Глава 38

Захар

Я тупо пялился в телек, даже не понимая, что показывают на экране, и вертел в ладонях свой мобильный. Интуиция, здравый смысл и логика в один голос вопили, что моя хулиганка обязательно влипнет в историю! Нахрена отпустил?

Весь вечер пытался разобраться и разложить по полочкам то, что происходило в моей жизни. В том, что Аня мне нужна, сомнений не было. Чем больше времени я проводил в ее обществе, тем сильнее хотел продлить эти мгновения. Я бы с удовольствием забрал ее жить к себе, но понимал, что пока не время. Она еще не нагулялась, и это тоже нужно было принимать к сведению. Последний курс университета – та самая пора безумств и глупых поступков. И я не мог лишить ее этого. Ураганчик не запрешь в четырех стенах, иначе есть риск остаться без стен, когда он решит тебя покинуть.

Готов ли я был жениться? Не в ближайшее время. Именно поэтому дал нам год. И себе в том числе. Год на осознание и принятие своей красноволосой кармы. На то, чтобы понять, что именно она – одна-единственная и другой не будет. Потому что я сам не хотел никакую другую. Странно, как быстро эта девчонка успела так въесться в меня, что с мясом теперь не выдернешь. Ураганчиком «Анна» ворвалась в мою жизнь, перевернула все с ног на голову и заполнила собой все пространство в жизни, мыслях, желаниях.

Поймал себя на мысли, что очень хочу сделать ей приятное. Позвать на романтическое свидание…

Да, майор, вставило тебя не по-детски!

В этот момент завибрировал мобильный. Я выдохнул, посмотрел на экран, удовлетворенно кивнул и ответил, кажется, готовый уже ко всему:

– Да, тигренок!

– Захар, ты только не нервничай, – предупредила она.

– Что случилось? – спокойно поинтересовался я. – Ты снова в отделении?

– Да! Но не я! В общем, ты обещал не нервничать, помнишь? Я очень случайно арестовала бородатого!

– Что? – рявкнул я, подскакивая с места и хватая ключи от машины. – Что ты сделала?

– Арестовала. И привезла в отделение! А он не хочет вылазить! А ваш дежурный не хочет помогать мне его вытаскивать! Захар, скажи ему!

Я не знал, смеяться или нервно биться головой о стены. Быстро запер входную дверь и вылетел на улицу, пытаясь врубиться в ситуацию:

– Откуда вытаскивать?

– Из багажника!

На фоне Аниных слов в трубке послышался голос старлея:

– Сова? Опять ты? Кого ты там контузила?

– Вас, если не заберете опасного вора! – огрызнулась Анечка. – Я им тут преступников прямо на порог привожу, а они недовольны!

Что я говорил про мягкость? Больше никакой мягкости! Только жесткий кнут! Это же дьяволенок с загогулинами! Преступника она поймала! Боги, дайте мне терпения! Очень много терпения!

– Сова, ты сейчас сама на пятнадцать суток сядешь! – предупредил старлей.

– Ань, дай трубочку болезному, – попросил я.

– Сейчас, – обрадовалась Аня. – Товарищ полицейский, тут Вас к телефону!

– Да! – грозно рявкнул старлей.

– Шевченко, ты там совсем берега перепутал? – зарычал я.

– Здравия желаю, товарищ майор! – испугался он.

– Себе пожелай! Сову не трогай! Ждите меня! Я еду!

– Слушаюсь! – икнул старлей и отключился.

Убью! Теперь точно отшлепаю! Ремнем! С ней как на пороховой бочке с зажженным фитилем – никогда не знаешь, когда рванет, но, блядь, всегда будь начеку! У сапера нет права на ошибку! Отпускаешь на гонки – готовься к тому, что она там кого-нибудь побьет или арестует!

Резко затормозил у отделения, где у кайена стояли Рома, Анечка, Макар и двое наших парней. Вылетел из машины, забыв заглушить мотор, и быстро подошел к ним.

– Что случилось? Где бородатый?

– В багажнике, – ткнула пальцем Анечка.

Ее друзья тихо ржали в сторонке.

– Что он там делает?

– Ну лежит же! Говорю – контузило его!

– Чем? – я окончательно перестал понимать, что происходит.

– Мы сначала хотели его в салон посадить, но он упирался и нецензурно ругался. Пришлось Роме с Макаром спрятать его в багажник. А он оттуда еще громче орал! И Макар включил музыку.

– А контузило чем? – полюбопытствовал лейтенант.

– Так буфер у Макара в багажнике, – как для слабоумного пояснила Анечка. – А слушает он исключительно зубодробилку. Да нас с Ромой самих чуть не контузило в салоне!

– Нормальная музыка, – спокойно пожал плечами Макар.

У меня задергались оба глаза, а из уст так и норовили вылететь нервный смешок и заковыристый мат.

– Открывай багажник, – скомандовал я.

Макар выполнил требуемое. Бородатый испуганно на меня посмотрел и выдал:

– Мужик, я все подпишу, только забери меня у этих ненормальных!

– Сам дурак! – обиделась Анечка, скрещивая руки на груди. – Воровать нехорошо, а ты мою маму ограбил!

– Доставайте! – я с трудом сдержал нервный смешок.

Двое ментов вытащили охреневшего бородатого, которого в миру звали Трофимов Виктор, и повели в отделение.

– А ну, стоять! – рявкнул я, заметив, что запястья Виктора скованы наручниками. Не бутафорией, а настоящими, и, кажется, моими!

– Аня, где вы взяли наручники? – поинтересовался ласково.

Она округлила глаза, глубоко вдохнула и покраснела.

– Я жду!

– А можно мне адвоката? – склонив голову, спросила Анечка.

– Нельзя! С тумбочки взяла?

– Вот видишь, ты сам обо всем догадался!

– Зачем? – спросил у нее, махнув парням, чтобы уводили придурка. С ним я потом разберусь.

– Как чувствовала, что пригодятся, – выдохнула тигренок.

– Ладно, я поехал, – подал голос Макар. – Ром, ты со мной?

– Да, – согласился Роман, подошел к Ане и приобнял ее.

– Созвонимся, – вместо прощания бросил мажор.

У него девять жизней? Или чувство самосохранения сломалось?

Кайен выехал с территории, мигнув на прощание фарами, а мы с Аней остались наедине.

– Я все объясню, – выставив ладони перед собой, быстро затараторила моя персональная Хиросима. – Мы были на гонках. Стояли мирно и смотрели заезд. А потом Макар встретил знакомую, и мы отошли в сторонку поболтать. А там рядом бородатый стоял. И Рома с Макаром его задержали! И мы сразу привезли его сюда, к тебе. И не позвонила сразу я потому, что было шумно.

А я поймал себя на мысли, что больше не злюсь. Просто не могу, когда она вот так растерянно вглядывается мне в глаза, ожидая моей реакции, и испуганно кусает губы, сама понимая, что сделала что-то не так. Ее грудь высоко вздымалась от выброса адреналина, и я был уверен, что это из-за моего появления.

– Захар, не злись, пожалуйста, – тихо прошептала Аня, опуская глаза. – Я знаю, что доставляю всем неприятности, но так само получается.

– Тигренок ты еще, – я приобнял ее и притянул к себе. Анечка тут же обвила руками мою талию и уткнулась носом в плечо. – Пойдем, ты меня работой до утра обеспечила!

– А ты разве не в отпуске?

– Не сегодня, малышка, не сегодня, – вздохнул и повел ее ко входу в отделение.

– Ты точно не злишься? – уточнила Аня.

– Есть смысл? – философски поинтересовался я.

Анечка преградила мне дорогу и посмотрела в глаза. И первый раз в жизни мне показалось, что земля уходит из-под ног и меня засасывает куда-то. От ее взгляда, запаха, близости.

Она нерешительно положила ладошки мне на плечи, приподнялась на носочках и прикоснулась губами к моим губам. И моя выдержка полетела к чертям. Притянул ее к себе. Вжимая в свое тело, нагло вторгся языком ей в рот. Я хотел ее целиком поглотить. Сделать частью себя.

– Да к чертям все! – прошептал Ане в губы. – В мой кабинет!

Ее потряхивало. Колени снова подкосились, и Аня вцепилась в мои плечи, стараясь удержать равновесие. Это ли не кайф – видеть, как девчонку, от которой у тебя съезжает крыша, так же ведет от твоих поцелуев? А с ее умением влипать во все подряд неприятности я что-нибудь придумаю. Через часик…