Глава 21 · Персона нон грата

Рядом с Натой и Энжи всегда вьются маленькие огрятки-ребяки, она с ними возится, сказки рассказывает и учит хорошему. А как же иначе? Ната сохраняет историю Огрии и хочет, чтоб огрята выросли о-го-ри-сто воспитанными и умненькими. Вот и сейчас ее младшие Тимоша и Асенька, которых родители прислали на сбор, облепили ее и наперебой тараторили про маманю с папаней, северное сияние и тюленей. Ната скучает по своему северному дому и очень любит братишку с сестренкой, и хорошо, что родители их отправили к ней в Огрию. Тимошка — предводитель мелюзги, заводила во всех шалостях и проказах, а Асенька — местная знаменитость, балериночка-огрочка. За этими сорванцами нужно глаз востро держать, то они алхимические опыты проводят и разных Арлекинов магичят, то отправляются спасать штатовских огров. Самая настоящая шайка лейка!

Малыши затеребили огрицу: «Это вот она та, про которую говорить нельзя, это она персона карата?»

«Персона нон грата», — на автомате поправила Ната.

«А что она сделала, почему она нонаграната?»

«Круэлла предала наш клан, рассказала тайны, хотела отдать древний рецепт сока гами врагам и ее изгнали», — малыши переглянулись ошарашенно. Их распирало от любопытства.

— Как же так? Чухонцам? Это же табу? — затараторили наперебой. «Расскажи, Ната, про врагов, про чухонцев и цведов!»

Ната усадила мелких вокруг себя и рассказала древнюю сказку про вересковый мед, которую ей в детстве рассказывала бабуля Домна:

— Давным-давно на Огрию напали враги.

— Чухонцы! Цведы! — закричали наперебой мелкие.

— История грустная ребятки… Двух последних огров, отца и сына, доставили к чухонскому королю, чтобы они открыли секрет приготовления сладкого хмельного напитка из вереска (грюйт), за это король обещает сохранить им жизнь. Старик-отец соглашается открыть секрет. Но ему совестно делать это на глазах сына. Поэтому он просит сначала утопить юношу в озере. Когда король соглашается и юношу бросают в воду, старик говорит, что ему-то костёр не страшен, но сомневался он в стойкости сына, а тайны он всё равно не выдаст, и она умрёт вместе с ним.

— Так и не выдал?

— Не выдал, Тимош, он же огр, он же Климовский с Щучьего озера, как мы с тобой!

— А как же Круэлла? Она же наша, огра климовская, — не унимается Асенька.

Ната вздыхает, вот как огрятам объяснить, что бывают паршивые овцы в стаде — предатели, даже среди огров, и придумала историю про заколдованное зеркало троллей. Вспомнила историю Кая из «Снежной королевы».

— Она ведь хорошая была, я помню, как мне косички заплетала и песенки из «Калевалы» пела, только вдохнула она осколок зеркала заколдованного, которое тролли чухонские расколотили, и сердце ее превратилось в льдышку.

— Как же это, как же, и вылечить ее нельзя никак?

— Не знаю, малыш, пытались, что только Ивановна не делала…

— А почему она Круэлла? Она же Клавка?

— Козявка она, а не Круэлла! — сердито заявляет Асенька и топает своей балетной ножкой.

— Ната, а ты про драконов расскажешь? Они правда большие и огнем пуляются, ты их видела? — Тимоша показывает ручонками, какие большие драконы.

Но Тут Энжи с сосны биноклем замахал, Тимошка с Асенькой подхватились и помчались, ну интересно же, что там творится с ушастой Круэллой и ее противной собаченцией.

А Круэлла накинула прозрачное парео на откровеннейшее бикини, взяла под мышку своего заморыша и зацокала по дорожке, завертела своими упругостями — отправилась плавать на озеро. Огрицы удивленно уставились ей вслед — а что, так можно было? А огры зыркнули сердито — вот же коза бесстыжая! Малыши огрята стайкой отправились за ней, очень им хотелось узнать, как же она будет плавать с такими то ушами, грести ими будет или ушки сами ее будут на воде держать? Спорили огрятки, а как дошли до мостков, так и замерли от удивления. Дама из Амстердама уши в трубочки завернула и шапочку плавательную натянула. Лопухи-то не загребущие у нее — так, для виду, вздохнули мелкие и понеслись играть в мячик.

Между тем пир горой продолжается на Щучьем озере, огры поглощают булдыжки из лягушачьих лапок, блинчики с соусом из розовых поганочек, салат из заячьей капусточки с прекрасными сыроежками, рыбку, запеченную с ландышами, пюре из пареной болотной ряски, ммм, вкуснятина. Весело! Шумно! Огрятки бегают, огрицы щебечут, огры обсуждают рыбалку и грибную охоту… Всегда хорошо оказаться на родной земле, в кругу родни. Наконец Лексеич заводит застольную песню, и клан подхватывает:

Долго будет Огрия сниться,

Будут сниться с этих пор

Остроконечных елей ресницы

Над голубыми глазами озер.

Белая ночь опустилась безмолвно на скалы,

Светится белая, белая, белая ночь напролет.

И не понять, то ли небо в озера упало,

И не понять, то ли озеро в небе плывет.

Долго будет Огрия сниться,

Будут сниться с этих пор

Остpоконечных елей pесницы

Над голубыми глазами озеp.

Очень душевно получилось, Георгиевна аж слезу пустила и запела любимую свою песню про северного оленя, эх, как огрская душа поет! Забугорные тоже подпевают, сидят, глазищами лупают, улыбаются. Так вот какой он, пир настоящий! А в это время…

Агент 0013 воспользовался суматохой и неразберихой, пробрался на встречу с местным кротом, передал ему инструкции и оборудование — гарпун и заклятье зачарования.

— Притаись, жди дракона. Как появится Лох-Несс, выстрелишь в него…

— Господин резидент, а что дальше? Огры не согласятся с таким раскладом, накостыляют!

— Когда огры очнутся от заклинания усыпляющего, мы уже далеко будем, не трусь.

Ян Балтийский брезгливо скривился: с какими трусами приходится работать, и кто его такого завербовал? Накостыляют ему? Конечно, накостыляю, если не справишься с заданием!

Не было такого никогда, и вот опять.