что за дрянь они использовали?

– Порошок Эрвеля. Обездвиживает мага на сутки, а то и больше. Не знаю, как сейчас, но до войны это средство считалось запрещенным. И редким. Не думал, что кто-то в Эрилии о нем помнит, а вот, гляди ж ты!

Дух сокрушенно вздохнул.

– А почему тогда я могу двигаться? Да и эти…

– Заклинание направленного действия, – пояснил Уго. – Заранее подготовились, все рассчитали. Беда в том, что чем могущественнее маг, тем сильнее на него действует порошок. За счет его собственной магии. Так что граф не скоро в себя придет.

– Должен же быть какой-то способ вытащить его из этой летаргии?

Я с отчаянием смотрела на мужа.

– Нужно подумать, – протянул Уго и замолчал.

Тишина в кабинете стала давящей.

– Уго?

– Что?

– Ты долго будешь думать?

– Вот нетерпеливая какая, – буркнул дух. – Есть один способ. Только вряд ли у нас получится.

– Что надо делать?

– Если попробовать оттянуть часть магической силы, граф быстрее придет в себя.

– Так в чем подвох?

– Для этого нужны люди с родственной магией, – проскрипел Уго.

– Но у Редклифа нет родственников. Или я чего-то не знаю?

– Нет, – подтвердил дух.

– Но тогда…

Я не договорила. Мне показалось, что муж шевельнул указательным пальцем.

– Что? Редклиф, ты меня слышишь?

Палец снова едва заметно пошевелился.

– Силен хозяин, – с уважением протянул Уго. – Не помню, чтобы у кого-то получилось преодолеть действие порошка Эрвеля.

– По-моему, он пытается нам что-то подсказать, – глядя на мужа, пробормотала в ответ.

Редклиф снова пошевелил рукой, и мне показалось, что он указывает на письменный стол, на котором лежала книга. Та самая, что совсем недавно попалась мне на глаза.

Я взяла ее и увидела на открытой странице перечисление особняков Бенси. Что хотел сказать Редклиф?

– Это может нам помочь?

Я посмотрела на мужа, и мне почудилось, что в безжизненных глазах что-то мелькнуло.

– Особняки… Что в них такого?

И вдруг в голове вспыхнула догадка. Как там говорил Ваго? Черные лорды вложили в дома искры своей магии?

– Уго, кажется, я поняла. Тебя создали Черные лорды, верно?

– Ну да. Подожди, ты хочешь сказать…

Уго не договорил и замолчал, а потом принялся бормотать что-то непонятное.

– Конечно! – спустя пару минут выкрикнул он, и стены заметно содрогнулись, вторя его крику каменным скрежетом. – Если соберем духов, не успевших уйти в спячку, то я смогу создать магический круг и вытащить графа из этого состояния. Мы ведь все созданы из магии Черных лордов. Она родственна нам. И это должно сработать.

У меня в душе вспыхнула надежда. Если все так, как говорит Уго, то мы сможем освободить графа!

– Я объеду все особняки и попробую договориться.

– Тогда поторопись. А за хозяином я присмотрю. И не только я.

За дверью раздался возмущенный лай.

– Вот, говорю же, помощник пришел, – в голосе Уго послышалась добрая насмешка. – Орхи всегда чуют, когда с хозяином беда.

Я впустила щенка в кабинет и посмотрела на мужа. И вдруг заметила в его глазах ожившие эмоции.

– Редклиф, мы правильно догадались?

Вместо ответа граф медленно опустил веки. И так же медленно, будто преодолевая сопротивление, поднял их.

– Мы тебе поможем. Даже не сомневайся. Ты только продержись немного!

Во взгляде мужа появилась тревога. Пушок уселся у его ног и самозабвенно завыл.

– Не волнуйся, я возьму с собой Саймона.

Тревога никуда не делась. Она плескалась в глубине потемневших глаз, рвалась наружу, преодолевая действие порошка, ломала оковы и откатывала назад, не в силах преодолеть их окончательно. Вой щенка стал громче.

– А еще я возьму с собой Люси Денч.

Мне было невыносимо видеть Редклифа таким. И в душе все переворачивалось, когда он пытался скинуть морок, но я изо всех сил пыталась унять боль и говорила, как ни в чем не бывало. Легко, даже легкомысленно, словно не придавая большого значения происходящему.

– Ты ведь знал, что наша экономка – мужчина? Так вот, она неплохо умеет драться.

Брови мужа едва заметно сдвинулись. Понятно, не хочет, чтобы этим занималась именно я. Но кто еще сможет договориться с духами?

– Я скоро вернусь, – не обращая внимания на недовольство Редклифа, я поцеловала его в ледяную щеку и выскользнула за дверь. Но не успела выйти в коридор, как ко мне кинулся взволнованный Генри.

– Миледи, все в порядке? – вытирая бледный вспотевший лоб, спросил дворецкий. – Милорд, он… Что хотели эти люди?

В блеклых глазах застыл испуг и странная решимость. Казалось, Генри готов защищать своего хозяина, что бы ни случилось, и я вдруг вспомнила, как он умолял меня выгородить графа перед Блэком в тот его первый приход.

– Генри, я могу на вас рассчитывать? Это касается милорда.

Я серьезно посмотрела на слугу.

– Разумеется, миледи! Все, что скажете, – торопливо выпалил дворецкий. – Я ведь лорда Редклифа еще мальчонкой помню, да я для него…

Он не договорил, задохнувшись, и схватился рукой за грудь.

– Не волнуйтесь. – Я погладила старого слугу по плечу, стараясь справиться с собственными чувствами. А внутри пекло, и на глаза наворачивались слезы. – Все будет хорошо. Надо только проследить, чтобы никто из слуг не входил в кабинет. Милорд пока останется там, нужно, чтобы его не тревожили.

– Все сделаю, миледи.

Генри поднял голову и попытался расправить плечи.

– На это может уйти весь день.

– Ничего, миледи. Ради лорда Редклифа я с места не сдвинусь.

– Хорошо. Я на вас рассчитываю.

Я ободряюще кивнула дворецкому и отправилась на поиски Саймона, но тот, словно почувствовав, уже шел навстречу в сопровождении крупного темноволосого воина.

– Милорд у себя? – встревоженно спросил меня охранник. – Его голософон не отвечает.

– Саймон, мне нужно с тобой поговорить.

– Простите, миледи, дайте мне пару минут. Я только доложу милорду о ситуации в городе.

– Саймон, это важно. Идем, – я потянула охранника за руку, и тот так растерялся, что послушно сделал пару шагов. Правда, потом опомнился и резко остановился.

– Миледи?

– Граф находится под действием заклятия, он тебя не услышит, – тихо пояснила я. – А мне нужно объехать несколько городов графства. Причем, быстро. Поможешь?

– Что за заклятие? Кто его наложил?

Из моих слов Саймон вычленил главное.

– Блэк. Граф не может пошевелиться и не в состоянии произнести ни звука. Но я знаю способ, как все исправить.

– Простите, миледи, я должен убедиться…

– Саймон, у нас мало времени. Завтра утром Блэк вернется, и тогда мы уже ничего не сумеем сделать. Просто доверься мне, я не желаю графу зла.

Охранник пристально посмотрел мне в глаза, словно решая что-то, а потом развернулся и мгновенно преодолел расстояние до кабинета.

– Сюда нельзя, – преградил дорогу Генри.

Дворецкий выглядел решительным, но при этом смотрел на Саймона с некоторой опаской.

– Мне можно, – заявил охранник и, отодвинув Генри с дороги, вошел в кабинет.

А буквально через минуту выскочил оттуда и отрывисто бросил своему спутнику:

– Гербер, подгони к воротам магомобиль. И собери людей. Нужно оцепить замок. Без моего разрешения никого не впускать и не выпускать.

Он говорил отрывистым командным тоном, а сам уже шагал к лестнице.

– И шевелись быстрее!

Саймон зыркнул на подчиненного, и тот побежал вперед.

– У графа есть магомобиль?

Я удивленно посмотрела на охранника. Вот уж не думала, что в Уинтшире «водятся» технические новинки.

– Есть, и не один, миледи, – ответил Саймон и приложил ладонь к уху, активируя привязку голософона. – Гордон, кто из твоих ребят сейчас в замке? Мне нужно сопровождение. Что значит, все в городе?

Охранник тихо выругался и замер, глядя в одну точку.

– Мы могли бы взять с собой экономку.

– Госпожу Денч? – удивился Саймон. – И чем она может нам помочь?

– Думаю, сможет.

– Миледи, на дорогах сейчас небезопасно. В случае чего, защитить госпожу Денч будет некому. По-хорошему, так и вам бы там делать нечего.

– Поверь мне, Саймон, Люси сумеет за себя постоять.

– Ну, если вы так говорите, – недоверчиво протянул охранник и добавил: – Хорошо. Пусть едет.

– Дай мне пару минут, я переоденусь и выйду к воротам.

Саймон кивнул и направился в холл, а я поднялась к себе, быстро сменила платье на удобный костюм и вскоре уже спустилась вниз.