Око снов. Глава 6

Люсильда Тарльтон проснулась до рассвета. Она в точности не могла вспомнить, о чем был сон, но отчетливо ощущала его мерзкое послевкусие. Она посмотрела в окно. На улице еще темно. Что-то точно потревожило старое проклятье. Это ощущение спутать она не могла.

Накинув зимнее пальто прямо на ночную рубашку и вооружившись фонарем и благовониями, Люсильда, ворча, зашагала по спящей деревушке округа Кайсли. Зимние праздники наконец закончились, и это первый день, когда можно было спокойно и долго спать. Но подобное не случается просто так. Обычно у всего есть своя причина. А за причиной всегда следует высокая цена. Которую Люсильда уже уплатила два раза в жизни. И третий раз рассчитываться она не собиралась.

— Лучше сразу все проверить, посплю когда-нибудь потом, — ворчала ведьма, пробираясь сквозь темный заснеженный лес.

Она вышла на мостки и не почуяла чего-то необычного. Проклятье, снятое с округа ценой жизни ее старшей сестры, спокойно спало глубоко на дне озера. Люсильда на всякий случай зажгла благовония и прочитала запечатывающие чары. Ничего не откликнулось. Все было спокойно. И именно это подозрительно. Она же точно его почувствовала. Это случилось почти двадцать лет назад, мерзкий душок проклятья не мог же сам добраться до ее дома? Тогда здесь бы тоже все им пропахло, рассуждала ведьма.

Но проверять было больше нечего. Люсильда, пожелав сестре доброй зимы, решила, что пора возвращаться домой. И вздрогнула от удивления, развернувшись. На заснеженном берегу, у самого начала мостков, сидел Рогатый Лис и смотрел на нее. А она не заметила, как он подошел.«Теряю хватку», — думала Люсильда, вытаскивая серебряный нож. Это не могло быть совпадением. Это точно его рук дело.

— Почему ты здесь?

— Это тот вопрос, который ты хотела мне задать?

— О, у меня к тебе множество вопросов, рогатая ты тварь! Но отвечать можешь начать с этого.

— Я думал, ты про Сириуса спросишь.

— Вот мерзавец!

Вокруг Люсильды начал подниматься ворох снежинок, а серебряный нож заполыхал пламенем. Мостки затрещали. Но Рогатого Лиса это не впечатлило. Он так же спокойно сидел на снегу и чесал ухо лапкой. И даже протяжно зевнул.

— Убери. Этим ты мне ничего не сделаешь. Я не собирался с тобой драться.

— Зачем тогда пришел?

— Затем же, зачем и ты. Проверить.

— И?

— Как видишь, все тише некуда. Но ты ведь тоже это почуяла?

— Проклятье в озере, ты его не будил?

— Это ведьминское проклятье. Зачем мне его будить, я не лезу в ваши дела. Но было что-то еще.

— Что еще?

Лис смотрел на нее, прицениваясь. Как вдруг скорчил ехидную морду.

— Не знаю, что-то. Чем там занимается твой глупый племянник, не приехал случаем?

— Тебя моя семья не касается.

— Ну и ладно, — Лис развернулся и спокойно зашагал в сторону леса, но остановился.

— Так и не спросишь?

— А ты мне ответишь, если спрошу?

— С ним все хорошо.

И Рогатый скрылся за деревьями.

Люсильда выругалась так громко и ужасно, как не позволяла себе даже в юности, эхо над озером повторило пару фраз. Оставаться на мостках было бессмысленно, и ведьма пробиралась сквозь заснеженный лес, в ярости бубня себе под нос:

— Лис бы не пришел просто так. Что он имел в виду, спросив про Марса? Во что опять ввязался этот дуболом? Ведь не может же быть никакой связи между ним и злом, спящим в озере!

Выйдя на окраинную улицу и постояв минуту, чтобы успокоиться, Люсильда решила первым делом проведать племянниц и только после возвращаться домой. Ей не давало покоя, что они тоже могли почувствовать проклятье. И если с Мари все точно будет в порядке, то за Лиззи стоит волноваться, ведь оно чуть не убило ее в детстве. А все плохое имеет свойство возвращаться и вториться. Люсильда отругала себя, что накручивает драмы там, где, возможно, и не стоило бы, но зашагала все равно быстрее.

— Ничего странного ночью не заметили? — выпалила она сонной Мари, по-свойски зайдя на порог дома.

— Доброе утро. Почему так рано?

— Я тебе вопрос задала. А Лиззи где?

— А ты как думаешь? Спит. Ты время видела?

— Видела. Буди. Я завтрак сделаю.

Люсильда пожарила тосты и яичницу и, заварив чайничек крепкого кофе, села во главе стола, за которым в недоумении уже сидели две ее сонные племянницы.

— Меня разбудило старое проклятье.

— Может, перетрудилась на праздниках? — Мари схватила тост и хотела отвесить шуточку, но, заметив строгий взгляд тетушки, остановилась на полуслове. — Я ничего необычного не заметила.

— Я вообще их не чувствую, чего вы обе на меня смотрите?

— Это было то самое с озера, — прошептала Люсильда. Мари вдруг побледнела и кинулась к вешалке. — Сядь, это первое, что я сделала. Я уже сходила и барьер обновила. Там все спокойно.

— Тогда почему ты здесь? — удивилась Лиззи.

— Я встретила там Рогатого.

— Он рассказал, что с Сириусом? — накинулась Лиззи.

— А он-то там какими судьбами? — перебила ее Мари.

— Что именно он там делал, толком не объяснил, сказал, что тоже что-то почуял. И спросил про Марса.

— Жуть! — выпалила Лиззи. — А он давно тебе писал? У него все хорошо?

— Перед праздниками получила письмо. Там ничего особенного.

— И что будем делать? Вдруг совпадение?

— Мари, — тихонько и даже обреченно выговорила Люсильда Тарльтон, глотнув кофе, — ты правда веришь в такиесовпадения?

— Нет.

— Тогда мы будем менять наши планы. До лета ждать нет нужды. Я помогу с делами и вещами. Отправитесь, как сойдут морозы.

— Хорошо, как скажешь.

— Изабелле отправлю письмо сегодня же. На этом все, — Люсильда залпом допила огненный кофе и встала, собираясь выйти из-за стола.

— Почему проигнорировала мой вопрос? — с серьезным видом проворчала Лиззи.

— Он сказал:«С ним все хорошо».

— И что это значит?

— Если бы я только знала, — пробубнила Люсильда и, хлопнув дверью, вышла из дома.