Глава 24

Голова гудела… Ева открыла глаза. Перед её глазами всё расплывалось в бесцветное белое марево. Проморгалась, зрение нехотя начало возвращаться. Слух уловил какую-то возню совсем рядом. А потом и голос дошёл до её сознания, но как-то издалека.

— Так-так, — увидев, что девушка открыла глаза, светлый полудракон с еле заметной зеленью на коже, взяв фонарик, направил луч света ей в лицо. — Хорошо, хорошо.

Ещё полностью не придя в себя, больная, непроизвольно хотела поднять руки и прикрыть ими глаза от неприятного воздействия, но сильные руки врача удержали её и, вернув конечности на кровать, пристегнули их к мягким ремням. Он приговаривал, что это для её же пользы, пока она полностью не пришла в себя, а то тонкий пластырь на лице потревожит, а под ним новая, тонкая кожа, которую пока не следует тревожить.

Через несколько минут девушка почувствовала укол и погрузилась в беспамятство. Врач ещё немного постоял над своей пациенткой, внюхиваясь в сладкий молочный аромат, исходивший от неё, задержал взгляд на груди, где молочная жидкость просочилась через тонкую ткань её медицинской накидки практически не скрывающую прелести лежавшей девушки.

Спустившись на этаж ниже, главный по своему отделу врач, лично сообщил многодетному отцу, который со всем своим выводком находился под присмотром другого специалиста. Что всё с его девушкой нормально, она пришла в себя, но всё же будет лучше, если полежит ещё под наблюдением. Мало ли. Шайту самому порекомендовали остаться вместе с пострадавшим ребёнком на некоторое время под наблюдением. И он согласился.

Ева проснулась через несколько часов, состояние у неё улучшилось. Зевнула. На улице была темень. Голова у неё прошла. Точнее, она уже не помнила, что у неё совсем недавно что-то болело. Она прислушалась к себе, вслушалась в окружающее пространство, пытаясь найти родные души. Улыбнулась.

Изловчившись, высвободила девушка свои тонкие кисти из пут, встала и пошла.

Шайт не спал. Где тут уснёшь, когда вся забота о такой ораве детей легла на его широкие плечи. Няри-няри требовали постоянного кормления, но Ева прокусила ему только одну руку. По очереди он их и прикладывал, а самого уже за такой напряжённый день уже шатало. И что там было в «тихой зоне» после его ухода как-то не сильно интересовался. Ни до этого. С Сергеем и Данко, казалось, было намного проще. Они даже пытались помогать отцу с малышами, отвлекая и играя с ними. И кормить, дал им бутылочку и всё. Красота!

Дверь в их палату приоткрылась и в дверях показалась Ева. Ни он, ни дети её явно не ждали, увидев маму, они всей кучей бросились к ней. Что дети, что взрослый мужчина. «Тсшшш», — приложила девушка палец к губам и прикрыла за собой дверь. Присела, всех обняла, поцеловала, погладила, даже Шайту досталась её нежность, так, что от удовольствия неконтролируемая рябь прошла по чешуйкам. Ещё бы она почесала его за ушком, и тогда он бы так же как малыши завалился на спинку. Пострадавший малыш бегал со всеми, ничто не выделяло его среди братьев.

— Мне малышей покормить надо, — присела девушка на специальное напольное покрытие, расположенное на полу для детей.

Когда дети задремали, Ева повернулась лицом к лежавшему рядом мужчине. Он дремал. Лёгкие, как пёрышки, женские пальцы прошлись по тёмно-красным дорожкам на его голове, продели сквозь пальцы удлинённые выросты. Полудракон напрягся, открыл глаза. Цвет его кожи изменился благодаря светлому помещению — хамелеон, довольно заурчал. Больше от того, что девушка не относилась к нему как к собственности. И как к своему мужчине. Ею двигало простое детское любопытство.

— Шайт, — шепнула Ева, — а что происходит? Я, вроде, спать легла в «тихой зоне», а проснулась здесь?

Полудракон задумался. Да, бывает так, после сильного удара, даже у них, воинственных и выносливых, может пропасть несколько минут до…

— Ты упала в душевой, — сказал он первое, что пришло в голову.

Шайт не хотел, чтобы Ева начала беспокоиться и переживать по поводу нападения на неё. По поводу подлого, беззаконного, нападения. Ведь она точно начала бы накручивать себя. А так… его семейство взяло на себя расследование и наказание. Он не возражал.

Чтобы узнать то, что случилось, пока ограниченные в перемещение воины совершали пробежку. Не требовалось ни её опрашивать, ни подростка. Некоторые, как отец и дядя Шайта, так и с десяток других запросили через систему видеоотчет. А увидев, то, что произошло, запросили оценку происшествия. Так вот, оценка системы не сделала разницу между простыми и высокопоставленными полудраконами.

Ух, как пыхтели заблокированные толпой высокого чина сорвавшиеся мужчины. Они осознали, что их ждёт, но надеялись на мягкий исход. Финансами ограничены они не были. Откупятся. Но…

Тёмные братья решили насладиться по полной. Когда ещё представится такая возможность. Для начала, обидчиков хорошенько проучили. И уже после им предложили выкупить свои жизни, подписав один документ, а именно, отказ от строительства космопорта.

Как бы долго обидчики девушки не сопротивлялись, а своя жизнь оказалась дороже. И этот отказ навсегда лишал их права на заявку такого масштаба. Всё!

— Отвезёшь нас домой? — спросила Ева своего полудракона, всё так же с близкого расстояния изучая мужчину.

— Конечно, — пробурчал засыпающий.

Девушка нежно улыбнулась, прильнула нему телом и уснула. «Утро вечера мудренее».

Еве показалось, что она только закрыла глаза, как дверь тихонько приоткрылась, и в помещение вошли двое. Один держал в руках что-то. Подошли они к специальному детскому столику, начали совещаться. Требовалось им взять анализы. Но…

— Доброе утро, Верен, — выглянула девушка из своего укрытия.

Врач вздрогнул, где-то в подсознание он уже понял, что его исследования опять накрываются медным тазом. А ведь вчера всё так хорошо начиналось. И сообщение от главврача, что Ева под его присмотром, а дети в детской зоне отдыха. Что Шайт принёс осмотреть малышей на наличие травм и внутренних повреждений.

Дежурный коллега дождался его, и они вместе провели осмотр. Сделали узи, рентген. Всё по показаниям.

Её уставшие мужчины даже ухом не повели на такое хамское проникновение в палату. Ну, что ж⁈ В руках Верен держал электронные карточки детей, Ева с удовольствием бы тоже на них взглянула. Девушка встала и подошла, а они даже глаза не соизволили отвести.

Показалось или нет⁈ Мужчины как-то напряглись, по их змеиной коже пробежали мурашки.

— Можно? — взявшись за карточку, потянула, словно драгоценность на себя.

Так, так, так. Изучила кое-что. Поняла, что необходимые анализы они взяли. Но что им теперь?

— Опять для личного пользования хочешь моих детей помучить? — уставилась она в хмурое лицо бриллиантового красавчика.

— Ева, — раздался сонный голос Шайта за её спиной. — Я разрешил ему Данко вести.

«Сговорились⁈» Верен нашёл поддержку и, уже повеселев, сообщил, что дополнительные анализы предстоят. Вот он и пришёл с утра пораньше. А скорее всего надеялся, что Евы в такую рань здесь не застанет, наверняка ему главврач ещё вечером сообщил, что она у себя в палате мало того, что под действием снотворного, так ещё и привязанная.

— Я разбужу его, — сдалась зелёная девушка, направившись к сыну, — а то он может испугаться.

— Нет-нет, — встрял в разговор коллега Верена, — я возьму анализы, он даже не проснётся.

Даже не проснётся? Еве стало интересно, она отошла в сторону и пропустила к детям такого самоуверенного молодого мужчину. Но, когда мужчина, взяв кровь, показал, что дело сделано. Её брови удивлённо взлетели вверх. «Как?»

— Он специалист! — самодовольно проговорил Верен. — Я же специально такого нашёл, чтобы детей лишний раз не мучить.

Дело было сделано и мужчины пошли на выход. А специалист подморгнул девушке, ответил коллеге:

— А вот если бы предупредил, что у детишек такая красивая мама да в таком виде встретит, я бы с тебя даже плату не взял.

Мужчины скрылись за дверью, а стоявшую в практически прозрачном одеянии девушку разглядывал Шайт. Пожала Ева плечами. «Мужчины!» Легла рядом с детьми и уснула.