Глава 19. Остаток жизни

Мы с Илмариненом уставились друг на друга, будто два волка, не поделившие добычу. Хотя, честно сказать, я скорее и была пойманной уткой. – Нам… – я запнулась, только сейчас задумавшись о том, как представить Данага. Я явно не была рождена для дипломатии. – Данаг, Древний, приветствует тебя. А я здесь чтобы помочь вам найти общий язык. Илмаринен хмыкнул. – И я приветствую вас, Древний, – произнёс он, переводя взгляд на Дана. – Хотя не совсем понимаю, что делает в вашем доме беглая принцесса. Я тоже покосилась на Данага, ожидая реакции. – Как она и сказала – помогает нашим народам найти общий язык. Илмаринен снова хмыкнул и сел. – Вы, стало быть, говорите от имени Империи? – он снова уставился на меня, хотя ответа явно ждал от Данага. – В той же степени, что и Древний Атрей, объявивший себя императором Цепешем. Вопрос в том, чьи слова будут вам интереснее. – И правда, вопрос в этом. Что вы можете мне предложить? – Я думал о возможности восстановления монархии на территории Лунного королевства. Конечно, под патронажем Империи. – Тогда вы обратились не по адресу. Монархия будет интересна дому Волка, но не нам. – Я не говорил, что предлагаю вернуть корону старому королю. Илмаринен снова хмыкнул. Всё это время он продолжал смотреть на меня глазами полными непонятной жажды. – Давайте проясним. Если мы пойдём этим путём, то во главе объединенного королевства должен встать представитель дома Танор. За этим последует очередная кровавая бойня – такая же точно, как та, что отдала наш народ во власть Империи. Значит, дом Танор должен получить военную поддержку, которая позволит нам подавить мятежи. – Когда мои задачи будут решены, вы её получите. – Но это не всё. Нам нужно будет подтверждение того, что наши притязания справедливы. – Что именно может подтвердить ваши притязания? – Как и всегда – кровь. Самый верный способ доказать, что мы можем стать правящим домом – породниться с домом Волка. – У Тирвейнена всё равно будет больше прав. – Разумеется, Тирвейнена нужно будет устранить. Но мы же серьёзные люди и собрались здесь, чтобы вершить серьёзные дела. Вы, Древний, хотите освободить свой народ, а я – свой. Я с трудом удержала себя на месте. Желание вскочить и врезать по костлявой морде Куницы было непреодолимо. «Риа», – услышала я голос Данага, едва не звенящий от напряжения. Ему-то чего напрягаться? Не за его жизнь идёт торг. И всё же я осталась сидеть. – Ваши условия мне понятны. А сможете ли вы выполнить то, что нужно мне? – Я вас слушаю. – Вы знаете, что избавиться от Древнего не так просто, как вам от вашего короля. Для всех нас смерть любого из Древних неприемлема. – Уверен, за долгие века своей жизни вы нашли выход из этой неприятной ситуации. – Представьте нашли. Хоть и не так давно. Нас было пять, а осталось четверо. Это крайне неприятная цифра для принятия решений любого рода. – Любая цифра неудобна, если она больше одного. Данаг сделал вид, что не слышит. – Мне нужно, – продолжил он, – чтобы Атрей отправился за Врата. Данаг замолчал. Илмаринен теперь полностью сосредоточился на лице Данага. Наверняка он считал, что Дан выжил из ума. По крайней мере, я подумала именно так. – Вы хоть представляете, – спросил Илмаринен после долгой паузы, – какие последствия это может иметь? – Я не прошу запереть его там навечно. Нам вполне хватит пары столетий. Илмаринен задумчиво побарабанил пальцами по деревянному подлокотнику. – Вы так спокойно говорите мне об этом? – Абсолютно спокойно. Ещё несколько нервных ударов пальцами по дереву. – Я начинаю думать, что попросил слишком мало. – Напрасно. Я предложил вам больше, чем получу сам. Вы получите власть в своём королевстве, а я – только освобожу престол, за который ещё предстоит бороться. – Мне нужно время, чтобы подумать, – сообщил Илмаринен. – Оно у вас есть. Только я попрошу вас не покидать пределов нашей усадьбы, пока вы не примите решения. Илмаринен торопливо кивнул и только теперь снова посмотрел на меня. Возможно, он хотел что-то сказать, потому что губы его дёрнулись и снова замерли. Он встал и бережно расправил полы мантии. – Я сообщу вам следующей ночью, – сказал он и двинулся к выходу. Свита, до сих пор остававшаяся в тени, потянулась следом за ним. А я сидела как деревянная дура и пыталась осмыслить, что только что произошло. Дан не мог не понять, что за родство требуется Илмаринену. Если он хоть что-то смыслил в эльфийском… И в косых взглядах посла. Я уже повернулась к вампиру, чтобы спросить, что он собирается делать, когда дверь снова открылась, и на пороге появилась Ивон. – Видела? – спросил Данаг, не дожидаясь, пока Ивон усядется в кресло. – Само собой. – И? – Эльф вроде не врёт. В заговорах он явно участвует не в первый раз, но на предателя не похож. Так что… По-моему, всё просто. Отдаём ему конфетку, и все счастливы. Перед глазами у меня поплыл кровавый туман. Я сама не заметила, как встала. Где-то вдалеке прозвучал окрик «Риа!», но он едва ли мог пробиться сквозь застилавшую всё алую завесу. Когда перед глазами снова прояснилось, я обнаружила, что наношу явно не первый удар по лицу прижатой к стене Ивон. Вампирша и не думала сопротивляться. В тот момент мне и в голову не пришло, что если бы она хотела – давно отшвырнула бы меня в дальний конец гостиной. Я с особым чувством нанесла последний удар и отпустила оказавшийся у меня в кулаке ворот её платья. Затем расстегнула и сбросила это чёртово блио на пол – мне было душно. Размеренно и ровно я пошла к выходу и долго бродила по тонущему в ночном сумраке парку. «Они оба поняли всё, – думала я. – И Данаг не остановился не на секунду». Чтобы он не говорил, он хотел власти, как и мой отец. И так же как отец он готов был заплатить за неё любую цену. А впрочем, велика ли цена? Случайно встреченная на обочине Империи эльфийка, столь же случайно оказавшаяся важной фигурой… Нет, фигурой тут и не пахло. Просто пешкой, разменной монетой в «серьёзных» делах. Собрать бы сумку да свалить отсюда к чёртовой матери, как я уже сделала в прошлый раз, да только вот незадача – перед глазами всё ещё стояли эти трижды проклятые грустные синие глаза. И я почти не сомневалась, что никуда не сбегу. Хуже того, если он попросит – пойду к алтарю, как агнец на заклание, добровольно, так же, как подставляла ему шею всё это время. А потом буду убеждать себя, что это всё чёртова магия крови, да только сейчас, наедине с собой – почему бы не признать, что дело тут не в магии. А если и в магии, то совсем в другой. Только когда солнце залило синеватыми отблесками кроны деревьев, я поняла, насколько вымоталась. Посмотрела туда, где ухоженный регулярный парк сливался с лесом. Где-то там, в самой чаще, стояли теперь кристаллы эридиума. Достаточно близко друг к другу, чтобы не увидеть происходящее в доме извне. Достаточно далеко, чтобы не мешать нам самим подглядывать друг за другом. Вот только я знать не хотела, что сейчас делает Дан. Наверняка он снова с Ивон, а этого я не хотела видеть совсем. Я развернулась и медленно побрела к дому, надеясь, что упаду в кровать и забудусь сном без сновидений. И как обычно, обманулась в своих ожиданиях. Данаг стоял у самой двери, прислонившись спиной к стене так, что с порога я не смогла его разглядеть. Зато, как только моя нога коснулась пушистого ковра с длинным ворсом, дверь за спиной бесшумно закрылась, а на плечи мне легли холодные руки, вызвавшие внезапный приступ отвращения. Руки тут же исчезли, напоследок крутанув меня вокруг оси. Теперь я смотрела ему в глаза. Но желания делать то, что он попросит, не появилось. – Риа, что с тобой происходит? Я вздрогнула. Не этих слов я ждала. Или он просто собрался зайти издалека? – Что вы решили? – спросила я, так же выбивая его из колеи. – А что мы могли решить? – Я имею в виду… Вы с Ивон решили, пойдёте ли на сделку? – Хотелось бы, чтобы она состоялась. – Ясно, – я попыталась отвернуться, но он снова поймал меня за плечо и удержал на месте. – Риа. Мы не договорили. Я закатила глаза. – Ну да… само собой. Полагаю, сейчас ты начнёшь впаривать мне про долг и благо народа. Наверное, даже скажешь, что последнее слово за мной. А чтобы я ответила правильно – посадишь меня в клетку, обвяжешь бантиком и пошлёшь этому уроду по почте. – По-моему, он вполне ничего. Ивон понравился. – Да пошёл ты… – я не успела договорить, когда заметила на губах Дана усмешку. – Давай вернёмся к самому первому вопросу. Что с тобой творится? Я наморщила нос. – Причём здесь это? И какая тебе вообще разница? – При том, что я впервые вижу, чтобы ты вела себя как полная идиотка. Я наблюдал за тобой в тюрьме, когда появились силы. И даже там ты не вела себя так глупо. – Отлично. Кто бы сомневался, что нежелание провести остаток жизни чёрт знает с кем – это полная глупость. Кстати, отец считал точно также. – Я, стало быть, чёрт знает кто? У меня сложилось впечатление, что уголки его губ так и рвутся вверх, хотя ничего смешного в происходящем я не видела в упор. – Не валяй дурака. – По крайней мере, я надеюсь, что остаток жизни ты проведёшь со мной, – сообщил он, делая вид, что не замечает моих слов. Данаг чуть приобнял меня за талию, поднял в воздух и отпустил уже над кроватью. – Отвали, – я подняла руки в защитном жесте, когда он склонился надо мной, но он лишь чуть отодвинул меня в сторону и улёгся на бок слева от меня, опираясь на локоть одной руки и чуть придерживая за живот другой. Он будто опасался, что я попытаюсь сбежать, и я решила его не разубеждать. – Риа, я серьёзно. Давай, выкладывай, что всё это значит. Как тебе вообще пришло в голову, что я отдам тебя заезжему эльфу? И почему ты до сих пор не сказала мне, кто ты? – Ты не спрашивал, – буркнула я, пытаясь отвернуться к другой стене, но Данаг удержал меня на месте. – А это важно? – Ну… это любопытно. Хотя и не делает твоё поведение понятнее. – Во-первых, – я вздохнула и повернула голову так чтобы видеть его. – Я больше не принцесса. Потому что у лунных нету ни короля, ни королевства. И это не то, что я хотела бы обсуждать с вампиром. Данаг промолчал, ожидая продолжения. – Во-вторых, я дочь младшего из двух братьев, и если ты тоже решил использовать меня для захвата власти на руинах наших домов, то у тебя ничего не выйдет. У Вельда всегда будет приоритетное право на престол. И если даже вы убьёте Тирвейнена, то дядя Вельд, скорее всего, оторвёт вам уши. Кстати, ты и сам мог бы догадаться, что мы родня, иначе на кой-чёрт ему вытаскивать меня из тюрьмы? – Родня – может быть. Потому я и заинтересовался, когда ты заговорила о доме Волка. Но я не думал, что ты – дочь короля. Я пожала плечами. – Сюрприз. Данаг едва заметно усмехнулся, и даже глаза его, казалось, на миг просветлели. – Ты прелесть, – он быстро наклонился и коснулся губами моего носа, заставляя меня покраснеть. – А теперь перейдём к главному. Почему ты сомневаешься во мне? Я закусила губу и снова отвернулась. Потом медленно пожала плечами. – Я не сомневаюсь. Просто мне это кажется… логичным. Ты должен вернуть себе статус в Империи. И с чего бы тебе споткнуться о меня? – Так сделал твой отец? Поэтому ты ушла? – Ну… В общем, да. Ему нужно было укрепить союз с домом Танор. Отдать кого-то из младших членов семьи в качестве залога – обычная практика, когда речь идёт о политике. Данаг положил руку мне на щёку и заставил повернуться к нему лицом. – Я стар, Риа, – сказал он. – Политика приходит и уходит. Она была всегда и будет всегда. А близких у меня нет. Только Ивон. У моих обращённых собственные семьи, но я никогда не появляюсь там, и не прошу представлять мне новых детей. Тому есть свои причины, уходящие корнями в далёкое прошлое. Но если забыть о древних клятвах… Если представить на миг, что у меня могла бы быть семья… Я никогда бы не отдал близкого человека в обмен на что бы то ни было. Ты права, я мог бы сказать, что решать тебе. Но я не хочу знать, что ты решишь. Если ты откажешься, то я буду разочарован. А если согласишься – потеряю тебя. Так что ты права, я всё решил за тебя. Ты остаёшься со мной. А Илмаринен… Или возьмёт ту плату, которую я готов дать, или пусть катится к чёрту. Не родился ещё тот бессмертный, что будет диктовать мне свои условия. Впрочем, – он усмехнулся и поцеловал меня – внезапно и быстро. – Может и родилась. Но это точно не посол. Мне было нечего сказать. Я просто уткнулась носом ему в ключицу. – Извини, – пробормотала я. – Не надо больше ничего от меня скрывать. Мне интересно всё, что связано с тобой. А титул… Чёрт с ним. Знаешь, в конечном счете, это, наверное, просто игра. Я мог бы остаться в доме Ивон навечно, но я умру от скуки, и ты вместе со мной. Это ничем не лучше тюрьмы. Но мне было бы лучше с тобой в камере под рудниками, чем одному в моём дворце в Гленаргосте. Кто-то мудрый давным-давно сказал: «Победа, которую не с кем разделить – это поражение». Как по мне, он был чертовски прав. Я усмехнулась и подняла на него взгляд. – Поэтому у тебя всегда такие грустные глаза? – У меня? – Данаг запнулся, и на лице его появилось недоумение. – Может быть. Но мы говорим не обо мне. – Ты так думаешь? Не дав ему ответить, я тоже поймала его губы поцелуем и повалила на спину. – Ты проиграл, Древний, – сообщила я, наваливаясь на него всем телом. – Как скажете, ваше высочество. Сдаюсь.