Глава 10. Заколка

Весь день я не могла дождаться вызова к Дану. У меня всё валилось из рук. Если бы миски не были железными, я перебила бы всю посуду на кухне – так дрожали у меня пальцы в предчувствии перемен. Во время ужина я неожиданно увидела в дальнем конце столовой Быка. Он пришёл позже всех, и сидел в самом тёмном углу, вяло ковыряясь ложкой в похлёбке. Когда столовая уже почти опустела, пара ребят, одного из которых я точно видела у себя в отряде накануне, подошли к нему и отобрали посуду. Бык опустил ложку на стол и ждал. О чём шла речь, я вслушиваться не стала – молча скрылась на кухне, заканчивать с уборкой. Только всё время мне казалось, что я чувствую прицел его тяжёлого взгляда между лопаток. Я поднялась на свой «насест» на груде камней у обрыва в шахту и последний раз окинула взглядом лагерь шахтеров. В маленький закуток около склада, совсем рядом с горной грядой и недалеко от входа, на рассвете должен был приехать обоз с продовольствием. Оставалось меньше двенадцати часов. Я посмотрела вверх, на низкое небо, готовое разразиться дождём. Тучи обнадёживали, и всё же Дана нужно было хорошенько укрыть. Поразмыслив, я решила заглянуть в камеру напоследок – тем более что там меня было бы проще найти охране. Я стала спускаться по узкому серпантину в кратер, а затем туда, вглубь наших подземных жилищ. Зашла к себе, сняла рваное шерстяное одеяло с кровати и, смотав кульком, сунула подмышку. – Тебя зовут, – услышала я голос охранника раньше, чем успела развернуться. – Хорошо, – сердце гулко стукнуло о рёбра. Странно, охранников было сегодня двое. Такого не бывало с тех пор, как Дан открылся мне. Я шагнула к двери, и тут же руки мои оказались выкручены за спину, а одеяло выпало на пол. Я проводила его тоскливым взглядом, а меня уже подталкивали в коридор и, не обращая внимания на то, что я с трудом успеваю перебирать ногами, волокли прочь. – Стой, – один их вампиров отпустил меня, а другой крепче перехватил освободившуюся руку. На голову мне легла ткань, жёсткая и плохо пахнущая, совсем не похожая на мою обычную маску. Всё это мне не нравилось, и я секунду колебалась, следовать ли за ними, но решить так и не успела. Меня протолкнули куда-то вперёд, за поворот, и ещё за один. Затем руки исчезли, и резкая боль пронзила тело под ребром. Уже оседая на пол, я сдёрнула платок и увидела перед собой Быка, сжимающего нож пальцами единственной руки. Он занёс клинок для удара ещё раз, я попыталась увернуться, но не совсем удачно – лезвие скользнуло по предплечью. Я попыталась встать. Ещё один удар уже летел мне в грудь, когда Бык неожиданно раскрыл рот. Из пасти его полилась алая густая жижа, а грузное тело стало медленно оседать на пол. Как в тумане я увидела Шина, стоящего над бесформенной грудой мяса, бывшей недавно заключённым. В глазах мальчишки был ужас, но в пальцах он крепко сжимал мою заколку – замечательную остро наточенную шпильку, украшенную кораллами – последнее напоминание о доме. – Вы забыли, – проговорил Шин, дрожащими губами, и мне показалось, что он вот-вот рухнет в обморок. Я и сама была от этого недалеко. Ещё раз попытавшись встать, я поняла, что не могу – ноги расползались, а бок рвала жгучая боль. Я прижала ладонь к тому месту, где она пульсировала, и, подняв руку перед собой, увидела на пальцах кровь. Зажав рану платком, я снова попыталась сосредоточиться на Шин. – Вы ведь не хотели бросить меня? – выдавил мальчишка, наконец, и я поняла, отчего его глаза наполняет страх. – С чего ты взял? – ухватившись за стену, я еще раз попыталась подняться. – Вы так вели себя… Будто прощались… с камерой… со столовой… со всем… Я стала оседать вниз, и его руки, неожиданно сильные, подхватили меня, не давая упасть. Я помотала головой, разгоняя туман перед глазами, и это оказалось ошибкой – стены мрака едва не сомкнулись передо мной. – Госпожа Тариэль! – воскликнул Шин, всё ещё поддерживая меня и явно чувствуя, что я вот-вот отключусь. – Тихо, – оборвала я его, решив больше не делать лишних движений. Шин замолк. А я думала. Если сейчас вернуться в камеру – меня отправят в лазарет. В лазарет, а не к Дану. Меня, возможно, подлечат, но я застряну здесь ещё неизвестно насколько. К тому же, на нас с Шином вполне могут повесить смерть Быка. Этого я не хотела. Но что оставалось? Я столько времени провела в этих туннелях, но так и не смогла отыскать своего любимого. «Дан…» – прошептала я, чувствуя, что вот-вот всё же провалюсь в темноту, но тут что-то мягкое и теплое ответило мне – будто рука матери коснулась плеча. – Дан! – я вскинула голову, тут же пожалела об этом и повторила уже мысленно: «Дан…» Кровь стремительно покидала тело. Похоже, у меня начинались галлюцинации. Я увидела перед собой красную, будто кровь, нить, ведущую за двери и дальше, по коридору, в темноту. Будто в бреду я пошла за ней, не зная, куда, собственно, иду, и не обращая внимания на Шина, всё ещё поддерживавшего меня. Что-то манило меня туда, в темноту. Будто тихий зов, которому нельзя не подчиниться. Силы стремительно оставляли тело, и я всё больше налегала на подставленное мне плечо. Мне было интересно лишь одно – успею ли я дойти? Я почти рухнула там, где алая нить скрывалась за глухой железной дверью, проскребла ногтями по полотну, вызывая к жизни невыносимый для слуха звук, и громко застонала. *** Очнулась я на кровати и тут же выругалась, прокляв всё на свете. Лечебница? Снова застрять здесь на долгие недели? – Живая! – выдох совсем рядом и тут же ошалелое лицо Шина надо мной. – Точно, – я поморщилась, пытаясь сесть, и тут же сильные руки надавили мне на грудь, укладывая обратно. – Тихо. Я замерла, будто поражённая громом, когда увидела над собой ещё одно лицо. Оно было худым и бледным, будто ночная лилия. Его оплетали со всех сторон спутанные, свалявшиеся колтунами волосы. И на этом почти прозрачном лице двумя васильками светились синие нечеловеческие глаза. Я даже не сопротивлялась, когда он укладывал меня назад. Что-то исходило от него такое, что заставляло меня таять и позволять ему управлять собой. – Дан… – прошептала я. Никем другим он быть просто не мог. Я чувствовала, что мой Дан рядом, и я была уверена, что это он. – Я сказал «тихо», – повторил Данаг холодно. Я торопливо кивнула. Меня накрыло одеяло – шерстяное и колючее, но такое знакомое. – Нужно идти, – сказал я, стараясь не шевелить головой. – Куда ты пойдёшь? Тебя ноги не держат. Дан явно был напряжен. – Сколько времени? – спросила я. Дан лишь пожал плечами. – Давно мы тут? – продолжила я, пытаясь добиться хоть какой-то ясности. – Несколько часов, – ответил Шин, подсаживаясь поближе. Он покосился на вампира, и чуть сжался – в присутствии чужака Шин явно робел. – На рассвете… – пробормотала я, прикрывая глаза, и тут же открывая опять, чтобы не уснуть. – На рассвете придёт обоз. Дан, меня не будут больше ждать. Если я не уйду сегодня, то застряну здесь… – я опять попыталась вскочить, но Данаг приложил палец мне к губам и слегка нажал. – Тихо, – повторил он. – Как ты… Как ты меня нашёл? – спросила я, наконец осознавая, что потеряла сознание вовсе не здесь. Дан усмехнулся. – Ты валялась у моей двери. Я прикрыла глаза и обмякла. – Красная линия… – Ты видишь связи, рождённые кровью. Ведь я обещал тебе силу, – он мягко провёл рукой по моим волосам. Я закусила губу и открыла глаза. А ведь он видел меня впервые. Я потянулась за его рукой как кошка, позволяя продлить прикосновение и внимательно вглядываясь в его глаза. В них было… В них было то, что я видела в глазах мужчин в трактирах и вельмож, которые претендовали на меня. Но тогда мне было безразлично, а теперь… Почему-то от одного этого взгляда мне стало спокойней. – Дан мы должны уйти сегодня. Он кивнул. Я перевела взгляд на Шина. Вариантов больше не было. Бросить его теперь я никак не могла. – Если ты принёс меня сюда… Значит, ты можешь открыть дверь? – спросила я, снова оборачиваясь к Дану. – Уже давно. – А дорогу наверх ты знаешь? Дан покачал головой. Это было так странно, видеть его лицо… – Госпожа Тариэль… – услышала я смущённый голос и обернулась к Шину. Мальчишка был красным, как рак. – Я знаю… – его голос совсем стих, но он собрался с силами и продолжил. – Я знаю… Я за вами следил… Я растеряно покачала головой. – Я волновался, – она отвел взгляд. – Ну и… просто… Я посмотрела на Данага. – Обоз придёт на рассвете, – повторила я, – но здесь мы даже не узнаем, когда наступит рассвет. Надо идти. Тебе решать, с нами ты или нет. – С нами… – мальчишка тихо ахнул, но я не обратила на это внимания. – Идём, – Данаг встал. Донельзя возбуждённый Шин вскочил следом. А вот я вылезла из постели с трудом и едва не рухнула тут же назад. Меня подхватили, а через секунду я уже оказалась у Данага на руках. – Веди, – бросил он мальчишке, и мы двинулись к выходу. Плутали мы недолго – уже через несколько поворотов, я поняла, что узнаю места. А вскоре воздух наполнили знакомые запахи верхних этажей. Один раз мы услышали совсем рядом шаги патрульных. Я уже приготовилась к бою, но Данаг остановился и повёл плечом. Шаги замерли и стали отдаляться, будто стражники внезапно передумали идти в нашу сторону. Второй раз фокус не прошёл. Данаг едва успел опустить меня на пол и поймать рукой направленный в нас удар. Я попыталась вскочить и напасть на второго патрульного, пока Данаг разбирается с первым, но вместо этого рухнула обратно и лишь краем глаза успела заметить, как, удерживая вывернутую руку одного вампира, Данаг свободной прижимает другого нападающего к себе и впивается внезапно удлинившимися клыками в его шею. Это было… прекрасно. И вновь я очнулась уже лёжа на жёстком. Я попыталась понять, где я теперь, и какая часть случившегося привиделась мне, а какая произошла наяву. Шевелиться было всё ещё трудно, если не сказать – ещё трудней. Ни руки, ни ноги не слушались меня. Зато голова лежала на чём-то мягком. Стоило мне повернуть её чуть в бок, я уткнулась носом в живот вампира, едва прикрытый изорванной рубахой, и выдохнула: – Дан… – Неваляшка, – он погладил меня по волосам и снова заглянул в лицо. Всё-таки, у него были странные глаза… Голос почти смеялся, а вот взгляд оставался серьёзным и грустным, будто скрывал тайны неведомых бед. А ещё мне показалось, что он не хочет убирать руку с моего затылка – потому что пальцы его будто бы случайно запутались в моих волосах и никуда не исчезали ни на секунду. – Сколько времени? И где Шин? – я и сама не знала, что волнует меня больше. – Я тут! – сияющий мальчишка появился откуда-то из темноты. Ну, хоть кто-то из нас доволен происходящим… – За окнами совсем темно, Госпожа Тариэль. Не без труда повернув голову, я увидела, что за заколоченным досками окном и правда царит тьма, а лежу я на полу какого-то сарайчика, в котором не была никогда раньше. – Самый тёмный час – перед рассветом… – пробормотала я задумчиво. – Именно так, – Данаг коснулся губами моего виска. – Где мы? – У выхода, госпожа, – снова затараторил Шин. – Я видел, как вы осматриваете этот амбар и… И господин Дан согласился принести вас сюда. Я потянулась и крепко сжала руку вампиру, застрявшую в моих волосах. – Спасибо. Он не успел ответить – за окнами раздался стук колёс, и я в который раз попыталась вскочить. – Не дергайся, – шикнул на меня Данаг и сам перевернул меня и поднял на руки, будто невесту. От такого сравнения я хихикнула, но сопротивляться не стала – только обвила его шею руками и опустила голову на грудь. Так, не прилагая никаких усилий, я оказалась вынесена на воздух и увидела сидящего на козлах лунного эльфа, который походил на поставщика продовольствия примерно так же, как я – на гнома. – Дядя, – выдохнула я, однако Вельд смотрел мимо меня. Его взгляд явно встретился с глазами Данага. – Что так долго? – услышала я энергичный голос вдали и из сумрака показалась ещё одна закутанная в серую дерюгу эльфийка. Альдэ обвела задумчивым взглядом сначала вампира, а затем моего дядю. – Вельд, только не начинай. Вельд перевёл на неё мрачный взгляд. – Сейчас охрана очнётся, – пояснила Альдэ, – разберётесь снаружи. – А это кто? – теперь уже Вельд ткнул пальцем в Шина. – Он с нами, – торопливо добавила я, пытаться выбраться из внезапно заледеневших рук, но об этом не могло быть и речи. Данаг молча подошёл к одной из двух остановившихся в тупичке телег, уложил меня на дно и прикрыл соломой до самых ушей. Шин помялся, и запрыгнул в другую. Данаг устроился рядом со мной, эльфы вскочили на козла, и повозки тронулись с места.