Глава 24

Мужчины проводили женщину с детьми суровыми взглядами. А она, такая гордая, невозмутимая, ледяная королева, прошла мимо всех, не удосужив, ни поздороваться, ни попрощаться.

А Тривур, действительно, яблочко от яблоньки, оба звёздных выглядели невероятно похожими. Отец только седой, но лицо у него гладкое, если не всматриваться, то могло бы показаться, что у него ни одной морщинки. Порода! Генетика! И Ева понимала, что поставь её с Ксюшей рядом с этим семейством, любой, кто их вместе увидит, сразу поймёт, что они одной крови. Что-то во взгляде общее имелось, и поджатые губы…

Сергей прошёл к старшему двоюродному брату, отдал ему переданные матерью документы. У него соответствующее образование. Ему и искать выход. Иначе… Море глубокое…

— Ну, что? — пролистав документы, задал Савелий вопрос президенту. — Вы просили озвучить причины, по которым ваша дочь не желает вас знать? Услышанное, достаточное обоснование?

Да, да! В самолёте он разговаривал с Ишиасом, который был уж очень недоволен, что его дочь, о которой он даже не подозревал, скрывается. А у него же всё! Он мог бы дать им всё лучшее. Всё-всё! Вот ему и хотелось знать причины, почему она так поступает с ним? А ведь когда-то он думал, что если бы у него была дочь, то она бы только и делала, что требовала с него денег. В этом плане ему и Тривура достаточно.

«Это лож!» так и застыло у президента на губах. Но затравленный взгляд сына, что старался отвести глаза от всех присутствующих, говорил об обратном. И если он сейчас начнёт его оправдывать… Понял Звёздный господин. А ведь только всё наладилось. И признательность, и почёт… Мерзавец! Хотя…

— Доказательства! — решил Ишиас уточнить, что у Северных на Тривура есть.

Так ему и рассказали, показали…

— Один подлог с лже-женой Соломона вызовет скандал, — добавил Савелий причины. Не понял Ишиас, причём здесь это. — Садитесь! — Предложил он присесть, налил напиток покрепче. Разговор будет долгим.

Ксюша проснулась ночью от зудящего ноющего чувства. Осмотрела кровать, спящих малышей и свернувшуюся на краю ложа маму. Потянулась, хотела погладить родного человека, но увидев, как она во сне недовольно поджимает губы, остановилась. Дома девочка бы прильнула к ней, обняла за голову, потому что только так маме бы стало лучше. Но здесь… прислушалась она внутреннему чувству, потянулась своим фоном за стенки… Тихонечко встала и пошла из спальни.

Она шла по широким коридорам, но страха не испытывала. Вон, у стенки, сидел на полу брат, опустив голову, смотрел он на каменный узор. Подошла Ксюша к нему, и на манер мамы, погладила того по голове, поцеловала в щёку, чтобы не грустил.

Сергей поднялся, взял малышку за руку, чтобы отвести к маме, но девочка потянула его в сторону гостевых комнат, где Ишиас проводил воспитательную работу.

Рассказали Ишиасу кое-что из жизни Евы, ну и сыночка его любимого и единственного. А может, и не единственного, может, где-то у него ещё детишки есть. Вон, даже Савелий о своих какое-то время не знал.

Самую малость президенту рассказали. Но этого вполне хватило, чтобы он понял, что лучше бы так и не знал о дочери и внуках. Хотя… В груди, при мыслях о них, теплело. Ксюша ему очень понравилась, ещё там, у Васу. Ух, вспомнил, что чуть не потерял их. И в мыслях назрел план, как подпортить сладкую жизнь любителям погонять на скорость по городским улицам.

В дверь постучали. Тихо постучали, но настойчиво. По фону, Ишиас определил, что внук в гости пришёл. Сергей. Поэтому без стеснения открыл дверь, поправляя на руках перепачканные кровью перчатки.

— Здравствуй, дедушка, — поздоровалась с ним малышка лет пяти, державшая старшего брата за руку. А глазки у неё… его. И в груди сразу стало теплее. Сел он перед внучкой на колени, и она сразу же повисла на его шее.

— Здравствуй, моя маленькая! — поднявшись с ребёнком, погладил Ишиас девочку по тёмным кудрям, так напомнившим ему маленького Тривура. Давно-давно это было, а кажется, ещё вчера. А теперь… вот! Оглянулся он на сидевшего на полу сына, подпершего стену широкой спиной, больше убедившись, чтобы дядя своим видом племянницу не напугал. Гад, ведь даже и не сопротивляется, принимает удары, и молчит. Покрепче обнял звёздный господин роднульку. — Не спится, что ли тебе?

— Спится! –зевнул ребёнок и положил голову деду на плечо, закрыв глаза. — Мама нас блокирует от внешнего фактора, так что малыши рядом с ней, практически не воспринимают чужие эмоции. Но они ещё маленькие, даже Стёпа. А я уже настройку прошла, и теперь сама могу закрываться. — Похвасталась малышка.

— Ух, ты! Молодец, какая! — похвалил её дед. — Старший брат, наверное, настроил?

— Да! — похвасталась девочка. — Только не Сергей, а Андрей прилетал.

— Замечательно! Получается, у тебя два старших брата? — нашёл Ишиас бесплатного информатора.

— Нет! — честно ответила Ксюша. В её семье никогда не было секретом, сколько у мамы детей. Ева каждый вечер рассказывала дочери о их большой семье и её надёжности. Так что ничего зазорного в своих ответах малышка и не увидела. И Сергей не прервал незаконный допрос. Да, допрос! — У меня десять старших братьев и сестра.

— Десять?.. — Ишиас поднял недоумевающий взгляд на внука, волчонком смотревшего на родича своими серыми Северными глазами. — И ты запомнила, как их всех зовут?

— Ен и Евгения, Сергей и Данко, Шуст, Сёма, Ос, Дэв, Дэсь и Андрей, — вздохнула малышка, как уставший от жизни взрослый человек. — Ещё были Юля, Юра и Никита, но они погибли.

Из воспоминаний Ишиаса всплыли образы детей, рыженькой девочки и небесного мальчишки, играющих перед главным экраном. Сердце сжалось у него от огорчения, от утраты. Это были его внуки! Его!

Почувствовав негодование звёздного родственника, малышка дотянулась до его головы и прильнула к нему лбом, от чего во внутреннем эмоциональном пространстве мужчины сразу же стало легче. Тише!

— Я хочу с братом мамы познакомиться, — наконец-то, потирая сонное лицо, сказала девочка, зачем пришла. — Мама говорит, что он молодец, хорошо выдерживает боль. И как ЭМА перерабатывает свой фон.

Ишиас подошёл к сыну, который прекрасно слышал весь разговор. И услышав, что девочка хочет с ним познакомиться, поднялся с пола. Разрешит отец? Нет! Он не подведёт! По лицу его не били, так что ещё и улыбку на лице он выдержит.

— Привет! — на одном выдохе, поздоровался родич. — Я твой дядя. Меня Тривур зовут.

А девочка просто потянулась к нему головой, подставляя под прикосновение свой лоб. Эмпаты. Она знакомилась не просто с родным человеком, но и с его фоном, который для неё, как и для большинства таких же, что-то, вроде, отпечатка пальцев.

Девочка засыпала, так что Сергей забрал сестрёнку и унёс к маме, где встретил обеспокоенного Савелия. Уложили они ребёнка и оба вышли на цыпочках. Скоро рассвет, а у них дела ещё не закончены. Надо переговорить!

Надо!